Библиотека Эофола. Раньше Лайл проводил здесь почти всё своё время.
Библиотека Эофола. Раньше Лайл проводил здесь почти всё своё время.
В залах с дневниками авантюристов, путевыми заметками и предсмертными записками всё же попадались редкие посетители — в основном простые горожане. Им просто хотелось хоть краем глаза заглянуть в тот удивительный, полный опасностей мир.
В залах с дневниками авантюристов, путевыми заметками и предсмертными записками всё же попадались редкие посетители — в основном простые горожане. Им просто хотелось хоть краем глаза заглянуть в тот удивительный, полный опасностей мир.
Шия торчала в этом бумажном море уже два дня. Ну, как торчала... большую часть времени она, честно говоря, бездельничала и била баклуши: полистает немного страницы, выйдет подышать свежим воздухом, купит каких-нибудь сладостей...
Шия торчала в этом бумажном море уже два дня. Ну, как торчала... большую часть времени она, честно говоря, бездельничала и била баклуши: полистает немного страницы, выйдет подышать свежим воздухом, купит каких-нибудь сладостей...
Эмилия, которую притащили сюда силком, то и дело доставала карманное зеркальце. Она с тревогой разглядывала лицо, гадая, не успела ли её нежная кожа пересохнуть и огрубеть от удушливой пыли этих вонючих старых фолиантов.
Эмилия, которую притащили сюда силком, то и дело доставала карманное зеркальце. Она с тревогой разглядывала лицо, гадая, не успела ли её нежная кожа пересохнуть и огрубеть от удушливой пыли этих вонючих старых фолиантов.
— Шия, может, ну его? — заныла Эмилия. — Тут же книг целые горы, вовек не разгребём...
— Шия, может, ну его? — заныла Эмилия. — Тут же книг целые горы, вовек не разгребём...
— Если Лайл справился, то и мы сможем, — упрямо буркнула Шия, утомлённо ероша светлые волосы.
— Если Лайл справился, то и мы сможем, — упрямо буркнула Шия, утомлённо ероша светлые волосы.
«Что за чушь ты несешь?»
«Что за чушь ты несешь?»
«У тебя получается — ты и корячься! Меня-то зачем впрягать? От этой вашей мыслительной деятельности только морщины появляются!»
«У тебя получается — ты и корячься! Меня-то зачем впрягать? От этой вашей мыслительной деятельности только морщины появляются!»
Эмилия едва сдерживала стон сквозь зубы.
Эмилия едва сдерживала стон сквозь зубы.
«Ладно бы ещё эти записи... Да тут жизни не хватит, чтобы перерыть весь архив! Но даже если мы чудом найдём нужные свитки, толку-то? Неужели твоя глупая башка способна составить план прохождения?»
«Ладно бы ещё эти записи... Да тут жизни не хватит, чтобы перерыть весь архив! Но даже если мы чудом найдём нужные свитки, толку-то? Неужели твоя глупая башка способна составить план прохождения?»
«Тебе, дуре, положено напялить латы и безропотно ловить лицом удары в авангарде! И вообще, учиться пять минут, а потом два часа прохлаждаться? Даже я, жреческая шавка, себе такого безделья не позволяю!»
«Тебе, дуре, положено напялить латы и безропотно ловить лицом удары в авангарде! И вообще, учиться пять минут, а потом два часа прохлаждаться? Даже я, жреческая шавка, себе такого безделья не позволяю!»
— Ты чего зависла? — вывела её из задумчивости Шия.
— Ты чего зависла? — вывела её из задумчивости Шия.
Эмилия мгновенно нацепила свою самую кроткую, благочестивую улыбку и мягко пропела:
Эмилия мгновенно нацепила свою самую кроткую, благочестивую улыбку и мягко пропела:
— Да так, ни о чём... Все хорошо, дорогая. Давай не будем торопиться, тише едешь — дальше будешь.
— Да так, ни о чём... Все хорошо, дорогая. Давай не будем торопиться, тише едешь — дальше будешь.
Шия принялась внимательно изучать планировку зала. На самом деле она предвидела, что они могут здесь столкнуться. Библиотека Эофола всегда была излюбленным местом Лайла, так что их встреча оставалась лишь вопросом времени. И это было ей только на руку.
Шия принялась внимательно изучать планировку зала. На самом деле она предвидела, что они могут здесь столкнуться. Библиотека Эофола всегда была излюбленным местом Лайла, так что их встреча оставалась лишь вопросом времени. И это было ей только на руку.
Она страстно желала доказать ему: всё, на что способен он, под силу и ей.
Она страстно желала доказать ему: всё, на что способен он, под силу и ей.
«Вот вернусь с победой с сорок пятого уровня, — злорадно подумала Шия, — и ты у меня локти кусать будешь!»
«Вот вернусь с победой с сорок пятого уровня, — злорадно подумала Шия, — и ты у меня локти кусать будешь!»
И вот, в тенистом внутреннем дворике позади огромного здания библиотеки, её поиски увенчались успехом. За одним из каменных столиков сидели Лайл и та самая суккуб. По негласному правилу, эта часть двора служила читателям обеденной зоной.
И вот, в тенистом внутреннем дворике позади огромного здания библиотеки, её поиски увенчались успехом. За одним из каменных столиков сидели Лайл и та самая суккуб. По негласному правилу, эта часть двора служила читателям обеденной зоной.
Лайл принял из рук Сью принесённый обед и удивлённо усмехнулся:
Лайл принял из рук Сью принесённый обед и удивлённо усмехнулся:
— О, сегодня у нас рыбное меню?
— О, сегодня у нас рыбное меню?
Сью ничего не ответила, молча доставая свою порцию, состоявшую из одних овощей.
Сью ничего не ответила, молча доставая свою порцию, состоявшую из одних овощей.
— В этот раз меня попросила Лилит, — мягко пояснил Лайл, глядя на её насупленный вид. Он невольно улыбнулся. — Не принимай близко к сердцу. Я поделюсь лишь своими соображениями и опытом. Пусть я и Учёный, но мои методы прохождения почти не завязаны на активные навыки. Считай это просто дружеской беседой, договорились?
— В этот раз меня попросила Лилит, — мягко пояснил Лайл, глядя на её насупленный вид. Он невольно улыбнулся. — Не принимай близко к сердцу. Я поделюсь лишь своими соображениями и опытом. Пусть я и Учёный, но мои методы прохождения почти не завязаны на активные навыки. Считай это просто дружеской беседой, договорились?
— Я знаю, что ты не бедствуешь, — тихо проговорила Сью, не поднимая глаз. — Но ты не должен тратить на меня своё время впустую. В этом обеде есть и мясо, и рыба. Это...
— Я знаю, что ты не бедствуешь, — тихо проговорила Сью, не поднимая глаз. — Но ты не должен тратить на меня своё время впустую. В этом обеде есть и мясо, и рыба. Это...
Она осеклась. Ей хотелось сказать: «Это самое лучшее, что я могу себе позволить купить для тебя», но гордость суккуба не позволила произнести эти слова вслух.
Она осеклась. Ей хотелось сказать: «Это самое лучшее, что я могу себе позволить купить для тебя», но гордость суккуба не позволила произнести эти слова вслух.
Немного поколебавшись, Сью ложкой отделила половину своего риса и переложила в его тарелку.
Немного поколебавшись, Сью ложкой отделила половину своего риса и переложила в его тарелку.
Лайл с интересом наблюдал за ней.
Лайл с интересом наблюдал за ней.
— Сью, ты сейчас обо мне заботишься или просто панически боишься остаться в долгу?
— Сью, ты сейчас обо мне заботишься или просто панически боишься остаться в долгу?
— Ещё чего! — вспыхнула Сью, уязвлённая его проницательностью. — Просто если ты не наешься, то заставишь меня идти за добавкой. А у меня денег нет.
— Ещё чего! — вспыхнула Сью, уязвлённая его проницательностью. — Просто если ты не наешься, то заставишь меня идти за добавкой. А у меня денег нет.
— И всё же ты у нас Мастер меча, — рассмеялся Лайл. — Тебе силы нужны больше, чем мне. Набивать желудок — твоя прямая обязанность.
— И всё же ты у нас Мастер меча, — рассмеялся Лайл. — Тебе силы нужны больше, чем мне. Набивать желудок — твоя прямая обязанность.
— Обойдусь, — с непроницаемым лицом отрезала суккуб. — Я куда выносливее тебя.
— Обойдусь, — с непроницаемым лицом отрезала суккуб. — Я куда выносливее тебя.
Стоящая в отдалении Шия засунула руки в карманы, её взгляд затуманился.
Стоящая в отдалении Шия засунула руки в карманы, её взгляд затуманился.
— Шия? Может, сядем вон там? — робко предложила Эмилия, указывая на свободный столик в стороне.
— Шия? Может, сядем вон там? — робко предложила Эмилия, указывая на свободный столик в стороне.
— Нет. Сядем прямо перед ними, — отрезала Шия. Она демонстративно поправила полы своего белоснежного плаща. — С чего бы мне их избегать?
— Нет. Сядем прямо перед ними, — отрезала Шия. Она демонстративно поправила полы своего белоснежного плаща. — С чего бы мне их избегать?
«Да я не их боюсь, дура ты набитая, а твоих идиотских выходок!» — мысленно выругалась Эмилия, но вслух лишь послушно кивнула:
«Да я не их боюсь, дура ты набитая, а твоих идиотских выходок!» — мысленно выругалась Эмилия, но вслух лишь послушно кивнула:
— Хорошо, как скажешь.
— Хорошо, как скажешь.
Шия, громко стуча каблуками, размашистым шагом направилась к свободному столу прямо напротив Лайла и уселась, даже не удостоив его взглядом.
Шия, громко стуча каблуками, размашистым шагом направилась к свободному столу прямо напротив Лайла и уселась, даже не удостоив его взглядом.
Эмилия, стараясь сгладить неловкость, вежливо улыбнулась суккубу. Сью в ответ лишь медленно нахмурилась.
Эмилия, стараясь сгладить неловкость, вежливо улыбнулась суккубу. Сью в ответ лишь медленно нахмурилась.
— Не обращай внимания, — негромко произнес Лайл, покосившись на новоприбывших. — Помни, зачем мы здесь. Настоящий исследователь должен оставаться сосредоточенным, что бы ни происходило вокруг.
— Не обращай внимания, — негромко произнес Лайл, покосившись на новоприбывших. — Помни, зачем мы здесь. Настоящий исследователь должен оставаться сосредоточенным, что бы ни происходило вокруг.
Голос его прозвучал достаточно отчетливо, чтобы Шия услышала каждое слово.
Голос его прозвучал достаточно отчетливо, чтобы Шия услышала каждое слово.
«Это на кого он намекает?! На меня?!» — кровь мгновенно прилила к щекам Шии.
«Это на кого он намекает?! На меня?!» — кровь мгновенно прилила к щекам Шии.
Заметив, как потемнело лицо принцессы, Эмилия осторожно потянула её за рукав:
Заметив, как потемнело лицо принцессы, Эмилия осторожно потянула её за рукав:
— Успокойся, Шия, просто ешь. Ты же не хочешь, чтобы эта рогатая тварь решила, будто она вывела тебя из себя?
— Успокойся, Шия, просто ешь. Ты же не хочешь, чтобы эта рогатая тварь решила, будто она вывела тебя из себя?
Впрочем, тихая и обычно замкнутая Сью при виде Шии тоже преобразилась — в её глазах вспыхнул недобрый огонек.
Впрочем, тихая и обычно замкнутая Сью при виде Шии тоже преобразилась — в её глазах вспыхнул недобрый огонек.
— Всё в порядке, я никуда не тороплюсь, — тихо пробормотала Сью, яростно ковыряя вилкой рис. — И тебе дёргаться не стоит.
— Всё в порядке, я никуда не тороплюсь, — тихо пробормотала Сью, яростно ковыряя вилкой рис. — И тебе дёргаться не стоит.
Лайл растерянно моргнул:
Лайл растерянно моргнул:
— Да я вроде и не дёргаюсь...
— Да я вроде и не дёргаюсь...
— Я не про тебя, — отрезала Сью.
— Я не про тебя, — отрезала Сью.
Шия с размаху швырнула ложку на стол и резко поднялась со стула.
Шия с размаху швырнула ложку на стол и резко поднялась со стула.
— Это кто тут, по-твоему, дёргается?!
— Это кто тут, по-твоему, дёргается?!
У Эмилии нервно задергался глаз.
У Эмилии нервно задергался глаз.
«Тебя же никто за язык не тянул, идиотка! Зачем самой подставляться?»
«Тебя же никто за язык не тянул, идиотка! Зачем самой подставляться?»
Похоже, в словесных перепалках Шия безнадежно уступала этой мелкой суккубихе. Та хотя бы умела жалить тонко и изящно, а принцесса велась на простейшие провокации.
Похоже, в словесных перепалках Шия безнадежно уступала этой мелкой суккубихе. Та хотя бы умела жалить тонко и изящно, а принцесса велась на простейшие провокации.
Сью тоже поднялась с места, смерив соперницу холодным взглядом.
Сью тоже поднялась с места, смерив соперницу холодным взглядом.
— А сама как думаешь?
— А сама как думаешь?
— Хватит шипеть за спиной, скажи мне это в лицо! — потребовала Шия.
— Хватит шипеть за спиной, скажи мне это в лицо! — потребовала Шия.
— Я и не думала шептаться у тебя за спиной.
— Я и не думала шептаться у тебя за спиной.
— Тогда кого ты сейчас имела в виду?!
— Тогда кого ты сейчас имела в виду?!
— Ну уж точно не тебя. Кому ты сдалась?
— Ну уж точно не тебя. Кому ты сдалась?
Договорив, Сью внезапно замялась. Искусством спора она не владела и привыкла просто перечить оппоненту на автомате, но сейчас поняла, что сморозила глупость.
Договорив, Сью внезапно замялась. Искусством спора она не владела и привыкла просто перечить оппоненту на автомате, но сейчас поняла, что сморозила глупость.
Она помолчала секунду, собираясь с мыслями, а затем выпалила:
Она помолчала секунду, собираясь с мыслями, а затем выпалила:
— Ладно. Да, я говорила про тебя.
— Ладно. Да, я говорила про тебя.
Лицо Шии побелело от ярости. Прямолинейная, почти детская непосредственность Сью порой разила больнее любого изощренного оскорбления.
Лицо Шии побелело от ярости. Прямолинейная, почти детская непосредственность Сью порой разила больнее любого изощренного оскорбления.
Лайл поспешно поднялся и взял Сью за руку, увлекая назад. С другой стороны стола Эмилия мертвой хваткой вцепилась в плечо Шии.
Лайл поспешно поднялся и взял Сью за руку, увлекая назад. С другой стороны стола Эмилия мертвой хваткой вцепилась в плечо Шии.
— Лайл, — Шия процедила его имя сквозь зубы, буравя парня яростным взглядом. — Ты действительно собираешься прозябать с этой девкой на первых уровнях и окончательно скатиться на дно?
— Лайл, — Шия процедила его имя сквозь зубы, буравя парня яростным взглядом. — Ты действительно собираешься прозябать с этой девкой на первых уровнях и окончательно скатиться на дно?
Лайл на мгновение замер, а затем спокойно ответил:
Лайл на мгновение замер, а затем спокойно ответил:
— А разве кто-то из нас начинал сразу с сорокового?
— А разве кто-то из нас начинал сразу с сорокового?
— И поэтому ты решил катиться с сорок четвертого уровня прямиком в самое начало? — едко усмехнулась принцесса.
— И поэтому ты решил катиться с сорок четвертого уровня прямиком в самое начало? — едко усмехнулась принцесса.
Лайл перевёл взгляд на Сью. На её бледных, словно фарфоровых щеках проступил едва заметный румянец.
Лайл перевёл взгляд на Сью. На её бледных, словно фарфоровых щеках проступил едва заметный румянец.
— А мне кажется, она очень милая, — мягко произнес он. — Проходить подземелье в её компании куда приятнее. Она, знаешь ли, даже готова поделиться со мной последней ложкой риса. Правда, Сью?
— А мне кажется, она очень милая, — мягко произнес он. — Проходить подземелье в её компании куда приятнее. Она, знаешь ли, даже готова поделиться со мной последней ложкой риса. Правда, Сью?
«Врунишка...» — Сью густо покраснела и сердито уставилась в пол.
«Врунишка...» — Сью густо покраснела и сердито уставилась в пол.
— Ах ты!.. — задохнулась от возмущения Шия.
— Ах ты!.. — задохнулась от возмущения Шия.
— Шия, — Лайл посерьёзнел. — Я давно хотел спросить тебя об одном. Два года назад, когда я только прибыл сюда и спотыкался на каждом шагу, зачем ты вытащила меня из той грязи?
— Шия, — Лайл посерьёзнел. — Я давно хотел спросить тебя об одном. Два года назад, когда я только прибыл сюда и спотыкался на каждом шагу, зачем ты вытащила меня из той грязи?
В те дни, едва оказавшись в Эофоле, он был совершенно один. Ни дара Святого Света, ни таланта к магии или фехтованию — ничего. Собственная лаборатория? Смешно сказать — ему тогда банально не хватало денег на кусок хлеба, какие уж тут научные изыскания.
В те дни, едва оказавшись в Эофоле, он был совершенно один. Ни дара Святого Света, ни таланта к магии или фехтованию — ничего. Собственная лаборатория? Смешно сказать — ему тогда банально не хватало денег на кусок хлеба, какие уж тут научные изыскания.
Именно Шия протянула ему руку помощи и открыла перед ним врата Ишгарда.
Именно Шия протянула ему руку помощи и открыла перед ним врата Ишгарда.
Лайл не питал глупых иллюзий и не надеялся вернуть прошлое. Ему действительно было искренне любопытно, чем руководствовалась гордая принцесса в тот день.
Лайл не питал глупых иллюзий и не надеялся вернуть прошлое. Ему действительно было искренне любопытно, чем руководствовалась гордая принцесса в тот день.
— Ты ведь и сама тогда только-только прибыла в город. Без связей, без имени, без гроша за душой. И всё же твоя жизнь всегда была усыпана розами, верно? — Лайл замолчал на мгновение, вглядываясь в её лицо. — До сих пор не могу понять: зачем тебе понадобился жалкий Учёный, у которого за душой не было ни единого полезного навыка?
— Ты ведь и сама тогда только-только прибыла в город. Без связей, без имени, без гроша за душой. И всё же твоя жизнь всегда была усыпана розами, верно? — Лайл замолчал на мгновение, вглядываясь в её лицо. — До сих пор не могу понять: зачем тебе понадобился жалкий Учёный, у которого за душой не было ни единого полезного навыка?
Эмилия вздрогнула, её лицо мгновенно побледнело. Она испуганно перевела взгляд на подругу.
Эмилия вздрогнула, её лицо мгновенно побледнело. Она испуганно перевела взгляд на подругу.
— Шия! — предостерегающе выдохнула она.
— Шия! — предостерегающе выдохнула она.
Характер и буйный нрав Фло с тех пор ни капли не изменились, а вот Шия... тогда она была лишь наивной девчонкой, слепо копировавшей каждый шаг своей великой старшей сестры.
Характер и буйный нрав Фло с тех пор ни капли не изменились, а вот Шия... тогда она была лишь наивной девчонкой, слепо копировавшей каждый шаг своей великой старшей сестры.
Сама Эмилия едва успела выпуститься из Академии. И пускай теперь их пути с Лайлом разошлись, глупо было отрицать очевидное: в самом начале их объединяли искренняя дружба, общие мечты и вера в будущее.
Сама Эмилия едва успела выпуститься из Академии. И пускай теперь их пути с Лайлом разошлись, глупо было отрицать очевидное: в самом начале их объединяли искренняя дружба, общие мечты и вера в будущее.
Шия до боли сжала кулаки в карманах плаща. Глубоко вздохнув, она ледяным тоном процедила:
Шия до боли сжала кулаки в карманах плаща. Глубоко вздохнув, она ледяным тоном процедила:
— Да просто смотреть на тебя без слёз было нельзя. Жалкое зрелище.
— Да просто смотреть на тебя без слёз было нельзя. Жалкое зрелище.

Комментарии

Загрузка...