После того, как она случайно вышла замуж за влиятельного человека в историческом романе — Глава 10 читать онлайн

Янь Сюэ, впрочем, находила это вполне сносным. По сравнению с той её прошлой жизнью из другого отрезка памяти – будь то деревня за перевалом или лесной край за перевалом, – условия везде были примерно такими же.

Она хлопала себя по штанинам, сбивая снег, чтобы он не растаял и не промочил ватные брюки:

– Вы всю зиму живёте в горах?

Голос у неё был такой, будто ей и правда хотелось это узнать, а не просто начать разговор с этой темы, и уж тем более в нём не было и тени того презрения к суровым условиям, которого он ожидал.

По сравнению с детством она явно научилась гораздо лучше скрывать свои чувства. Не то что при первой встрече – тогда она сначала смотрела на него с наивным любопытством, а потом, видя, что он мало говорит и возится с вещами, которые ей были совершенно неинтересны, начала откровенно скучать и, делая вид, что никто не замечает, спрашивала маму, когда они поедут домой, потому что хочет мороженого.

Ци Фан равнодушно приподнял веки:

– В горы заходят уже в октябре – прокладывать узкоколейку, строить жильё.

Верно, лесосека каждый год новая – без железнодорожной ветки ничего наверх не завезёшь.

Янь Сюэ кивнула. А Ци Фан тем временем закинул в железную печурку поленья, расколотые на крупные части, отряхнул руки и, поднявшись, прислонился к дверному косяку напротив неё:

– Твои родные знают об этом?

Он заподозрил, что она могла сбежать из дома, и только недоумевал, откуда у неё взялась справка, чтобы пройти все проверки в пути.

Но Янь Сюэ неожиданно ответила:

– Знают. И бабушка, и младший брат. – Голос серьёзный, без тени сомнения.

Ци Фан невольно задержал на ней взгляд, обдумывая услышанное.

Честно говоря, он был удивлён. Но она не упомянула родителей – значит, в семье Янь, видимо, не было единства по вопросу расторжения помолвки: кто-то хотел плыть по течению, кто-то – держать слово.

И всё же, раз он уже согласился расторгнуть помолвку, они всё равно отправили её сюда, на тяготы, – это с их стороны глупая принципиальность или наивность?

Ци Фан молчал. Янь Сюэ, не зная, закончил ли он расспросы, заговорила первой:

– Ты передумал? – снова спросила она.

Если так – конечно, хлопотно, но она не из тех, кто будет настаивать во что бы то ни стало.

– Нет, – ответил он на этот раз быстро. Только лицо его было наполовину скрыто в тусклом жёлтом свете керосиновой лампы, и выражение его не разобрать.

Значит, не передумал. Просто из серьёзного отношения к делу он сначала спросил её саму, а потом и её родных...

Янь Сюэ заметила, что этот человек, хоть и ходит с вечно полуопущенными веками и видом, будто ему всё безразлично, и опирается на дверной косяк с ленцой, – но на деле действует обстоятельно и серьёзно. По крайней мере, несколько раз удостовериться в желании женщины – поведение по-настоящему джентльменское, совсем не похожее на обычный для этого времени мужской шовинизм.

Она выдохнула в уже согревшемся помещении:

– Я хотела бы спросить: чем обычно занимаются здесь жёны лесников? Можно ли устроиться на работу?

Раз уж обе стороны не собираются отказываться от своих слов, её больше всего волнует именно это – ведь от этого зависит, сможет ли она твёрдо стоять на ногах и забрать к себе брата.

А раз она спрашивает о таком – значит, действительно намерена здесь жить. Ци Фан, как ни трудно ему было в это поверить, наконец вынужден был признать, что это правда.

Он смотрел на лицо, которое в памяти уже успело размыться, а теперь снова стало отчётливым, и уже хотел было ответить, как снаружи послышался хруст шагов по снегу – кто-то сбежал вниз и толкнул дверь:

– Ну и снег сегодня, мать честная...

Он осекся, только заметив в комнате двух человек – одного стоящего, другую сидящую – и замер.

Через пару мгновений перевёл взгляд с Янь Сюэ, торопливо пояснил:

– Я просто за вещью забежал, не заметил, что кто-то есть.

С этими словами он быстро прошёл к столу в углу, взял свой котелок и уже собрался выходить, но перед уходом не удержался, скользнул по Янь Сюэ взглядом и вполголоса спросил у Ци Фана:

– Сестра?

Не то чтобы он не подумал о другом, просто между этими двоими не чувствовалось ни капли романтики: Ци Фан, как всегда, холоден и безучастен, а Янь Сюэ и не думает смущаться.

В ответ на его почти осязаемое любопытство Ци Фан не стал ничего объяснять, лишь спросил:

– Смена уже кончилась?

– Наша бригада сделала быстро, отпустили чуть пораньше. – Видя, что Ци Фан не отрицает, парень решил, что всё понял правильно: – Ладно, вы общайтесь, я пошёл.

Ни он, ни она не были любителями выставлять напоказ свои дела. Когда шаги стихли, они продолжили прерванный разговор.

– Ты...

Только начали – хлоп, опять дверь, кто-то ввалился:

– Я только за вещичкой!

Объяснение прозвучало слишком торопливо и слишком нарочито, а сам он, делая вид, что ищет свои вещи, украдкой кидал на Янь Сюэ любопытные взгляды – трудно было поверить, что он ничего не знает.

Мало того – следом в проёме показались ещё две молодые головы.

Эти двое, видимо, жили в другом бараке: увидев, что Ци Фан и Янь Сюэ на них смотрят, они тут же затараторили, что в их комнате термос пуст, пришли одолжить воды.

И только когда договорили, выяснилось, что они пришли за водой без кружки; пришлось срочно возвращаться за ней.

Выбегали так поспешно, что забыли закрыть дверь, и Янь Сюэ отчётливо услышала, как те двое, уже наверху, говорили друг другу – шёпотом, как им казалось:

– И правда красивая.

В этом было какое-то удивление, но не очень сильное.

В горах женщин мало, в бригаде сплошные мужики, и тут вдруг появляется такая молодая, цветущая девушка – кому же не будет любопытно?

Вот только эти парни, наверное, слишком привыкли работать на открытых пространствах, где общаются в основном криком, да ещё и перекличка при работе, – даже когда стараются говорить тише, голоса у них всё равно громоподобные...

Янь Сюэ взглянула на Ци Фана – и увидела, что даже у этого бесстрастного мужчины на лице отразилась лёгкая досада, и он пальцем, худым и жилистым, потёр переносицу.

На этот раз, когда они остались вдвоём, повисла долгая тишина: оба как будто боялись, что стоит им заговорить, и снова кто-нибудь ворвётся.

Наконец Янь Сюэ не выдержала и рассмеялась:

– Забавные у тебя товарищи.

Только такая изнеженная барышня, не знавшая тягот, может не понимать, что это значит – жить в таких условиях – и ещё с такой наивностью говорить «забавные»...

Ци Фан чуть скривил губы, собираясь что-то сказать, но снова послышались шаги.

На этот раз даже в его обычно холодном голосе просквозило раздражение:

– Что ещё?

– Я... – тот, кто вошёл, от неожиданности под этим внезапно острым взглядом запнулся: – Да есть дело...

Не успел договорить, как его сзади хлопнули по голове:

– Чего ты, как баба, мнёшься? Не у тебя дело – на участке ЧП.

Комментарии