Хоть Хоу Цзэ и договорился о кредитной линии на пятьсот тысяч в состоянии всеобщего опьянения, из-за того, что каждый преследовал собственные скрытые цели, дело пошло как по маслу. Очень скоро была отгружена первая партия товара на двести пятьдесят тысяч. Однако условием партнера было погасить эту сумму до октября, чтобы помочь ему поднять показатели за третий квартал, поскольку квартальная аттестация зависела от поступления средств на счет.
Хоу Цзэ возомнил, что получение кредитной линии и товара решит его финансовый кризис, и переключил все внимание на то, как поднять продажи. Сумма в пятьсот тысяч была немалой — фактически ему предстояло реализовать товара больше чем на миллион. Поэтому в первую очередь Хоу Цзэ пересмотрел стандарты комиссионных для Хань Юнь и Сяо Лю, внедрив многоуровневую систему поощрения.
Под щедрой наградой всегда найдется храбрец: Хань Юнь и Сяо Лю не подвели Хоу Цзэ. Соблазненные высокими процентами, они быстро наподписывали целую стопку контрактов. А с учетом того, что у директора Сяо и дяди стартовали новые проекты, продажи заметно подскочили, и до конца года полностью распродать товар на пятьсот тысяч не составило бы никакого труда. Но Хоу Цзэ не осознавал, что его действия лишь временно завуалировали финансовые проблемы, и вскоре они всплыли вновь.
К началу сентября Хоу Цзэ обнаружил, что на его балансе осталось чуть больше восьмидесяти тысяч юаней, дебиторская задолженность, которую можно было собрать за месяц, составляла едва ли двести с небольшим тысяч, а вот расходы достигли сорока двух тысяч. Сюда вошли зарплаты сотрудников, погашение кредитной линии, банковские займы и долг перед Куньпэном, причем отсрочить нельзя было ни единого платежа.
По идее, Хоу Цзэ следовал бы в первую очередь вернуть деньги другу Хань Куньпэну — в конце концов, это были средства, которые тому срочно требовались на свадьбу. Однако Хоу Цзэ сначала пустил их на выплату зарплат и погашение кредитов, рассчитывая, что позже соберет дебиторку и вернет долг товарищу целиком. Но вышло иначе: деньги едва успели разойтись, как зазвонил телефон от Куньпэна.
Глядя на то, как сотовый издает пронзительную трель, Хоу Цзэ почувствовал легкую колющую боль в животе. И все же, когда звонок повторился, он с улыбкой ответил, делая вид, что безумно рад:
— Алло! Куньпэн, был так занят, что не услышал сразу. Как ты поживаешь, когда возвращаешься в Синьчжоу?
— Отработаю эту неделю и вернусь.
Хоу Цзэ наигранно восторженно произнес:
— Отлично! Как приедешь, обязательно набери меня, я тебя встречу.
— Не нужно, я взял билет на самолет, прилечу в административный центр и с двоюродным братом сразу поеду в деревню.
— Вот и ладно, тогда как будет время, обязательно заглядывай ко мне, посидим как следует.
— Без проблем, мне еще нужно будет заехать в город сделать свадебные фото, тогда и наберу. Кстати, как дела с бизнесом?
Желая развеять сомнения собеседника, Хоу Цзэ уверенно заявил:
— Неплохо, вырос вдвое по сравнению с прошлым. Но я искренне надеюсь, что мы с тобой сможем объединить усилия и вести дело вместе.
— Поговорим об этом позже, ты же знаешь мою ситуацию. Я женюсь со дня на день, мне срочно нужны деньги.
Поняв, что товарищ намекает на возврат долга, Хоу Цзэ решил сыграть на эмоциях и праведно заявил:
— Ладно, для тебя у меня в любом случае припасено местечко, приезжай когда угодно. Кстати, я тут только что выплатил зарплаты и заказал новую партию товара, с наличностью туго. Могу я вернуть тебе пока только половину, а остальное отдам через пару дней, как соберу выручку за товар? Задержка максимум дней пять.
По уговору спор тянулся уже несколько дней, и Куньпэн, поколебавшись с секунду, устало согласился:
— Ладно уж! Поговорю с будущей тещей.
— Спасибо за понимание, брат.
Повесив трубку, Хоу Цзэ схватился за грудь и глубоко вздохнул. Сердце, замершее в груди, наконец опустилось на место, да и живот перестал болеть. Успокоившись, Хоу Цзэ проверил остаток счета — там было чуть больше сорока тысяч, — поспешно обналичил деньги с кредитки и, кое-как наскребя пятьдесят пять тысяч, перевел их другу, временно миновав кризис.
Хоу Цзэ рассудил, что у него висит почти двести тысяч дебиторской задолженности и за пять дней он без труда осилит собрать еще пятьдесят пять тысяч, чтобы полностью расплатиться с другом. Главным же оставалось успеть до конца месяца закрыть заводу те двести пятьдесят тысяч, поэтому он снова задумался о кредите.
Хотя Хоу Цзэ прекрасно разбирался во всевозможных видах займов, обойдя за прошедшие пять дней множество финансовых организаций, он не смог выбить ни единой монеты.
Хуже того: из-за того, что у Сяо Лю было слишком много клиентов, по нескольким из них он забыл провести сверку взаимных расчетов, из-за чего провести платежи моментально не получилось. Суммы были небольшими, но для Хоу Цзэ, которому деньги требовались срочно, это стало настоящим кошмаром. Если бы не вмешательство Хань Юнь, они с ней наверняка снова разругались бы.
Поскольку нужную сумму для возврата долга Куньпэну собрать не удалось, Хоу Цзэ намеревался потянуть пару дней, пока не поступят платежи, а потому на связь с Куньпэном не выходил. Но он никак не ожидал, что Куньпэн явится в магазин лично, да еще и со своей невестой. Девушку звали Чжан Янь, она была родом из той же деревни, что и Куньпэн, невысокого роста, смуглая — по одному ее виду сразу угадывался человек, привычный к тяжелому труду.
Взявшись за руки, они вошли в магазин. Хань Юнь подумала, что это молодая пара пришла выбирать стройматериалы для ремонта, и поспешила встретить их:
— Здравствуйте, что вас интересует?
Куньпэн окинул взглядом помещение и заискивающе произнес:
— Мы не за покупками, Хоу Цзэ ведь здесь?
Хань Юнь омерила обоих взглядом: те были одного возраста с Хоу Цзэ, судя по всему, его бывшие одноклассники. Она улыбнулась:
— Он наш директор, только что отлучился. Вы по какому-то делу?
— Я его одноклассник, сегодня как раз заскочил по делам в город, вот и заглянул по пути, — ответил Куньпэн.
— Тогда присаживайтесь пока, я ему позвоню. Как ваше имя?
Спинком к двери, Куньпэн замялся:
— Не стоит беспокоиться, мы зайдем в другой раз!
Девушка дернула Куньпэна за полу рубашки, и Хань Юнь тут же заметила это. Решив, что у них разногласия насчет того, оставаться ли, она поспешила успокоить гостью:
— Ничего страшного, он только что ушел, должен быть неподалеку. Посидите минутку.
— Хорошо, тогда извините за хлопоты, сестрица, — произнесла девушка и увлекла Куньпэна к столику для приема посетителей.
Закончив звонок, Хань Юнь принесла гостям чаю:
— Попейте пока горячего чаю, босс говорит, что уже возвращается.
Девушка чуть подвинула чашку и вежливо улыбнулась:
— Спасибо большое.
В магазине было тихо, и Хань Юнь завязала с ними непринужденную беседу:
— Я прямо с порога заметила, вы так похожи, словно муж и жена. Уже расписались?
Лицо девушки озарила сияющая улыбка:
— Спасибо, сестрица, пока нет! Третьего числа следующего месяца свадьба, сегодня вот приехали за свадебными фото.
Хань Юнь сложила руки в приветственном жесте:
— Заранее поздравляю вас, желаю счастья молодым и гармонии на долгие годы.
— Спасибо вам, — откликнулась девушка, достала из сумочки корочку конфет и протянула Хань Юнь.
Та приняла угощение:
— Благодарю! От души благодарю! Не стану отказываться, подпитаюсь вашей радостью.
...
В самый разгар их оживленной беседы вошел Хоу Цзэ. Сперва он остолбенел, но мгновение спустя лицо его расплылось в улыбке:
— Куньпэн! Какими судьбами? Мог бы и предупредить заранее, я бы тебя встретил.
Куньпэн поднялся и обернулся к нему:
— Мы сегодня приехали на фотосессию, смотрим — тут совсем недалеко от твоего магазина, вот и зашли напрямую.
— Пообедать уже успели? — дежурно поинтересовался Хоу Цзэ.
— Да, поели, — ответил Куньпэн.
— А фотографии уже сделали? — спросил Хоу Цзэ.
Застенчиво улыбнувшись, Куньпэн покачал головой:
— Пока нет, сегодня только все обговорили, съемки завтра-послезавтра начнутся. — Затем он указал на девушку рядом: — Это моя невеста, Чжан Янь.
Хоу Цзэ смерил девушку взглядом и шутливо бросил другу:
— Сразу видно, что будущая жена — хозяйственная женщина, смотри у меня, Куньпэн, не обижай ее. — Затем он обратился к самой девушке: — Невестка, если он вдруг вздумает тебя обижать, сразу жалуйся мне, я за тебя заступлюсь.
Девушка слегка кивнула и с улыбкой произнесла:
— Он человек надежный, ему и в голову такое не придет, смелости не хватит. Он часто вспоминает о вас, говорит, что вы самый образованный из всех его одноклассников и единственный, кто воспринимал его всерьез и даже думал о нем, когда подворачивалось что-то хорошее. Гляжу, ваш магазин только на старте, а уже так процветает — наверняка в будущем огромное состояние сколотите. Разбогатеете, не откажите в помощи моему суженому.
Простая искренняя похвала пришлась Хоу Цзэ по душе, и он самоуверенно отрапортовал:
— Разумеется! Мы же с ним столько лет как братья.
Компания проболтала с полудня до четырех с лишним часов пополудни. Разговор вроде бы клеился, но все трое упорно избегали главного — возврата долга. Хоу Цзэ молчал, потому что в карманах и впрямь гулял ветер, и он надеялся тянуть время и дальше. Куньпэн с невестой помалкивали из уважения к присутствующей Хань Юнь — они боялись ударить в грязь лицом перед Хоу Цзэ и надеялись, что он сам поднимет эту тему. Однако, видя, что Хоу Цзэ весь день сыплет бахвальством и словно напрочь забыл о займе, молодые люди начали нервничать.
Когда Хоу Цзэ принялся расписывать стоимость товаров в своем магазине, девушка изловчилась вставить слово:
— Не думала, что Хоу-гэ у нас такой молодец. Вон сколько здесь товара — на сотни тысяч потянет. Совсем не то что наш Куньпэн: даже на несколько десятков тысяч выкупа невесты и то собрался частями выдавать.
Поняв, что девушка метит прямо в него, Хоу Цзэ неловко рассмеялся:
— Невестка, все хорошее приходит в паре, частями так частями — все равно выплатит, об этом не переживай. Главное, чтобы Куньпэн к тебе хорошо относился, это куда важнее любого выкупа.
Девушка кивнула:
— Мм! Я тоже так думаю, потому и уговорила маму дать Куньпэну побольше времени. Иначе с ее-то характером она ни за что не пустила бы меня с ним на фотосессию.
Не желая, чтобы Хань Юнь пронюхала о его долгах, Хоу Цзэ поспешил сменить тему:
— Невестка, вы и впрямь писаная красавица с добрым сердцем, Куньпэну чертовски повезло заполучить такую жену. Смотрю, как раз время ужина подошло, как насчет того, чтобы смотаться в Сифэньлоу на царских крабов? Поедим и поболтаем от души.
Девушка прекрасно знала, что взятое в долг угощение дорого обходится, и решительно отклонила предложение:
— Не стоит хлопот, мы в эту поездку остановились у тетушки, она наверняка ждет нас к ужину.
Куньпэн тут же поддержал ее:
— Наверняка тетя уже всё приготовила, только нас и ждет. В другой раз!
Нахмурившись, Хоу Цзэ возмутился:
— Так дело не пойдет! Я же заранее говорил: как вернешься, везу вас обоих в Сифэньлоу на крабов. Если уедешь нынче вечером, значит, ни в грош меня как брата не ставишь.
Куньпэн в растерянности посмотрел на невесту. Та понимала, что Хоу Цзэ просто пускает пыль в глаза и лезет из кожи вон ради показухи, и хотя ей не улыбалось оставаться у него в долгу, отказываться наотрез было нельзя. Поразмыслив, она нашла компромисс и соврала:
— У меня аллергия на морепродукты. Давайте лучше в Фэнцзиньлоу? Мы хоть и синьчжоуские, а до сих пор толком не пробовали настоящей местной кухни.
Если в Сифэньлоу чек на человека составлял две с лишним тысячи, то такое заведение Хоу Цзэ сейчас точно бы не потянул, а потому с радостью ухватился за предложение девушки:
— Ну хорошо, тогда я вызову машину, поедем прямо сейчас.
Оказавшись в Фэнцзиньлоу, Хоу Цзэ понял, что откладывать разговор о возврате больше нельзя — нужно было хоть как-то объясниться. Он заговорил первым:
— Невестка, прости великодушно. У меня тут возникли временные финансовые трудности, и я был вынужден пустить в ход деньги, что Куньпэн собирал тебе на выкуп. Договаривались вернуть через месяц, но бизнес пошел в гору, потребовались вложения, вот я вовремя и не справился. Виноват я, ты на Куньпэна не сердись. Оставшуюся сумму я завтра кров из носу соберу и переведу вам.
Куньпэн смущенно пробормотал:
— Да брось ты, есть свободные — пользуйся, мне не горит, главное — расплатиться до свадьбы.
Девушка поддержала вежливым тоном:
— Верно! Если срочно нужно, пока попользуйся.
Понимая, что те лишь любезничают с ним, Хоу Цзэ замахал руками:
— Нет-нет, что бы ни было, а завтра я деньги верну! И так уже столько тянул, если и дальше динамить стану, разве я после этого человек?
Девушка бросила взгляд на Куньпэна, повернулась к Хоу Цзэ и сказала:
— Ладно, пусть так. Только те десять тысяч процентов, что ты обещал ему выплатить сверх суммы, давай опустим.
Решив, что она намекает на его неплатежеспособность, Хоу Цзэ твердо запротестовал:
— Невестка, так не пойдет! Уговор дороже денег, договаривались на конкретную сумму, ни юанем меньше.
Куньпэн положил руку Хоу Цзэ на плечо:
— Хоу Цзэ, я ведь тебе не чужой, выручил по-братски, какие проценты? Если отдашь еще и их, значит, совсем от рук отбился и держишь меня за постороннего.
Девушка добавила:
— Вы такие близкие друзья, а из-за денежного займа проценты делите. Как мы потом, если сами попадем в беду, осмелимся обращаться к тебе за помощью? Сам подумай.
Хоу Цзэ попытался возразить:
— Это совершенно разные вещи! Проценты предложил я сам, и если бы...
Не дослушав, девушка перебила его:
— Хоу-гэ, послушай совета: за этот ужин платим мы, и никаких споров. Считай это нашей благодарностью за то, что выручил с займом. Разбогатеешь — не забывай про нашего Куньпэна.
Ее слова растрогали Хоу Цзэ до глубины души, и он горячо выпалил:
— Само собой! Разбогатеем — друг друга не забудем! Навек лучшие братья!
После обеда времени оставалось еще предостаточно. Под предлогом неотложных дел Хоу Цзэ откланялся и ушел, а Куньпэн с невестой, прогуливаясь рука об руку по парку у реки, любовались ночным городским пейзажем.
Остановившись на центральной площади парка, девушка посмотрела на Куньпэна:
— Я отказалась от процентов, не спросив твоего разрешения. Ты ведь не сердишься?
В глубине души Куньпэн, конечно, не прочь был получить те деньги — в конце концов, соглашаясь на долг, он соблазнился именно десятью тысячами сверху. Хоть он и не понимал до конца мотивов невеста, раз дело было сделано, оставалось лишь напустить на себя миролюбивый вид:
— С чего бы мне сердиться? Брать их и вправду было неудобно.
Девушка давным-давно раскусила его мысли и пояснила:
— Как ни крути, я считаю правильным объяснить тебе свою логику. Твой дружок, конечно, пустозвон каких мало, напускает туману и жутко раздражает, но видно же, что другом тебя считает искренне. Возьми мы с него эти деньги — и впрямь выглядело бы некрасиво. К тому же ты сам говорил: его дядя — крупный строительный магнат. При такой родственной связи он вполне может пойти в гору. Поможем ему сегодня, авось в будущем это знакомство нам еще сослужит добрую службу. Согласен?
Рассуждения невесты заметно успокоили Куньпэна:
— И правда. Сам я до такого и не додумался бы.
Девушка продолжила:
— А кроме того! Нынче тот, кто дает в долг — царь и бог. Уж не знаю, каков он человек, но если завтра он и вправду вернет долг и мы сможем спокойно сыграть свадьбу — этого вполне достаточно. Иначе мамин нрав ты знаешь. К тому же, раз уж он человек совестливый, думаю, на саму свадьбу он раскошелится на куда более солидный конверт, чем те несчастные проценты.
Куньпэн и не подозревал, что его невеста столь проницательна, и чувствовал себя так, будто сорвал джекпот:
— Честности Хоу Цзэ я все-таки доверяю. Кажется, он и впрямь сейчас на мели. После твоих слов я уверен: завтра он вернет долي до копейки.
Девушка лишь улыбнулась уголками рта:
— Посмотрим.
Слова девушки оправдались на сто процентов: уже на следующий день во второй половине дня Куньпэн получил от Хоу Цзэ оставшиеся сорок пять тысяч. А на самой свадьбе новобрачным вручили красный конверт от Хоу Цзэ еще на десять тысяч.

Комментарии

Загрузка...