Противный визг сирены наконец умолк, а эхо металлических ударов ещё гулком разносилось по трансформаторной. За дверью тяжёлые и растерянные шаги пожирателей стихли окончательно, оставив лишь монотонное шуршание кислотного дождя, которое сейчас казалось на удивление зловеще-мирным.
Чэнь Мо брякнулся на ледяной бетонный пол, словно бесформенный кусок грязи, прислонившись спиной к электрощиту. Его грудь тяжело вздымалась, а пот катился градом по подбородку.
— Фу... ха... Конвейер... эт-это точно... не для живых людей работа... — тяжело отдуваясь, пробормотал он. Ему казалось, что в горле всё пересохло от дыма, ведь недавний вопль об образцовом сотруднике выжжал все силы до последней капли.
Лу Синмянь тоже опирался на погнутую оцинкованную стальную трубу. Усталость накатывала на тело волной, а резкая боль от ментального удара, отразившегося рикошетом в море сознания, ещё до конца не улеглась. Однако он не мог думать о себе — его взгляд сразу же устремился к Шэнь Яньцы, сидевшему в углу.
Состояние Шэнь Яньцы было куда хуже.
Прислонившись спиной к стене, он из бледного превратился в жуткий пепельно-сизый оттенок. Холодный пот пропитал прядки волос на лбу, а крепко сжатые губы лишились всяких признаков крови. На руке, в месте наспех сооружённой импровизированной перевязки из ткани, чёрная дымка просачивалась тонкими нитями, словно нечто живое. Она клубилась, не рассеиваясь, и даже угрожающе расползалась в сторону плеча. Каждое дыхание давалось с невероятным трудом, сопровождая подавленной болью. Закрыв глаза, он, казалось, изо всех сил с чем-то боролся, но мелкая дрожь тела выдавала те муки, что ему приходилось выносить.
— Шэнь Яньцы! — сердце Лу Синмяня сжалось от тревоги. Он мгновенно бросился к нему на коленки, собираясь осторожно осмотреть рану, но тут же испугался потревожить странную чёрную субстанцию вновь.
— В-всё в порядке, — с трудом разомкнул глаза Шэнь Яньцы. В глубине его зрачков теплился огонёк из последних сил удерживаемого рассудка, а голос звучал хрипло и едва слышно. — Пока... не помру.
Он попытался изобразить успокаивающая улыбку, но уголки его рта искривились от боли в жуткой гримасе.
— И это ты называешь всё в порядке?! — Чэнь Мо с трудом подполз ближе и позеленел от страхи, разглядев извивающуюся чёрную дымку на руке Шэнь Яньцы. — Братец Шэнь, твоя рана... выглядит безумнее правок от заказчика в двенадцать часов ночи! Эта чернь что, решила набить тебе готический рукав в тату-салоне?
Лу Синмянь пропустил болтовню Чэнь Мо мимо ушей. Он посмотрел на Гу Жань — та всё ещё не отошла от пережитого шока, и лицо её оставалось мертвенно-бледным. Взволнованно парень спросил:
— Госпожа Гу, вы только что назвали это прикосновением нечистоты, сказав, что обычное очищение здесь бессильно. Вы знаете, как с этим бороться? Или... здесь есть какие-то лекарства? Аптечка первой помощи?
Прижавшись спиной к холодному корпусу подстанции, Гу Жань всё ещё слегка подрагивала — устроенный ад наяву явно оставил глубокий след в её душе. Услышав вопрос, она глубоко вздохнула, заставляя себя взять себя в руки. Её взгляд скользнул по руке Шэнь Яньцы, переполнившись глубокой озабоченностью и еле уловимым... страхом.
— Прикосновение нечистоты... это сгусток самой злобной частицы из ядра озлобленных духов, — голос Гу Жань дрожал от пережитого ужаса. — Оно подобно живому яду, что непрерывно разъедает плоть и... рассудок. Обычные лекарства тут бессильны, они лишь подольют масла в огонь. Если только... если только не отыскать ядро очищения, либо...
Она замялась, её глаза забегали.
— Либо нужна мощная чистейшая энергия жизни, способная насильственно нейтрализовать его.
— Ядро очищения? Что это? Где оно находится? — не унимался Лу Синмянь.
— Прямо в глубине этого завода, — Гу Жань указала на плотно закрытую, покрытую пылью и масляными пятнами железную дверь в дальнем конце электрощитовой, за которой, судя по всему, простирались ещё более масштабные цеха. — Под тем гигантским... котлом реакции плоти и крови. Там находится сердцевина заражения всего предприятия, и это единственное место, где может скрываться очищающая сила. Но...
На её лице проступил глубокий трепет.
— Там же логово... их, то есть пожирателей. Оно в десятки раз опаснее тех патрульных монстров у входа!
— Центр логова?! — взвыл Чэнь Мо, чуть снова не рухнув на пол. — В нынешнем состоянии братца Шэнь мы же не на помощь идём, а прямо как доставка еды! Причём курьером до самого порога!
Сердце Лу Синмяня тоже ушло в пятки. В своём нынешнем состоянии Шэнь Яньцы не выдержал бы и затяжного боя, не говоря уже о проникновении в самое сердце логова монстров.
В этот момент измазанные кровью уголки губ Шэнь Яньцы едва заметно дрогнули. Его острый взгляд метнулся к небольшой уцелевшей цепочке из антикварной меди, выглядывавшей из бокового кармана рабочего рюкзака Гу Жань.
— Госпожа Гу... — его голос звучал слабо, но нёс в себе пронзительную силу. — Не могли бы вы... объяснить, что находится в вашем рюкзаке? В таком месте ходящие карманные часы... кажутся ещё более диковинными, чем аптечка.
Вспышка!
Лицо Гу Жань мгновенно побелело сильнее, чем тогда, когда путь преградили пожиратели! Словно получив удар током, она судорожно обеими руками закрыла тот самый ничем не примечательный кармашек, невольно вжавшись в себя и испуганно отводя глаза от острого взгляда Шэнь Яньцы.
— К-какие часы? Вам показалось! Это... цепочка! Точно, самая обычная старая цепочка для часов! — её голос заметно дрожал от попыток оправдаться, а костяшки пальцев побелели от усилия.
— О? Правда? — Шэнь Яньцы легко кашлянул, и движение отозвалось болью, заставив его нахмуриться, но пристальный соколиный взгляд продолжал бурить Гу Жань. — Тогда почему... в той суматохе чёрная дымка на моей руке вдруг на мгновение зачахла? Пусть ненадолго, но ощущение было таким, будто у времени украли крошечный кусочек, а распространение яда замерло на доли секунды... Госпожа Гу, это тоже просто совпадение?
Его тон оставался ровным, но каждое слово разило наповал.
Тело Гу Жань заметно окоченело, взгляд судорожно метался, губы дрожали, не в силах вымолвить ни единого звука. Под колоссальным психологическим давлением последние крупицы краски окончательно сошли с её и без того бледного лица.
— Сестрица Гу, — Лу Синмянь смягчил тон, но его глаза оставались полны серьёзности. — Мы не держим на вас зла. Рана Шэнь Яньцы крайне опасна, и если у вас действительно... есть способ хоть немного замедлить отравление, даже самую малость — для нас это может стать шансом на спасение! Умоляю вас!
Он посмотрел на бесконечно ползущую по руке Шэнь Яньцы чёрную субстанцию, в которой безошибочно угадывалось нечто живое, а в его собственных глазах отражалась нескрываемая тревога.
Чэнь Мо тоже сбросил дурашливое выражение лица и на редкость серьезно воззрился на девушку:
— Точно, сестрица Гу, глянь на этот тёмный рукав брата Шэня — он же скоро до плеча доберётся! Если так пойдет дальше, он того и гляди мутирует в тёмного владыку Шэня! Тогда нам всем конец! Сделай милость, достань свою заначку на чёрный день, ведь спасти одну человеческую жизнь — всё равно что построить пагоду в семь этажей!
Гу Жань взглянула на искреннюю мольбу в глазах Лу Синмяня, перевела взгляд на всё ухудшающееся состояние Шэнь Яньцы и дурашливое, но исполненное беспокойства лицо Чэнь Мо, после чего ощутила на себе пронзающий насквозь взор Шэнь Яньцы. Она закусила губу до боли, ведя ожесточенную внутреннюю борьбу. Наконец её пальцы, намертво вцепившиеся в карман, крайне медленно и неохотно разжались.
Дрожащими руками она предельно осторожно извлекла из скромного потайного кармашка какой-то предмет.
Это действительно оказались карманные часы.
Древний латунный корпус покрывали следы потёртостей, края слегка окислились и почернели, а крышка, судя по всему, когда-то несла на себе какое-то украшение, от которого осталась лишь расплывчатая вмятина. Цепочка тоже была выполнена из тонкой постаревшей меди. Вся вещица выглядела донельзя заурядно и даже потрепанно — на блошином рынке на неё вряд ли кто-то обратил бы внимание.
Но стоило Гу Жань извлечь её на свет, как Лу Синмянь и Шэнь Яньцы одновременно ощутили крайне слабый, но не заметить который было невозможно странный привкус! Воздух вокруг словно покрылся микроскопической рябью, а свет на долю секунды искривился. Ещё отчётливее проявилось другое: чёрная дымка на руке Шэнь Яньцы, прежде рвавшаяся вверх по предплечью, словно натолкнулась на невидимую преграду — её продвижение внезапно и резко замерло!
Пусть лишь на мгновение, но эффект оказался реальным!
— Это... что такое? — изумленно выдохнул Лу Синмянь, глядя на ничем не примечательный хронометр.
Гу Жань сжала часы так сильно, что её пальцы побелели до боли, будто в руках у неё находился раскаленный уголь.
— Он... он называется песочные часы времени, — тихо выговорила она, источая глубокую усталость и страх. — Я их не крала! Я... я нашла их, когда расчищала заброшенный архивный сектор Б, прямо в руках скелета... одетого в рабочую спецовку старого образца. Часы были зажаты в костяных пальцах... Я... мне просто стало любопытно...
Вспомнив жуткую картину, она снова вздрогнула.
— Песочные часы времени? — Шэнь Яньцы окинул вещицу острым взглядом, особенно задержавшись на вмятине крышки. — И что они делают?
— О-они... они способны управлять течением времени в очень маленькой области, ну совсем крошечной, и... цена за это чудовищна, — горько произнесла девушка. — Каждое использование словно... отрывает от тебя кусочек времени. Человек чувствует страшную усталость и слабость... К тому же их нельзя применять подряд, иначе...
Она не договорила, но застывший в глазах ужас говорил сам за себя.
— Только что... у входа было слишком шумно, и я... испугалась до смерти, поэтому... машинально применила их к руке господина Шэня... чтобы замедлить...
Она опустила голову, голос её звучал всё тише и тише.
— Красть время? А расплата — слабость? — от услышанного Чэнь Мо едва не лишился дар речи. — Сестрица Гу, эти твои часы... из микрофинансовой конторы? Берёшь секунду — отдаёшь год жизни?
Шэнь Яньцы же, похоже, уловил более важную деталь.
— Скелет? Рабочая спецовка старого образца? — превозмогая головокружение и резкую боль, он сохранял ясность мысли. — Госпожа Гу, вы сказали, что нашли их в архивном секторе Б? У того скелета... были еще какие-то приметы?
Гу Жань напрягла память, всё ещё содрогаясь от пережитого:
— Приметы... на его рабочем бейдже, кажется, значилось что-то вроде Цзя... буквы стёрлись. Точно! Он... он был не простым скелетом! Его кости... были тёмно-красными! Словно... пропитаны насквозь изнутри! И... вокруг него валялось полно... обрывков резины, как будто... рассыпался в прах защитный костюм...
— Цзя... тёмно-красные кости... обрывки резины... — пробормотал Шэнь Яньцы, и в его голове мгновенно всплыл резиноподобный силуэт управляющего гостиницей по имени Цзя Жэнь!
Он резко вскинул голову, и взгляд его молнией метнулся за полутораметровый корпус электрощита, у которого до этого стояла Гу Жань. Там, заваленные наполовину брезентом в масляных пятнах, лежали какие-то предметы. Замеченный им ранее странный металлический блеск как раз пробивался сквозь складки брезента!
— Чэнь Мо! Лу Синмянь! Скиньте этот брезент! — отрывисто скомандовал Шэнь Яньцы, сорвав голос из-за спешки.
Хоть Лу Синмянь с Чэнь Мо и не поняли причины, грозный тон Шэнь Яньцы заставил их действовать незамедлительно. Вдвоём они навалились и осторожно стянули тяжёлую ткань, засыпанную толстым слоем пыли и мазута.
Бум!
Пыль тучей взмыла в воздух.
То, что открылось под брезентом, заставило всех троих судорожно втянуть воздух!
Это вовсе не были детали сломанного оборудования!
Перед ними стоял относительно хорошо сохранившийся прибор странной формы! Его основой служил цилиндрический металлический бак высотой около полуметра, к которому тянулись толстые, покрытые коррозией трубы. Больше всего привлекало внимание круглое смотровое окошко на передней части корпуса, сквозь грязь которого всё ещё угадывались очертания. За стеклом проступали остатки какой-то застывшей, отвратительной тёмно-красной гелеобразной массы.
На панели управления прибора, несмотря на налёт пыли, под тумблерами и индикаторами отлично читалась табличка:
[Экспериментальный образец: Реактор биомассы TH-07 (прототип)]
[Оператор: Цзя Жэнь]
[Статус: Экстренная остановка (потеря контроля над подопытным)]
[Предупреждение: Приближение строго запрещено! Высокий уровень заражения! Высокая активность!]
— Цзя Жэнь?! — в ужасе завопил Чэнь Мо. — Цзя Жэнь?! Управляющий отелем?! — он диким взглядом уставился на Гу Жань. — Сестрица Гу! Ты только что говорила, что на бейдже того скелета было имя на Цзя?!
Гу Жань застыла как статуя. Глядя на имя Цзя Жэнь на заводской табличке и предупреждение об утере контроля, она побелела, как полотно, сделала невольный шаг назад, едва не выронив песочные часы.
Взгляд Шэнь Яньцы впился в надписи TH-07, реактор биомассы и потеря контроля над подопытным. Проведя параллель с резиновым телом Цзя Жэня и искривлёнными законами отеля, мириады обрывков улик бешено столкнулись и выстроились в единую мозаику в его молниеносно работающем мозге!
— Я понял... — в голосе Шэнь Яньцы проступило холодное прозрение, прерывавшееся от резкой боли, но оттого не менее ясное. — Этот завод... вовсе не обычное предприятие! Это секретная база профессора, где проводились ранние эксперименты по слиянию человеческой плоти и энергии Пограничья! Этот реактор... — он указал на холодный металлический бак, — служил для создания... «сырья»! Те пожиратели... так называемые духи прикосновения нечистоты... да и сам Цзя Жэнь... скорее всего, являются неудачными побочными продуктами экспериментов!
Он резко перевел взгляд на зажатые в руке Гу Жань часы. Его глаза блестели подобно клинку:
— А эти песочные часы... судя по всему, вовсе не рядовая реликвия! Весьма вероятно, что именно они служили временным якорем для усмирения вышедшего из-под контроля реактора в те годы! Частью лабораторного оборудования! Цзя Жэнь... был тем самым незадачливым оператором! Он не справился, и вышедшая из-под контроля энергия обратила его в скелет! А часы... сохранили крупицы последней «замораживающей» силы!
Гу Жань словно громом поразило. Рука, державшая часы, дрожала на ветру подобно осеннему листу. Она-то думала, что просто подобрала странную, выручающую в беде безделушку ценой собственной слабости, а за ней скрывалась столь ужасающая правда и кровавая история!
— Т-так что же нам теперь делать? — Лу Синмянь посмотрел на застывший гель внутри реактора, перевел взгляд на злосчастную дымку на руке Шэнь Яньцы, и сердце рухнуло в пропасть. Раскрытая тайна не принесла облегчения, сделав путь впереди лишь темнее и опаснее. Рана Шэнь Яньцы, ядро реактора в глубине завода, пожиратели в логове... каждая напасть несла смертельную угрозу.
Шэнь Яньцы закрыл глаза, судя по всему, борясь с приступом боли и головокружения. Спустя пару секунд он снова распахнул веки — уставшие, но несгибаемые, словно железо. Посмотрев на Гу Жань, он хрипло, но непререкаемо произвел:
— Госпожа Гу... одолжите мне песочные часы времени.

Комментарии

Загрузка...