Ли Чэньцю на мгновение замер, обдумывая услышанное. В конце концов, раз уж он всё равно сюда пришел, почему бы и не выслушать их? Хуже от этого точно не будет.
Ли Чэньцю на мгновение замер, обдумывая услышанное. В конце концов, раз уж он всё равно сюда пришел, почему бы и не выслушать их? Хуже от этого точно не будет.
С этой мыслью он повернулся, снова опустился в кресло и, обведя присутствующих спокойным взглядом, произнес:
С этой мыслью он повернулся, снова опустился в кресло и, обведя присутствующих спокойным взглядом, произнес:
— Ну хорошо, выкладывайте, что там у вас.
— Ну хорошо, выкладывайте, что там у вас.
Лица вербовщиков тут же озарились искренней радостью. Они обступили Ли Чэньцю, наперебой хватая его за рукава и принимаясь усердно заливать в уши свои самые щедрые посулы.
Лица вербовщиков тут же озарились искренней радостью. Они обступили Ли Чэньцю, наперебой хватая его за рукава и принимаясь усердно заливать в уши свои самые щедрые посулы.
— Ты только подумай! — затараторил один, активно жестикулируя. — В этих топовых академиях талантов пруд пруди. Разве ты будешь там уникальным? Станут ли они пылинки с тебя сдувать и лелеять как величайшее сокровище?
— Ты только подумай! — затараторил один, активно жестикулируя. — В этих топовых академиях талантов пруд пруди. Разве ты будешь там уникальным? Станут ли они пылинки с тебя сдувать и лелеять как величайшее сокровище?
— Вот именно! — подхватил другой, оттесняя коллегу плечом. — Они не оценят тебя по достоинству, а для нас ты станешь главным достоянием всей академии! Все ресурсы пойдут исключительно тебе, весь персонал будет крутиться вокруг тебя одного. Подумай сам, разве Великая Четверка академий способна на такое ради первокурсника?
— Вот именно! — подхватил другой, оттесняя коллегу плечом. — Они не оценят тебя по достоинству, а для нас ты станешь главным достоянием всей академии! Все ресурсы пойдут исключительно тебе, весь персонал будет крутиться вокруг тебя одного. Подумай сам, разве Великая Четверка академий способна на такое ради первокурсника?
— Пусть по качеству преподавательского состава мы немного уступаем гигантам, зато во всем остальном обеспечим тебя по высшему разряду! Хочешь мясо редких Возрожденных зверей? Если они есть в запасах академии — ешь сколько влезет, никаких ограничений, полное гособеспечение!
— Пусть по качеству преподавательского состава мы немного уступаем гигантам, зато во всем остальном обеспечим тебя по высшему разряду! Хочешь мясо редких Возрожденных зверей? Если они есть в запасах академии — ешь сколько влезет, никаких ограничений, полное гособеспечение!
— Если выберешь Академию Юэлань, забудь про унылые студенческие общежития! Будешь жить в роскошной загородной вилле вместе со своим личным наставником. Да вообще, с кем захочешь, с тем и поселишься!
— Если выберешь Академию Юэлань, забудь про унылые студенческие общежития! Будешь жить в роскошной загородной вилле вместе со своим личным наставником. Да вообще, с кем захочешь, с тем и поселишься!
— Да они тебе просто зубы заговаривают и кормят пустыми обещаниями! — вклинился третий вербовщик. — Слушай меня, я скажу по делу...
— Да они тебе просто зубы заговаривают и кормят пустыми обещаниями! — вклинился третий вербовщик. — Слушай меня, я скажу по делу...
Час спустя напор красноречия всё еще не ослабевал.
Час спустя напор красноречия всё еще не ослабевал.
— ...В будущем, когда у тебя с женой появятся дети, тебе вообще не придется беспокоиться об их образовании! Все элитные квартиры в районе Первой городской школы принадлежат нашей академии, так что ты...
— ...В будущем, когда у тебя с женой появятся дети, тебе вообще не придется беспокоиться об их образовании! Все элитные квартиры в районе Первой городской школы принадлежат нашей академии, так что ты...
Тук-тук-тук!..
Тук-тук-тук!..
Внезапный, отчетливый стук в дверь оборвал зазывалу на полуслове. Шумная, напоминающая восточный базар комната мгновенно погрузилась в гробовую тишину.
Внезапный, отчетливый стук в дверь оборвал зазывалу на полуслове. Шумная, напоминающая восточный базар комната мгновенно погрузилась в гробовую тишину.
Начинавший уже откровенно клевать носом Ли Чэньцю встрепенулся и покосился на выход.
Начинавший уже откровенно клевать носом Ли Чэньцю встрепенулся и покосился на выход.
— Неужели это конкуренты из элитных академий нас выследили? — негромко спросил он.
— Неужели это конкуренты из элитных академий нас выследили? — негромко спросил он.
— Да быть не может... — пробормотал один из мужчин, растерянно почесывая затылок. — Я ведь лично применил способность и сделал наш автобус абсолютно прозрачным!
— Да быть не может... — пробормотал один из мужчин, растерянно почесывая затылок. — Я ведь лично применил способность и сделал наш автобус абсолютно прозрачным!
— Вот-вот, даже если у них есть первоклассные ищейки, они никак не могли настигнуть нас так быстро, — испуганно зашептались в толпе.
— Вот-вот, даже если у них есть первоклассные ищейки, они никак не могли настигнуть нас так быстро, — испуганно зашептались в толпе.
Однако, несмотря на взаимные заверения, никто из присутствующих не спешил подходить и открывать.
Однако, несмотря на взаимные заверения, никто из присутствующих не спешил подходить и открывать.
— Я знаю, что вы все там, — раздался из-за двери приятный юношеский голос, в котором сквозило ленивое веселье. — Откройте, дайте и мне поучаствовать в общем веселье.
— Я знаю, что вы все там, — раздался из-за двери приятный юношеский голос, в котором сквозило ленивое веселье. — Откройте, дайте и мне поучаствовать в общем веселье.
Находящиеся в комнате испуганно переглянулись. Наконец один из них, набравшись храбрости, выкрикнул:
Находящиеся в комнате испуганно переглянулись. Наконец один из них, набравшись храбрости, выкрикнул:
— Кто там еще?!
— Кто там еще?!
— Ли Шу из Чжайсин, — невозмутимо отозвался незнакомец.
— Ли Шу из Чжайсин, — невозмутимо отозвался незнакомец.
Эти короткие, брошенные вскользь слова разорвались в головах вербовщиков подобно громовому раскату. Все как один застыли на месте, словно громом пораженные.
Эти короткие, брошенные вскользь слова разорвались в головах вербовщиков подобно громовому раскату. Все как один застыли на месте, словно громом пораженные.
— Если не откроете, мне придется войти без приглашения, — в голосе молодого человека за дверью послышались откровенно издевательские нотки.
— Если не откроете, мне придется войти без приглашения, — в голосе молодого человека за дверью послышались откровенно издевательские нотки.
Стоявшая ближе всех к выходу девушка испуганно оглянулась на коллег. Не дождавшись ни единого слова против или знака остановиться, она со щелчком повернула дверную ручку.
Стоявшая ближе всех к выходу девушка испуганно оглянулась на коллег. Не дождавшись ни единого слова против или знака остановиться, она со щелчком повернула дверную ручку.
Дверь плавно распахнулась, и в номер, приветливо улыбаясь, вошел красивый, статный юноша с тонкими чертами лица. Прямо за его спиной следовал мужчина средних лет с простоватым, добродушным лицом.
Дверь плавно распахнулась, и в номер, приветливо улыбаясь, вошел красивый, статный юноша с тонкими чертами лица. Прямо за его спиной следовал мужчина средних лет с простоватым, добродушным лицом.
Ли Чэньцю удивленно моргнул. Этого спутника он прекрасно знал — перед ним стоял Чжу Чэн, тот самый водитель, который вез его в Бюро Спецконтроля.
Ли Чэньцю удивленно моргнул. Этого спутника он прекрасно знал — перед ним стоял Чжу Чэн, тот самый водитель, который вез его в Бюро Спецконтроля.
— Дядя Чжу? А вы как здесь оказались? — с нескрываемым любопытством поинтересовался Ли Чэньцю.
— Дядя Чжу? А вы как здесь оказались? — с нескрываемым любопытством поинтересовался Ли Чэньцю.
Чжу Чэн неловко, явно смущаясь под прицелом десятков настороженных глаз, натянуто улыбнулся и перевел взгляд на юношу:
Чжу Чэн неловко, явно смущаясь под прицелом десятков настороженных глаз, натянуто улыбнулся и перевел взгляд на юношу:
— Да вот... пошел хвостиком за этим молодым человеком.
— Да вот... пошел хвостиком за этим молодым человеком.
— Всё верно, это я привел дядю Чжу с собой, — ослепительно улыбнулся парень. Он неторопливо подошел к Ли Чэньцю и протянул руку для приветствия. — Позволь представиться. Ли Шу, представитель Академии Чжайсин.
— Всё верно, это я привел дядю Чжу с собой, — ослепительно улыбнулся парень. Он неторопливо подошел к Ли Чэньцю и протянул руку для приветствия. — Позволь представиться. Ли Шу, представитель Академии Чжайсин.
— Обычный гражданин, Ли Чэньцю, — ответил тот, скрепляя рукопожатие.
— Обычный гражданин, Ли Чэньцю, — ответил тот, скрепляя рукопожатие.
В глубине темных, бездонных глаз Ли Чэньцю на миг мелькнула едва заметная тень настороженности. Его обострившееся шестое чувство прямо-таки кричало: этот вечно улыбающийся парень невероятно силен. И чертовски опасен.
В глубине темных, бездонных глаз Ли Чэньцю на миг мелькнула едва заметная тень настороженности. Его обострившееся шестое чувство прямо-таки кричало: этот вечно улыбающийся парень невероятно силен. И чертовски опасен.
— О, какая удача! Мы еще и однофамильцы! — добродушно рассмеялся Ли Шу. Разомкнув пальцы, он оглядел притихшую толпу вербовщиков. — Ну что, господа, вы уже закончили свою презентацию? Если да, то теперь моя очередь говорить.
— О, какая удача! Мы еще и однофамильцы! — добродушно рассмеялся Ли Шу. Разомкнув пальцы, он оглядел притихшую толпу вербовщиков. — Ну что, господа, вы уже закончили свою презентацию? Если да, то теперь моя очередь говорить.
В комнате на несколько секунд повисло тяжелое, давящее молчание. Наконец один почтенный, судя по всему, пользующийся всеобщим уважением старец выпрямил спину и глухо произнес:
В комнате на несколько секунд повисло тяжелое, давящее молчание. Наконец один почтенный, судя по всему, пользующийся всеобщим уважением старец выпрямил спину и глухо произнес:
— Мы уже сказали всё, что хотели. Прошу, слово за тобой.
— Мы уже сказали всё, что хотели. Прошу, слово за тобой.
— Премного благодарен, — Ли Шу вежливо прижал ладони друг к другу в традиционном жесте и без лишних церемоний устроился на диване прямо под боком у Ли Чэньцю. — Никогда раньше не слышал об Академии Чжайсин, верно? — понизив голос, вкрадчиво поинтересовался он.
— Премного благодарен, — Ли Шу вежливо прижал ладони друг к другу в традиционном жесте и без лишних церемоний устроился на диване прямо под боком у Ли Чэньцю. — Никогда раньше не слышал об Академии Чжайсин, верно? — понизив голос, вкрадчиво поинтересовался он.
Ли Чэньцю озадаченно кивнул. Судя по тому, какой благоговейный ужас внушало одно лишь название этого заведения местным представителям, академия должна быть на слуху и занимать лидирующие строчки в рейтингах Федерации. Однако среди известных ему учебных заведений для Избранных название «Чжайсин» не встречалось ни разу.
Ли Чэньцю озадаченно кивнул. Судя по тому, какой благоговейный ужас внушало одно лишь название этого заведения местным представителям, академия должна быть на слуху и занимать лидирующие строчки в рейтингах Федерации. Однако среди известных ему учебных заведений для Избранных название «Чжайсин» не встречалось ни разу.
Ли Шу, казалось, ничуть не удивился такой реакции.
Ли Шу, казалось, ничуть не удивился такой реакции.
— Строго говоря, Чжайсин — это не совсем академия в привычном, традиционном понимании, — принялся объяснять он. — Именно поэтому нас нет ни в одном официальном рейтинге учебных заведений для Избранных. К тому же сам кампус расположен далеко за пределами городских стен, в глуши, так что обывателям о нас практически ничего не известно.
— Строго говоря, Чжайсин — это не совсем академия в привычном, традиционном понимании, — принялся объяснять он. — Именно поэтому нас нет ни в одном официальном рейтинге учебных заведений для Избранных. К тому же сам кампус расположен далеко за пределами городских стен, в глуши, так что обывателям о нас практически ничего не известно.
— Не в традиционном понимании? — на лбу Ли Чэньцю пролегла глубокая складка недоумения.
— Не в традиционном понимании? — на лбу Ли Чэньцю пролегла глубокая складка недоумения.
— Лично я считаю наше заведение вполне обычным, — с улыбкой пожал плечами Ли Шу. — Весь этот флер «нетрадиционности» — лишь то, как нас воспринимают со стороны. Может, кто-нибудь из присутствующих здесь почтенных господ желает поделиться своим авторитетным мнением о Чжайсин?
— Лично я считаю наше заведение вполне обычным, — с улыбкой пожал плечами Ли Шу. — Весь этот флер «нетрадиционности» — лишь то, как нас воспринимают со стороны. Может, кто-нибудь из присутствующих здесь почтенных господ желает поделиться своим авторитетным мнением о Чжайсин?
Упомянутый ранее старик не спеша откашлялся и со вздохом произнес:
Упомянутый ранее старик не спеша откашлялся и со вздохом произнес:
— Что ж, раз уж ты сам хочешь, чтобы я открыл мальчику глаза, скрывать мне нечего...
— Что ж, раз уж ты сам хочешь, чтобы я открыл мальчику глаза, скрывать мне нечего...
В течение последующих минут старик без прикрас обрисовал истинную суть Академии Чжайсин, разложив всю подноготную перед Ли Чэньцю как на ладони.
В течение последующих минут старик без прикрас обрисовал истинную суть Академии Чжайсин, разложив всю подноготную перед Ли Чэньцю как на ладони.
Академия Чжайсин. Место, где процент выпускников едва дотягивал до тридцати двух. И столь пугающе низкий показатель обуславливался вовсе не сложностью учебной программы или строгостью экзаменов — просто большинство студентов банально не доживали до заветного дня вручения дипломов.
Академия Чжайсин. Место, где процент выпускников едва дотягивал до тридцати двух. И столь пугающе низкий показатель обуславливался вовсе не сложностью учебной программы или строгостью экзаменов — просто большинство студентов банально не доживали до заветного дня вручения дипломов.
Там свято верили, что только на грани жизни и смерти, вечно балансируя над пропастью, человек способен полностью раскрыть свой скрытый потенциал. Кровь, жестокие убийства и беспощадное соперничество не просто одобрялись администрацией — они возводились в культ.
Там свято верили, что только на грани жизни и смерти, вечно балансируя над пропастью, человек способен полностью раскрыть свой скрытый потенциал. Кровь, жестокие убийства и беспощадное соперничество не просто одобрялись администрацией — они возводились в культ.
Все задания, которые получали студенты, поступали прямиком из Федерального Бюро Безопасности. Ресурсы не выдавались — их приходилось выгрызать зубами. Тот, кто оказывался сильнее всех, становился наставником; тот, кто обладал наибольшей мощью, сам диктовал законы.
Все задания, которые получали студенты, поступали прямиком из Федерального Бюро Безопасности. Ресурсы не выдавались — их приходилось выгрызать зубами. Тот, кто оказывался сильнее всех, становился наставником; тот, кто обладал наибольшей мощью, сам диктовал законы.
Вот что представляла собой Академия Чжайсин — жуткое, первобытное по своей сути место, де-факто стоявшее выше любых законов Федерации!
Вот что представляла собой Академия Чжайсин — жуткое, первобытное по своей сути место, де-факто стоявшее выше любых законов Федерации!
— Но как правительство Федерации вообще позволяет подобному существовать? — недоуменно нахмурился Ли Чэньцю, переводя взгляд со старейшины на Ли Шу. — Как целая академия может плевать на уголовный кодекс?
— Но как правительство Федерации вообще позволяет подобному существовать? — недоуменно нахмурился Ли Чэньцю, переводя взгляд со старейшины на Ли Шу. — Как целая академия может плевать на уголовный кодекс?
Старик не успел раскрыть рта, как Ли Шу перехватил инициативу:
Старик не успел раскрыть рта, как Ли Шу перехватил инициативу:
— Всё просто. Выпускники Чжайсин — это элита из элиты, гении, прошедшие сквозь ад. И все они занимают ключевые посты в государстве. Нынешний глава Федерального Бюро Безопасности — наш выпускник. Предыдущий президент Федерации — тоже закончил Чжайсин.
— Всё просто. Выпускники Чжайсин — это элита из элиты, гении, прошедшие сквозь ад. И все они занимают ключевые посты в государстве. Нынешний глава Федерального Бюро Безопасности — наш выпускник. Предыдущий президент Федерации — тоже закончил Чжайсин.
После этих слов на Ли Чэньцю снизошло мгновенное озарение.
После этих слов на Ли Чэньцю снизошло мгновенное озарение.
«Ну еще бы им не стоять выше закона!» — хмыкнул он про себя. — «Какое может быть правосудие, когда на самом верху сидят исключительно свои?»
«Ну еще бы им не стоять выше закона!» — хмыкнул он про себя. — «Какое может быть правосудие, когда на самом верху сидят исключительно свои?»
— Пусть условия в Чжайсин и драконовские, но если ты по-настоящему силен, для тебя это место станет истинным раем, — подытожил Ли Шу, поднимаясь на ноги. — Выбор за тобой. Если надумаешь рискнуть — спускайся на тридцатый этаж, я буду в тридцать двенадцатом номере.
— Пусть условия в Чжайсин и драконовские, но если ты по-настоящему силен, для тебя это место станет истинным раем, — подытожил Ли Шу, поднимаясь на ноги. — Выбор за тобой. Если надумаешь рискнуть — спускайся на тридцатый этаж, я буду в тридцать двенадцатом номере.
Бросив напоследок короткий взгляд, Ли Шу увлек за собой безмолвного Чжу Чэна и стремительно зашагал к выходу.
Бросив напоследок короткий взгляд, Ли Шу увлек за собой безмолвного Чжу Чэна и стремительно зашагал к выходу.
Едва за ними защелкнулся замок, как погруженная в оцепенение комната взорвалась какофонией взволнованных голосов.
Едва за ними защелкнулся замок, как погруженная в оцепенение комната взорвалась какофонией взволнованных голосов.
— Мальчик мой, ради всего святого, не поддавайся на его речи! — запричитал один из вербовщиков, подбегая ближе. — Чжайсин — это филиал преисподней, там учатся одни безумные маньяки, помешанные на битвах и резне!
— Мальчик мой, ради всего святого, не поддавайся на его речи! — запричитал один из вербовщиков, подбегая ближе. — Чжайсин — это филиал преисподней, там учатся одни безумные маньяки, помешанные на битвах и резне!
— Истинная правда! К тому же там в принудительном порядке заставляют брать миссии. А задания эти — сущий кошмар, который Бюро Спецконтроля не смогло переварить и спихнуло Федеральному Бюро Безопасности. Ты ведь сейчас всего лишь на Первом Пределе, у тебя нет никакой опоры за спиной. Как ты собираешься противостоять кровожадным Возрожденным?
— Истинная правда! К тому же там в принудительном порядке заставляют брать миссии. А задания эти — сущий кошмар, который Бюро Спецконтроля не смогло переварить и спихнуло Федеральному Бюро Безопасности. Ты ведь сейчас всего лишь на Первом Пределе, у тебя нет никакой опоры за спиной. Как ты собираешься противостоять кровожадным Возрожденным?
— Сначала нужно выжить, а уж потом думать о силе! Даже без всякой Чжайсин с твоим талантом ты сможешь многого добиться и прожить долгую, роскошную жизнь. Не забивай себе голову сказками про министров и президентов, это обычная замануха для дураков!
— Сначала нужно выжить, а уж потом думать о силе! Даже без всякой Чжайсин с твоим талантом ты сможешь многого добиться и прожить долгую, роскошную жизнь. Не забивай себе голову сказками про министров и президентов, это обычная замануха для дураков!
Вербовщики наперебой, с пеной у рта пытались воззвать к его благоразумию.
Вербовщики наперебой, с пеной у рта пытались воззвать к его благоразумию.
Ли Чэньцю лишь спокойно покачал головой:
Ли Чэньцю лишь спокойно покачал головой:
— Вы в корне неправы. Только став по-настоящему сильным, я смогу гарантировать себе жизнь. Спасибо за гостеприимство и угощение.
— Вы в корне неправы. Только став по-настоящему сильным, я смогу гарантировать себе жизнь. Спасибо за гостеприимство и угощение.
Юноша поднялся с кресла, вежливо, но прохладно кивнул собравшимся и решительным шагом покинул люкс.
Юноша поднялся с кресла, вежливо, но прохладно кивнул собравшимся и решительным шагом покинул люкс.

Комментарии

Загрузка...