Глава 20

Глава 20. Путь вглубьОказавшись в просторном салоне внедорожника, Тиба небрежно кивнул в сторону водительского сиденья. Там восседал мужчина средних лет, излучавший монументальное спокойствие и ауру абсолютной надежности — качества, которых самому капитану явно недоставало.— Знакомься, это вице-капитан нашего славного отряда, позывной Май. Гений баранки и повелитель любых средств передвижения. А этого придурка, — Тиба ткнул пальцем в сторону пассажирского сиденья спереди, — думаю, и представлять не надо.Там развалился тот самый паренек по имени Сюра, которого не так давно Тэнгу тремя смачными затрещинами впечатал в асфальт, лишив всякого желания подниматься.— Хмпф! — Сюра презрительно фыркнул, задрав нос. — Как только тебя зачислят, я стану твоим старшим по званию. Так что изволь проявлять должное уважение, салага, усек?— Не обращай внимания на этого кретина, — отмахнулся Тиба.Май, судя по всему, тоже не отличался излишней болтливостью. Он лишь скупо, но дружелюбно улыбнулся Гу Юаню в зеркало заднего вида и вновь сосредоточился на дороге.— Будущий сослуживец, позволь задать один пикантный вопрос, — начал Гу Юань.— Валяй. И впредь спрашивай напрямую, без политесов.— А почему вы не на вертолете прилетели?— ...Похоже, придется провести тебе краткий курс молодого бойца. — Тиба с тяжелым вздохом выудил из пачки сигарету и задумчиво понюхал табак. — Отряды с первого по пятый — это, грубо говоря, элита. Они нам почти что начальство. По уровню привилегий и окладов даже их рядовые бойцы ничем не уступают капитанам вроде меня. Что касается отрядов с шестого по пятнадцатый — на бумаге мы все равны. Но на деле, чем мощнее твоя команда, тем жирнее кусок пирога при распределении ресурсов. Слабые отряды всегда пресмыкаются перед сильными. И если случается какая-нибудь крупная заварушка или совместная операция, командовать парадом всегда поручают самым крутым.— Стало быть, Пятнадцатому отряду личный авиатранспорт по статусу не положен? — уточнил Гу Юань.— В яблочко. Вертушки есть только у Шестого, Седьмого и Тринадцатого. И у них даже не по одной машине, — раздраженно проворчал Тиба; от одних лишь мыслей о такой несправедливости у него стремительно портилось настроение.— Уяснил. — Гу Юань понимающе кивнул. — А как насчет служебного жилья? Общежитие какое-нибудь выдают? А то мне сейчас даже кости бросить негде.— Э-э... нет. Погоди-ка. — Тиба с подозрением покосился на собеседника. — С чего это тебя вдруг заботят такие мелочи?— А о чем еще должен думать без пяти минут новый сотрудник, как не о социальном пакете и зарплате? — искренне возмутился Гу Юань, словно говорил очевидные вещи. — Или мне прикажешь грезить о том, как бы вздёрнуть на фонарном столбе парочку зажравшихся капиталистов? Если бы у меня были такие планы, я бы к вам наниматься не стал.Тиба сунул сигарету в рот, пожевал фильтр, но так и не прикурил, вытащив ее обратно:— Экзамены! Чтобы попасть в Департамент, нужно сдать тесты. Неужели тебя совершенно не волнует, пройдешь ты или с треском вылетишь?— Я почему-то был свято уверен, что пролезаю по блату. Ну, знаешь, думал, все эти тестирования — чистая формальность. Назвал имя, расписался в ведомости, и готово. — Гу Юань смерил капитана таким снисходительным взглядом, в котором ясно читалось: «И ради этого стоило так напрягаться?».«Он не этот придурок Сюра. Он не Сюра...» — как мантру мысленно повторял себе Тиба, изо всех сил подавляя жгучее желание отвесить Гу Юаню увесистый подзатыльник. Этот парень был слеплен из совсем другого теста.За последние дни капитан провел собственное расследование и выяснил: вернувшись в тот день домой, Безумный Пламя рвал и метал, круша все на своем пути. Никто из немногочисленных случайных зевак не мог связно описать, что именно произошло во время их стычки, но Тиба был уверен на все сто: Гу Юань хорошенько умыл этого огненного психопата! Такого ценного кадра упускать было нельзя ни в коем случае.Тяжело выдохнув, Тиба порылся в портфеле и протянул Гу Юаню пухлый картонный конверт:— Внутри экзаменационные бланки.— Письменный экзамен? — Гу Юань брезгливо приподнял бровь.— Тест на выявление криминальных наклонностей и оценку психологического профиля. Помимо писанины, будет еще очное собеседование и проверка ранга Пробужденного, — сухо отчеканил Тиба. — Блата нет, но обычно эти тесты сдают без проблем.Вскрыв конверт, Гу Юань извлек стопку распечатанных листов.«Один человек поехал на поезде в соседний город к врачу. Лечение прошло успешно, и он полностью исцелился. На обратном пути, когда поезд въехал в темный туннель, пациент внезапно выбросился из окна и погиб. В чем причина?»«Молодой человек со своей девушкой гуляли вдоль реки. Внезапно девушка оступилась и упала в воду...»Глаза Гу Юаня насмешливо сузились. Ба, да это же древние как мир задачки по криминальной психологии! В его прошлой жизни ими был завален весь интернет. Он так и не узнал, есть ли от них хоть какой-то реальный толк, но уж никак не ожидал наткнуться на этот антиквариат в этом мире. Неужели эта писанина и вправду работает?— Так мне нужно отвечать правильно или, наоборот, писать всякую чушь? — поинтересовался он, подняв глаза на капитана.— А? — опешил Тиба, явно не ожидавший такого подвоха. — Эм... Сюра, а ты в свое время больше правильных ответов дал или неправильных?— Да черт его знает, капитан! Вы же мне шпаргалок не давали, я от балды все накатал, как интуиция подсказала. Там еще про какого-то пингвина было, да? — Сюра обернулся к ним, вытягивая шею.Гу Юань молча протянул ему листок с тестом.— О, точно, те же самые бредни! Ну и что это за идиотские правильные ответы? Да кто в здравом уме до такого додумается?! — забубнил Сюра, пробегая глазами по строчкам и злобно сплевывая.— Так что ты тогда ответил про пингвина? — полюбопытствовал Тиба.— Написал, что у этого дебила просто крыша поехала. — гордо заявил Сюра.— Чего?— Ну, я так и написал в бланке: "Этот мужик был наглухо отбитым психом, поэтому и пустил себе пулю в лоб", — ничуть не смущаясь, повторил Сюра.— ...Ладно. А что с тем слепым, который сиганул из поезда в туннеле?— А я ответил, что это было убийство! — Сюра аж засиял от собственной проницательности. — А что не так?! Какой идиот будет кончать с собой сразу после того, как к нему вернулось зрение? Сто пудов, это хитроумное убийство, замаскированное под суицид!— А история про парня, который не смог спасти тонущую девушку, а потом услышал слова старика и удавился? — не унимался Тиба. Он, признаться, никогда раньше не вчитывался в этот бред. В те далекие времена, когда он сам вербовался в Департамент, экзамены были куда суровее.— Сейчас, дай вспомнить... — Сюра наморщил лоб, скрипя шестеренками. — Ха-ха-ха! Точно, вспомнил! Я написал, что дух утопленницы превратился в мстительного призрака и утащил своего нерадивого хахаля на дно!— ...Вопросов больше не имею. — мрачно подытожил Тиба, вырывая листы из рук Сюры, и даже не подумал возвращать их Гу Юаню.Он повернулся к Гу Юаню:— Можешь эту писанину вообще не читать. Пиши любую чушь, какая в голову взбредет.— Как скажешь. — покладисто согласился Гу Юань.Тиба отвернулся к окну. Взгляд его сделался тяжелым и задумчивым.— Даже если ты завалишь всю теорию и продемонстрируешь полное отсутствие логики и дедукции — плевать. В конце концов, для Пробужденного главное — грубая сила и боевые навыки. А недостаток мозгов всегда могут компенсировать умные товарищи по команде. Да и к тому же... если человек отвечает неправильно на все вопросы, это доказывает лишь то, что он полный кретин. А у кретинов шанс стать Павшим стремится к нулю.— Разве дураки реже сходят с ума и становятся Павшими? — с искренним интересом спросил Гу Юань.— Если только в их жизни не произойдет какого-то грандиозного, травмирующего потрясения. — философски изрек Тиба.— Эй, погодите-ка! Капитан, вы что, сейчас меня идиотом назвали?! — До Сюры на переднем сиденье наконец дошел смысл сказанного.— Я восхваляю твою детскую непосредственность и чистоту души, — не моргнув глазом, парировал Тиба.Гу Юань с легкой улыбкой перевел взгляд на Сюру:— А что, в Департамент берут даже несовершеннолетних сопляков? Воистину, Сакурадзима живет по своим законам: школьники спасают мир от апокалипсиса, пока взрослые дяди штаны в офисах просиживают.— Чего вякнул?! — взвился Сюра, не дав Тибе и рта раскрыть. — Сам ты сопляк! Мне в этом году двадцатник стукнул!— Никогда бы не подумал. — Гу Юань красноречиво поводил ладонью где-то на уровне своей груди, явно намекая на весьма скромный рост оппонента.— Да пошел ты! Я уже метр шестьдесят! В следующем году вымахаю до метра семидесяти, а еще через год буду смотреть на тебя с высоты метра восьмидесяти, понял?! — от возмущения Сюра едва не подпрыгивал на сиденье.— На самом деле ему девятнадцать, — шепнул Тиба, жестом показывая Гу Юаню, чтобы тот не обращал внимания на распетушившегося юнца. — Кстати, а сколько тебе лет? Мы как-то упустили этот момент.Внешне Гу Юань выглядел совсем юным. Если бы не его холодный, пронизывающий взгляд, не по годам тяжелая аура и дерзкая, почти наглая самоуверенность, он бы без труда сошел за обычного старшеклассника.— Двадцать один, — коротко бросил Гу Юань.— Если закрыть глаза на твою смазливую мордашку, по ощущениям тебе можно смело дать все тридцать пять, а то и больше, — честно признался капитан.Гу Юань лишь криво усмехнулся и промолчал.Внедорожник мчался по серым улицам, стремительно приближаясь к границе между трущобами и центральными районами. Здесь ландшафт резко менялся. Во многих местах возвышались массивные бетонные стены, а естественные преграды искусственно углублялись и расширялись. Парадокс заключался в том, что проникнуть в город извне было в разы проще, чем вырваться из зловонных объятий трущоб в сверкающий неоном центр.Сам пропускной пункт до боли напоминал терминал платной автомагистрали, с той лишь разницей, что по обочинам тянулись зарешеченные коридоры пешеходных КПП. Осмотр проводился спустя рукава: ленивые охранники в большинстве случаев лишь мельком взглядывали на замусоленные удостоверения личности и молча поднимали шлагбаум.Сбоку от основной магистрали виднелась выделенная полоса для спецтранспорта. Май не стал мариновать их в общей пробке и уверенно вывернул руль, направляя джип в VIP-коридор. Дежурный офицер, заприметив на капоте грозный герб Департамента, тут же вытянулся в струнку и нажал кнопку пропуска.— Совсем недавно Безумный Пламя возвращался в центр именно через этот КПП, — задумчиво протянул Тиба, глядя в окно. — Этот псих даже не подумал сбросить скорость. Просто снес шлагбаум к чертям собачьим. Видишь, какой он теперь новенький и блестящий?Гу Юань скользнул взглядом по конструкции — иссиня-черная полосатая стрела действительно сияла свежей краской и ни единой царапиной, явно установленная буквально на днях.— У вас в Департаменте все такие отмороженные? — как бы невзначай поинтересовался он.— Разумеется, нет, — поспешил откреститься капитан. — Подавляющее большинство наших ребят чтит устав и соблюдает субординацию. Такие бешеные псы, как он, — скорее исключение из правил.Как только внедорожник пересек невидимую черту и углубился в центральные сектора, пейзаж за окном начал стремительно мутировать. Десятый и Одиннадцатый район напоминали Гу Юаню развивающиеся прибрежные города из его прошлой жизни начала двадцать первого века — грязноватые, хаотичные, но с признаками какой-никакой экономики. Но стоило им вырваться на просторы центра, как время словно сорвалось с цепи. С каждым пройденным километром архитектура совершала скачок во времени, переносясь в эпоху после две тысячи пятнадцатого года. Широкие проспекты, изящные эстакады, устремляющиеся в облака стеклянные исполины небоскребов — все это сливалось в непрерывный калейдоскоп. Это был лик истинного, процветающего мегаполиса. Вокруг кипела жизнь, старые кварталы безжалостно сносились, уступая место новым архитектурным шедеврам.Сюра с самодовольной ухмылкой обернулся к Гу Юаню, уже открыв рот, чтобы выдать что-то вроде: «Ну что, деревенщина, съел? В жизни такой красоты не видывал?». Он предвкушал увидеть на лице этого наглеца священный трепет и неподдельный щенячий восторг. Отличный шанс хоть немного потешить свое уязвленное эго!Но к его величайшему разочарованию, Гу Юань с выражением невыносимой скуки созерцал мелькающие за окном пейзажи. На его непроницаемом лице не дрогнул ни один мускул; в глазах не было ни капли интереса, ни даже мимолетного желания задержать взгляд на местной роскоши. Казалось, он вообще смотрел сквозь стекло, а мысли его витали в совершенно других сферах.— Эй! — не выдержав такого равнодушия, окликнул его Сюра. — Ну как тебе Восьмой район? Впечатляет, а?— Посредственно, — лениво бросил Гу Юань.— Посредственно?! Да ты хоть раз в жизни видел что-то лучше?! — Сюра взвился на месте. — Хорош заливать! Ты же сам признался, что ни разу не был в центре!Его перекошенное от праведного гнева лицо было настолько комичным, что Гу Юань не смог сдержать искреннего смеха. Сидящий рядом Тиба лишь обреченно покачал головой. «Ладно уж, пусть тявкает, парень-то он, в общем, неплохой... просто дурак дураком».— Я сказал, что не бывал в центральных районах города Токио. Но я ни словом не обмолвился о том, что не посещал другие мегаполисы, — спокойно парировал Гу Юань.И это не было ложью. В чертогах разума предыдущего владельца тела действительно таились смутные, обрывочные воспоминания о других городах. Они были словно скрыты за густым туманом, ожидая своего часа, чтобы полностью проясниться.— Тц! Враки! город Токио — величайший из всех! — Сюра предпринял последнюю попытку отстоять уязвленную гордость и с надеждой уставился на капитана.Сам он, конечно, выбирался за стены, но видел лишь жалкие палаточные городки да грязные поселения, недостойные гордого звания «города». Но уж капитан Тиба-то наверняка повидал мир!— На самом деле, они мало чем отличаются друг от друга. — С легкой улыбкой ответил Тиба. Вытащив изо рта сигарету с вконец изжеванным фильтром, он отправил ее обратно в пачку и достал свежую. — Но если судить по площади, город Токио и впрямь превосходит остальные.Четыре великих мегаполиса Домена Сакурасима выстроились с севера на юг в следующем порядке: Хоккай, Токио, Киото и Сидзю. Хоккай располагался на крайнем севере и был отрезан от остальных огромным расстоянием. Три других города находились гораздо ближе друг к другу, что способствовало тесным торговым связям и частым взаимным визитам.

Глава 20. Путь вглубь

Оказавшись в просторном салоне внедорожника, Тиба небрежно кивнул в сторону водительского сиденья. Там восседал мужчина средних лет, излучавший монументальное спокойствие и ауру абсолютной надежности — качества, которых самому капитану явно недоставало.

— Знакомься, это вице-капитан нашего славного отряда, позывной Май. Гений баранки и повелитель любых средств передвижения. А этого придурка, — Тиба ткнул пальцем в сторону пассажирского сиденья спереди, — думаю, и представлять не надо.

Там развалился тот самый паренек по имени Сюра, которого не так давно Тэнгу тремя смачными затрещинами впечатал в асфальт, лишив всякого желания подниматься.

— Хмпф! — Сюра презрительно фыркнул, задрав нос. — Как только тебя зачислят, я стану твоим старшим по званию. Так что изволь проявлять должное уважение, салага, усек?

— Не обращай внимания на этого кретина, — отмахнулся Тиба.

Май, судя по всему, тоже не отличался излишней болтливостью. Он лишь скупо, но дружелюбно улыбнулся Гу Юаню в зеркало заднего вида и вновь сосредоточился на дороге.

— Будущий сослуживец, позволь задать один пикантный вопрос, — начал Гу Юань.

— Валяй. И впредь спрашивай напрямую, без политесов.

— А почему вы не на вертолете прилетели?

— ...Похоже, придется провести тебе краткий курс молодого бойца. — Тиба с тяжелым вздохом выудил из пачки сигарету и задумчиво понюхал табак. — Отряды с первого по пятый — это, грубо говоря, элита. Они нам почти что начальство. По уровню привилегий и окладов даже их рядовые бойцы ничем не уступают капитанам вроде меня. Что касается отрядов с шестого по пятнадцатый — на бумаге мы все равны. Но на деле, чем мощнее твоя команда, тем жирнее кусок пирога при распределении ресурсов. Слабые отряды всегда пресмыкаются перед сильными. И если случается какая-нибудь крупная заварушка или совместная операция, командовать парадом всегда поручают самым крутым.

— Стало быть, Пятнадцатому отряду личный авиатранспорт по статусу не положен? — уточнил Гу Юань.

— В яблочко. Вертушки есть только у Шестого, Седьмого и Тринадцатого. И у них даже не по одной машине, — раздраженно проворчал Тиба; от одних лишь мыслей о такой несправедливости у него стремительно портилось настроение.

— Уяснил. — Гу Юань понимающе кивнул. — А как насчет служебного жилья? Общежитие какое-нибудь выдают? А то мне сейчас даже кости бросить негде.

— Э-э... нет. Погоди-ка. — Тиба с подозрением покосился на собеседника. — С чего это тебя вдруг заботят такие мелочи?

— А о чем еще должен думать без пяти минут новый сотрудник, как не о социальном пакете и зарплате? — искренне возмутился Гу Юань, словно говорил очевидные вещи. — Или мне прикажешь грезить о том, как бы вздёрнуть на фонарном столбе парочку зажравшихся капиталистов? Если бы у меня были такие планы, я бы к вам наниматься не стал.

Тиба сунул сигарету в рот, пожевал фильтр, но так и не прикурил, вытащив ее обратно:

— Экзамены! Чтобы попасть в Департамент, нужно сдать тесты. Неужели тебя совершенно не волнует, пройдешь ты или с треском вылетишь?

— Я почему-то был свято уверен, что пролезаю по блату. Ну, знаешь, думал, все эти тестирования — чистая формальность. Назвал имя, расписался в ведомости, и готово. — Гу Юань смерил капитана таким снисходительным взглядом, в котором ясно читалось: «И ради этого стоило так напрягаться?».

«Он не этот придурок Сюра. Он не Сюра...» — как мантру мысленно повторял себе Тиба, изо всех сил подавляя жгучее желание отвесить Гу Юаню увесистый подзатыльник. Этот парень был слеплен из совсем другого теста.

За последние дни капитан провел собственное расследование и выяснил: вернувшись в тот день домой, Безумный Пламя рвал и метал, круша все на своем пути. Никто из немногочисленных случайных зевак не мог связно описать, что именно произошло во время их стычки, но Тиба был уверен на все сто: Гу Юань хорошенько умыл этого огненного психопата! Такого ценного кадра упускать было нельзя ни в коем случае.

Тяжело выдохнув, Тиба порылся в портфеле и протянул Гу Юаню пухлый картонный конверт:

— Внутри экзаменационные бланки.

— Письменный экзамен? — Гу Юань брезгливо приподнял бровь.

— Тест на выявление криминальных наклонностей и оценку психологического профиля. Помимо писанины, будет еще очное собеседование и проверка ранга Пробужденного, — сухо отчеканил Тиба. — Блата нет, но обычно эти тесты сдают без проблем.

Вскрыв конверт, Гу Юань извлек стопку распечатанных листов.

«Один человек поехал на поезде в соседний город к врачу. Лечение прошло успешно, и он полностью исцелился. На обратном пути, когда поезд въехал в темный туннель, пациент внезапно выбросился из окна и погиб. В чем причина?»

«Молодой человек со своей девушкой гуляли вдоль реки. Внезапно девушка оступилась и упала в воду...»

Глаза Гу Юаня насмешливо сузились. Ба, да это же древние как мир задачки по криминальной психологии! В его прошлой жизни ими был завален весь интернет. Он так и не узнал, есть ли от них хоть какой-то реальный толк, но уж никак не ожидал наткнуться на этот антиквариат в этом мире. Неужели эта писанина и вправду работает?

— Так мне нужно отвечать правильно или, наоборот, писать всякую чушь? — поинтересовался он, подняв глаза на капитана.

— А? — опешил Тиба, явно не ожидавший такого подвоха. — Эм... Сюра, а ты в свое время больше правильных ответов дал или неправильных?

— Да черт его знает, капитан! Вы же мне шпаргалок не давали, я от балды все накатал, как интуиция подсказала. Там еще про какого-то пингвина было, да? — Сюра обернулся к ним, вытягивая шею.

Гу Юань молча протянул ему листок с тестом.

— О, точно, те же самые бредни! Ну и что это за идиотские правильные ответы? Да кто в здравом уме до такого додумается?! — забубнил Сюра, пробегая глазами по строчкам и злобно сплевывая.

— Так что ты тогда ответил про пингвина? — полюбопытствовал Тиба.

— Написал, что у этого дебила просто крыша поехала. — гордо заявил Сюра.

— Чего?

— Ну, я так и написал в бланке: "Этот мужик был наглухо отбитым психом, поэтому и пустил себе пулю в лоб", — ничуть не смущаясь, повторил Сюра.

— ...Ладно. А что с тем слепым, который сиганул из поезда в туннеле?

— А я ответил, что это было убийство! — Сюра аж засиял от собственной проницательности. — А что не так?! Какой идиот будет кончать с собой сразу после того, как к нему вернулось зрение? Сто пудов, это хитроумное убийство, замаскированное под суицид!

— А история про парня, который не смог спасти тонущую девушку, а потом услышал слова старика и удавился? — не унимался Тиба. Он, признаться, никогда раньше не вчитывался в этот бред. В те далекие времена, когда он сам вербовался в Департамент, экзамены были куда суровее.

— Сейчас, дай вспомнить... — Сюра наморщил лоб, скрипя шестеренками. — Ха-ха-ха! Точно, вспомнил! Я написал, что дух утопленницы превратился в мстительного призрака и утащил своего нерадивого хахаля на дно!

— ...Вопросов больше не имею. — мрачно подытожил Тиба, вырывая листы из рук Сюры, и даже не подумал возвращать их Гу Юаню.

Он повернулся к Гу Юаню:

— Можешь эту писанину вообще не читать. Пиши любую чушь, какая в голову взбредет.

— Как скажешь. — покладисто согласился Гу Юань.

Тиба отвернулся к окну. Взгляд его сделался тяжелым и задумчивым.

— Даже если ты завалишь всю теорию и продемонстрируешь полное отсутствие логики и дедукции — плевать. В конце концов, для Пробужденного главное — грубая сила и боевые навыки. А недостаток мозгов всегда могут компенсировать умные товарищи по команде. Да и к тому же... если человек отвечает неправильно на все вопросы, это доказывает лишь то, что он полный кретин. А у кретинов шанс стать Павшим стремится к нулю.

— Разве дураки реже сходят с ума и становятся Павшими? — с искренним интересом спросил Гу Юань.

— Если только в их жизни не произойдет какого-то грандиозного, травмирующего потрясения. — философски изрек Тиба.

— Эй, погодите-ка! Капитан, вы что, сейчас меня идиотом назвали?! — До Сюры на переднем сиденье наконец дошел смысл сказанного.

— Я восхваляю твою детскую непосредственность и чистоту души, — не моргнув глазом, парировал Тиба.

Гу Юань с легкой улыбкой перевел взгляд на Сюру:

— А что, в Департамент берут даже несовершеннолетних сопляков? Воистину, Сакурадзима живет по своим законам: школьники спасают мир от апокалипсиса, пока взрослые дяди штаны в офисах просиживают.

— Чего вякнул?! — взвился Сюра, не дав Тибе и рта раскрыть. — Сам ты сопляк! Мне в этом году двадцатник стукнул!

— Никогда бы не подумал. — Гу Юань красноречиво поводил ладонью где-то на уровне своей груди, явно намекая на весьма скромный рост оппонента.

— Да пошел ты! Я уже метр шестьдесят! В следующем году вымахаю до метра семидесяти, а еще через год буду смотреть на тебя с высоты метра восьмидесяти, понял?! — от возмущения Сюра едва не подпрыгивал на сиденье.

— На самом деле ему девятнадцать, — шепнул Тиба, жестом показывая Гу Юаню, чтобы тот не обращал внимания на распетушившегося юнца. — Кстати, а сколько тебе лет? Мы как-то упустили этот момент.

Внешне Гу Юань выглядел совсем юным. Если бы не его холодный, пронизывающий взгляд, не по годам тяжелая аура и дерзкая, почти наглая самоуверенность, он бы без труда сошел за обычного старшеклассника.

— Двадцать один, — коротко бросил Гу Юань.

— Если закрыть глаза на твою смазливую мордашку, по ощущениям тебе можно смело дать все тридцать пять, а то и больше, — честно признался капитан.

Гу Юань лишь криво усмехнулся и промолчал.

Внедорожник мчался по серым улицам, стремительно приближаясь к границе между трущобами и центральными районами. Здесь ландшафт резко менялся. Во многих местах возвышались массивные бетонные стены, а естественные преграды искусственно углублялись и расширялись. Парадокс заключался в том, что проникнуть в город извне было в разы проще, чем вырваться из зловонных объятий трущоб в сверкающий неоном центр.

Сам пропускной пункт до боли напоминал терминал платной автомагистрали, с той лишь разницей, что по обочинам тянулись зарешеченные коридоры пешеходных КПП. Осмотр проводился спустя рукава: ленивые охранники в большинстве случаев лишь мельком взглядывали на замусоленные удостоверения личности и молча поднимали шлагбаум.

Сбоку от основной магистрали виднелась выделенная полоса для спецтранспорта. Май не стал мариновать их в общей пробке и уверенно вывернул руль, направляя джип в VIP-коридор. Дежурный офицер, заприметив на капоте грозный герб Департамента, тут же вытянулся в струнку и нажал кнопку пропуска.

— Совсем недавно Безумный Пламя возвращался в центр именно через этот КПП, — задумчиво протянул Тиба, глядя в окно. — Этот псих даже не подумал сбросить скорость. Просто снес шлагбаум к чертям собачьим. Видишь, какой он теперь новенький и блестящий?

Гу Юань скользнул взглядом по конструкции — иссиня-черная полосатая стрела действительно сияла свежей краской и ни единой царапиной, явно установленная буквально на днях.

— У вас в Департаменте все такие отмороженные? — как бы невзначай поинтересовался он.

— Разумеется, нет, — поспешил откреститься капитан. — Подавляющее большинство наших ребят чтит устав и соблюдает субординацию. Такие бешеные псы, как он, — скорее исключение из правил.

Как только внедорожник пересек невидимую черту и углубился в центральные сектора, пейзаж за окном начал стремительно мутировать. Десятый и Одиннадцатый район напоминали Гу Юаню развивающиеся прибрежные города из его прошлой жизни начала двадцать первого века — грязноватые, хаотичные, но с признаками какой-никакой экономики. Но стоило им вырваться на просторы центра, как время словно сорвалось с цепи. С каждым пройденным километром архитектура совершала скачок во времени, переносясь в эпоху после две тысячи пятнадцатого года. Широкие проспекты, изящные эстакады, устремляющиеся в облака стеклянные исполины небоскребов — все это сливалось в непрерывный калейдоскоп. Это был лик истинного, процветающего мегаполиса. Вокруг кипела жизнь, старые кварталы безжалостно сносились, уступая место новым архитектурным шедеврам.

Сюра с самодовольной ухмылкой обернулся к Гу Юаню, уже открыв рот, чтобы выдать что-то вроде: «Ну что, деревенщина, съел? В жизни такой красоты не видывал?». Он предвкушал увидеть на лице этого наглеца священный трепет и неподдельный щенячий восторг. Отличный шанс хоть немного потешить свое уязвленное эго!

Но к его величайшему разочарованию, Гу Юань с выражением невыносимой скуки созерцал мелькающие за окном пейзажи. На его непроницаемом лице не дрогнул ни один мускул; в глазах не было ни капли интереса, ни даже мимолетного желания задержать взгляд на местной роскоши. Казалось, он вообще смотрел сквозь стекло, а мысли его витали в совершенно других сферах.

— Эй! — не выдержав такого равнодушия, окликнул его Сюра. — Ну как тебе Восьмой район? Впечатляет, а?

— Посредственно, — лениво бросил Гу Юань.

— Посредственно?! Да ты хоть раз в жизни видел что-то лучше?! — Сюра взвился на месте. — Хорош заливать! Ты же сам признался, что ни разу не был в центре!

Его перекошенное от праведного гнева лицо было настолько комичным, что Гу Юань не смог сдержать искреннего смеха. Сидящий рядом Тиба лишь обреченно покачал головой. «Ладно уж, пусть тявкает, парень-то он, в общем, неплохой... просто дурак дураком».

— Я сказал, что не бывал в центральных районах города Токио. Но я ни словом не обмолвился о том, что не посещал другие мегаполисы, — спокойно парировал Гу Юань.

И это не было ложью. В чертогах разума предыдущего владельца тела действительно таились смутные, обрывочные воспоминания о других городах. Они были словно скрыты за густым туманом, ожидая своего часа, чтобы полностью проясниться.

— Тц! Враки! город Токио — величайший из всех! — Сюра предпринял последнюю попытку отстоять уязвленную гордость и с надеждой уставился на капитана.

Сам он, конечно, выбирался за стены, но видел лишь жалкие палаточные городки да грязные поселения, недостойные гордого звания «города». Но уж капитан Тиба-то наверняка повидал мир!

— На самом деле, они мало чем отличаются друг от друга. — С легкой улыбкой ответил Тиба. Вытащив изо рта сигарету с вконец изжеванным фильтром, он отправил ее обратно в пачку и достал свежую. — Но если судить по площади, город Токио и впрямь превосходит остальные.

Четыре великих мегаполиса Домена Сакурасима выстроились с севера на юг в следующем порядке: Хоккай, Токио, Киото и Сидзю. Хоккай располагался на крайнем севере и был отрезан от остальных огромным расстоянием. Три других города находились гораздо ближе друг к другу, что способствовало тесным торговым связям и частым взаимным визитам.