Обстановка на Горе Тунтянь накалилась до предела. Лица каждого омрачали суровость и тревога.
Под руководством шести глав пиков ученики разбивались на небольшие отряды и в спешке собирали вещи.
А Линь Янь тем временем уже был в пути.
Стремительно проносясь по горному лесу, он в мгновение ока добрался до середины склона. Убедившись, что вокруг ни души, он резко остановился.
Линь Янь высоко поднял правую руку, и в тот же миг Защитная лазурная нить вспыхнула ослепительным сиянием.
— Папа, мама, я иду! Телепортация!
Бесчисленные фантастические лучи света накрепко оплели Линь Яня, закружившись в неистовом вихре. В следующую секунду его разум пронзила страшная волна головокружения.
Однако это зрелище не продлилось и мгновения: сиявшее вовсю небесное зарево с грохотом развернулось вспять, рассыпалось на мириады светящихся точек, вновь собралось на правом запястье и обратилось тонкой нитью.
Линь Янь тряхнул головой, но обнаружил, ничто вокруг не изменилось. Окинув взглядом правую руку, он увидел, что две Защитные лазурные нити по-прежнему мирно покоятся там.
— Эм? Почему не сработало? — Линь Янь нахмурился и мысленно громко позвал Ин.
— Великая Бессмертная! Фея Ин!
Ин ответила без промедления:
— Тс-с... Чего орешь? Я тут на совещании.
— Великая Бессмертная Ин, почему Защитная лазурная нить, которую ты мне дала, не работает?!
— А что ты с ней делал?
— Хотел переместиться к родителям, они сейчас в огромной опасности!
— Вот как. Только вот сейчас в мире людей нельзя использовать законы пространства и времени.
— Почему?!
— Ваш Тайсюй раскололся на части, помнишь?
— А... Да... Стоп, ты знала об этом?! Почему не сказала раньше?!
— Тц-ц-ц, еще и сердится. Малыш Линь Янь, сестрица не то чтобы не хочет тебе помогать, просто на верхах сейчас свирепствуют проверки. Нам, существам высшего порядка, запрещено вмешиваться в дела нижнего мира, нас всех отозвали назад, так что я ничего поделать не могу.
Линь Янь от услышанного даже дар речи потерял:
— Но погоди, твой Закон настолько мощен, на него ведь не должны распространяться ограничения земных законов.
— Эх, тут такое дело... Эти три Защитные лазурные нити активируются через отклик на Закон. Но после того как ты в прошлый раз устроил такой переполох, я привязала их к законам вашего мира. Теперь, когда мир Тайсюй погружен в хаос, они, конечно же, не работают.
Линь Янь на какое-то время умолк, подавленный услышанным.
— Ладно-ладно, я на совещании, думай сам как-нибудь, отбой.
— Я...
С этими словами она оборвала связь с Линь Янем, и как бы он ни звал ее после, ответа не последовало.
Линь Янь от злости позеленел:
— Какого чёрта! Твою мать... Что за день сегодня! — выругался он в сердцах, принявшись колотить себя в грудь и топать ногами.
— Братец Линь Янь!
Линь Янь замер и увидел, как неподалеку к нему на всех парах приближаются две фигуры.
Спустя мгновение обе девушки уже стояли перед ним.
— Сяо Лин-эр, ты как здесь оказалась?
— Братец Линь Янь, мне всё равно, я пойду с тобой. Я ведь очень сильная, поверь. К тому же здесь есть сестрица И Ни! — личико маленькой Лоли выражало крайнюю серьезность и искренность, но выглядела она при этом весьма мило.
Линь Янь невольно улыбнулся, ущипнул малышку за щеку, а затем перевел взгляд на стоявшую рядом И Ни:
— Эй, ледяная глыба, ты зачем приперлась? — однако тон его по отношению к ней был совсем другим.
— Хм, думаешь, я сама рвалась сюда? Учительница волнуется, вот и велела мне за тобой присматривать, — бросила она, отвернувшись с крайне недовольным видом.
Линь Янь сейчас сам места себе не находил от беспокойства. Прикусив губу и немного подумав, он принял решение:
— Ладно, раз пришла — оставайся, всё равно нам обоим спускаться с горы. Но сначала я должен навестить родителей и отвезти их в безопасное место.
— Где твой дом? — неожиданно спросила И Ни.
— В провинции Дуншань, в городе Хэлюй в Хуася.
И Ни нахмурилась и задумчиво произнесла:
— Провинция Дуншань отсюда за тысячу ли. Секта Цинлю находится на юго-западе Хуася, на территории провинции Саньчуань. Так что если не пользоваться другими средствами передвижения, нашим ходом... боюсь, путь займет не меньше полумесяца.
— Что?! В Саньчуане?! — Линь Янь и сам не ожидал такого. Когда Фея Ин перенесла его в прошлый раз с помощью телепортации, они ведь переместились как раз из провинции Дуншань в Саньчуань. — Эй, стоп... Что ты только что сказала?
— Я говорю, что нашим ходом займет даже...
— Нет, предыдущую фразу!
— Предыдущую? Я сказала, что мы на территории провинции Саньчуань.
— Твою мать, а следующую!
Лицо И Ни вспыхнуло гневом:
— Линь Янь, ты издеваешься надо мной?!
Линь Янь в волнении замахал руками:
— Ой, нет же, ты наверняка кое-что упустила.
И Ни украдкой коснулась кончика носа, размышляя:
— Я сказала... не пользуясь другими средствами передвижения?
Линь Янь громко воскликнул:
— Точно! Как же я не подумал! Законы пространства и времени использовать нельзя, но я ведь могу воспользоваться инструментом!
Обе девушки ошеломленно переглянулись, не понимая, что задумал Линь Янь.
— Эй, вы обе, да, именно вы, отойдите в сторону, — бросил он, махнув им рукой.
Девушки замерли в еще большем недоумении, но все же послушно отошли на несколько метров.
Линь Янь поднял правую руку и громко заорал:
— Облако — Тяньцзинь — !!!
С его правого запястья в небо устремился бледно-желтый столб света размером с колесо и мгновенно растворился в облаках. Плотная пелена небес раскололась, и оттуда вылетело странное облако диаметром в несколько метров, которое в мгновение ока очутилось прямо перед Линь Янем.
Не говоря ни слова, Линь Янь тут же запрыгнул на него, посмотрел на остолбеневших девушек и завопил:
— Время не ждет, живо на борт!
Девушки закивали, словно клюющие зерно цыплята, но так и остались стоять на месте, видимо, лишившись дар речи от увиденного.
Линь Янь раздраженно бросил:
— Гляньте на себя, деревня деревенщиной. — С этими словами он схватил их за руки и зычно крикнул:
— Погнали!
Под крики ужаса обеих девушек Облако-Тяньцзинь превратилось в сияющий след и взмыло в небеса, в мгновение ока растворившись на краю горизонты.
Хуася. Город Хэлюй в провинции Дуншань.
Мрачные тона стали главным цветом всего города.
Повсюду клубился дым, словно здесь гремели ожесточенные сражения; улицы и здания лежали в руинах, зияя разбитыми стенами.
Самым пугающим зрелищем были валявшиеся повсюду груды трупов — среди них были и мирные жители, и военные, некоторые тела уже начали разлагаться, являя собой жуткое, невыносимое зрелище. Алые лужи крови давно высохли, оставив на земле лишь темно-красные шрамы.
Все началось три месяца назад.
В тот день земля содрогнулась от страшного толчка, и каждое живое существо на Земле ощутило это невероятное сотрясение (кроме Горы Тунтянь). Следом за этим ужасающим грохотом произошло нечто еще более невообразимое.
Небо без всякого предупреждения исполосовали бесчисленные трещины, из которых хлынули миллиарды странных и жутких тварей, ринувшихся подобно стальным потокам во все уголки этого мира.
Людей охватил ужас и отчаяние, мир погрузился в хаос.
Когда правительства разных стран опомнились и подняли вооруженные силы для отпора, бесчисленное множество людей уже пало жертвами когтей и клыков иномирных зверей.
Еще страшнее было то, что эти иномирные звери не походили ни на одно известное человеку создание: разнообразные по видам, невероятно свирепые, они не только передвигались с молниеносной быстротой, но и обладали шкурой крепче железа, которую с трудом пробивали обычные пули.
К счастью, у этих иномирных зверей не обнаружилось высокого интеллекта, что позволило человечеству выиграть время и сберечь оставшиеся силы. Тем не менее борьба велась из последних сил. В масштабных столкновениях соотношение потерь людей и иномирных зверей часто составляло семь к трем, но, по предварительным подсчетам, численность монстров равнялась половине человечества. За эти три месяца людской род понес тяжелейшие потери.
В одном из укрытий города Хэлюй.
— Папа Сяо Яня, скажи, телефон Сяо Яня по-прежнему недоступен? — женщина средних лет с тревогой смотрела на стоявшего рядом мужчину. Ее глаза покраснели — судя по всему, она недавно плакала. Хотя возраст ее был средним, седина на волосах делала ее похожей на глубокую старуху.
Мужчина рядом непрерывно набирал номер, его глаза были изрезаны красными прожилками. Он пытался скрыть собственную панику за суровым выражением лица, но получалось у него из рук вон плохо.
— Не переживай так, Цюлань, то, что телефон не отвечает, — это нормально. Сяо Янь тренируется в горах, скорее всего, он вообще не в курсе происходящего.
— Как же мне не переживать? Сколько дней уже прошло! После Нового года от него ни весточки, а теперь грянула такая беда, и что стало с моим мальчиком... — заговорив об этом, она зарыдала.
Мужчина с болью в сердце закрыл глаза и тяжело вздохнул.
Сяо Янь, умоляю, будь жив и невредим...
Убежище вмещало не меньше тысячи человек, но на лицах каждого застыли тучи тревоги. Давящая атмосфера этого места отнимала последние силы.
— Беда!
Крик разорвал тишину убежища, заставив сердца всех присутствующих сжаться.
В укрытие вбежал перемазанный кровью мужчина с ружьем наперевес, тяжело отдуваясь:
— Быстро... быстро забаррикадируйте дверь!
Люди, находившиеся ближе к выходу, мгновенно окружили его:
— Старый Ван, что случилось? Где остальные?
Мужчина сделал еще несколько тяжелых вздохов и прерывающимся голосом выдавил:
— В... в город ворвалась еще одна огромная стая тварей... Командир... командир с остальными попали в окружение... они подорвали себя гранатами... Я патрулировал крышу... и воспользовался моментом, чтобы сбежать. Это укрытие... боюсь, они скоро обнаружат... Конец... нам всем конец...
Голос его звучал негромко, но каждый услышал его отчетливо. Отчаяние, подобно вирусу, начало распространяться среди людей.
— Я еще не хочу умирать! Я ведь только три месяца назад стал генеральным директором, я не хочу умирать!
— Амитабха, амитабха, спаси и сохрани, бодхисаттва, отведи беду, амитабха...
— Мать вашу, давай биться насмерть! Раз всё равно не выжить, я хоть одну тварь с собой на тот свет утащу!!
Цветы человеческих судеб ярче всего распускаются именно на краю гибели.
Однако времени у людей оставалось совсем немного.
Дон! Дон!! Дон!!!
Чудовищной силы удары обрушивались на тяжелую дверь убежища один за другим. А из-за порога доносился жуткий рев, леденящий кровь каждого.
— Быстро! Держите дверь, держите! — толпа у входа бросилась вперед, изо всех сил упираясь в поддаваемую напору волны дверь.
Но поденщики, пытающиеся свалить огромное дерево — разве это не жалкое зрелище?
Под непрекращающимся натиском стальные створки начали деформироваться и наконец, не выдержав нагрузки, с грохотом разлетелись на куски.
В следующую секунду от вида хлынувшей в толпу армии иномирных зверей, словно демонов из первобытного хаоса, у всех волосы встали дыбом.
Оторванные конечности, кровавый туман. Бессилие и отчаяние.
Человечество все же было слишком хрупким. Независимо от того, были ли люди до этого миллиардерами с многомиллионным состоянием или изворотливыми высокопоставленными чиновниками, перед лицом иномирных зверей они превращались лишь в пищу для забавы.
Линь Вэньу крепко прижал к себе жену. В его зрачках отражался оскаленный, злобный оскал зверя, который уже разинул пасть, набросившись прямо на них.
Охваченный отчаянием, он испустил горький вздох:
— Сяо Янь... мы с мамой уходим первыми...
Бум!!!!!!
Время будто остановилось.
Когда в самую гущу событий ворвался бледно-желтый световой поток, всё вокруг замедлилось в бесчисленное количество раз.
— Твари, подохните все до единой!!!!!
Следом три острых луча меча одновременно обрушились на иномирного зверя и с грохотом разорвали его на части.
Воцарилась тишина.
Люди замерли, даже иномирные звери остолпенели на месте.
Бледно-желтое облако рассыпалось мириадами искр и бесследно растаяло, явив взорам присутствующих три фигуры.
Молодой человек в черной мантии с сияющими глазами, соболиными бровями и звездными очами.
Две девушки. Одна — несравненной, редкой в этом мире красоты; несмотря на холодное выражение лица, это нисколько не умаляло ее очарования.
Вторая помладше, но уже истинная красавица: миловидная, очаровательная и необычайно живая.
Линь Вэньу смотрел на спину юноши в черной мантии, тупо приоткрыв рот, не в силах вымолвить ни слова. Из его глаз ручьями текли горячие слезы.
В этот же момент юноша в черном, словно что-то почувствовав, обернулся и посмотрел на него. Строгость и жажда убийства в его глазах мгновенно растаяли, как снег на солнце, оставив лишь безграничную нежность и самоупрек.
Юноша сделал пару быстрых шагов и с глухим стуком опустился на колени перед Линь Вэньу и его женой.
— Папа, мама, ваш никчемный Сяо Янь опоздал.

Комментарии

Загрузка...