Внимательно выслушав мой пересказ всех событий, Лао Гао подпер лоб рукой, словно обдумывая что-то крайне важное.
— Что такое?
Я уловил его беспокойство и тревогу. Вокруг него словно сгустилась зловещая атмосфера, от которой становилось не по себе даже при одном приближении.— А что насчет того Лао Бая по фамилии Лу? Ты что-нибудь ему говорил?
Видя, что Лао Гао не отвечает, Гу Юй завел новую тему.
— Босс Лу?..
Я прищурился, и перед глазами снова всплыла та зловещая улыбка.
— Неважно, — я взмахнул рукой перед собой в воздухе. — Теперь это уже неважно.
Выслушав меня, Гу Юй коротко кивнул:
— То есть теперь мы планируем ехать домой?
Не отвечая сразу, я перевел взгляд на молчаливого Лао Гао:
— В чем дело, расскажешь?
Он поднял голову, и в его глазах смешались растерянность и изможденление. Пусть и при других обстоятельствах, но это напомнило мне, как два года назад Лао Гао притащил к моем дому мешок.
Он встал, глубоко вздохнул, а затем тяжело выдохнул.
— Лао Бай... уходите, я остаюсь.
Мы с Гу Юем одновременно посмотрели на Лао Гао, недоуменно переглянувшись.
— Что случилось?
Выдержав паузу, он молча покачал головой, устремив взгляд куда-то в несуществующую даль.
— Дайте мне побыть одному... Мне нужно хорошенько обо всем подумать...
Сказав это, Лао Гао повернулся ко мне и Гу Юю спиной и направился прямиком к балконной двери в дальнем конце комнаты, распахнул ее и шагнул за порог.
Раздвижная дверь с громким стуком ударилась о стену. Я посмотрел на затуманенную стеклянную перегородку, и мое лицо невольно помрачнело.
— Бай Бинь, в комнате ведь правда нет скрытых камер?
— Что за глупости ты выдумываешь...
Спустя минут десять Лао Гао толкнул дверь и вышел с балкона. Мы с Гу Юем сидели на краешке кровати и ели хлеб.
— Обдумал? — я проглотил кусок хлеба.
Он медленно шагнул вперед и сел напротив нас, через разделявшую нас кровать.
— Если... я говорю «если», — начал Лао Гао. — У меня возникла проблема. Очень сложная. Насчет того, чтобы сломя голову бросаться на помощь — это громко сказано, но... ты постараешься мне помочь?
— Если это не противоречит базовой морали, я сделаю все возможное.
— Хе-хе, я так и знал... — Лао Гао потянулся и завалился спиной на кровать. — Но в конце концов, это мое личное дело, втягивать вас не стоит.
— Хотя тот шарлатан изначально искал тебя... но по определенным причинам я хочу съездить в то место, о котором он говорил.
Лао Гао повернулся на кровати лицом ко мне, и его выражение стало намного более расслабленным, чем раньше.
— Нет, — я встретился с ним взглядом и покачал головой. — Хоть я и не понимаю, о чем ты думаешь, в этот раз — нет.
Лао Гао тихо фыркнул и снова уставился в потолок.
— Боишься, что эти люди возьмутся за меня?
— Обязательно возьмутся.
— Плевать. Что они мне сделают, ворвутся в комнату и убьют?
— Лао Гао, я пытаюсь отговорить тебя со всей серьезностью.
— Дутаешь, я шучу?
Снова повисло долгое молчание. Мы с Лао Гао упрямо смотрели друг на друга, никто не решался нарушить тишину.
— Ладно, — я поднялся, кивнул Гу Юю, сделал несколько шагов вперед и подхватил стоявшие у двери сумки. — Главное, чтобы ты сам все понял.
Гу Юй послушно встал следом и положил оставшийся кусок хлеба на кровать Лао Гао. Пока мы собирались и готовились уходить, тот так и лежал на спине, не произнеся ни слова.
— Будут новости — звони. — Моя правая рука уже легла на дверную ручку.
— Лаo Бай, — окликнул он меня, по-прежнему не поднимаясь с кровати. — Я в этот раз вернулся к тебе без телефона...
В голове внезапно мелькнуло воспоминание о вчерашней попытке забрать у Лао Гао телефон. Тогда я был целиком поглощен мыслями о вызове полиции и совершенно забыл спросить об этом.
Как можно было притащиться из Шаньси и не взять с собой телефон? Пусть внешне Лаo Гао и выглядит увальнем, на самом деле он человек далеко не рассеянный.
Я обернулся и вопросительно посмотрел на него.
— Я кое-что важное записал в заметках, специально для тебя, — он сделал паузу и добавил: — Телефон остался в ящике стола в моей съемной квартире. Если будет время, примерно через неделю, съезди в Шаньси, пожалуйста.
— Я к тому... если я не вернусь.
Я внимательно всматривался в лицо лежащего на кровати Лао Гао, пытаясь угадать его истинные чувства. Однако он просто смотрел широко открытыми глазами в потолок, и никаких других эмоций на его лице не читалось.
— ...Без проблем.
— Большое спасибо.
Я толкнул дверь, вместе с Гу Юем вызвал лифт и стал ждать.
Почему снова вспомнилась та бесчувственная, похожая на ходячего мертвеца спина?
Под мелодичный звонок лифтовые двери распахнулись, и мы с Гу Юем шаг в шаг направились через роскошный холл и коридоры. На первом этаже стояла абсолютная тишина — кроме сотрудника за стойкой ресепшена, вокруг не было ни души.
Поэтому, когда в кармане раздался оглушительный звонок старого кнопочного телефона, эхо раскатилось по всему холлу, и мне на мгновение даже стало жутко.
Я торопливо вытащил из кармана аппарат, и Гу Юй тоже заглянул через плечо. Увидев на экране отчетливо высветившиеся три иероглифа «Доктор Сюй», он невольно слегка оцепенел.
Как такое возможно, чтобы звонок раздался именно в этот момент?
— А я говорил, что в комнате камеры...
Гу Юй сглотнул слюну и с тревожным видом посмотрел на меня.
Звонок телефона становился все громче...
Возможно, из-за царившей в комнате мрачной и холодной обстановки слабые вибрации от кофейного столика у ног стали ощущаться особенно отчетливо. Я на мгновение замер, мои пальцы, судорожно сжимавшие веревку, слегка задрожали, а ладони покрылись испариной.
Незадолго до этого я развязал веревку, стягивавшую меня по рукам и ногам за спиной, оставив на расслабленном узле короткий конец, который крепко зажал в ладони. Стоило лишь чуть дернуть — и я бы полностью освободился от сковывавшей меня пеньковой веревки.
Поэтому я, пытаясь потянуть время с помощью рассказа о событиях полумесячной давности, одновременно исподволь осматривал обстановку в поисках какого-нибудь оружия для контратаки. Однако ничего подходящего поблизости не оказалось: единственным, что можно было использовать, был кухонный нож на журнальном столике, но у меня не было полной уверенности, что успею схватить его раньше, чем мужчина среагирует.
Оставалось лишь дожидаться подходящего момента... Сжимая в руке конец веревки, я следил за движениями мужчины, выжидая брешь в его обороне.
Почувствовав вибрацию от угла кофейного столика, я прервал рассказ и перевел взгляд на источник звука. На столе лежал телефон с посветившимся экраном. Сам звук вибрации было почти не слышно, но при касании столика она отдавалась сильной дрожжью.
Сидевший напротив мужчина стряхнул пепел с сигареты и невозмутимо бросил косой взгляд на телефон — в его манере сквозила холодная уверенность. Поначалу он, судя по всему, вовсе не собирался отвечать на звонок, но, присмотревшись к имени звонящего на экране, слегка нетерпеливо нахмурил брови. Затем он поднялся, взял телефон со столика и нажал кнопку ответа.
Когда он поднимал аппарат, я успел заметить подпись абонента:
«Чэн».
Мужчина отвернулся, прижав телефон к левому уху, и тихо ответил на звонок. Было очевидно, что он не хочет, чтобы я слышал их разговор, но из-за сохранявшейся бдительности ко мне он не стал отходить слишком далеко.
Шанс!
К тому моменту мне было уже абсолютно плевать на все остальное: в голове билась лишь одна мысль — как использовать эту редчайшую возможность и дать отпор этому жуткому маньяку.
Я мысленно оценил расстояние до кухонного ножа и прикинул время, необходимое, чтобы до него добраться. Стопроцентной уверенности не было, но оставалось только рискнуть всем.
Я резко дернул левой рукой, развязывая узел, и туго обхватывавшие тело веревки мгновенно опали, даря доселе неведомое чувство свободы и легкости. Не раздумывая ни секунды, я вскочил со стула и правой рукой изо всех сил метнулся к ножу.
Заметив позади резкое движение, мужчина молниеносно обернулся. Его взгляд вмиг стал холодным и свирепым, как у тигра или леопарда. Отбросив телефон и сигарету, он развернулся с бесшумной и стремительной грацией призрака — и взмахнув рукой, опередил меня, в мгновение ока завладев ножом.
Я испугался его нечеловечески быстрой реакции, запаниковал и впопыхах схватил с кофейного столика тяжелый бронзовый контейнер для салфеток — и со всей силы швырнул в него.
Видимо, из-за чересчур резкого движения, забрав нож, мужчина на секунду потерял равновесие и спасся от падения лишь тем, что уперся рукой в край столика. Не успел он выпрямиться, как металлический контейнер с гулким звуком врезался ему в голову. И хотя от острой боли он не закричал, я отчетливо понял, какой тяжелый, невыразимый удар пришелся по нему.
Я мгновенно отскочил от стула, обошел его сзади, ухватил за руку с ножом и изо всех сил навалился на его голову и плечи, все еще испытывая дикий трепет.
— Не двигайся.
От мужчины вдруг волной хлынула мощнейшая ци, и мое удержание вмиг показалось слабее паутины. Он яростно отбросил мои руки и со всего маху врезал мне левой ногой в живот, отбросив меня на два-три метра назад.
Кое-как приподнявшись с пола, я почувствовал, что все внутренности словно завязались в тугой узел, а тело пронзила острая, всеобъемлющая боль.
Пытаясь скрутить мужчину, я, не зная его реального уровня, выложился на абсолютный максимум и вцепился мертвой хваткой. И тем не менее этот ублюдок отшвырнул меня одним ударом ноги. Даже во время прошлых тренировок мне еще не доводилось встречать столь ужасающего противника.
В этот момент я внезапно ощутил в левой руке странный на ощупь предмет.
Я опустил взгляд: в руке копошился какой-то колючий черный ком, и я поначалу не мог понять, что это такое. Приглядевшись в тусклом свете луны, я заметил, что предмет странно блестит, выглядя подозрительно гладким.
Это что... парик?!
Я резко вскинул голову в сторону столика: мужчина сидел на корточках в углу, зажав руками голову, и яростно таращился на меня, еще не до конца оправившись от только что полученного удара.
В бледном лунном свете его кожа казалась белой как снег, а прядки волос живописно обрамляли лицо с обеих сторон, придавая его андрогинным чертам еще более утонченный вид.
Заметив мой взгляд, он исказил лицо в злобной гримасе, словно собирался разорвать меня на куски.
— Ищешь смерти, — прошипел он.
Это был чистый, стопроцентный женский голос.

Комментарии

Загрузка...