Глава 19

Стоило Цянь Чжиго уйти, хлопнув дверью, как атмосфера в офисе заметно разрядилась.Сотрудники украдкой переглядывались, не в силах сдержать довольные улыбки.Впрочем, некоторые с тревогой поглядывали в сторону стримерской в конце коридора.Линь Е не стал терять времени и велел Чэнь Цзыхао собрать всех сотрудников в конференц-зале.Зал для совещаний в «Синъяо Медиа» был крошечным – в него едва втиснули два десятка стульев.Люди заходили один за другим: кто-то скованно прижимал к себе чашку с водой, кто-то сложил руки на груди – на лицах читалась целая гамма чувств.Пять дерзких девчонок замерли у входа; Су Синтун с любопытством вытягивала шею, заглядывая внутрь.Линь Е кивнул ей.— Вы тоже заходите.Пятерка «уточек» втиснулась в кабинет и заняла последний ряд.Су Синтун устроилась между Сяохуэй и Шэнь Цзясинь, закинула ногу на ногу и эффектно откинула назад свои разноцветные волосы, напустив на себя вид важного регионального менеджера, приехавшего с инспекцией.Сяохуэй послушно выпрямилась, положив руки на колени.Шэнь Цзясинь достала новый телефон и принялась изучать настройки.Сяовэнь и Сяовэй тихонько притаились в углу.Линь Е встал перед столом переговоров и обвел взглядом присутствующих.— Времени мало, поэтому скажу по делу. Слушайте внимательно.В комнате воцарилась тишина.— Первое.Он жестом подозвал пятерку девчонок с заднего ряда.— Компания подписала контракты с пятью новыми артистками: это Су Синтун, Сун Сяохуэй, Шэнь Цзясинь, Чэнь Сяовэнь и Чэнь Сяовэй.Су Синтун встала и помахала всем рукой.— Всем привет, я Су Синтун. Прошу любить и жаловать!Сяохуэй тоже вскочила и, расплывшись в широкой улыбке, отвесила низкий поклон.Шэнь Цзясинь лишь слегка кивнула в знак приветствия.Сяовэнь и Сяовэй поднялись одновременно, их движения были синхронны, словно скопированы под копирку.Сотрудники обменивались взглядами, по залу пополз шепоток.— Люди босса?— Стопудово его люди.Линь Е, не обращая внимания на гул, продолжил:— Второе.Он сделал многозначительную паузу.Все в комнате навострили уши.— Начиная с этого месяца всем штатным сотрудникам «Синъяо Медиа» социальные взносы и отчисления в жилищный фонд будут выплачиваться в полном объеме.По рядам пробежала волна возбуждения.При Цянь Чжиго все взносы платились по минимальной ставке – в небольших компаниях это было негласным правилом, о котором все знали, но никто не смел заикаться.Слова «в полном объеме» прозвучали для работяг слаще любого признания в любви.— И еще.Линь Е вскинул голову.— Всем сотрудникам, включая уборщиц, оклад повышается на пятьдесят процентов. Решение вступает в силу с текущего месяца.Три секунды мертвой тишины.А затем конференц-зал буквально взорвался.Девушка в очках в первом ряду едва не выронила стакан с водой.Программист в клетчатой рубашке подпрыгнул на стуле, но тут же сел обратно, делая вид, что ничего не произошло.Уборщица в углу замерла с открытым ртом, переводя взгляд с одного на другого, не веря своим ушам.Су Синтун толкнула Сяохуэй в бок.Сяохуэй обернулась, и глаза у обеих радостно заблестели.— Дядя сказал, нам тоже повысят? — Прошептала Сяохуэй прямо в ухо Су Синтун.Каким-то образом Линь Е услышал их и ответил:— Вам пятерым тоже. Для официально оформленных артистов базовый оклад составит десять тысяч, бонусы – отдельно.Су Синтун одним прыжком оказалась рядом с Линь Е, обвила его шею руками и звонко чмокнула в щеку.Сяохуэй не отставала и вцепилась в талию Линь Е с другой стороны.Они повисли на нем, словно две коалы.Линь Е сухо кашлянул.— Соблюдайте приличия.Сотрудники переглянулись и, проявив поразительное единодушие, решили коллективно «ослепнуть».Не видели, ничего не видели.В конце концов, когда тебе поднимают зарплату на пятьдесят процентов и дают полный соцпакет, можно и не такое проглядеть.В этот момент уровень лояльности всех присутствующих в зале взлетел до небес.В голове у каждого билось лишь одно:«Директор Линь».И следом:«Верность!»Чэнь Цзыхао, стоявший в стороне, поправил очки, не в силах скрыть довольную ухмылку.В его блокноте уже была исписана целая страница – он подробно застенографировал каждое решение нового босса.Линь Е жестом попросил Чэнь Цзыхао остаться, а остальных распустил.Сотрудники потянулись к выходу.В этот момент дверь стримерской в конце коридора распахнулась.Из неё вышла женщина.Длинные локоны, густой макияж, облегающая юбка и восьмисантиметровые шпильки. При ходьбе её бедра ритмично покачивались.Чжоу Жуйсюэ, сценический псевдоним Цуйцуй – главная звезда и лицо «Синъяо Медиа».За ней следовали двое – мужчина и женщина, её личная команда: фотограф и ассистент.Втроем они не спеша вошли в конференц-зал.Цуйцуй остановилась напротив Линь Е и, закинув ногу на ногу, слегка прищурилась.— Вы и есть директор Линь?Линь Е откинулся на спинку кресла.— Есть дело?Цуйцуй изогнула губы в подобии улыбки.— Есть. Касательно моего контракта.Она достала из сумочки документ и положила его на стол.— Когда здесь всем заправлял директор Цянь, мои условия были такими: двадцать тысяч оклада плюс проценты. Теперь, когда он ушел, условия нужно пересмотреть.Она сделала паузу.— Пятьдесят тысяч фиксы, двойные проценты – или я и моя команда увольняемся сегодня же.Она говорила ровным тоном, но в каждом слове сквозила неприкрытая угроза.Стоявшие за её спиной ассистент и фотограф синхронно кивнули, демонстрируя единство.Чэнь Цзыхао изменился в лице, крепче сжав блокнот.Цуйцуй была основным источником трафика компании. Её уход означал потерю как минимум тридцати процентов рекламных доходов.Линь Е посмотрел на документ, даже не прикоснувшись к нему.Затем он перевел взгляд на Цуйцуй.— Хорошо.Лицо Цуйцуй немного расслабилось.— Счастливого пути, не провожаю.Улыбка застыла на лице стримерши.Она решила, что ей послышалось.— Что вы сказали?— Я сказал – вы свободны. Можете оформлять увольнение прямо сегодня.Линь Е поднялся и, подойдя к двери, широко распахнул её.— Отдел кадров – вторая дверь по коридору. Поторопитесь, у меня еще дела.Лицо Цуйцуй из бледного стало пунцовым, а затем снова побелело. Губы сжались в узкую линию.Она резко вскочила, так что ножки стула со скрежетом проехались по полу.— Вы об этом пожалеете!— Не пожалею.Цуйцуй вцепилась в ремешок сумочки; её каблуки гневно застучали по коридору.Её помощники переглянулись и, понурив головы, поспешили следом.В конференц-зале остались только Линь Е и Чэнь Цзыхао.Чэнь Цзыхао поправил очки и после недолгих колебаний произнес:— Директор Линь, если Цуйцуй уйдет, в краткосрочной перспективе у компании возникнет огромная брешь в трафике...— Я знаю.Линь Е похлопал его по плечу.— На твои плечи ляжет большая нагрузка, но я верю, что ты справишься.Он глянул на дверь: в коридоре в ряд выстроились пять дерзких девчонок, украдкой заглядывая внутрь.Су Синтун была впереди всех – она вцепилась руками в косяк и просунула голову в щель.— Дядя, эта размалеванная ушла?— Ушла.— Давно пора. С таким макияжем она похожа на бумажную куклу с похорон, которая вдруг ожила.Линь Е не стал поддерживать её остроты и обратился к Чэнь Цзыхао с последним распоряжением:— Организуй их оформление через отдел кадров. Я подпишу контракты, а ты поставишь печати.Чэнь Цзыхао решительно кивнул.— Понял.Линь Е оставил девчонок на попечение Чэнь Цзыхао, а сам отправился в бухгалтерию.Бухгалтером в «Синъяо Медиа» работала женщина в очках для чтения – Лю Хунмэй, которую все звали сестрой Лю. Считала она быстрее любого калькулятора.Линь Е сел напротив неё.— Сестра Лю, сколько у компании на счету?Лю Хунмэй перелистала ведомости.— Оборотный капитал – сто семьдесят тысяч. После выплаты зарплат и аренды за этот месяц останется чуть больше тридцати.Линь Е достал телефон и открыл банковское приложение.— Я вношу личные инвестиции в размере десяти миллионов. Деньги поступят сегодня.Очки сестры Лю едва не сползли на кончик носа.— Де... десять миллионов?— Да. Кроме того, надбавки к зарплатам и премии за этот месяц выплатить сегодня же.Лю Хунмэй оцепенела секунд на пять, а затем, не говоря ни слова, уткнулась в бумаги.За свои сорок с лишним лет она видела разных начальников.Жадных, кормящих «обещаниями», сбегающих с деньгами.Но такого, чтобы сразу вложил десять миллионов и в тот же день выплатил премии – впервые.Ради такого босса она готова была работать до самой пенсии.Через полчаса телефоны сотрудников по всей компании начали разрываться от уведомлений.Сообщения о пополнении счета.В офисе то тут, то там слышались трели мобильных.Кто-то прикрывал рот рукой, боясь вскрикнуть от радости, кто-то протирал глаза, проверяя, не ошибся ли в количестве нулей.В зоне отдыха те двое сотрудников, что раньше шептались по углам, переглянулись. Один из них поднял большой палец вверх и беззвучно прошептал:— Директор Линь! Верность!

Стоило Цянь Чжиго уйти, хлопнув дверью, как атмосфера в офисе заметно разрядилась.

Сотрудники украдкой переглядывались, не в силах сдержать довольные улыбки.

Впрочем, некоторые с тревогой поглядывали в сторону стримерской в конце коридора.

Линь Е не стал терять времени и велел Чэнь Цзыхао собрать всех сотрудников в конференц-зале.

Зал для совещаний в «Синъяо Медиа» был крошечным – в него едва втиснули два десятка стульев.

Люди заходили один за другим: кто-то скованно прижимал к себе чашку с водой, кто-то сложил руки на груди – на лицах читалась целая гамма чувств.

Пять дерзких девчонок замерли у входа; Су Синтун с любопытством вытягивала шею, заглядывая внутрь.

Линь Е кивнул ей.

— Вы тоже заходите.

Пятерка «уточек» втиснулась в кабинет и заняла последний ряд.

Су Синтун устроилась между Сяохуэй и Шэнь Цзясинь, закинула ногу на ногу и эффектно откинула назад свои разноцветные волосы, напустив на себя вид важного регионального менеджера, приехавшего с инспекцией.

Сяохуэй послушно выпрямилась, положив руки на колени.

Шэнь Цзясинь достала новый телефон и принялась изучать настройки.

Сяовэнь и Сяовэй тихонько притаились в углу.

Линь Е встал перед столом переговоров и обвел взглядом присутствующих.

— Времени мало, поэтому скажу по делу. Слушайте внимательно.

В комнате воцарилась тишина.

— Первое.

Он жестом подозвал пятерку девчонок с заднего ряда.

— Компания подписала контракты с пятью новыми артистками: это Су Синтун, Сун Сяохуэй, Шэнь Цзясинь, Чэнь Сяовэнь и Чэнь Сяовэй.

Су Синтун встала и помахала всем рукой.

— Всем привет, я Су Синтун. Прошу любить и жаловать!

Сяохуэй тоже вскочила и, расплывшись в широкой улыбке, отвесила низкий поклон.

Шэнь Цзясинь лишь слегка кивнула в знак приветствия.

Сяовэнь и Сяовэй поднялись одновременно, их движения были синхронны, словно скопированы под копирку.

Сотрудники обменивались взглядами, по залу пополз шепоток.

— Люди босса?

— Стопудово его люди.

Линь Е, не обращая внимания на гул, продолжил:

— Второе.

Он сделал многозначительную паузу.

Все в комнате навострили уши.

— Начиная с этого месяца всем штатным сотрудникам «Синъяо Медиа» социальные взносы и отчисления в жилищный фонд будут выплачиваться в полном объеме.

По рядам пробежала волна возбуждения.

При Цянь Чжиго все взносы платились по минимальной ставке – в небольших компаниях это было негласным правилом, о котором все знали, но никто не смел заикаться.

Слова «в полном объеме» прозвучали для работяг слаще любого признания в любви.

— И еще.

Линь Е вскинул голову.

— Всем сотрудникам, включая уборщиц, оклад повышается на пятьдесят процентов. Решение вступает в силу с текущего месяца.

Три секунды мертвой тишины.

А затем конференц-зал буквально взорвался.

Девушка в очках в первом ряду едва не выронила стакан с водой.

Программист в клетчатой рубашке подпрыгнул на стуле, но тут же сел обратно, делая вид, что ничего не произошло.

Уборщица в углу замерла с открытым ртом, переводя взгляд с одного на другого, не веря своим ушам.

Су Синтун толкнула Сяохуэй в бок.

Сяохуэй обернулась, и глаза у обеих радостно заблестели.

— Дядя сказал, нам тоже повысят? — Прошептала Сяохуэй прямо в ухо Су Синтун.

Каким-то образом Линь Е услышал их и ответил:

— Вам пятерым тоже. Для официально оформленных артистов базовый оклад составит десять тысяч, бонусы – отдельно.

Су Синтун одним прыжком оказалась рядом с Линь Е, обвила его шею руками и звонко чмокнула в щеку.

Сяохуэй не отставала и вцепилась в талию Линь Е с другой стороны.

Они повисли на нем, словно две коалы.

Линь Е сухо кашлянул.

— Соблюдайте приличия.

Сотрудники переглянулись и, проявив поразительное единодушие, решили коллективно «ослепнуть».

Не видели, ничего не видели.

В конце концов, когда тебе поднимают зарплату на пятьдесят процентов и дают полный соцпакет, можно и не такое проглядеть.

В этот момент уровень лояльности всех присутствующих в зале взлетел до небес.

В голове у каждого билось лишь одно:

«Директор Линь».

И следом:

«Верность!»

Чэнь Цзыхао, стоявший в стороне, поправил очки, не в силах скрыть довольную ухмылку.

В его блокноте уже была исписана целая страница – он подробно застенографировал каждое решение нового босса.

Линь Е жестом попросил Чэнь Цзыхао остаться, а остальных распустил.

Сотрудники потянулись к выходу.

В этот момент дверь стримерской в конце коридора распахнулась.

Из неё вышла женщина.

Длинные локоны, густой макияж, облегающая юбка и восьмисантиметровые шпильки. При ходьбе её бедра ритмично покачивались.

Чжоу Жуйсюэ, сценический псевдоним Цуйцуй – главная звезда и лицо «Синъяо Медиа».

За ней следовали двое – мужчина и женщина, её личная команда: фотограф и ассистент.

Втроем они не спеша вошли в конференц-зал.

Цуйцуй остановилась напротив Линь Е и, закинув ногу на ногу, слегка прищурилась.

— Вы и есть директор Линь?

Линь Е откинулся на спинку кресла.

— Есть дело?

Цуйцуй изогнула губы в подобии улыбки.

— Есть. Касательно моего контракта.

Она достала из сумочки документ и положила его на стол.

— Когда здесь всем заправлял директор Цянь, мои условия были такими: двадцать тысяч оклада плюс проценты. Теперь, когда он ушел, условия нужно пересмотреть.

Она сделала паузу.

— Пятьдесят тысяч фиксы, двойные проценты – или я и моя команда увольняемся сегодня же.

Она говорила ровным тоном, но в каждом слове сквозила неприкрытая угроза.

Стоявшие за её спиной ассистент и фотограф синхронно кивнули, демонстрируя единство.

Чэнь Цзыхао изменился в лице, крепче сжав блокнот.

Цуйцуй была основным источником трафика компании. Её уход означал потерю как минимум тридцати процентов рекламных доходов.

Линь Е посмотрел на документ, даже не прикоснувшись к нему.

Затем он перевел взгляд на Цуйцуй.

— Хорошо.

Лицо Цуйцуй немного расслабилось.

— Счастливого пути, не провожаю.

Улыбка застыла на лице стримерши.

Она решила, что ей послышалось.

— Что вы сказали?

— Я сказал – вы свободны. Можете оформлять увольнение прямо сегодня.

Линь Е поднялся и, подойдя к двери, широко распахнул её.

— Отдел кадров – вторая дверь по коридору. Поторопитесь, у меня еще дела.

Лицо Цуйцуй из бледного стало пунцовым, а затем снова побелело. Губы сжались в узкую линию.

Она резко вскочила, так что ножки стула со скрежетом проехались по полу.

— Вы об этом пожалеете!

— Не пожалею.

Цуйцуй вцепилась в ремешок сумочки; её каблуки гневно застучали по коридору.

Её помощники переглянулись и, понурив головы, поспешили следом.

В конференц-зале остались только Линь Е и Чэнь Цзыхао.

Чэнь Цзыхао поправил очки и после недолгих колебаний произнес:

— Директор Линь, если Цуйцуй уйдет, в краткосрочной перспективе у компании возникнет огромная брешь в трафике...

— Я знаю.

Линь Е похлопал его по плечу.

— На твои плечи ляжет большая нагрузка, но я верю, что ты справишься.

Он глянул на дверь: в коридоре в ряд выстроились пять дерзких девчонок, украдкой заглядывая внутрь.

Су Синтун была впереди всех – она вцепилась руками в косяк и просунула голову в щель.

— Дядя, эта размалеванная ушла?

— Ушла.

— Давно пора. С таким макияжем она похожа на бумажную куклу с похорон, которая вдруг ожила.

Линь Е не стал поддерживать её остроты и обратился к Чэнь Цзыхао с последним распоряжением:

— Организуй их оформление через отдел кадров. Я подпишу контракты, а ты поставишь печати.

Чэнь Цзыхао решительно кивнул.

— Понял.

Линь Е оставил девчонок на попечение Чэнь Цзыхао, а сам отправился в бухгалтерию.

Бухгалтером в «Синъяо Медиа» работала женщина в очках для чтения – Лю Хунмэй, которую все звали сестрой Лю. Считала она быстрее любого калькулятора.

Линь Е сел напротив неё.

— Сестра Лю, сколько у компании на счету?

Лю Хунмэй перелистала ведомости.

— Оборотный капитал – сто семьдесят тысяч. После выплаты зарплат и аренды за этот месяц останется чуть больше тридцати.

Линь Е достал телефон и открыл банковское приложение.

— Я вношу личные инвестиции в размере десяти миллионов. Деньги поступят сегодня.

Очки сестры Лю едва не сползли на кончик носа.

— Де... десять миллионов?

— Да. Кроме того, надбавки к зарплатам и премии за этот месяц выплатить сегодня же.

Лю Хунмэй оцепенела секунд на пять, а затем, не говоря ни слова, уткнулась в бумаги.

За свои сорок с лишним лет она видела разных начальников.

Жадных, кормящих «обещаниями», сбегающих с деньгами.

Но такого, чтобы сразу вложил десять миллионов и в тот же день выплатил премии – впервые.

Ради такого босса она готова была работать до самой пенсии.

Через полчаса телефоны сотрудников по всей компании начали разрываться от уведомлений.

Сообщения о пополнении счета.

В офисе то тут, то там слышались трели мобильных.

Кто-то прикрывал рот рукой, боясь вскрикнуть от радости, кто-то протирал глаза, проверяя, не ошибся ли в количестве нулей.

В зоне отдыха те двое сотрудников, что раньше шептались по углам, переглянулись. Один из них поднял большой палец вверх и беззвучно прошептал:

— Директор Линь! Верность!