После школы.
Ци Наню и без того хватало головной боли, так еще и Тан Роу преградила ему путь.
Голос прозвучал бесстрастно: ─ Что-то хотела?
Уперев руки в боки, Тан Роу с порога пошла в атаку: ─ Почему ты сегодня не принес еду Сяосяо? Или ты не знал, что она голодает с самого утра?
Ци Наню это показалось смешным.
─ Захочет есть – сама купит. У нее что, рук или ног нет? Какое мне до этого дело?
Тан Роу никак не ожидала такого тона от прежде раболепного Ци Наня.
Если вспомнить прошлое.
Она, будучи лучшей подругой Линь Сяосяо, тоже входила в круг тех, кому он угождал. Чтобы она замолвила за него словечко перед Линь Сяосяо, он не жалел ни денег, ни сил на подношения, и уж точно не смел разговаривать с ней свысока.
─ Ах ты!...
Тан Роу задохнулась от гнева, ее грудь вздымалась. Тыча пальцем прямо в лицо Ци Наню, она выругалась: ─ Ну хорошо, Ци Нань! Посмотрим, поверит ли Сяосяо, когда я ей все выложу, и станет ли она после этого с тобой разговаривать.
Ци Нань сохранял абсолютное равнодушие.
Раскинув руки, он бросил: ─ Валяй, жалуйся кому хочешь. Главное – не приставай ко мне.
─ Ишь чего! неужели ты всерьез думаешь, что таким макаром привлечешь ее внимание? Сдался ты ей, размечтался! – от злости Тан Роу не выбирала выражения. – Подумаешь, жених нашлся! Отбоя от парней у нее нет, не воображай о себе весть что!
─ Ого-го.
Ци Нань поковырял в ухе, ответив предельно вяло.
─ Ты еще пожалеешь об этом!
Бросив напоследок угрозу, она развернулась и зашагала прочь.
─ Постой-ка.
Ци Нань окликнул ее.
Решив, что он наконец-то сломался и намерен извиниться, Тан Роу обернулась, скривив губы в издешливой усмешке: ─ Теперь-то поздно каяться. Вернусь – сразу вывалю Сяосяо всю правду о тебе.
─ Валяй, болтай что хочешь. Только не забудь передать, чтобы она вернула мне ключи от моего «порше».
─ Чего?
─ Мои слова трудно понять? Пусть вернет ключи от машины.
─ Разве это не твой подарок ей на день рождения? С каких это пор принято забирать назад то, что подарил?
Ци Нань небрежно обронил: ─ Кто сказал, что я ей его дарил? Я просто одолжил покататься на пару дней.
Тан Роу затопала ногами от бессильной злости.
─ Да у тебя и доказательств нет! Ключи у нее, попробуй отбери – отберешь силой?
─ Владелец по документам я, разве этого недостаточно?
Ци Нань слегка поморщился: ─ Ты что, всерьез думала, будто стоило мне отдать ей ключи, как машина автоматически стала ее личной собственностью?
Выслушав его,
Тан Роу побледнела.
Выходило так, что она не только не добилась своего, но по ее вине Линь Сяосяо теперь придется возвращать дорогой спорткар.
А Ци Нань и не собирался тратить на нее время.
Больше всего на свете он терпеть не мог таких женщин, как Линь Сяосяо: с виду ангелочки, а внутри гнилые до мозга костей.
На ухаживания оригинала она открыто не отвечала, но охотно использовала его как пешку в своих играх. А когда в сюжете появился главный герой, она тут же бросилась ему на шею, отдав подаренный Ци Нанем «порше», да еще и сошлась с Е Фанем в противостоянии против Ся Нинци.
Все вложения прежнего владельца послужили лишь ступенькой для прокачки главного героя. И даже когда оригинал шел к своей гибели, он до последнего наивно верил, будто Линь Сяосяо неравнодушна к нему, не осознавая, что был всего лишь жалким клоуном в любовных играх Линь Сяосяо и героя.
К подобной твари
Ци Нань не испытывал ни капли жалости.
...
Ближе к вечеру.
Ся Нинци закончила подрабатывать на дневной смене.
Проходя мимо входа в общежитие,
она заметила, как в квартиру по соседству с ее собственной заносят и выносят мебель.
Озадаченная тем, что кто-то еще, кроме нее, мог поселиться в подобном месте, она увидела, как из дверного проема показалось знакомое лицо.
Ци Нань?
Не успела она оправиться от шока,
как прислонившийся к косяку Ци Нань заговорил первым: ─ Здравствуй, Ся, теперь мы соседи.
Увидев это, Ся Нинци почувствовала, как сердце уходит в пятки.
─ Я тебе настолько ненавижу? Мало того, что измывался надо мной каждый день, так теперь еще и преследуешь? До каких пор это будет продолжаться?
Ци Нань отмахнулся: ─ Я здесь не для того, чтобы над тобой измываться. Просто мне приглянулась местная обстановка.
Обстановка приглянулась?
В этой трущобной дыре, спрятанной впотьмах зауулков, кишели тараканы с крысами, постоянно отключали воду и замыкало проводку. Кроме близости к колледжу и ее подработке в чайной лавке, никаких иных достоинств она разглядеть не могла.
─ Вот уж поистине нечистая сила, – она сильнее вцепилась в лямку холщовой сумки и, стараясь держаться от Ци Наня как можно дальше, быстро шмыгнула в свою дверь.
В ванной.
Ся Нинци встала под струи горячего душа.
Вспомнив утренние события,
p>она никак не могла взять в толк, какую дурь на этот раз занесло в голову Ци Наню. Разве не голодная смерть до потери сознания входила в его планы?
Тогда с какой стати он накормил ее той едой...
Лосось, мраморная говядина – все было невероятно вкусным, без единого червяка или отвратительного соуса. Подобной роскоши обычно удостаивалась лишь Линь Сяосяо...
Уж не поссорились ли они?
Линь Сяосяо терпеть ее не может, а внезапная доброта Ци Наня вполне могла быть лишь способом позлить подругу.
Это объяснение звучало вполне логично.
Вода стекала по прядям волос Ся Нинци прямо на пятки, и вся эта странность вмиг обрела четкие очертания.
Как ни крути, а доброта Ци Наня носила временный характер. Стоит им помириться, как она снова погрузится в привычный кошмар.
На душе скребли кошки.
Ся Нинци вышла из ванной, завернувшись в банное полотенце.
Перед зеркалом.
Правильные черты ее лица казались безупречными, но правую сторону шеи портило броское темное пятно – родимое пятно, преследовавшее ее с самого рождения.
В детстве ее похитили торговцы людьми, увезли в глухие горы и продали в одну семью в качестве малолетней невесты.
Обретя осознанность, она при первом же удобном случае сбежала в соседнюю деревню, где ее приютила бабушка. И вот, когда она ценой невероятных усилий поступила в университет, у бабушки обнаружили опухоль, и теперь та прикована к больничной койке.
Стоило подумать об этом, как у Ся Нинци защипало в глазах.
Почему другим достается счастливая и безмятежная жизнь, а ей с самого рожденья уготована сплошная череда испытаний?
Одевшись,
Ся Нинци вспомнила, что завтра суббота, пар в колледже не будет, и она сможет навестить бабушку в больнице, а потому решила позвонить ей.
– Гудки пошли.
Старенький телефон из прошлых лет прозвонил пару раз, прежде чем на том конце сняли трубку.
─ Алло, это Сяоци?
─ Я, бабушка. Завтра я приду навестить тебя в больнице, ты только слушайся медсестер и ешь как положено.
Из трубки раздался добрый голос старухи: ─ Сяоци, я хочу серьезно поговорить с тобой насчет операции.
Словно заранее угадав, что та собирается сказать, Ся Нинци замотала головой, сдерживая слезы: ─ Нет, операция обязательна. Бабушка, подожди меня еще месяц, всего один месяц, и я накоплю нужную сумму.
В ответ послышался озадаченный голос: ─ Но ведь деньги за операцию сегодня уже внесли? И даже перевели меня в более дорогую одноместную палату.
─ А?
Ся Нинци растерялась: ─ Но я же ничего не платила...
...

Комментарии

Загрузка...