Чи Нахан открыл рот.
«Какого чёрта они здесь делают?»
Вопрос, почему охрана их не остановила, отпал сам собой, как только он увидел бездыханные тела за ширмой.
...Мысли Чи Нахана заледенели.
Незапланированный визит главы клана, да ещё и применение силы к охране.
В зависимости от трактовки, это могло перерасти в политический конфликт.
И уж этот-то змей не мог не понимать последствий.
— ..."Чи Нахан-гун"? Ты, сопляк, с какого перепугу мне "гунькаешь"? У тебя родителей нет? (суффикс гун - обращение старшего к младшему)
Мужчина постарался сохранить невозмутимость, изображая грубость.
Но и на оскорбление Ю Сонъу ответил безмятежно.
— Отца с матерью... у меня их нет, это правда.
— По тебе и видно.
Впрочем, в эту эпоху вопрос "есть ли у тебя родители?" был скорее плоской шуткой. Для слишком многих это стало реальностью, так что оскорблением это назвать было нельзя. У самого Чи Нахана родителей тоже не было.
— Хочется спросить, какого лешего ты явился без предупреждения.
На осторожный, но заострённый вопрос Ю Сонъу виновато кивнул.
— Прошу простить мою дерзость. Но и у меня есть причина.
Он указал тростью за спину Чи Нахана.
— Этот человек ‒ из наших.
По направлению трости была Ли Чхоым, спавшая как убитая.
— ...Я что-то не слышал, чтобы она была из Пурима.
Лицо Чи Нахана исказилось недоверием. Как бы Ко Хваран ни был неумел, он не мог быть настолько безумен, чтобы впутывать Пурим в дело с Лапис Лазули.
Но Ю Сонъу лишь беззаботно пожал плечами.
— Неудивительно. Мы ещё ведём переговоры.
Значит, пока что ‒ нет?
— Но скоро всё будет именно так.
Он приятно улыбнулся.
— Судя по всему, с ней обращались бесцеремонно...
Чёрные глаза опасно сверкнули.
— Не вернёте её?
Повисла короткая тишина.
— ...Ладно.
Наконец ответил Чи Нахан.
Могло показаться, что он легко сдался, но это был самый взвешенный ответ.
Он мельком глянул на мирно спящую Ли Чхоым.
Эта девушка ‒ апостол, который решит проблему Лапис Лазули, доведшую Галмель до грани краха?
Если это правда, отдавать её нельзя, но...
«Я ничего не знаю».
Если бы ему сказали, что сегодня он встретил такого человека, он бы только удивился.
Что касается поручительства Ко Хварана и Осалло ‒ для Чи Нахана они были лишь безответственными юнцами.
«Конечно, сам визит Ю Сонъу ‒ это уже сигнал, который нельзя игнорировать».
Если бы он послал одну Хаянг, это уже было бы сильным жестом. А уж если такой человек, который каждую секунду ценит на вес золота, явился лично ‒ значит, эта девушка не простая.
«Но что это меняет для нынешнего Галмеля?»
Раз он вошёл, нейтрализовав охрану, ‒ значит, торговаться не намерен.
И без того настроение в клане шаткое, а тут ещё и Ю Сонъу ‒ лишний раз его задирать нельзя.
— Забирай её и вали.
— Рад, что мы с тобой, Чи Нахан-гун, на одной волне.
Ю Сонъу кивнул, и Хаянг быстро подхватила девушку. Та даже не пошевелилась ‒ спала как убитая.
— Передавайте привет главе клана Ко Хварану.
С этими словами он исчез вместе с Хаянг.
Только когда их присутствие рассеялось окончательно, Чи Нахан грубо взъерошил челку.
— ...Фух.
По спине пробежал ледяной озноб.
«Чувствую, что-то грядёт. И большое».
Не просто очередная грызня между кланами, а нечто, что затронет весь мир апостолов...
Беспочвенное, но оттого не менее сильное предчувствие.
Словно он стоял на старте чего-то грандиозного.
.
.
.
— Ты сказал, что отдал Ли Чхоым этому ублюдку?!
...И когда Ко Хваран узнал обо всём, он стал рвать и метать.
✙ ✙ ✙
Он думал, что уже ночь. Вокруг было слишком темно.
Бух.
Что эти сгустки тьмы ‒ чья-то тень, он понял, когда огромная фигура шевельнулась.
Всё вокруг было залито кровью и нечистотами ‒ трудно было разобрать, какого цвета что было. Липкая жидкость напоминала гной, но вместо вони от неё исходил странный сладковатый запах.
Всё было раздавлено в руины.
А под той огромной тенью стояла Ли Чхоым.
И в какой-то момент.
Она встретилась взглядом с хозяином тени, гигантским существом.
「 С-с-с-с-с-с-с-с-с 」
Десятки, сотни голосов сливались в один.
Песня, сотканная из диссонанса, эхом отдавалась в голове.
Концовка всегда была одной и той же.
「 Дозволь нам поплакать 」
.
.
.
— ...Ха.
Она резко открыла глаза, выдохнув.
Последнее, что она помнила, это как провалилась в сон, будто в обморок. А очнувшись, первым делом подумала:
«Удобно, но как-то странно».
Койка в лазарете Галмеля была обычной. А сейчас она лежала на чём-то эргономичном, явно дорогом, идеально подогнанном под тело.
Пахло как в гостиничном номере...
Пока она пыталась сообразить, что к чему.
— Очнулись.
Низкий женский голос.
Ли Чхоым быстро повернула голову и встретилась взглядом с лицом, которое видела всего раз, но почему-то показавшимся знакомым.
— Здравствуйте. Я Хаянг из Пурима.
Младшая сестра Хаяна, апостол A-класса Хаянг.
Человек, с которого началась вся эта суматоха с апостолами.
— ...Что за?
— ......
— Пурим захватил Галмель?
Для Ли Чхоым, которая заснула в лазарете Галмеля, это было слишком.
Хаянг растерянно приоткрыла губы и покачала головой.
— Это... Пурим. Меня брат попросил забрать вас.
— Хаян-сси?
— Он сказал, что вы, возможно, в опасности. Попросил проверить.
— ...А.
Точно. Она же не объяснила Хаяну толком.
Получив такое сообщение, он, естественно, решил, что она в опасности. Но сам он сейчас в Хэнаме ‒ не может же он...
«...Вот и попросил сестру проверить».
— На всякий случай мы попросили помощи у главы клана. Подумали, что в Галмеле вам угрожают, и перевели вас в Пурим для вашей же безопасности.
Эффект бабочки, начатый Хаяном.
«Дело приняло слишком серьёзный оборот».
Пока Ли Чхоым кисло морщилась, Хаянг мельком взглянула на неё.
— ...Если я переступила границы, то прошу прощения.
— Ладно.
И если уж кто виноват, так это сама Ли Чхоым ‒ ничего не объяснила.
— Но палец... мы вылечили елеем.
И правда, отрезанный средний палец снова был на месте.
«Удивительно».
Она сжала и разжала кулак и подняла голову.
«Если это Пурим...»
Надо уйти, пока эта личность не появилась.
— Я пойду.
Она уже собралась встать.
— Войду на минуту.
Чёрт, опоздала.
Ш-ш-ш-ш.
Чёрная рука отдёрнула ширму.
— Рад вас видеть, Ли Чхоым-сси.
Ю Сонъу.
— Хе-хе, мы расстались меньше суток назад, а уже снова встретились.
День выдался длинным, так что предложение стажировки казалось событием из прошлой жизни. Но, что удивительно, это было всего лишь сегодня утром.
Ю Сонъу хитро прищурился.
— Уже поздно. Если не против, я подвезу.
Вечно он не упускает случая.
✙ ✙ ✙
И вот Ли Чхоым сидела в роскошном чёрном седане Ю Сонъу.
Она небрежно ответила.
— Можете дать адрес?
Ю Сонъу, уступивший Ли Чхоым место на заднем сиденье и сидевший спереди, повернул голову.
— Зачем притворяться, будто не знаете?
Судя по его характеру, он уже давно разузнал и адрес, и номер телефона.
— Из вежливости.
Он свежо улыбнулся и сам ввёл адрес.
Автомобиль бесшумно скользнул вперёд.
Всю дорогу в машине царила тишина. В зимнюю ночь не было слышно даже сверчков, и лишь слабое дыхание троих — Ли Чхоым, Ю сонъу и водителя — тихо разносилось по салону.
Деушка смотрела на отражение Ю Сонъу в окне.
«Он точно ‒ контролирующий тип».
Хотя она не могла подтвердить его склонность, так и не зарегистрировав его как клиента, она была уверена: Ю Сонъу ‒ "контролирующий тип" с сильным планированием и самоконтролем.
Вжух.
Она откинулась на спинку и продолжала размышлять.
«Что же делать?»
Если бы это был роман и Ли Чхоым была бы его героиней, сейчас самое время было бы заявить о своих целях или направлении: что она хочет найти своё место в Галмеле; достичь вершины в Пуриме; стать героиней в Хае или Канаби; увидеть край горизонта вместе с Чхоллачхалем...
Хотя бы даже если она решила жить обычной жизнью ‒ это тоже цель. Должна была прозвучать хоть одна реплика: "Я этого не хочу, я хочу этого".
Но Ли Чхоым...
«А мне всё равно».
Она не могла придумать ничего больше.
Можно было бы приписать эту апатию к какому-нибудь детскому воспоминанию... но зачем так углубляться?
«Много ли людей вообще определяют свою жизненную цель?»
Родился ‒ и живёшь.
Сам не зная, в чём провинился, катишься по этой свалке, которую называют миром.
Полюбоваться мелькающим за окном ночным пейзажем ‒ и вот уже приехали.
Когда машина плавно остановилась, Ю Сонъу заговорил.
— Я могу дать вам всё, что вы захотите.
В его глазах, смотревших через зеркальце заднего вида, теснились звёзды. А само ночное небо за окном было тёмным от городских огней.
Импульсивно она спросила:
— А если я ничего не хочу?
Чёрные глаза на мгновение моргнули, а затем лукаво прищурились.
— Тогда придётся найти.
— ......
— Человеческая жизнь ‒ это маятник между желанием и скукой. Даже если вы чувствуете скуку, рано или поздно желание вернётся.
Поэтому человека без желания не существует.
В его шёпоте слышалась уверенность, граничащая с верой.
Ли Чхоым испытала мимолётный интерес, но тут же...
— Хорошо, я поняла.
Щёлк.
Она снова стала равнодушной и открыла дверь.
Она слишком хорошо знала себя, чтобы надеяться на его слова.
Она не найдёт того, чего хочет.
— Наслаждайтесь отдыхом.
Ю Сонъу вышел из машины и проводил её до дома.
Ли Чхоым мельком глянула на его помахавшую руку и ушла, не оборачиваясь.
Тук.
Глядя на закрытую дверь, Ю Сонъу подумал:
«Она не позвонит».
Он простоял ещё долго после того, как она исчезла.
И только за полночь чёрный седан уехал.
Это был непомерно долгий день.
.
.
.
— Здравствуйте, Ли Чхоым-сси.
— ......
— Приятно познакомиться. Я Данте, заместитель главы Хаи.
...Что никто не ожидал, так это того, что вскоре наступит день с ещё более насыщенный событиями.

Комментарии

Загрузка...