— Жарко...
Стоило нам выйти из школы, как нас тут же накрыла удушающая жара. Стоял самый разгар июля — сезон безжалостного летнего пекла. Температура перевалила за тридцать два градуса, и мне казалось, будто тело вот-вот вспыхнет. Я всего лишь шёл, а силы таяли с пугающей скоростью.
— Худшее лето в жизни... — пробормотала Нанасе.
Она брела рядом со мной с таким видом, словно была при смерти.
Ну, при такой жаре неудивительно... По данным Японского метеорологического агентства, в этом году будет жарче обычного. Особенно тяжело придётся Гумме: мол, её со всех сторон окружают горы, плюс ещё фён и прочее — из-за этого местность прогревается быстрее.
— Нанасе, ты как? Держишься? — спросил я. — У тебя совсем лицо бледное.
— Можем... немного передохнуть?
Она указала на ряд автоматов с напитками у обочины.
— Конечно, — кивнул я.
Я купил себе холодный кофе. Нанасе, видимо, мучилась от жажды куда сильнее, так что взяла спортивный напиток. Она сразу сделала несколько больших глотков и облегчённо выдохнула:
— Ожила.
— Ты точно в порядке? Это не тепловой удар?
— Не переживай так. Просто чуть обезвоживание, ничего страшного.
Мы остановились в маленьком месте для отдыха на набережной дороге, которая вела от школы к станции. Здесь удачно стояли три автомата и две скамейки в тени. Казалось, даже воздух стал на несколько градусов прохладнее. Это место давно облюбовали ученики нашей школы, но сегодня, из-за невыносимой жары, тут не было ни души.
— Ты точно сможешь потом нормально работать? Не перенапрягайся, — снова сказал я.
— Да... прости. Я просто не высыпаюсь из-за подготовки к экзаменам. — В её голосе и правда слышалась усталость. — Отдохну немного — и всё пройдёт.
Она пыталась меня успокоить, но тревога никуда не уходила. Всё-таки у Нанасе и без того здоровье не железное — она уже несколько раз пропускала школу из-за болезни.
— Хайбара-кун, ты такой паникёр, — тихо хихикнула она, расслабившись.
Чего?! Да как можно вот так улыбаться! Это же слишком мило! Да уж... моя Нанасе сегодня снова вне конкуренции...
Даже не подозревая, что я уже успел внутренне растаять, Нанасе спросила:
— Хайбара-кун, как ты написал экзамены?
Это она решила поддержать разговор, пока мы отдыхаем? Цвет лица у неё уже получше, значит, в себя она и правда приходит.
— Хм. Не думаю, что плохо, — ответил я, принимая смену темы.
Итоговые экзамены закончились только на прошлой неделе. Работы нам уже вернули, но общие результаты и рейтинг пока не объявили. Наверное, это будет через два-три дня.
— Какой-то уж слишком вялый ответ... С такой излишней скромностью ты легко можешь кого-нибудь раздражать. В первую очередь — меня, — недовольно сказала она, надув губы.
— Только тебя? Но я ведь правда так думаю. — Я криво улыбнулся и пожал плечами. — Хотя в английском, пожалуй, набрал маловато.
— И сколько? Хотя можешь не говорить, если не хочешь, — сказала она тоном, в котором уважения к чужой личной жизни было меньше, чем любопытства.
Я не из тех, кто скрывает оценки, так что ответил честно:
— Восемьдесят девять.
Во взгляде Нанасе стало ещё меньше тепла.
— Если это у тебя «маловато», то мои результаты, наверное, вообще безнадёжны.
Когда она дуется, она, конечно, тоже милая.
Я неловко усмехнулся, пытаясь сгладить ситуацию. И что вообще в такие моменты нужно говорить? В последнее время я постоянно об этом переживал — особенно с учётом того, сколько комплиментов мне теперь прилетает. В итоге я решил просто перевести тему на что-нибудь безобидное.
— Нанасе, ты плохо знаешь английский?
— Если уж выбирать, то это скорее один из моих сильных предметов, — ответила она, отвернувшись с ещё более надутым видом.
Моя попытка направить разговор в более мирное русло с треском провалилась. Вот тебе и «безобидный вопрос»! Я полез в рюкзак и достал перекус, чтобы хоть немного поднять ей настроение.
— Не дуйся. Вот, держи.
Я помахал перед ней печеньем, которое купил в комбини.
Она посмотрела на меня с усталым укором.
— Я вообще-то не дуюсь. И я не ребёнок из начальной школы, чтобы меня можно было подкупить сладким, — заявила она, но печенье из моей руки всё-таки забрала и тут же начала есть.
То, как она грызла его своим маленьким ротиком, напоминало белку.
Ага... ничего не поделаешь — остаётся только восхищаться.
При всей своей прохладной внешности Нанасе на самом деле очень любила сладкое. Во время перерывов на работе она часто что-нибудь таскала. По моим наблюдениям, особенно ей нравились шоколад и печенье.
— А если я потолстею, ты как за это отвечать будешь?
Сегодня Нанасе почему-то была острее обычного. Она смотрела на меня с явным недовольством — будто её что-то задело.
Так что я ответил совершенно серьёзно:
— Если так случится, тогда я сяду на диету вместе с тобой. Не переживай: если заниматься, вес точно уйдёт!
— Почему-то... звучит неожиданно убедительно.
Ну так у меня же личный опыт похудения! Если тренироваться каждый день, всё будет нормально. Хотя всем, кто это читает, я бы всё-таки не советовал повторять тот безумный режим, через который прошёл я. Можно и помереть.
— Вообще-то, по-моему, ты и так слишком худая. Тебе бы даже не помешало чуть поправиться, — заметил я как бы между прочим.
Она ответила не сразу, с каким-то странным выражением лица:
— Да жир-то у меня есть. Просто сейчас его не видно.
Серьёзно? Я невольно опустил взгляд на грудь Нанасе. Но эй, в этом не было никакого скрытого смысла.
— Хайбара-кун?
Я поспешно поднял глаза и тут же столкнулся с ней взглядом почти в упор. Мы сидели на одной скамейке, так что лица оказались совсем близко. Щёки у неё были слегка розовыми.
— Л-ладно! Пора идти! Скоро уже смена! — Я самым наглым образом перевёл тему и вскочил на ноги.
Нанасе бросила на меня недовольный взгляд, вздохнула и тоже встала.
Я пошёл вперёд почти бегом. Она нагнала меня и снова заняла место рядом.
— Кстати, я давно не работала, — сказала она.
— Ну да, у тебя уже где-то неделю не было смен. А я несколько раз подменял.
Во время экзаменов хозяин кафе оказался в тяжёлом положении — студентов-подработчиков не хватало, так что я взял несколько смен на себя: во время своего чудесного второго захода в старшую школу мне ведь не нужно было учиться так уж усердно. Хотя всё равно я работал меньше обычного, так что, скорее всего, снова займу первое место по потоку.
— Если во время экзаменов нормально не заниматься, родители потом голову снимут, — проворчала Нанасе.
Я кивнул:
— Да, это правда.
Раньше мама действительно часто меня пилила. Вечно твердила: «Учись как следует!» Но я её игнорировал — был слишком занят мангой, лайт-новеллами и играми. На этот раз она мне ничего не высказала только потому, что на промежуточных я занял первое место.
— Если бы я тоже была на первом месте, родители, может, перестали бы так приставать.
— Кто знает. Хотя неожиданно. Нанасе, тебя что, тоже дома пилят? — удивился я. Она-то как раз казалась человеком, который и без родительских окриков сам прекрасно учится.
Она, чуть смутившись, пробормотала:
— Если я во время экзаменов играю в игры, родители их отбирают.
Погоди... Нанасе играет в игры?
— Да они и вне экзаменов вечно бурчат из-за игр. Всё время читают нотации, что можно играть только час в день.
Ничего себе. Да они к тебе как к младшекласснице относятся.
Эту мысль я, конечно, вслух не сказал — а то Нанасе ещё сильнее испортится настроение, — и постарался продолжить разговор как можно безобиднее.
— Нанасе, а во что ты играешь?
— В основном в ритм-игры. Но RPG тоже люблю.
И она назвала мне несколько популярных ритм-игр, о которых даже я слышал. Оказалось, она часто играет в них дома или по дороге в школу.
— А ты? Играешь во что-нибудь такое? Ты ведь хорошо поёшь, так что, мне кажется, и в ритм-играх у тебя должно хорошо получаться.
— Никогда не играл. Но вообще видеоигры люблю, — ответил я.
Я был отаку, которому важны истории, так что в средней и старшей школе играл почти исключительно в RPG. В колледже подсел на шутеры, а вот до ритм-игр так и не добрался.
— Хотя в чувстве ритма я уверен.
— Тогда почему бы тебе не попробовать? После работы покажу, как играть, — предложила Нанасе.
Причин отказываться у меня не было, так что я кивнул. Она ярко улыбнулась и тихо рассмеялась.
— Уже жду.
Так, болтая, мы дошли до Café Mares. Весной вишни вдоль дороги цвели, а теперь вместо летящих лепестков верхушки деревьев целиком тонули в густой зелени. Для меня это была вторая старшая школа, но времена года сменялись всё так же, как и в первый раз.
Весна пришла и ушла, потом был сезон дождей, а теперь лето вступило в полную силу. Над нами сияло яркое солнце, а фоном звенели цикады. Я вытер полотенцем пот, собравшийся на шее.
Теперь, когда экзамены были позади, до летних каникул оставалась всего неделя.
— Ну что ж, раз уж мы все счастливо избежали провала... За это и выпьем! — радостно воскликнула Ута, вскинув вверх стакан, полный колы.
Было около восьми вечера, Café Mares. Пока мы с Нанасе были на смене, к нам заглянули Ута, Рейта и Тацуя. Все получили хорошие результаты за экзамены, так что мы устроили маленькое праздничное собрание.
— Эм, а обязательно было формулировать это как «избежали провала»? Нельзя просто нормально отпраздновать, что экзамены закончились? — с ехидной улыбкой и пожатием плеч спросил Рейта.
Нанасе хихикнула.
— И правда, праздновать то, что ты просто не завалилась, — это как-то не очень.
— З-заткнитесь! Для нас экзамены — вопрос жизни и смерти! — возмутилась Ута, надув щёки.
Она повернулась к сидевшему рядом Тацуе и принялась яростно трясти его за плечи.
— Ведь так, Тацу?!
— Да тише ты, блин! И не записывай меня в одну категорию с собой. Я в этот раз не еле-еле проскочил, как ты, — раздражённо ответил он, пока его мотало из стороны в сторону.
Как он и сказал, в этот раз у Тацуи оценки были не так уж плохи. В среднем, наверное, около пятидесяти баллов по предметам. По сравнению с промежуточными это был серьёзный прогресс. Ута же едва-едва прошла по всем предметам, так что ставить их в один ряд было и правда нечестно.
— Гр-р... ну, если так, то да. Предатель!
— Нет, это просто ты не выросла. В отличие от тебя, я после прошлого раза сделал выводы и каждый день нормально занимался.
— Чего?! Это вообще не слова Тацу! Что с тобой случилось?!
На фоне запаниковавшей Уты Тацуя самодовольно улыбался.
— Ну, если после столь усердной учёбы у тебя всё равно только такой результат, то и хвастаться тут особо нечем, — между делом заметил Рейта.
Сражённый его обжигающими словами, Тацуя схватился за голову.
— Тебе не кажется, что иногда ты говоришь слишком жёстко?
— Прости-прости. Просто ты слишком уж распетушился, и меня это слегка раздражало, — всё с той же приятной улыбкой ответил Рейта.
Эм, Рейта-сан? Ты сейчас вообще-то пугающий, если что.
Тацуя выглядел настолько жалко, сидя с руками на голове, что я положил ладонь ему на плечо.
— Да не переживай. У тебя в этот раз результаты намного лучше, чем в прошлый.
— Вот уж от кого я меньше всего хочу слышать слова поддержки! Ты ведь, скорее всего, опять будешь первым в параллели.
Тацуя бросил на меня острый взгляд и сбил мою руку с плеча.
Угх, ну и попробуй его пойми!
— Но Нацуки прав. Ты правда постарался в этот раз, Тацуя, — сказал Рейта, без труда отменяя всё, что наговорил минутой раньше.
— Да? — буркнул Тацуя с кислым лицом, хотя, кажется, всё-таки немного обрадовался.
Именно Рейта только что вогнал его в уныние, а теперь так же легко вытащил обратно. Он часто пользовался этим приёмом. И это ещё раз отлично объясняло, почему девчонки от него без ума.
— Ширатори-кун, раз уж ты так много говорил, а сам-то как написал? — спросила Нанасе.
— Как обычно. Скорее всего, набрал меньше, чем ты, Нанасе-сан.
Рейта достал из сумки прозрачную папку. Внутри лежали возвращённые учителями работы. Быстро прикинув в уме, я оценил его средний балл примерно в восемьдесят.
— Хе-хе. Я обошла Ширатори-куна. Очень этому рада! — Нанасе дёрнула меня за рукав и улыбнулась.
А? Это ещё с чего? И почему ты так счастливо на меня смотришь?! Аргх, ну нельзя же быть такой милой!
Я заорал внутри себя. Хотелось бы, чтобы Нанасе лучше осознавала, какая она сама красавица. Она всё время говорит, что ей нравятся девушки с милыми лицами, но она и сама именно такая!
Вопреки моему внутреннему бедствию, вслух я ответил мягко и спокойно:
— Да-да. Молодец.
Она тут же нахмурилась.
— Ничего не молодец. Я ведь проиграла тебе, Хайбара-кун.
Ну давай ещё! И как тут вообще правильно отвечать?!
Я чуть насупился, совсем растерявшись.
Она тихо хихикнула.
— Прости. В последнее время мне так нравится тебя мучить!
— Ага, вот как, — только и сказал я.
Да делай уже что хочешь. Я всё стерплю, лишь бы тебе было весело!
После этого разговор ещё какое-то время крутился вокруг экзаменов: как сложной оказалась математика, как подозрительно лёгкой — всемирная история, как решалась та самая задача по физике, и какой бессердечный у нас учитель английского. Тем для болтовни было хоть отбавляй.
Но мы с Нанасе всё ещё были на смене. Посетителей в это время было немного, но если слишком долго торчать без дела, менеджер нас точно отчитает.
— Ладно, сидите спокойно. Мы скоро закончим смену, — сказал я.
— Лааадно! Но нам тоже скоро уже пора! — ответила Ута.
На этом мы с Нанасе прервали разговор и вернулись к работе. В последнее время Ута, Рейта и Тацуя стали довольно часто заходить в Café Mares после клубных занятий — обычно как раз в те дни, когда мы с Нанасе работали вместе. Получалось удобно: ближе к вечеру мы могли немного посидеть с ними. Да и после времени ужина в кафе уже было спокойно.
— Кстати, а где Хошимия? Не пришла из-за своего строгого комендантского часа? — спросил я Нанасе, которая неподалёку убирала столы.
— Её родители в этом плане совсем несговорчивы. Оставаться где-то так поздно для неё даже не обсуждается, — ответила она.
— Хм... ясно.
Похоже, Нанасе довольно хорошо знала родителей Хошимии. Они ведь знакомы ещё со средней школы, так что это, наверное, естественно. Мне было любопытно, в какой обстановке живёт Хошимия, но задавать вопросы, которые могли показаться бестактными, не хотелось, так что я колебался.
— Было бы лучше, если бы здесь была Хикари? — с поддёвкой спросила Нанасе.
Я пожал плечами.
— Да нет. Просто в такие дни, если честно, веселее, когда может собраться вся компания.
В последнее время я уже не терялся, когда Нанасе или Рейта меня поддевали, и отвечал вполне хладнокровно. Я уже совсем не тот прежний я, который начинал вести себя подозрительно каждый раз, когда с ним кто-то заговаривал. Разве я не вырос? Ладно, хорошо, я просто сказал правду... Конечно, мне хочется побольше времени проводить с Хошимией!
— Ну да. Хикари каждый раз жутко ревнует, когда мы все собираемся вечером.
— Ага. Потом ещё долго ноет в RINE: «Я тоже хочу пойти!»
Я передразнил её сообщения в нашем групповом чате.
Нанасе прекратила убираться и посмотрела в сторону столика, за которым сидели Ута с остальными.
— Мне хочется что-нибудь для неё сделать, — тихо сказала она.
— Для Хошимии?
Она кивнула и продолжила:
— Я понимаю, почему у неё есть комендантский час, но помимо этого есть и другие вещи, в которых Хикари ограничивают. Её отец немного... слишком строгий.
Редкий случай, когда Нанасе звучала так, будто жалуется. Она давняя подруга Хошимии, так что, наверное, слышала от неё всё это не раз.
— Я, если честно, примерно так и думал.
— Он очень упрямый. Совсем не слушает, что хочет сама Хикари.
Нанасе вздохнула, глядя в окно, словно вспоминая что-то из прошлого.
Сложная тема. В чужую семейную жизнь особо не влезешь. То, что человека воспитывают строго, ещё не значит, что родители во всём неправы. Мы для Хошимии всего лишь друзья, так что вмешаться тут особо не можем... Да и она сама, может, вовсе не хочет, чтобы мы что-то делали. Я вообще не знаю, считать ли это настоящей проблемой. Но кое-что всё-таки не даёт мне покоя.
— Хошимии будет трудно поехать куда-нибудь со всеми на совместную поездку? — спросил я.
Летние каникулы начнутся уже через неделю. Та самая длинная передышка, которую мы все так ждали. Деталей мы пока не решили, но уже давно обсуждали, что шестером выберемся куда-нибудь вместе. В последнее время мы почти только про экзамены и говорили, но пора уже было всерьёз заняться планами. И, главное, для меня это было событие колоссальной важности в плане юности. Если Хошимия не сможет поехать... мне будет ужасно грустно. Она ведь сама говорила, что хочет на море.
— Хм... Я уверена, Хикари хочет поехать с нами. Но сможет ли — кто знает? Может, на короткую вылазку на день её ещё отпустят, но, судя по вашим разговорам, вы рассчитываете на поездку с ночёвкой, верно? — сказала Нанасе.
— Ну... да, наверное. Хотя у нас пока ещё нет чёткого плана.
— Думаю, с ночёвкой ей будет сложно — тем более если там ещё и мальчики. Я бы хотела убедить её родителей, что всё в порядке, ведь я тоже буду, но не знаю, хватит ли этого.
— Понятно... — только и смог сказать я.
Хошимия просто настолько милая. Родители, наверное, переживают, что к ней может пристать какой-нибудь странный тип, и тут уж ничего не поделаешь. Я бы и сам не очень хотел отпускать её одну домой ночью. Мои родители тоже порой чересчур опекают младшую сестру, но мне, по сути, позволяют делать что угодно. Всё-таки у мальчиков и девочек в таких вещах риски разные.
— В любом случае, не узнаем, пока не спросим. Сначала надо составить план, — подвела черту Нанасе.
Да, всё верно. Сейчас ещё рано переживать о том, дадут ли родители разрешение. Если после того как мы предложим им конкретный план Хошимию всё равно не отпустят... значит, так тому и быть. Я хочу поехать вместе с ней, но это всего лишь моё желание.
— Я подумаю над несколькими вариантами, куда можно было бы съездить, — сказал я.
Даже если вынести Хошимию за скобки, всё равно надо учесть деньги, даты, место и прочее. Прежде чем обсуждать это со всеми, надо бы сначала посоветоваться с Миори.
Когда я вернулся домой, то принял душ и заперся у себя в комнате — в Café Mares я уже поужинал. Ко сну я тоже был готов, так что написал Миори: «Ты сейчас свободна?» Прошло несколько минут, но сообщение так и не было прочитано. Уже спит, что ли?
Только я об этом подумал, как телефон зазвонил.
— Отлично! Ты ещё не спишь! — сказал я, отвечая.
— Только из ванной вышла. Что-то нужно? — спросила она.
— Хотел попросить тебя помочь придумать план на летние каникулы.
В последнее время мы с Миори довольно часто болтали по телефону. Раньше встречались для этого в парке неподалёку, но сейчас было слишком жарко, да и родители Миори переживали, когда она выходила ночью.
— А, точно. Вы же хотели либо в горы, либо на море, да?
— Ага. Пока что склоняемся к ночёвке у моря, — ответил я.
Хошимия говорила, что хочет на море. Да и вообще, если речь заходит о лете, первым делом в голову приходят пляжи. Когда я спрашивал остальных, большинство тоже выбрали море, а не горы.
— Да ладно. Ты просто хочешь посмотреть на Уту и Хикари-тян в купальниках? — обвиняющим тоном спросила Миори.
— Н-нет... не особо, — поспешно ответил я.
— Я сейчас прямо услышала эту паузу.
— Да заткнись ты! Не надо было меня на этом ловить!
Да, если кто спросит — конечно, я не могу сказать, что вообще ни разу об этом не думал. И да, если ещё кто спросит, хотел бы я увидеть их в купальниках или нет — конечно, хотел бы! Да я и Нанасе в купальнике увидеть хочу, между прочим!
Словно угадав, какие подозрительные мысли крутятся у меня в голове, Миори захихикала.
— Мм? А, правда? Ну, ты всё-таки и правда парень.
— Тише. Хватит уже. Главная причина вообще-то в том, что я хочу нормально поиграть на пляже!
— Кстати, я только что из ванны, так что сейчас на мне одно бельё. Тут жарко.
— Не надо подкидывать лишнюю информацию!
Как я после этого должен не представлять?!
Ну конечно, она именно этого и добивалась. Я бы никогда не смотрел на свою подругу детства в таком подозрительном ключе... — вот что мне хотелось бы уверенно заявить. Но Миори уже слишком красива, чтобы я совсем не воспринимал её как девушку. Разумеется, ей я об этом не скажу никогда. А то ещё возгордится!
— Ладно, в общем, вы уже точно решили, что поедете с ночёвкой? — как ни в чём не бывало продолжила она разговор после того, как вывела меня из равновесия.
— Да. До моря из Гуммы всё-таки ехать долго.
Если хотим вдоволь оттянуться на пляже, ночёвка — лучший вариант. На однодневную поездку времени будет слишком мало.
— Согласна. Но это выйдет недёшево.
— Мы с Нанасе успели кое-что отложить с подработки, так что проблема скорее в остальных четырёх.
— Я слышала от Уты, что ей дают немного денег за помощь в семейной лавке с окономияки.
— О, правда? Тогда самая большая проблема — это... Тацуя, — уверенно заключил я.
Рейта говорил, что откладывает деньги, так что за него я не переживал. А вот Тацуя постоянно стонал, что у него пусто в карманах, — всё из-за его слишком уж частых походов в комбини за всякой мелочёвкой.
— Если ограничиться одной ночью, может, он и наскребёт?
Одна ночь в дешёвой гостинице обойдётся где-то в десять тысяч иен. Плюс дорога — ещё несколько тысяч... Хотя это уже зависит от того, на какой пляж ехать. И ещё нужны будут деньги на месте. Вся поездка, скорее всего, вытянет тысяч на двадцать-тридцать, и это ещё при оптимистичном раскладе. Ух... деньги всегда головная боль.
Даже для меня это было немало. В колледже у меня денег было достаточно — можно было подрабатывать или ходить на занятия, выбор имелся, — а сейчас накоплений почти не было. С тех пор как я начал работать, прошло всего три месяца.
— Да, две ночи — это уже слишком. И по времени будет сложно освободить сразу три дня подряд, — сказала Миори.
— Тоже верно. У остальных же клубные занятия.
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...