– Капитан Мо-о-о.
Мо Хэин, рубившая мечом лавового голема, поморщилась.
– Капитан Гвак. Хватит языком болтать, применяй навыки.
Только тогда Гвак Ханмук использовал навык паладина «Приговор».
Над головой лавового голема возникли пять световых мечей и вонзились в него.
Когда в его чёрно-красную тушу вонзились ослепительно белые мечи, лавовый голем затрясся от боли и, топнув ногой, вызвал камнепад.
Мо Хэин ловко увернулась от града камней и начала кромсать мечом ядро голема.
Навык мечника «Шквал ударов».
Не выдержав атаки, ядро с треском раскололось и сразу же рассыпалось в крошку.
Лавовый голем рухнул грудой камней, и появилось системное окно, возвещающее о победе, но от скуки она даже не взглянула на него.
Казалось, они без преувеличения раз сто уже перебили огненных ящериц и лавовых големов.
Теперь их можно было ловить хоть с закрытыми глазами.
Она уже думала, как будет подбирать выпавшую лавовую соль, но Гвак Ханмук снова начал её донимать.
– Хэин-а-а.
Мо Хэин вздохнула и подобрала солонку, оставленную лавовым големом.
– Чего.
– Да так.
Гвак Ханмук заложил руки за голову и не спеша подошёл к ней.
Но она знала: когда Гвак Ханмук так себя ведёт, это никогда не бывает «просто так».
Мо Хэин швырнула ему солонку и спросила:
– Ханмук-а. Ты веришь тому, что говорит курсант?
Гвак Ханмук усмехнулся и отрезал:
– Не верю.
Конфета, которую показал Хан Гоё, была привязанным предметом, полученным при закрытии < Happy Smile Factory >.
Может, у неё и есть какое-то невероятное применение, но на вид она точно не была способна вызывать системные окна у других адаптантов.
О подобных предметах она и не слышала, но главное – золотистая вуаль, что окутала их тогда...
Вуаль была точно такого же золотого цвета, как и глаза Хан Гоё, когда те изменились.
Если бы Мо Хэин была не способна увидеть связь между вуалью и его сияющими золотыми глазами, то ей впору сдавать капитанские погоны Службы.
И всё же она не стала допытываться.
Решила, что у него есть причины молчать.
«Да и дурных намерений у него, вроде, нет».
Чувства, которые она испытала, когда их накрыла золотистая вуаль, были по-прежнему свежи в памяти.
Такое не могло быть вызвано просто предметом.
Вспоминая тот непостижимый эпизод, Мо Хэин медленно произнесла:
– После закрытия StP курсант тоже наконец примет решение.
Сейчас ей не хотелось слишком давить на Хан Гоё.
Если он сам решит остаться в Службе, тогда она и расспросит его обо всём подробно.
Но если нет...
Мысли о главе Службы Чан Согюне прервал голос Гвак Ханмука.
– Слушай, капитан Мо. Ты правда не видишь этого слайма? Меня уже бесит, что его вижу только я. Он вообще постоянно липнет к Гоё.
– Ты... это серьёзно?
– Серьёзнее некуда.
– Если это и правда не заражение, может, это как-то связано со способностями курсанта?
– Да что ты? И с каких это пор Незрелый Каштан таскает за собой такие милые способности?
Тут появилось системное окно.
Дневное подземелье завершено. Начинается ночное подземелье.
Мо Хэин кивнула Гвак Ханмуку.
– Спустимся пока.
Они договорились, что после окончания дневного подземелья закончат фарм и встретятся во входном зале на первом этаже.
Но хотя они прождали во входном зале целую вечность, Че Хёно и Хан Гоё всё не объявлялись.
И только когда они уже собрались подняться на поиски, телепортационный круг всё-таки озарился светом.
И Мо Хэин с Гвак Ханмуком столкнулись с абсурдной картиной.
Че Хёно тащил Хан Гоё, словно бездушный груз.
* * *
Наконец они спустились во входной зал на первом этаже подземелья.
Хотелось проникнуться радостью от побега с 45-го этажа, но положение тела было крайне неудобным.
Всё потому, что Че Хёно нёс меня, зажав под мышкой.
Видимо, я слишком активно использовал способности, потому что по пути к телепортационному кругу по-дурацки шлёпнулся лицом в пол.
А Че Хёно, словно мешок с мукой, перетащил курсанта, который так ради него старался.
Он даже облёк одну из металлических рук в вороную перчатку, чтобы перенести меня. От такой заботы прямо слёзы на глаза наворачивались.
– Курсант!
Мо Хэин, которая ждала во входном зале, увидев меня, в испуге бросилась ко мне.
Было стыдно, что один я выглядел таким обтрёпанным.
А Че Хёно, хоть и пережил эпопею с вырыванием и приживлением крыльев, выглядел куда целее меня.
Да и одежда у него была чёрной, как у ворона, так что кровь и не разглядишь.
Мо Хэин тут же перевела взгляд на Че Хёно.
– Подполковник Че.
На её сухой тон Че Хёно покорно ответил:
– Это Гоё первый начал куролесить.
Ничего подобного, капитан Мо! Это подполковник первым творил безумие!
Не способный выкрикнуть эту несправедливую мысль вслух, я тихо произнёс:
– Я всего лишь старался изо всех сил...
Подтянувшийся следом Гвак Ханмук тоже ахнул, увидев меня.
– Гоё, ты чего это?
И шепнул достаточно громко, чтобы все услышали:
– Ты что, выдал перед подполковником Че номер «Бешеный Каштан»?
Включить Бешеного Каштана... похоже, это так и выглядело. Надо было просто дать дёру.
Когда мы после всех мытарств наконец выбрались из подземелья, солнце уже садилось.
Элла, которая всё это время была занята жаркой хвостов ящериц, а потому сидела окружённая кучей предметов, устало произнесла:
– Уже вечер... Хватит, ступайте по домам...
Но тут она обернулась ко мне и вытаращила глаза.
– Т-ты, Агнец! Ты почему в таком виде?!
Всё ещё зажатый под мышкой у Че Хёно, я не забыл прикинуться бедным и несчастным:
– Видимо, мне не хватило мастерства. Простите, что я показал себя не с лучшей стороны, хотя вы даже открыли для меня двери.
Я уныло опустил глаза и тихим голосом проговорил:
– Но зато я обязательно... угощу вас чем-нибудь вкусным...
Элла и Элун одновременно нахмурились и приоткрыли рты.
В ответ на их полные сочувствия взгляды я грустно улыбнулся.
Близнецы переглянулись, и Элун, взмахнув крыльями, подлетел ко мне и протянул что-то.
Зелье исцеления наивысшего качества.
Для меня сейчас это был самый необходимый предмет, так что я, не отказываясь, послушно его взял.
Выпив зелье, я полностью восстановил силы, которые до этого были на нуле.
Наконец-то освобождённый из-под мышки Че Хёно, я от всей души поблагодарил близнецов:
– Огромное спасибо!
Элла фыркнула и отвернулась, а Элун старательно собрал хвосты ящериц и передал их мне.
С любопытством глядя на хвосты, Элун спросил:
– Завтра из этого будет блюдо?
– Конечно, господин Элун. Ждите с нетерпением. Вы тоже, госпожа Элла.
Попрощавшись с близнецами, я достал большой кусок ткани и сложил в него все собранные предметы.
Затем завязал узлом и взвалил мешок на плечо.
В игре так сделать бы не вышло, но в реальности этот трюк сработал.
Мы все вместе, взвалив каждый по мешку, покинули подземелье.
18:00
Часы работы магазинов в деревне различались, но обычно они открывались в девять утра и закрывались в пять или шесть вечера.
Изначально я планировал продать часть сегодняшнего фарма и купить кровать в мебельном, но планы рухнули.
Похоже, завтра с самого утра придётся покупать и мебель, и всё необходимое для открытия ресторана.
Я искоса оглядел спутников.
За исключением мягкого пудингового слайма, все выглядели уставшими.
«На ужин надо приготовить что-нибудь вкусное».
Зловредная особенность деревни StP заключалась в том, что там не продавали никакой еды, кроме лёгких перекусов.
Чтобы утолить голод вне подземелья, игроку не оставалось ничего другого, кроме как бродить по окрестностям и собирать дикоросы.
Но когда времена года сменялись и наступала зима, вся съедобная растительность исчезала.
В итоге приходилось снова лезть в подземелье.
Как я слышал, капитаны до сих пор старались зачистить StP до наступления зимы и питались исключительно дикоросами.
Для обычного прохождения покорения подземелья было достаточно, так что стратегия неплохая.
Вот только эффективной её не назовёшь.
Дикоросы толком не насыщали и не давали баффов, как приготовленная еда.
Добравшись до ресторана, я первым делом растопил очаг.
Когда я положил два хвоста ящерицы в раковину, Мо Хэин с мрачным видом спросила:
– Это... точно съедобно?
– Если приготовить, будет хрустящим, сочным и упругим, полным мясного сока и с насыщенным вкусом.
Так было в игре.
Последнюю фразу я оставил при себе и надел фартук, купленный вчера в лавке.
Гвак Ханмук уставился на меня.
– Гоё, ты реально крут.
Завязывая пояс фартука, я с недоумением посмотрел на него.
Удача, зашитая в фартук, хоть немного, да повышала шанс успешного приготовления, так что я планировал готовить в нём.
Он посмотрел на меня с какой-то тоской и сказал:
– Вот хённим Бешеный Каштан в CCC, даже если бы ему выпал костюм горничной, просто пошёл бы убирать, ни о чём не думая...
Не знаю, с чего он вдруг заговорил о таком, но это было бессмысленное предположение, ведь костюм горничной мне всё равно не выпадал.
Надо было поскорее готовить ужин.
Решив не предавать особого значения словам Гвак Ханмука, я достал предметы, необходимые для готовки.
Обсидиановая сковорода: сковорода, созданная из твёрдых кусков обсидиана, составлявших оболочку лавового голема. Любое блюдо прожаривается идеально и никогда не пригорает. (Шанс успеха готовки +20%)
Ядро огненного слайма: если его поджечь, он никогда не погаснет. Мощный жар обеспечивает мясу монстров полную прожарку.
Желеобразное ядро, выпадающее после убийства огненного слайма, было одним из обязательных предметов для готовки блюд из монстров.
Только если положить его в очаг, мясо монстров пропекалось как следует.
Проблема была в том, что жар в очаге становился слишком сильным, и во время готовки можно было обжечься.
Нужны были Рукавицы адской печи...
Я посмотрел на виновника уничтожения моих драгоценных рукавиц.
Че Хёно стоял поодаль, прислонившись к стене в одиночестве.
«Так, а ведь не обязательно использовать именно рукавицы, да?»
Я подошёл к Че Хёно и уверенно протянул руку.
– Подполковник Че, одолжите мне вороную перчатку.
От такого бесцеремонного заявления он уставился на меня.
Даже сквозь маску-очки я чувствовал его взгляд.
Особой доброжелательности в нём не было.
Казалось бы, после того, как я так спас его в подземелье, между нами должно было возникнуть хоть какое-то расположение, но почему-то казалось, что его отношение ко мне стало ещё хуже.
«Он что, снова хочет меня убить?»
Хотя, если вспомнить Dead Zone Delivery, всё не так уж и плохо.
Воистину непостижимая личность.
Как бы то ни было, я повторил просьбу.
– Сегодня из-за металлических крыльев мои рукавицы для печи пришли в негодность, и мне не в чём готовить. Если так пойдёт дальше, нам с капитанами придётся жевать траву.
Че Хёно достал вороную перчатку.
Но передавать её не стал, а лишь небрежно повесил на кончики своих металлических пальцев.
Как только я проворно сцапал перчатку, Че Хёно оторвался от стены.
Капитаны, прервав беседу, сразу спросили его:
– Куда вы?
– Зачищать подземелье. До того этажа, до которого даст дойти.
С 45-го по 65-й этаж был разрешён одиночный вход, так что он имел в виду зачистку именно этого участка.
И капитаны, и я прекрасно понимали: на самом деле ему просто хотелось порубить кого-нибудь своей металлической рукой.
Гвак Ханмук подошёл, чтобы открыть дверь для Че Хёно.
Капитаны не знали о том, что произошло сегодня.
Но я, видевший эту картину, не мог не волноваться.
– Подполковник Че...
Когда я тихонько окликнул его, Че Хёно остановился.
Он медленно обернулся и посмотрел на меня.
– Гоё-я.
– Да?..
Глубокий, хриплый бас медленно прошептал:
– Снова куролесишь.
– ...
Скажи я сейчас хоть одно лишнее слово, и меня, того и гляди, нашинкуют этой самой металлической рукой.
Я послушно ретировался.
Если подумать, сегодняшний случай был исключением, а вообще Че Хёно всегда был стоек к ментальным атакам.
А в StP нет монстров с ментальными способностями сильнее, чем у Горгоса.
Так что сильно беспокоиться не стоило.
После того как Че Хёно ушёл в подземелье, я изучил описание предмета.
Вороная перчатка: что же скрывается под чёрными перьями?
Я не понял, о чём речь, но твёрдо запомнил описание.
Будет непросто, но я хотел узнать о Че Хёно побольше.
Той информации, что была в игре, катастрофически не хватало.
Я знал о < Zero >, но не знал, через что прошёл Че Хёно в < Zero >.
Оставалось лишь догадываться, что он выбрался из < Zero > каким-то неестественным путём.
Я осторожно надел вороную перчатку.
Я опасался, что из перчатки вдруг вырастут зубы и вцепятся в меня, но, к счастью, ничего подобного не произошло.
На ощупь это была самая обычная перчатка. Видимо, её эффекты или бонусы к характеристикам срабатывали только на заражённых.
Так или иначе, прочность у неё была высочайшая, так что сверхвысокие температуры она точно выдержит.
Натянув вороную перчатку, я всерьёз приступил к готовке.
Я бросил ядро огненного слайма в очаг, и пламя с шумом взметнулось вверх.
Я быстро поставил сверху обсидиановую сковороду и, пока она накалялась, шустро вымыл хвосты ящерицы и выложил их на разделочную доску.
Достав китайский тесак, я принялся рубить хвосты кубиками, попутно активируя навыки, и одно за другим посыпались системные окна.
Используется навык «Размягчение». Всё мясо становится невероятно нежным.
Активирован пассивный навык «Золотые руки». Готовое блюдо получает случайный бафф.
Активирован пассивный навык «Абсолютный вкус». Вероятность полного успеха повышена.
Используется навык...
Их было так много, что все и не перечитаешь. Всё из-за того, что я молниеносно поднял уровень.
Сегодня на ужин – чоп-стейк из хвоста огненной ящерицы.
Чтобы у капитанов не возникало отвращения к форме хвоста, я нарезал его кубиками и планировал добавить собранных овощей, чтобы блюдо выглядело привычнее.
Я высыпал мясо хвоста на сковороду.
Раздалось шипение, выступил жир. Пару раз встряхнув сковороду, я достал новую доску и принялся резать овощи.
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...