Перед началом фильма на большом экране обычно показывали трейлеры других картин — и для рекламы, и чтобы заодно порекомендовать зрителям, на что ещё можно сходить. Поэтому неудивительно, что первым запустили трейлер «Противостояния сквозь время». Сейчас его кассовые сборы по-прежнему стабильно росли, да и кинотеатры активно продвигали фильм.
Увидев знакомый трейлер, Чжоу Цзюньхао тут же принялся комментировать:
— А фильм и правда неплохой. Жаль только, фигурки уже нигде не купить. Я смотрел официальные предзаказы в интернете — там очередь чуть ли не до конца года. Интересно, получится потом через брата Сяо достать себе комплект... Кстати, брат Тун, ты «Противостояние сквозь время» смотрел? Как тебе?
Тун Цзюньхуэй слегка кивнул и дал весьма объективную оценку:
— Очень достойное коммерческое кино.
И дело было вовсе не в том, что он отличался излишней строгостью или любил придираться. Просто «Противостояние сквозь время» изначально явно снимали именно как коммерческий блокбастер, поэтому подобная оценка на самом деле была признанием его достоинств и даже похвалой.
— Вот как...
Чжоу Цзюньхао уже собирался спросить что-нибудь ещё, но сразу после «Противостояния сквозь время» неожиданно включили трейлер «Чёрного дрозда»! Хм, а кинотеатр-то всё прекрасно понимает. Специально поставили их друг за другом, чтобы «Чёрный дрозд» заодно немного погрелся в лучах популярности Сяо Хэ.
Чжоу Цзюньхао трейлер раньше не видел, поэтому сразу забыл обо всех вопросах к Тун Цзюньхуэю и сосредоточенно уставился на большой экран.
Щёлк.
Над портом шумел морской ветер. В самом центре кадра стоял мужчина, а прямо за ним сходились море и небо, отчего последняя полоса закатного света у горизонта казалась особенно пустынной и тоскливой. Мужчина лишь отвёл в сторону зажатую между пальцами сигарету, слегка запрокинул голову и выпустил дым в сторону далёкого неба.
В следующую секунду экран резко потемнел. В темноте послышался рокот двигателя яхты, следом прогремел выстрел, и на чёрном экране вспыхнула строка тёмно-красных букв:
【Кодовое название операции: «Чёрный дрозд»】
— Ты говоришь, среди нас завёлся крот. И чем ты можешь это доказать?
Из-за кадра донеслась знакомая кантонская речь. В кабинете пожилой полицейский развёл руками и с улыбкой посмотрел прямо в камеру. В его тоне слышалась то ли угроза, то ли намеренное желание поставить собеседника на место.
— Молодой человек... Энергии много, напора тоже, вот только людям ты слишком легко веришь. Наш отдел по расследованию тяжких преступлений столько лет проработал не для того, чтобы он заявился сюда и творил что вздумается...
Едва прозвучали эти слова, кадр снова сменился. Пара начищенных до блеска туфель неспешно двигалась по узкому коридору. Двери распахнулись — и все одновременно подняли головы. На экране вновь появились чёрные титры, а когда они исчезли, зрители увидели лицо Чжан Чжэлиня.
Хотя прошло уже столько лет и в реальной жизни Чжан Чжэлинь по возрасту годился многим в дедушки, внешность его всё ещё не подводила, лишь приобретя зрелое мужское обаяние. Без преувеличения казалось, что главный герой гонконгского криминального фильма просто обязан выглядеть именно так.
Чжоу Цзюньхао с детства смотрел фильмы с ним и теперь не удержался от вздоха:
— Эти актёры вообще стареть умеют? Столько лет прошло, а Чжан Чжэлинь почти не изменился.
Тун Цзюньхуэй кивнул:
— Учитель Чжан и в жизни примерно такой. И характер у него очень хороший.
В целом трейлер «Чёрного дрозда» был выдержан в типичной для гонконгских фильмов манере фрагментарного быстрого монтажа: отдельные короткие кадры перемежались чёрным экраном с титрами. Вместо цельного повествования атмосферу создавали ритм, текст и обрывки сцен, постепенно раскрывая двойное противостояние фильма — полиции и преступников, агентов под прикрытием и внутренних предателей. Напряжение нарастало, опасность подступала всё ближе, пока интрига наконец не достигла своего пика.
И только после этого в стремительной нарезке начали один за другим мелькать актёры. Большинство лиц были хорошо знакомы зрителям — всё те же ветераны гонконгского кино, которые до сих пор продолжали активно сниматься. А среди последних, самых весомых участников актёрского состава появился и молодой полицейский в исполнении Сяо Хэ.
Трудно было сказать, пытались ли создатели трейлера на что-то намекнуть или намеренно вводили зрителей в заблуждение, но в нескольких секундах, отведённых Сяо Хэ, он выглядел до крайности холодным и высокомерным. Более того, камера снимала его снизу вверх, поэтому, когда Сяо Хэ скосил взгляд вниз, прямо на объектив, его глаза казались особенно узкими и острыми. Во взгляде читалось ленивое пренебрежение, за внешней небрежностью чувствовалась опасная острота, словно он намеренно бросал кому-то вызов, — словом, от него так и веяло главным злодеем.
Именно благодаря этому кадру Сяо Хэ ничуть не терялся даже среди целой плеяды гонконгских актёров-лауреатов. Напротив, настолько яркая индивидуальность выделяла его среди мелькавших одно за другим лиц, и в памяти особенно прочно оставался именно он.
Тут Чжоу Цзюньхао наконец понял, почему сидевшие позади «фанаты злодейских ролей» Сяо Хэ так воодушевились. Этот взгляд, словно на собаку, это высокомерное, агрессивное презрение... Брат Сяо, не думай, что полицейская форма автоматически делает тебя хорошим человеком! Ты уже выдал себя с головой!
Да тут волк открытым текстом! Кто ему вообще карту раздавал? Если посадить его играть в «Мафию», его же выгонят голосованием в первую минуту! Получается, брат Сяо даже права играть в «Мафию» лишился... Кхм. Не туда мысли ушли.
Так значит, в «Чёрном дрозде» брат Сяо опять, опять и опять играет злодея!
Чжоу Цзюньхао замолчал. Чжоу Цзюньхао осенило. Чжоу Цзюньхао постиг истину.
— Похоже, брат Сяо и правда очень любит играть злодеев, — заключил он и даже серьёзно кивнул. — Только, если судить по актёрскому составу и сюжету, его персонаж всё-таки вряд ли окажется главным кротом.
У «Чёрного дрозда» был один небольшой недостаток: догадаться, кто окажется главным внутренним предателем, было слишком легко. В конце концов, главные роли исполняли Чжан Чжэлинь и Ду Юэбинь. Оба получали награду за лучшую мужскую роль, оба занимали высокое положение в гонконгской киноиндустрии, а по известности и статусу практически не уступали друг другу. К тому же оба уже снимались в ранних работах этого режиссёра. И раз Чжан Чжэлинь играл полицейского, внедрившегося под прикрытием, а основной сюжет строился вокруг поисков крота в полиции...
Ну-ка угадайте, кто же окажется тем самым предателем, который спрятался глубже всех? Правда ведь, Ду Юэбинь? Так сложно догадаться! Тут даже раздумывать не требовалось — актёрские статусы сами всё выдавали.
Выходит, и Ду Юэбинь, и Сяо Хэ уже были злодеями с открытыми картами! Так этого крота вообще ещё нужно искать?
— Поэтому в подобных фильмах главное — актёрская игра и то, как обе стороны прощупывают друг друга и ведут психологическую борьбу, — словно услышав мысленные жалобы Чжоу Цзюньхао, пояснил Тун Цзюньхуэй.
— Хе-хе, брат Тун, а откуда ты понял, о чём я думаю?
Чжоу Цзюньхао смущённо почесал голову. Тун Цзюньхуэй многозначительно посмотрел на него.
— А, точно. Чуть не забыл, что ты тоже актёр, — Чжоу Цзюньхао пожал плечами. — Вы, актёры, все так хорошо умеете читать микровыражения и понимать, о чём думают люди?
Почему все актёры, которых он встречал, оказывались настолько способными? Один брат Сяо чего стоил, теперь ещё и брат Тун. С таким набором навыков можно сразу на нескольких работах подрабатывать. Вот что значит актёры?
Тун Цзюньхуэй покачал головой, но исправлять заблуждение Чжоу Цзюньхао относительно них и актёрской профессии не стал. Вместо этого он снова перевёл взгляд на большой экран:
— Фильм начинается. Остальное обсудим после.
Стоило ему это сказать, как свет в зале окончательно погас. Трейлеры закончились, и на большом экране появились стандартные предупреждения для зрителей перед началом фильма.

Комментарии

Загрузка...