— А-а-а-а!!!
Всё произошло настолько стремительно, что большинство присутствующих даже не успели понять, что случилось, — они лишь увидели, как Моисей, схватившись за разбитый нос, завыл от боли. Все разом изменились в лице: никто не ожидал, что этот молодой парень без дальнейших разговоров просто возьмёт и ударит, причём настолько быстро и чётко, что окружающие даже не успеют среагировать. Это уже выглядело как откровенная провокация, и не ответить на неё было невозможно.
Первыми опомнились телохранители, всё это время сохранявшие предельную бдительность. Стоило им увидеть, как Сяо Хэ схватил главаря противников и впечатал его лицом в стену, как они мгновенно перестроились: все десять человек шагнули вперёд, плотной стеной отрезав Сяо Хэ и Моисея от остальных и снова надёжно преградив путь ещё не пришедшим в себя хулиганам.
«Отлично. Сестра Лю и правда нашла первоклассную охрану», — удовлетворённо подумал Сяо Хэ, после чего перевёл взгляд на Моисея, зажимавшего разбитый нос, и почти весело спросил, хотя в голосе уже отчётливо зазвучал холод:
— Так ты не собираешься приказать своим людям остановиться?
Кровь из носа Моисея лилась ручьём. Едва начавшая заживать переносица снова была разбита, бинты на голове стремительно пропитывались алым, но именно эта вспышка боли мгновенно привела его в чувство. Знакомый голос. Знакомый удар. И в тот же миг в памяти всплыл один-единственный человек. Только сейчас Моисей наконец понял, кто стоит перед ним.
В ужасе уставившись на молодого человека, он, несмотря на застилавшую глаза боль, отчётливо разглядел его лицо. Красивое, яркое, такое, которое невозможно забыть. Сегодняшний образ лишь усиливал это впечатление: та же уличная одежда, что носили здешние банды, но холодный, беспощадный взгляд и спокойное выражение лица, словно перед ним был уже не живой человек, а покойник, делали его куда страшнее любого из местных головорезов. И что было особенно обидно — несмотря на одинаковый стиль одежды, стоило поставить их рядом, как вся здешняя шпана сразу выглядела жалкой дешёвой подделкой.
«Чёрт... Этот голос... Эта сила... Никогда этого не забуду! Да чтоб тебя... Что за проклятое невезение?! Почему именно здесь мне снова пришлось столкнуться с ними?»
— Не двигаться! Никому не двигаться!
Несмотря на то что боль от разошедшейся раны заставляла его скалиться, удар окончательно прочистил ему голову.
Развернувшись, Моисей заорал на своих людей, которые уже собирались сцепиться с охраной:
— Твою мать! Стадо идиотов! Я сказал — стоять! Вы оглохли?!
Не ограничившись словами, он первым делом отвесил несколько крепких пинков тем, кто оказался впереди.
Телохранители: ?
Хулиганы: ?
«Босс... Что с тобой вообще случилось?.. Неужели тот удар окончательно отбил тебе мозги?!»
— Стоять, сказал! А потом проваливайте! Живо!
Продолжая осыпать подчинённых отборной бранью, Моисей безжалостно разгонял их пинками. Не понимая, что вообще происходит, хулиганы были вынуждены один за другим отступать, и назревавшая драка неожиданно сошла на нет. Получив нагоняй от собственного босса, вся компания понуро попятилась назад, а затем, повинуясь его приказу, и вовсе разошлась.
Буквально через несколько мгновений у входа в переулок стало заметно свободнее: кроме нескольких самых доверенных людей Моисея, все остальные уже скрылись в своём закоулке, всё ещё недоумевая, что здесь только что произошло. Лишь убедившись, что свидетели его позора наконец исчезли, Моисей с облегчением выдохнул, затем повернулся к Сяо Хэ, на мгновение болезненно скривился, но всё же выдавил натянутую улыбку, почтительно согнулся в поклоне и смиренно произнёс:
— Простите... Это мы вас побеспокоили.
Сяо Хэ, скрестив руки на груди, с полуулыбкой посмотрел на него.
Потом слегка приподнял подбородок.
— А я ведь говорил, что между нами прямо-таки особая судьба.
Моисей: ...... «*&%¥#... Да забирай ты себе такую "судьбу"!! Мне она даром не нужна!»
Неподалёку Сяо Чэнь собственными глазами видел, как человек, которого брат Сяо только что несколько раз приложил головой о стену, вдруг словно законченный мазохист мгновенно сменил выражение лица и начал почтительно кланяться Сяо Хэ.
В этот момент вся его картина мира дала трещину. Челюсть едва не упала на землю.
— А?.. Что вообще происходит?.. Брат Сяо... настолько крут?!
Тот, кто ещё секунду назад пришёл искать неприятностей... Даже не попытался сопротивляться. Наоборот — сам разогнал своих людей. И только что готовая вспыхнуть драка... Вот так просто закончилась.
Совершенно растерянный Сяо Чэнь повернулся к Лю Жулань и дяде Ци, надеясь получить хоть какое-то объяснение. Но Лю Жулань лишь беспомощно пожала плечами, словно всё это было сущим пустяком, попутно незаметно оглядываясь в поисках камер наблюдения.
На лице дяди Ци на мгновение тоже мелькнуло удивление, но он быстро взял себя в руки и лишь покачал головой, показывая, что ничего объяснять не собирается.
Зато стоявший рядом Чадри буквально светился от интереса. Происходящее казалось ему невероятно ценным сюжетом для съёмки. Особенно молодой человек в центре всей этой сцены, который всего за одно мгновение словно полностью изменился, заполнив весь переулок почти осязаемой опасностью.
Но, вспомнив, кто такой Сяо Хэ, и рассчитывая на дальнейшее сотрудничество, Чадри всё же с огромным трудом подавил желание поднять камеру. Лишь снова и снова теребил пальцами крышку объектива, не скрывая сожаления.
Сяо Чэнь молча переводил взгляд с одного на другого.
«...То есть только я один в таком шоке? Почему все остальные ведут себя так спокойно?!»
Можно было лишь сказать: Сяо Чэнь... Ты и правда самый простой и неискушённый человек во всей этой команде.
— Кхе-кхе... Эм... Я... могу уже идти?
Дрожащим голосом спросил Моисей.
— Подожди.
Сяо Хэ снова лениво покрутил в руках бейсбольную биту, выглядя при этом на удивление добродушно. Но у Моисея тут же снова заныло лицо. Ему казалось, что ещё секунда — и бита прилетит прямо по носу.
Он поспешно втянул голову в плечи и отчаянно замахал руками:
— Не надо! Денег не надо! Правда не надо!
— А как же авторские отчисления?
— Тоже не надо!
— Хе-хе...
Тихо усмехнулся Сяо Хэ.
Довольный произведённым эффектом, он небрежно бросил биту на землю.
— Хорошо. Тогда можешь идти. Только запомни: если ещё хоть раз встретишь нас в этих местах — обходи стороной. Особенно тех, кто стоит у меня за спиной. Если с ними здесь хоть что-нибудь случится, обещаю, ты закончишь куда хуже, чем те два брата, с которыми ты уже разобрался.
Услышав эти слова, Моисей буквально перестал дышать. Он смотрел на Сяо Хэ так, будто увидел привидение.
«Откуда... Откуда он знает?! Так и есть... Этот парень наверняка сын какого-нибудь крупного мафиозного босса! Неужели сегодняшняя фотосессия здесь... тоже была предупреждением? Теперь понятно...»
— Я... я понял. Простите. Мы больше вас не побеспокоим... Тогда... я пойду...
Ещё раз поспешно извинившись, Моисей развернулся и бросился бежать. Причём скорость, с которой он уносился прочь, могла бы посрамить даже катящийся по склону мяч.
Через несколько секунд его уже и след простыл. Все присутствующие остолбенели.
Когда Сяо Хэ столь же быстро, сколь и безжалостно, уладил всю эту историю, остальные наконец облегчённо выдохнули. Лишь теперь Лю Жулань и остальные осмелились подойти ближе.
— Давайте сначала сядем в машину и уедем отсюда.
Сяо Хэ уже полностью успокоился. От того грозного главаря банды, каким он выглядел ещё минуту назад, не осталось и следа — говорил он легко и непринуждённо, будто ничего особенного не произошло.
— Хорошо.
Никто не стал терять времени. Все быстро сели в машины и покинули это место.

Комментарии

Загрузка...