— Ладно, давай лучше поговорим о чём-нибудь более интересном.
Шу Хань явно не хотел дальше обсуждать то, что к нему отнеслись иначе, поэтому решил отвлечься на чужие курьёзные случаи и немного разрядить обстановку.
— В полдень проходила первая группа актёров. Говорят, там вообще творилось нечто невообразимое. Один пришёл прямо в императорском облачении — его выгнали едва он переступил порог и велели ребёнку не надевать одежду взрослых.
Сяо Хэ:
— Пф-ф...
Да, тут действительно было трудно удержаться.
— Другой явился с тяжёлым гримом. Но из-за слишком резкого контуринга на щеках режиссёр Цю решил, что тот несколько дней не мылся, и отправил его в баню как следует оттереться.
Сяо Хэ рассмеялся:
— Ха-ха!
— А один парень был ещё смешнее. Стоило ему войти, как режиссёр Цю сказал, что тот уже проходил пробы и второй раз участвовать нельзя.
— Что? Почему? В каком смысле?
— Просто он оказался очень похож на предыдущего актёра. Режиссёр Цю вообще не сумел их различить.
Сяо Хэ закашлялся от смеха. Эти люди точно собирались его уморить. Жаль, что всё происходило сейчас. Такое стоило показывать ещё на Новый год — развлечение было бы что надо.
Смеялся не только Сяо Хэ. Закончив рассказ, Шу Хань и сам уже не мог сохранять серьёзное лицо.
— По-моему, у режиссёра Цю язык не просто острый, а ядовитый.
Возможно, дело было в том, что он уже давно добился всего, чего хотел, перестал следить за индустрией и не одобрял нынешние нравы. Поэтому к молодым актёрам Цю Чжэньлун относился с глубоко укоренившимся предубеждением. В его словах постоянно чувствовалась агрессия, а ещё — убийственный юмор человека, который давно отстал от времени, но сам этого совершенно не замечал.
Шу Хань согласно кивнул, однако, отсмеявшись, быстро снова помрачнел:
— У меня такое чувство, что мои пробы пройдут не слишком гладко.
Совсем недавно режиссёр Цю долго допытывался у одного актёра, не делал ли тот пластическую операцию. Объяснению, что человек просто похудел, он не поверил, отпустил несколько язвительных замечаний и выгнал его.
Шу Хань подозревал, что и его ждёт нечто подобное.
Режиссёр наверняка начнёт спрашивать, зачем он когда-то уехал строить карьеру за границей.
А зачем ещё? В то время уезжали почти все. Голливудские боевики находились на пике развития, тогда как отечественная индустрия переживала упадок, а актёрам порой вообще негде было сниматься. Естественно, он тоже захотел попытать счастья за рубежом.
Но как ему теперь отвечать? Скажет правду — заденет других. Промолчит — разозлит режиссёра Цю.
Шу Хань снова тяжело вздохнул. Впрочем, долго мучиться ему не пришлось: вскоре его позвали готовиться к выходу.
Пока сотрудники ходили по залу и вызывали людей, Сяо Хэ заметил, что ещё одна группа актёров постепенно покинула помещение.
На этот раз ушло сразу много людей, и без того просторный зал в мгновение ока опустел. Вместе с ними удалились даже актёры, претендовавшие на важные второстепенные роли.
Вскоре осталось всего пять человек. Среди них сидел и Юнь Цзыци.
Сам Сяо Хэ садиться не стал и по-прежнему стоял у окна. Во-первых, место было достаточно укромным и его не так легко было заметить. Во-вторых, отсюда удобно было наблюдать за оставшимися соперниками.
Помимо старого знакомого Юнь Цзыци, здесь находились ещё двое известных ему актёров.
Одному было почти сорок, но выглядел он значительно моложе своих лет. Он успел собрать полный комплект главных телевизионных наград за лучшую мужскую роль.
Второму было около тридцати. Прославился он сравнительно поздно, зато его актёрская игра всегда оставалась на высоком уровне. Кажется, много лет назад его дебютной работой стала небольшая роль в последнем проекте Цю Чжэньлуна.
А вот последний кандидат...
Взгляд Сяо Хэ остановился на незнакомом молодом человеке, который сидел в углу и сосредоточенно читал сценарий, ни разу не подняв головы.
Разумеется, актёры, дошедшие до этого этапа, не могли быть непривлекательными. А по манерам и осанке этот юноша и вовсе превосходил всех присутствующих.
Однако лицо у него было совсем молодым, даже немного детским. На вид ему едва исполнилось двадцать. Среди кандидатов моложе был только сам Сяо Хэ.
Он даже заподозрил, что парень ещё учится и, возможно, не успел сдать выпускные экзамены.
Но главное — это лицо было совершенно незнакомым.
Сяо Хэ никогда прежде о нём не слышал.
Его не упоминали ни в сетевых списках претендентов, появившихся после объявления открытых проб в «Имперское дело», ни в материалах о конкурентах, которые Лю Жулань собрала по своим каналам.
Выходило, существовало лишь два варианта. Первый: он не был человеком из индустрии развлечений. Второй: он был новичком, ещё официально не дебютировавшим в ней.
И для Сяо Хэ оба варианта звучали тревожно.
Если верен первый, значит, юноша, скорее всего, пришёл из государственной труппы — национального театра и профессиональной драматической сцены.
Такие актёры постоянно играли в серьёзных драмах, исторических постановках и спектаклях с ярко выраженной государственной тематикой. Они обладали выдающимся актёрским мастерством, поставленной речью и огромным сценическим опытом. По уровню их вполне можно было назвать настоящими артистами.
А раз его направили на пробы как представителя государственной труппы, значит, в своём театре он наверняка считался одним из лучших. Вероятнее всего, много лет исполнял подобные роли, имел богатый опыт и изначально прекрасно подходил образу.
Если же верен второй вариант, всё становилось ещё страшнее.
Из пяти оставшихся кандидатов четверо уже получали различные премии за лучшую мужскую роль. То, что их оставили до самого конца, само по себе показывало, насколько высоко Цю Чжэньлун их оценивал.
А этот человек, ещё даже не вступивший официально в индустрию, сумел сразу попасть в финальный этап и оказаться с ними на равных.
Каким же невероятным талантом и мастерством он должен был обладать?
Ни один из вариантов не сулил ничего хорошего.
Более того, едва увидев этого юношу, Сяо Хэ ощутил странную уверенность. Именно он станет его главным соперником на этих пробах. Даже Юнь Цзыци, который всё это время пытался строить ему козни, теперь отходил на второй план.
Потому что в памяти Сяо Хэ внезапно всплыло одно очень важное обстоятельство. Режиссёр Ян Ли тогда не отдал свою рекомендацию ни ему, ни Юнь Цзыци, ни кому-либо ещё из знакомых актёров. Так кому же в итоге досталось это место? Кто заставил режиссёра Ян Ли отказаться и от Сяо Хэ, и от Юнь Цзыци в пользу третьего человека?
Сяо Хэ нахмурился и принялся вспоминать. И только сейчас понял, что среди кандидатов, перечисленных в списках сестры Лю, вроде бы не было никого, кто пришёл по рекомендации Ян Ли.
Неужели тот так никому её и не отдал? Верилось с трудом.
К тому же Ян Ли в некотором смысле считался внештатным человеком из официальной системы. Он участвовал в съёмках множества государственных и идеологических проектов, сам был родом из Пекина и наверняка знал гораздо больше актёров серьёзной драмы и театральной сцены, чем Сяо Хэ и его коллеги.
В конце концов, многие признанные мастера, игравшие в серьёзных исторических проектах, начинали именно в театре, а немало из них и вовсе принадлежали к государственной труппе.
Если Ян Ли действительно знал такого человека, ничего удивительного в этом не было.
Сяо Хэ незаметно продолжал наблюдать и всё сильнее ощущал, что лицо юноши кажется ему знакомым. Но где он мог его видеть?
Он потёр переносицу, однако сколько ни думал, так и не нашёл ответа.
Очевидно, тревожился не только Сяо Хэ.
Осмотрев оставшихся конкурентов, остальные тоже начали поглядывать на незнакомого молодого человека, и выражения их лиц слегка изменились. Даже Юнь Цзыци, прежде не сводивший глаз с Сяо Хэ, нахмурился и перевёл внимание на юношу.
Сяо Хэ его не знал. Другие трое, судя по всему, тоже видели впервые и не получали о нём никаких сведений. Казалось, он буквально возник из ниоткуда.
Хотя нет... Актёр, которому было почти сорок и который собрал полный комплект телевизионных наград, некоторое время внимательно разглядывал юношу, а затем, похоже, наконец узнал его. На лице появилось понимание.
И в следующую секунду Сяо Хэ увидел, как этот старший коллега опустил ногу, которую до этого закинул на другую, и его расслабленное выражение стало серьёзным.
Сяо Хэ: ...
Значит, это и правда человек из государственной труппы?

Комментарии

Загрузка...