Ведущий явно получил указания заранее. Во время объявления победителя в номинации «Лучший режиссёр» он намеренно подольше беседовал с режиссёром Ян Ли, стараясь выиграть время.
Ян Ли был опытным ветераном киноиндустрии и сразу понял, в чём дело. Возражать он не стал — лишние минуты в кадре никому не мешают. Поэтому, держа в руках статуэтку, с удовольствием продолжил свою благодарственную речь.
Но время шло.
В наушнике ведущего по-прежнему не было никаких указаний от режиссёрского пульта. Он украдкой взглянул на пустующее место в зале, затем — на начинавшую скучать публику и, скрепя сердце, всё же поблагодарил Ян Ли, проводил его со сцены и медленно продолжил церемонию.
— Огромное спасибо режиссёру Ян Ли за замечательную речь! А теперь... настал самый волнующий момент сегодняшнего вечера!
Подняв руку, ведущий обвёл взглядом зал, отчаянно переглянулся с помощником режиссёра у сцены и жестом указал на огромный экран за своей спиной.
— Эти актёры вдохнули жизнь в своих героев, покорили зрителей силой своего таланта и оставили яркий след на большом экране. Давайте ещё раз вспомним номинантов на премию «Лучший актёр» этого года!
На экране тут же начался подготовленный ролик. Один за другим зрителям показывали фрагменты игры всех шестерых номинантов. Когда очередь дошла до «Без наживки», на экране появился эпизод, где Шу Юсю стоял у могилы жены.
Он безутешно рыдал, словно муж, потерявший любимую женщину. Его глаза были полны слёз и глубокой любви, плечи бессильно опущены, а сам он долго неподвижно стоял перед могилой. Никто, глядя на него, не усомнился бы в искренности этой скорби.
Но затем последняя слеза сорвалась вниз. Шу Юсю спокойно развернулся. Скорбь исчезла с его лица. Исчезли боль, отчаяние... и даже любовь. Он медленно расправил плечи, словно только что сбросил тяжёлые оковы и наконец обрёл долгожданную свободу. При этом не сменился ни кадр, ни ракурс. Лишь едва заметное движение глаз — и по коже зрителей побежали мурашки.
Только теперь становилось ясно: всё, что они видели мгновение назад, было лишь безупречно разыгранным спектаклем. Для Шу Юсю жена была всего лишь оковами. Клеткой, сдерживавшей его самого и всю его семью. Но теперь эти оковы исчезли.
У Шу Юсю не было сердца. И в конце концов он обязательно получит всё, чего желает.
Надо признать... Среди всех номинантов Шу Юсю в исполнении Сяо Хэ выделялся особенно ярко.
Во-первых, из-за возраста самого актёра. Во-вторых, благодаря его мастерству. И, наконец, благодаря операторской работе. Недаром режиссёром фильма был Нин Цзяци.
Даже в коротком ролике с представлением номинантов его фирменный длинный план без единой склейки выглядел безукоризненно плавным. Один единственный эпизод одновременно демонстрировал актёрское мастерство Сяо Хэ и выдающееся чувство кинематографического языка самого режиссёра.
Пожалуй, единственным, что омрачало этот момент, было пустое кресло. Когда камера перевела объектив на место Сяо Хэ... Там никого не оказалось.
Все присутствовавшие в зале уже знали, что произошло. Но зрители прямой трансляции всё равно невольно почувствовали разочарование.
【Место Сяо Хэ пустует... Похоже, слухи в интернете были правдой.】
【Так грустно... Смотришь на пустое кресло — и самой как-то пусто становится.】
【Как он там? Кто-нибудь знает? Очень переживаю...】
【Говорят, его видели в больнице неподалёку. Не знаю, что показало обследование... Только бы с ним всё было хорошо.】
【Пусть добро обязательно вернётся к доброму человеку.】
【Только бы лучшим актёром всё-таки стал Сяо Хэ! Пожалуйста!】
【Сяо Хэ... Сяо Хэ... Сяо Хэ... Только бы это был он...】
Под взглядами миллионов зрителей ведущий тянул время до последнего, но в конце концов режиссёр дал команду в наушник: дальше ждать уже нельзя.
Ведущий передал карточку почётной гостье, которой предстояло вручить награду. Та открыла конверт. Увидев имя победителя, она лишь слегка улыбнулась и медленно перевела взгляд на зал.
— Благодарим всех номинантов за блестящую работу. А обладателем премии «Баймин» в номинации «Лучший актёр» становится...
— Сяо Хэ!
Едва она произнесла его имя, зал взорвался аплодисментами. Нин Цзяци уже собирался подняться на сцену, чтобы получить награду вместо него... Но в этот момент изображение на огромном экране сменилось. Из бокового прохода появился знакомый силуэт.
Это был Сяо Хэ.
Он даже не успел снова надеть пиджак — только белая рубашка, классические брюки, рукава закатаны почти до локтей, открывая крепкие предплечья. После спешки причёска слегка растрепалась, и эта лёгкая небрежность лишь добавляла ему естественного обаяния.
Похоже, операторов успели заранее предупредить. Камера поймала Сяо Хэ именно в тот миг, когда он появился в дверях внутреннего прохода. Всё произошло настолько вовремя, будто этот выход был заранее поставлен режиссёром.
И зрители в зале, и миллионы людей у экранов увидели одно и то же: лицо Сяо Хэ внезапно заполнило огромный экран. Его появление оказалось настолько неожиданным, что многие на мгновение просто замерли.
А в следующую секунду зал взорвался овациями. Казалось, публика приветствовала не просто нового лауреата премии «Баймин». Перед ними возвращался человек, который только что спас чужую жизнь. Настоящий герой.
Стоило одному зрителю подняться со своего места, как вслед за ним начали вставать остальные. Ветераны сцены, признанные звёзды, молодые актёры — один за другим они поднимались и искренне аплодировали человеку, который, рискуя собой, спас другого и сам чудом остался невредим.
Это были аплодисменты уважения. И признания.
Под светом софитов, под нескончаемый гул оваций Сяо Хэ медленно поднимался на сцену. Сквозь шквал аплодисментов до него доносились знакомые свистки и радостные выкрики друзей. Казалось, этот восторженный гул вот-вот сорвёт крышу здания.
Награду вручала пожилая актриса — почти ровесница его дедушки и бабушки. Она смотрела на Сяо Хэ с искренней теплотой и заботой, с какой старшие смотрят на любимого младшего. Передав ему статуэтку, она не стала сразу поздравлять победителя. Сначала её волновало совсем другое.
Вместо этого первой спросила:
— С тобой всё хорошо?
Сяо Хэ с улыбкой принял награду и покачал головой:
— Всё в порядке. Спасибо вам.
— Хорошо... Очень хорошо.
Пожилая актриса тепло улыбнулась и, сделав шаг назад, уступила ему место у микрофона. Вместе с ним она словно передала Сяо Хэ и всю сцену. Теперь все прожекторы были обращены только на него. Всё внимание зала тоже принадлежало ему одному.
Сжимая в руках тяжёлую статуэтку, Сяо Хэ медленно обвёл взглядом сидящих перед ним людей. И на какое-то мгновение ему показалось, будто происходящее — не более чем сон.

Комментарии

Загрузка...