На волне эйфории я самонадеянно выкрикнул эти слова.
Стоило мне на радостях сделать шаг вперёд, как мир вокруг закружился.
Чудовищная боль, зародившись в контуре маны возле сердца, хлынула вспять по кровеносным сосудам всего тела. Незнакомое и пугающе отчётливое ощущение — настолько яркое, будто сам контур маны истошно вопил.
«... А, пиздец».
Ноги подкосились, и я повалился прямо в грязь. Вот к чему привело безудержное буйство, когда я от восторга совсем забыл, что являюсь всего лишь F-рангом: тело попросту не выдержало и достигло своего предела.
В глазах то и дело темнело.
В тот миг, когда сознание уже начало угасать, из-за обломков послышался торопливый топот ног.
— Здесь выживший! Ударная цель... под...
— Срочно... группу по... ления сюда! Тщательно... ох... периметр...
Их голоса доносились рваными обрывками. Показались оперативники Ассоциации в чёрной тактической форме, быстро оцеплявшие место происшествия.
Это было моим последним воспоминанием о том залитом дождём переулке.
◇ ◇ ◇
Глаза словно налились свинцом — веки казались невыносимо тяжёлыми. Превозмогая эту чудовищную тяжесть, я с огромным трудом всё же разомкнул их.
Взору предстал незнакомый белый потолок. Одно ясно сразу — это точно не моя съёмная однушка: дешёвыми обоями здесь и не пахло. Белоснежный аккуратный кафель и слабый, щекочущий ноздри... больничный запах. Он безошибочно подсказал, где именно я нахожусь.
Больница.
— Вы очнулись, — раздался спокойный голос.
Повернув голову, я посмотрел на говорившую. На стуле для посетителей сидела, закинув ногу на ногу, женщина в строгом чёрном костюме и с проницательным, острым взглядом. На её груди поблёскивал золотой значок с символикой Ассоциации Охотников.
... Сотрудница Ассоциации?
— Где я...
— В спецпалате Центральной больницы, закреплённой за Ассоциацией. Я агент Ли Чэён из группы специального подавления Ассоциации Охотников.
Представившись, Ли Чэён поднялась со стула и с выверенной точностью слегка склонила голову в знак приветствия.
Погодите, в спецпалате? У меня же ни гроша! Чем я буду оплачивать этот счёт?
«Ну, Ассоциация ведь покроет расходы, правда?»
С этой мыслью я изо всех сил постарался сохранить невозмутимый вид.
— Почему я здесь?
— Мы обнаружили вас без сознания на месте происшествия и доставили сюда.
— Понятно.
— Ситуация на месте уже взята под контроль, однако у нас возникло к вам несколько вопросов, поэтому мы ждали вашего пробуждения.
Допрос? Нет, вряд ли это можно назвать допросом...
— Показания выживших сходятся слово в слово, — продолжила Ли Чэён. — Они утверждают, что синяя молния двигалась словно живой человек и перебила орков. Более того, сразу после этого она снова приняла человеческий облик и рухнула без чувств.
Ли Чэён пристально посмотрела на меня — так, словно знала всё наперёд и заранее предупреждала: «Мы уже обо всём в курсе, так что даже не пытайся врать».
— Сколько бы мы ни проверяли базу данных Ассоциации, информации о пробуждённом со стихией молнии там не нашлось.
— ...
— Прежде всего приношу свои извинения: пока вы были без сознания, мы сняли отпечатки пальцев и установили вашу личность. В обычной ситуации сбор биометрии без согласия считается незаконным, но мы сочли случай экстренным и приняли решение на своё усмотрение, так что прошу отнестись с пониманием.
Короче говоря: «Мы сняли твои пальчики, пока ты дрых, и пробили личность, так что войди в положение».
Я окинул её возмущённым взглядом.
— Прошу прощения, но вы действительно Пэк Убин?
— ... С этим какие-то проблемы?
— ... Нет. Просто по записям в базе данных господин Пэк Убин зарегистрирован как F-ранг. Однако, судя по полученным показаниям, вы продемонстрировали силу манипулятора природной стихии, и тот факт, что у вас F-ранг...
Ещё бы. Не укладывается в голове, как жалкий F-ранг может обладать стихийной способностью.
— Скажите, в какой гильдии вы состоите?
— Ни в какой.
— Что? Но...
— И ранг у меня действительно F. И в гильдиях я не состою.
Лицо Ли Чэён окаменело, а затем на нём отчётливо проступило смятение вперемешку с растерянностью. Я прекрасно это видел.
— Вы правда F-ранг?
— Да. Сами же сказали, что пробили мою личность.
— ... То есть вы действительно пробудились три года назад и всё это время оставались на F-ранге? Серьёзно?
Не в силах осознать услышанное, Ли Чэён ошеломлённо пробормотала это себе под нос, а затем снова перевела взгляд на меня:
— Может быть, недавно вы пережили повторное пробуждение?
... Вот оно что. Повторное пробуждение. Чудо, при котором пробуждённый проходит через ещё одно пробуждение под воздействием особых обстоятельств. Или явление, близкое к этому. Для Ли Чэён подобный вывод был самым логичным и разумным.
Рассказать чистую правду я не мог — всё это звучало слишком бредово. Кто вообще поверит, если я скажу, что в первый день нового года загадал желание завести девушку, но по злой иронии богов словил удар молнии и теперь вижу интернет-галерею с призраками погибшего мира первой итерации?
Да я бы и сам себе ни за что не поверил.
... Ладно, отмажусь как-нибудь. По сути-то не так уж далеко от истины.
— Ну, может и так, — небрежно бросил я, легко пожав плечами. — Чуть не сдох, а когда очухался, способность уже появилась.
Ли Чэён потёрла подбородок и погрузилась в раздумья. В её глазах читался холодный расчёт. Спустя пару секунд она заговорила серьёзным тоном:
— Господин Пэк Убин.
— Да?
— Ассоциация Охотников хотела бы сделать вам предложение.
— Предложение?
— Спрошу на всякий случай: вы знаете об «Эгиде»?
Ещё бы мне не знать. Любой пробуждённый Южной Кореи мечтал туда попасть. Единственные автономные Охотники под началом правительства Республики Корея. От «Эгиды» требовалось исключительно покорение Башен, а во всё остальное власти не вмешивались ни под каким предлогом. Именно таковы были Охотники со статусом «Эгида».
— Да, знаю.
— В этом году был человек, которому планировали присвоить этот статус.
... Планировали присвоить?
«Эгидой» нарекали лишь самых выдающихся Охотников, прошедших жесточайший отбор. Это звание наделяло колоссальными полномочиями, и все Охотники фактически делились на тех, кто получил «Эгиду», тех, кто числился кандидатом, и всех остальных. Тот, кому собирались присвоить этот статус, являлся официальным кандидатом, чьи выдающиеся силы уже признали наверху. Говорили, стоило лишь чьему-то имени прозвучать в списках кандидатов, как гильдии сбивались с ног, осыпая счастливчика предложениями. Иными словами, одно лишь упоминание становилось гарантией безоблачного успеха.
Требования были настолько заоблачными, что такому, как я, на F-ранге даже мечтать об этом было непозволительной роскошью.
— «Эгида»? А мне-то какое дело...
— Так совпало, что этот назначенный кандидат... буквально вчера не сумел зачистить Башню у Сеульского вокзала и погиб.
... А, так вот почему. Переоценил ли он свои силы или банально не хватило умений, но зачистить Башню не смог и расстался с жизнью. Трагедия чужой гибели. Однако из-за этой кровавой драмы совершенно случайно освободилось одно вакантное место.
— И наша Ассоциация намерена рекомендовать на освободившееся место вас, господин Пэк Убин.
И Ли Чэён от лица Ассоциации прямо сейчас предлагает его мне.
— Вы ещё не проходили переаттестацию, но мы оцениваем вашу силу как минимум на уровне А-ранга. Мы посчитали, что вы более чем достойны получить инфраструктуру и систематическую поддержку, полагающуюся кандидату «Эгиды».
— ...
— Скажу начистоту: Ассоциация крайне заинтересована в том, чтобы взращивать такие таланты, как вы.
Завёрнуто красиво и благородно, ничего не скажешь. Но в сухом остатке Ли Чэён предлагает защиту, обеспечение и... пристальный надзор. Привязать меня к подконтрольной им структуре, выяснить реальную цену моим способностям и при удобном случае воспитать лояльного бойца. Вот каков её истинный замысел.
Если честно, у меня тоже не было особых причин отказываться, но я напустил на лицо растерянность и произнёс:
— Предложение слишком внезапное, даже не знаю, что сказать. Да и занимать место, освободившееся из-за чьей-то смерти, как-то не по себе.
Я изобразил неловкость и замялся. Раз уж они считают меня стихийником, то не я завишу от них, а они отчаянно жаждут заполучить меня.
Ли Чэён, словно предвидя подобный ответ, достала из кармана визитку и положила её на столик:
— Прекрасно вас понимаю. Не беспокойтесь, никто не станет вас принуждать. Мы дадим вам несколько дней на размышления, и как только примете решение, звоните по этому номеру в любое время.
Она вежливо поклонилась и покинула палату.
◇ ◇ ◇
Опершись на спинку кровати, я пробормотал в пустоту:
— Эй, вы слышали?
Я ожидал, что сейчас перед глазами всплывёт полупрозрачное окно и польются сообщения. Однако чат не то что не ожил — вообще ничего не произошло. Если подумать, окна не было видно с самой минуты моего пробуждения.
... Неужели, когда я теряю сознание или засыпаю, связь обрывается или экран гаснет? Прямо как дисплей смартфона, уходящий в спящий режим?
— Надо проверить.
Исчезнуть насовсем оно точно не могло, так что я принялся перебирать варианты. Тихонько произнёс слово «галерея» — тишина. Сказал «чат», «голограмма», «прямой эфир» — никакой реакции.
Что за ерунда?
Когда от досады терпение уже лопнуло и я раздражённо пожелал, чтобы галерея наконец открылась...
*Динь.*
Раздался звон уведомления, и прямо передо мной всплыло полупрозрачное синее окно.
... То есть нужно было просто мысленно захотеть его увидеть?
Проведя пальцем по экрану, я обнаружил, что за время моего сна набралась целая куча постов. Но сейчас меня волновали вовсе не они. Решив спросить у местных обитательниц совета, я нажал кнопку «Написать пост».
Однако моё зависание на форуме застопорилось, толком не успев начаться.
— ... И как тут писать-то?
Возникла проблема: кнопку-то я нажал, вот только как вводить текст — понятия не имел. Была бы хоть клавиатура, другое дело, но никакого инструмента ввода не появилось, и это заводило в тупик.
— Да неужели...
Вспомнив, как галерея открылась от одной лишь мысли, я мысленно представил нужные слова, надеясь, что они напечатаются. И буквы тут же побежали по строке.
Кажется, разобрался.
С этой мыслью я набросал пост:
Заголовок: Ассоциация внезапно суёт мне место в «Эгиде», чё делать?
Автор: Пэк Убин
[ Тема говорит сама за себя. ]
— Ты ебанулся?! Живо соглашайся!!
— Поистине скудоумен сей глупец! Чего ты медлишь, немедленно свяжись с ними!
— Конечно соглашайся! Я ведь тоже среди кандидатов буду!
Все комментарии сводились к одному: «Ты чё тормозишь, придурок, живо хватайся за шанс!».
Буквально за считанные секунды число ответов перевалило за пятьдесят — будто они только и ждали, пока я задам этот вопрос. Но я лишь скептически наклонил голову набок и протянул вслух:
— А толку-то от этой «Эгиды»?
Ах да, надо же в комментарии это отправить.
— А чё хорошего-то в этой «Эгиде»?
— Да просто соглашайся, хозяин галереи!
— Как минимум в корейской «Эгиде» состоят Ким Соён и Архимаг, одного этого с головой хватит.
Ага.
Короче говоря, чтобы встретиться с Ким Соён и Архимагом, соглашаться придётся в любом случае. Даже просто завязать контакт с этими двумя, кому суждено войти в число сильнейших мира сего, уже стоило любых усилий.
— ... Ладно, соглашусь, — вздохнул я и взял со столика визитку Ли Чэён. — Только сначала денёк-другой побездельничаю.
После чего с чистой совестью плюхнулся на кровать и довольно замурлыкал себе под нос какую-то весёлую мелодию.

Комментарии

Загрузка...