— Серия действительно будет долгоиграющей?
— Именно так.
Пак Джихван кивнул.
— Разумеется, если программа не заберет зрителей, то все эти планы на долгий срок могут быстро пойти прахом. Но об этом пусть голова болит у нашего режиссера... А нам нужно думать лишь об одном.
В глазах Пак Джихвана вспыхнул огонь.
— Как бы то ни было, вылет недопустим.
Само собой, занимать первое место вечно просто невозможно.
Но вот вылет — это нечто совершенно неприемлемое. После слов Пак Джихвана актеры дружно закивали. Впрочем, даже без его напоминаний никто из них и помыслить не мог о возможном проигрыше.
Как-никак, за вылетом следует запрет на участие в течение целых полугода. Учитывая этот штраф, из кожи вон лезть придется, но последнее место занять нельзя ни в коем случае.
И в связи с этим у многих возникло немало размышлений:
— Вы и сами прекрасно знаете, что среди выходцев из нашей труппы немало тех, кто сейчас нарасхват.
Услышав это, актеры вновь закивали.
В конце концов, в том, что «Чхонсон» в последнее время набрал такую бешеную популярность, была огромная заслуга тех ребят.
Издавна в узких кругах ходили слухи, что труппа «Чхонсон» чертовски хваткая... но заявить о себе широкой публике без помощи тех звезд было бы просто невозможно.
— И раз уж так сложилось, у вас наверняка закрадываются мысли: а останется ли вообще место для нашего прорыва? Не окажется ли так, что мы останемся в тени старших товарищей, так и не получив нормальной роли?
— Кхе-кхе.
Тут и там раздалось покашливание.
Эту тему в последнее время и так вовсю обсуждали среди труппы. Все-таки, учитывая специфику телевидения, не получится ли так, что даже при участии «Чхонсон» они, выступающие на сцене прямо сейчас, останутся в тени?
Пак Джихван прекрасно понимал их чувства.
— Сразу скажу: я не собираюсь раздавать роли только потому, что кто-то из них — знаменитость. Но с другой стороны, никаких поблажек из-за того, что вы не светитесь на экранах, тоже не ждите. Конкуренция будет честной. Всё, что от вас требуется, — проще простого. Сыграть лучше тех ребят.
Этот вопрос обязательно следовало прояснить заранее.
Иначе тихо накапливающееся недовольство в один прекрасный день могло пустить всё под откос.
К счастью, труппа приняла это условие с пониманием.
Пак Джихван окинул их пронзительным взглядом.
— Вы же можете показать, как именно мы оберегали нашу труппу все эти годы? На что способны ваши силы. Разве нет?
—...Есть!
— Отлично, давайте все вместе выложимся по полной. Покажем, как усердно вы оттачивали мастерство всё это время.
Пак Джихван усмехнулся.
— Устроим настоящий бунт!
* * *
— Ах да, если подготовитесь спустя рукава... можете знатно опозориться перед зрителями, так что настоятельно рекомендую подойти к делу со всей серьезностью, ха-ха.
Пак Джихван: Ах да, если подготовитесь спустя рукава... можете знатно опозориться перед зрителями, так что настоятельно рекомендую подойти к делу со всей серьезностью ха-ха.
Увидев сообщение, которое Пак Джихван оставил в общем чате, Сону усмехнулся.
Даже по одним только этим словам чувствовалось, до какой степени заведены сейчас остальные ребята из труппы.
«Придется постараться на славу».
Впрочем, даже без этого он и не думал относиться к делу спустя рукава.
Сону углубился в чтение сценария.
Новая пьеса, доставшаяся им, называлась «Можем ли мы развестись?».
Сюжет строился вокруг супружеской пары с угасшими чувствами, которая признается друзьям в мыслях о разводе и просит у них совета.
Сначала Сону прочитал сценарий от корки до корки.
А затем погрузился в раздумья.
«Какую роль выбрать?»
Правда, один персонаж сразу привлек его внимание.
Минджэ. Муж, к которому жена вдруг обратилась с разговором о разводе, и который всеми правдами и неправдами пытался ее удержать, обратившись за «консультацией» к друзьям.
«...Кажется, это пойдет мне на пользу».
Сону подумал, что работа над этой ролью сама по себе может стать шагом на пути к поискам того, о чем просил Сонджун.
Конечно, было немного совестно использовать эту роль лишь как трамплин для других целей... но что поделать. По крайней мере, в таких вопросах Сону решил действовать с холодным расчетом.
Пак Хун, наблюдая за ним, тяжело вздохнул.
— Смотрю на вас, хен, и понимаю... вы просто трудоголик до мозга костей.
— Айдолы пашут куда жестче меня. Для меня такой темп — просто курорт.
—...Ну знаете, сравнивать с айдолами — это уже перебор.
Пак Хун покачал головой.
— Вам нужно хоть немного отдыхать. Пусть вы и не убиваетесь на тренировках, как айдолы, но разве у вас бывают моменты, когда вы вообще не думаете об актерстве?
—...Но я же на днях и на рыбалку сходил, и с мамой на свидание сходил?
— Этих двух дней чертовски мало.
— Но не может же человек отдыхать по неделе или целому месяцу.
—...Обычно люди не отдыхают просто потому, что у них нет на это средств, а не потому, что они не хотят.
Вот как?
Но если совсем бросить работу, от безделья же можно со скуки умереть.
Да ладно, неважно. Дел все равно невпроворот. Сону пожал плечами.
— Короче говоря, я буду участвовать. Даже не думай отговаривать.
—...Я и не собирался. Разве я хоть раз был против того, за что вы беретесь? Просто мне хочется иногда видеть, как вы отдыхаете.
— Ну... я постараюсь уделять этому больше внимания.
Раз даже Пак Хун заговорил об этом, значит, он и впрямь загонял себя слишком жестко.
Впрочем, сейчас все мысли были заняты подготовкой к театральному прослушиванию.
Ирония судьбы. К Сону то и дело обращались с предложениями именитые продюсеры и режиссеры... и при этом ему снова предстояло проходить прослушивание ради какой-то скромной сцены.
«Нельзя терять бдительность».
Конкуренты тут сильные.
А поскольку актеры труппы готовились с ножом у горла, малейшая оплошность могла стоить ему роли.
И главным источником опасений был...
«Конечно же, хен Доён».
.
Ему ужасно не хотелось соперничать с ним за одну и ту же партию. Мало того что переиграть Доёна само по себе задачка со звездочкой, так еще и в случае победы они не смогут выйти на сцену вместе.
Значит, оставалось только спросить прямо.
Сону тут же написал Доёну.
Сону: Хен, вы на месте?
Доён: Ага, что такое?
Судя по тому, что ответа не последовало мгновенно, срочных дел у того не было.
Сону сразу перешел к сути.
Сону: Насчет предстоящей пьесы... хотел узнать, на какую роль вы рассчитываете.
Доён: Я присматриваюсь к Минджэ.
Сону:...Вот как.
Доён: А ты?
Сону: Я тоже думал о Минджэ.
Отправив сообщение, Сону тяжело вздохнул.
Почему-то он так и знал. Раз уж он сам разглядел всю притягательность этой роли, Доён просто не мог не заметить ее.
Доён: Впервые сойдемся в открытом бою.
Сону: Меньше всего на свете мне хотелось соперничать со старшим товарищем... эх.
Доён: И то верно. Мне бы хотелось поработать с тобой над одним проектом.
Слова Доёна заставили Сону вновь вздохнуть.
Он на миг задумался.
«Может, сменить роль?»
Мысль действительно стоила того, чтобы над ней поразмыслить.
Ведь разделить сцену с Доёном значило для Сону очень многое.
Вспоминая свою собственную игру, Сону и по сей день то и дело мысленно возвращался к тому самому моменту, когда они впервые играли вместе. Золотистые волны, исходившие от жреца в исполнении Доёна, то невероятное присутствие, что заполнило собой весь мир... это был тот самый ориентир, который Сону не забудет до конца своих дней.
Он мечтал когда-нибудь сыграть нечто подобное.
«Если сейчас...»
Что изменилось бы?
Смог ли бы он сыграть так, чтобы не уступить Доёну? Смог ли бы бросить ему вызов лицом к лицу?
...Бессмысленные фантазии.
Если всё оставить как есть, сыграть с Доёном на одной сцене у него просто не выйдет.
Именно поэтому сейчас Сону ломал голову над дилеммой, с которой в обычных обстоятельствах никогда бы не столкнулся.
«...Серьезно, сменить?»
Учитывая характер Сону, отказаться от приглянувшейся роли в пользу другой давалось ему нелегко.
Но если взамен он получит шанс выступить на одной сцене с Доёном, возможно, эта жертва того стоила.
Вопрос не из тех, что решаются сгоряча.
Сону провел рукой по волосам. Напряжение в его глазах стало еще глубже.
«Как поступить?»
Уступить или стоять на своем?
Доён или заветная роль?
В этом был весь вопрос.
Эпизод 253
— Ух, как же страшно...
Сора мелко дрожала.
Глядя на нее, Ечхан попытался изобразить беззаботную улыбку.
— Чего ты боя... боишься! Подумаешь, велика невидаль!
—...Старший, вы бы сначала перестали трястись, а потом говорили.
— Кхм, да я и не думал бояться!
Однако спокойствие — вещь, которую невозможно сыграть понарошку, так что тревогу Ечхана выдавало каждое слово. Сора горько усмехнулась:
— На какую роль вы в итоге решили пробоваться?
— На Минджэ.
— О, а вам подходит.
Сора кивнула.
В пьесе «Можем ли мы развестись?» действуют три пары.
Джунсо и Инхи, размышляющие о расставании.
Минджэ и Кахён, которые безмятежно встречались уже много лет.
Чонсок и Семи, сошедшиеся совсем недавно.
Эти шестеро составляли костяк сюжета, к которому добавлялся еще один персонаж — Чхансоп, открыто провозгласивший себя убежденным холостяком.
Всего семеро ключевых персонажей [Можем ли мы развестись?].
— Вообще-то я думал замахнуться на Чхансопа... но от него веет каким-то слишком сухим холодом.
— Ну да, у вас-то образ куда более мягкий.
—...Мягкий? Это типа комплимент?
— Э... р-разумеется! Конечно!
Она выпалила то, что думала, совершенно не фильтруя слова.
Сора торопливо закивала. Не успел Ечхан бросить на нее подозрительный взгляд,
— Ой, старший!
Сора поспешно замахала рукой.
Как раз вовремя появился Сону. И не он один: за ним следом входили Джэвон, Минхи, Джинук, Доён и даже Хесон — все звездные актеры «Чхонсона».
Из-за этого в театре, где только что стоял такой шум, мгновенно повисло томительное напряжение.
Все прекрасно понимали, что эти люди — самые опасные соперники из всех возможных.
И в этот самый момент:
— О, кого я вижу.
Кто-то поднялся с места и направился прямо к Доёну.
Это была женщина с короткой стрижкой. Сону видел ее впервые. Гадая «Кто это?», он наблюдал за ней, как вдруг она с ухмылкой хлопнула Доёна по плечу.
— Чха Доён, глянь-ка, выбился в люди!
— Давно не виделись. Слышал, ты вернулась. Как учеба за границей?
— Получила отличные знания. Было весело. Жаль только, тебя не оказалось рядом, когда я вернулась. О, Минхи! Ты чего это вдруг такая красотка?
— Сестрица, вы сами стали еще краше.
— Какая там красота. Решила позагорать на солнце и только кожу испортила.
Судя по всему, она состояла в «Чхонсоне» еще до того, как туда попал Сону.
Сону незаметно присмотрелся к ней.
«...Кто же это?»
От нее исходила какая-то совершенно необычная аура.
И дело было вовсе не в смазливой или эффектной внешности. Скорее... как волчица. Или даже тигрица.
«Чем-то напоминает старшего Чон Инги».
Сравнивать молодую женщину с хищником могло показаться несколько бестактным.
Но ощущение было именно таким. От нее веяло харизмой, способной не просто подавить любого стоящего рядом, но и буквально сожрать его с потрохами... В том, что она человек выдающийся, сомневаться не приходилось.
Если уж сам Доён на мгновение выглядел так, будто его прижали к ногтю, тут и говорить было не о чем.
Проблема заключалась в том, что...
— А, это тот самый знаменитый...?
Она перевела взгляд прямо на Сону.
Сону задумался. Ситуация складывалась немного щекотливая... но он мог решить всё прямо сейчас, и тогда неловкость испарится сама собой.
— Здравствуйте. Я Ким Сону, старшая...
— Чего? Какая я тебе старшая?
— Разве вы не состояли в «Чхонсоне» раньше?
— Ну, допустим, но ведь ты пришел в труппу, пока меня не было... требовать уважения к старшим тут как-то не с руки.
— Но я и сейчас принадлежу «Чхонсону».
Именно поэтому у него не было ни малейших сомнений в том, чтобы проявить уважение.
Услышав это, она широко распахнула глаза. Очевидно, она не ожидала от Сону такой покладистости. Смущенно почесав затылок, она тут же широко улыбнулась и кивнула:
— Ладно. Я Чхве Юран. Будем знакомы.
— Да, старшая.
В любых отношениях главное — чтобы хотя бы одна сторона не гнула упрямо палку.
Уголки губ Юран уже заметно приподнялись, выказывая явную симпатию к Сону. Когда ее не было в Корее, поползли слухи, что в «Чхонсоне» появился звездный актер, и она откровенно ломала голову над тем, как с ним держаться... Но кто же знал, что он сам первым делом окажет ей должное уважение.
Пока Юран смотрела на Сону сияющим взглядом, Минхи обратилась к ней:
— Кстати, онни. Когда ты вернулась в Корею? Нам даже словом не обмолвились.
— На прошлой неделе. Руководитель позвонил сразу же, как только я сошла с трапа. Спросил, не хочу ли поучаствовать в одном деле. Ну я тут же всё бросила и примчалась.

Комментарии

Загрузка...