Первый банкет, который я посетил после того, как стал графом, можно было описать одним словом — утомительный.
Во-первых, приходилось следить за слишком многим.
Мне нужно было не только обходить и приветствовать других дворян, но и следить за тем, чтобы ненароком не впасть у кого-нибудь в немилость.
Теперь я наконец понял, почему отец в детстве таскал меня за собой, чтобы здороваться со всеми подряд.
Новоиспеченной знати приходилось делать это просто ради выживания.
Да что там, даже с этими усилиями наше выживание оставалось под вопросом.
Пожалуй, это одна из вещей, которые я осознал в процессе.
Как бы очевидно это ни казалось задним числом, но даже среди аристократии существовали свои фракции.
К счастью, это не были политические группировки вроде «фракции Императора» или «фракции дворян».
Начнем с того, что Империя являлась государством, где власть Императора была абсолютной, так что в тот самый миг, когда сформировалась бы фракция дворян, её бы тут же подвергли чистке.
То, что юная Эрье творила с помощью силы своих глаз, как раз и было частью этого механизма.
Проще говоря, это походило скорее на обычные компании людей, которые просто оказались близки друг другу.
В конце концов, чем меньше расстояние, тем проще общаться.
Так к какой же фракции принадлежал я?
Было бы удобно, примыкай я к так называемой Северной фракции, сосредоточенной вокруг Великого герцога Севера.
Всё-таки я долгое время провел в Доме Фрозенхарт, да и мой отец, хоть и был всего лишь бароном, тоже жил на Севере.
Но, как всегда, всё пошло совсем не так, как было бы удобно.
Графство Сейнт — мои земли — располагалось, как назло, в Срединных землях.
А тамошние дворяне отличались темпераментом, который сильнее всего конфликтовал с моим собственным.
Даже их манера речи служила тому доказательством.
Они украшали свои речи всевозможными цветистыми оборотами, в то время как на Севере, где я родился и вырос, все изъяснялись настолько прямолинейно, что это граничило с грубостью.
Для них рыцарство было почетным ремеслом — размахивать мечом во славу своего дома.
Для меня же рыцарь являлся клыком, впивающимся во врагов, — ремеслом тех, кто стоял на поле боя, с ног до головы покрытый кровью.
Не то чтобы в этом не было чести, просто ей не придавалось особого значения.
В любом случае, ситуация складывалась действительно хлопотная.
Я не знал, как вписаться в их общество, и переживал, что могу совершить какую-нибудь оплошность.
Именно тогда ко мне кто-то подошел первым.
— Не желаете ли выпить со мной, граф?
— С удовольствием.
Граф Дуглас.
Не кто иной, как отец Айви.
Его жест показался мне спасательным кораблем, замеченным пос посреди бескрайнего пустого моря.
Он сделал глоток вина, а затем произнес с легкой улыбкой:
— Честно говоря, я много слышал о вас, граф. Или, точнее говоря, о Люке Найнхарте.
— Не от леди Айви ли, случайно?
— И от дочери, и от сына.
Если бы дело ограничилось одной Айви, всё было бы в порядке.
В конце концов, на факультете фехтования мы были весьма близки.
Даже если она и рассказывала обо мне, эти истории наверняка не были плохими.
Но если в этом замешан еще и Балтер, то дело принимало совсем иной оборот.
Каковы бы ни были причины, факт оставался фактом — я его поколотил.
Я не мог не беспокоиться, что обо мне наговорили чего-то неприятного.
— Пожалуй, с моей стороны довольно малодушно говорить об этом только сейчас...
Он склонил голову.
Хоть мы оба и были графами, разве я не являлся, в конце концов, самым младшим среди них?
Его жест привел меня в полное замешательство.
— Пожалуйста, поднимите голову, граф.
— Если это причинило вам неудобство, прошу прощения. Но я чувствовал, что обязан поступить именно так.
— Могу я спросить, что побудило вас к этому?
— Я слышал, что вы не дали моей дочери отказаться от своей мечты. И что вы исправили заблуждения моего сына. Как отец обоих детей, я просто не могу с чистой совестью держать голову высоко.
Я с облегчением убедился, что это не тот случай, когда «склоняют голову лишь для того, чтобы сильнее разбежаться для удара лбом», или что-то в этом роде.
Если немного преувеличить, я ведь был тем еще негодяем, который пытался положить глаз на его дочь.
Но если отбросить это в сторону, мне было не так-то просто принять его слова благодарности.
— Всё просто так сложилось. Я лишь шел туда, куда несли меня ноги.
В тот день я принял предложение Айви о поединке только потому, что увидел в ней отражение себя прежнего.
Так что, по правде говоря, это было сделано в равной степени и ради меня самого.
И если она в процессе не отказалась от своей мечты, то это наверняка было её собственным решением.
Моя помощь тут ни при чем.
Что же касается Балтера...
Честно говоря, он сам напросился.
Его чувства как брата, заботящегося об Айви, заслуживали уважения, но в процессе он слишком уж сильно меня донимал.
— Граф Сейнт, герой не спасает всех подряд. Просто в процессе отстаивания какого-то великого дела люди оказываются спасены независимо от его намерений — и те, кто спасся, впоследствии называют его героем.
— Я понимаю.
— Да, так что, пожалуйста, не обременяйте себя этим слишком сильно. Как отец, если я не сделаю хотя бы этого, я не смогу смотреть в глаза своим детям.
Как бы то ни было, граф Дуглас казался хорошим отцом.
Ну, учитывая, что он вообще отпустил Айви на северный фронт, он был более чем достойным человеком.
Пока мы вели эту искреннюю беседу, дворяне Срединных земель начали постепенно собираться вокруг нас.
От канцлера, которого называли правой рукой Императора, до графа Фрика с соседних земель.
— Погода в эти дни такая, словно на деревьях вот-вот распустятся почки.
— И правда, глядя на то, как постепенно густеет зелень, я не могу отделаться от мысли, что в этом году Империя будет мирной как никогда. Безусловно, это заслуга графа Сейнта, который положил конец войне с Севером.
— Ха-ха-ха...
— Хе-хе-хе...
От их разговоров у меня шла кругом голова, но, несмотря ни на что, время я провел неплохо.
И всё же общаться с отцом подруги, используя столь официальные титулы и любезности... сомневаюсь, что я смогу легко к этому привыкнуть.
Время шло, и вскоре наступила глубокая ночь, а над миром взошла луна.
Ввиду позднего часа гости начали один за другим покидать банкетный зал, и я, как самый младший среди них, провожал их, обмениваясь прощальными словами.
Это произошло как раз в этот момент.
— Люк.
— Да, Ваша Светлость.
В притихшем банкетном зале Великий герцог Севера заговорил со мной.
Неужели он перебрал с выпивкой?
Его лицо густо покраснело, и он медленно кивнул.
— Полагаю, ты больше не сможешь служить личным слугой Елены. Да и членом нашего дома тебя отныне вряд ли назовешь.
— Да, я понимаю это.
— Честно говоря, очень жаль. Точно так же, как ты стал видеть во мне отца, я стал относиться к тебе как к старшему сыну.
— Я благодарен вам за эти чувства. Мне тоже будет многого не хватать.
Я попытался ответить как можно более непринужденно, но у меня не очень-то получилось.
Слезы так и норовили подступить к глазам, поэтому мне пришлось часто-часто моргать.
В том, другом мире я вырос сиротой.
В этом мире я обрел родных родителей, но нас разлучили еще до того, как я успел почувствовать к ним настоящую сыновнюю любовь.
Так что Великий герцог Севера, герцог Фрозенхарт, стал для меня настоящим отцом.
Не уверен, можно ли считать герцогиню моей матерью, но про него скажу с уверенностью — он был мне отцом.
Теперь я расстанусь с ним.
Мы больше не семья.
Эта мысль, если вдуматься... отозывалась во мне тихой болью.
— Если жизнь покажется тебе трудной, приходи ко мне в любое время. Двери Дома Фрозенхарт всегда будут открыты для тебя.
— Спасибо, Ваша Светлость.
— Ну что ж, береги себя.
*Хлоп, хлоп.*
Герцог слегка похлопал меня по плечу и покинул банкетный зал.
В этом жесте безошибочно угадывалась теплота.
— Ха-а...
Я запрокинул голову и уставился на луну, висевшую за окном.
Колышущаяся луна казалась плывущей по зеркальной глади озера.
◇ ◇ ◇
На следующий день после банкета.
Мне пришлось отправиться в Академию еще до того, как полностью прошло похмелье.
Мне хотелось бы ехать не спеша, но я не мог себе этого позволить.
Чем позже я отправлюсь в путь, тем позже прибуду.
Я не мог заставить Елену, которая будет ждать меня, бодрствовать до самого рассвета.
— Поехали.
Раздался голос кучера, и в тот же миг экипаж тронулся с места.
Карета оставила позади шумный город и покатилась по уединенной дороге.
Я смотрел в окно, погруженный в свои мысли.
«Мне столько всего нужно сделать».
Первым делом следовало заняться управлением графством Сейнт.
Теперь, став новым лордом, мне нужно было увидеть всё своими глазами и лично взяться за решение проблем.
Также требовалось встретиться с вассалами, которые управляли этими землями до меня, и познакомиться с ними как следует.
Пусть теперь я и был хозяином этих земель, я не мог сбрасывать со счетов их заслуги, а потому не имел права вести себя так, словно смотрел на них свысока.
Параллельно со всем этим мне предстояло посещать занятия в Академии и готовиться к грядущим экзаменам.
Но и это было еще не всё.
Нет, по правде говоря, именно следующий вопрос являлся самым важным из всех.
«Я должен остановить замысел маркиза Перрина».
Я не знал в точности, какой именно план он замышлял, но это наверняка привело бы этот мир к гибели.
А раз так, я обязан был помешать ему любыми средствами.
По меньшей мере, я не мог просто стоять и смотреть, как рушится мир, в котором я живу.
Да и ради того, чтобы иметь возможность оставаться рядом с ними, я тоже должен был это сделать.
Прошло около двенадцати часов.
К тому времени, как мир окрасился в темные тона, карета постепенно замедлила ход, а затем и вовсе остановилась.
Я наконец-то прибыл в Академию.
Когда я перевел взгляд за окно, то увидел, конечно же... Елену.
◇ ◇ ◇
Переводил: Afmos
Редактировал: Afmos
Настройки чтения
Размер
18
Шрифт
Выравнивание
Тема
Интервал
1.7
Ширина
Оригинал текста
Отметки прогресса
Я стал тайным другом главной героини в романтическом фэнтези — Главы
Список глав загрузится при открытии.
Комментарии
Войдите, чтобы оставить комментарий.