За свою жизнь Лиана слышала слово «талант» столько раз, что оно набило ей оскомину.
С самого рождения всё было предопределено. Ее врожденный запас маны в десятки раз превышал показатели обычных людей. Блестящая предрасположенность позволяла ей играючи управлять энергией, что само собой вело к оттачиванию мастерства контроля. Даже в юном возрасте, еще до пробуждения уникальной способности, никто не сомневался: она станет выдающимся сверхчеловеком.
Затем последовало пробуждение. Уникальная способность типа «дух» — явление настолько редкое, что обладателей подобного дара во всем мире можно было пересчитать по пальцам. В то время ожидания, возлагаемые на нее, взлетели до небес.
Подхваченная этим вихрем, она как-то сама собой стала героем и сама собой оказалась на Африканском фронте. Конечно, это был и ее собственный выбор. Лиана считала, что лучше спасать людей, чем сидеть сложа руки. К тому же платили баснословные деньги — она думала о том, как выйдет на пенсию и будет жить в свое удовольствие...
Так или иначе, она довольно долго вела жизнь героя, и на этом пути слово «талант» преследовало ее неотступно. Стоило кому-то прославиться, как его тут же клеймили талантливым. Врожденный дар к мане, талант к магии, к боевым искусствам, уникальные способности...
Талант, талант, талант.
Она слышала это бесконечно. Одаренные личности всплывали в самых разных областях, и куда ни глянь, вокруг всегда возвышались горы из «гениев».
Лиана невольно погрузилась в воспоминания — от тех, что казались бесконечно далекими, до совсем недавних.
Небо сегодня было по-прежнему лазурным. Совсем не таким, как над Африканским фронтом. Лиана задумчиво смотрела ввысь, а затем перевела взгляд в сторону.
Буквально в паре шагов от нее, на траве, лежал юноша. От его первоначальной чинной позы не осталось и следа: теперь он свернулся калачиком, словно креветка, и мерно посапывал.
— Фых.
Тихий смешок сорвался с ее губ. Выглядел он донельзя мило. С такой внешностью любое его действие казалось очаровательным. Было ли это следствием предвзятости к красивым людям или же личным обаянием кроткого Ли Ха Юля? В любом случае, глядя на него, так и подмывало погладить его по голове.
Она заметила, как он время от времени вздрагивает. Похоже, Ли Ха Юль был особенно чувствителен к холоду. Лиана достала верхнюю одежду, которую прихватила на всякий случай, и накрыла его. Юноша, словно почувствовав уютное одеяло, довольно замурлыкал во сне и сжался еще сильнее, окончательно зарываясь в куртку.
При виде этой картины Лиана затаила дыхание, сдерживая смех. Еще секунда — и она бы расхохоталась в голос. Ей пришлось мысленно призывать себя к спокойствию, пока веселье не улеглось. Успокаивая всё еще трепещущее сердце, Лиана вернулась мыслями к тому, что произошло совсем недавно.
Магический кристалл, созданный из манового камня, — излюбленный инструмент для тренировки базовых навыков управления энергией. Процесс состоит из трех этапов.
Первый — войти в контакт с маной внутри кристалла.
Второй — преодолеть сопротивление, пробить брешь и высвободить энергию.
Третий — подчинить и поглотить извлеченную ману.
Для Ли Ха Юля, который только начинал свой путь, эта задача была в разы сложнее. Ведь прежде чем приступать к этапам, нужно осознать собственную ману и научиться ею управлять. Кристаллы служили лишь посредниками. По одному сложно понять особенности своей энергии, но если поставить два разных рядом, их характеристики проявляются отчетливее.
Иными словами, Ха Юль должен был осознать свою ману, направить ее вовне, войти в контакт с энергией кристалла, пробить «отверстие» и притянуть к себе рассеивающуюся ману, делая ее своей.
Лиана полагала, что у него есть способности к магии. Особый статус при зачислении, беспрецедентный случай в истории. Ректор, которая десятилетиями не показывалась на публике и общалась с миром исключительно через Вице-ректора. Ходили даже слухи, что она давно мертва — настолько надежно она скрылась в недрах Колыбели.
И вдруг Вице-ректор передает ее волю: выбран студент для специального зачисления. Лиана до сих пор качала головой, вспоминая, какой переполох это вызвало. И вот, пройдя через всё это, Ли Ха Юль оказался здесь и теперь мирно спал перед ней.
Узнав обстоятельства, она была крайне удивлена. Но раз уж сама Ректор выбрала его, талант просто обязан был быть. К тому же Атра упоминала о его «неоднозначном» даре.
«— Неоднозначный талант? Не выдающийся и не посредственный, что именно это значит?
— Именно то, что я сказала. Я и сама не могу до конца его прощупать. Скорость обучения высокая, но... есть в нем что-то странное.
— Э?»
По оценке Атры — какой-то странный талант... Лиана не совсем понимала, что это значит, но раз уж у него были способности к боевым искусствам, она надеялась найти их и здесь. Она хотела проверить это лично и, если талант подтвердится, взяться за его обучение.
Она собиралась понаблюдать, как Ли Ха Юль будет возиться с кристаллом. Чтобы наставлять, нужно сначала увидеть ошибки. Ха Юль взял кристалл, сосредоточился и...
В мгновение ока он выпил магический шар досуха, пока тот буквально не сморщился. Он поглотил энергию с такой жадностью, будто в него вселился нищий, не евший несколько дней.
Это было поразительно. Все этапы — а в его случае их было пять, включая осознание и контроль — он завершил одним махом. Будь это всё, Лиана бы просто восхитилась. Она бы с облегчением подумала: «У него есть дар!» — и начала бы планировать дальнейшие уроки.
Установить контакт, пробить брешь и поглотить ману за один раз — впечатляюще, но не беспрецедентно. Лиана и сама так когда-то сделала. Ха Юль был быстрее, но это не выходило за рамки возможного.
Однако между Лианой и Ли Ха Юлем была существенная разница.
Объем поглощения. Лиана в свое время собрала от силы половину. Ха Юль же забрал почти всё. Он действовал в разы быстрее и при этом вытянул вдвое больше энергии. Но и это не всё. То, что заставило Лиану перейти от восхищения к тревоге, случилось после.
Она окинула взглядом окрестности. Трава под ногами словно померкла, утратив жизненную силу. Можно было списать это на игру воображения, но при сравнении с зеленью чуть поодаль разница становилась очевидной. Более того, если присмотреться к потокам маны, ее концентрация в воздухе заметно снизилась.
Радиус воздействия был невелик — от силы пара метров. Но суть заключалась в том, что он поглотил не только ману кристалла, но и энергию окружающего пространства.
И был еще один, самый серьезный вопрос.
Лиана подняла правую руку. Ту самую, которую она положила на руку Ха Юля, когда тот держал кристалл, чтобы подать сигнал. Поразительно, невероятно, но... Ха Юль поглотил и ее ману тоже.
Конечно, это произошло потому, что она окутала руку энергией и не сопротивлялась. Захоти она выставить щит, Ли Ха Юль не смог бы коснуться ее маны и на йоту.
...Но так ли это на самом деле?
Лиана убеждала себя в этом, но в глубине души не могла избавиться от сомнения. Атра говорила: «странный талант». Нечто инородное, отличающееся от обычных способностей. Лиана почувствовала то же самое. Пусть их сферы различались, она тоже ощутила эту чужеродность в его даре.
Как бы это назвать...
Взгляд Лианы скользнул по Ха Юлю, затем по обесцвеченному кристаллу, по пожухлой траве и остановился на собственной руке.
Пожалуй, это можно сравнить с правами доступа. Словно его уровень допуска к мане в корне отличается от обычного. Теперь понятно, почему Атра, даже оказывая на него давление, не могла быстро во всём разобраться. Это действительно нечто из ряда вон выходящее.
Лиана с улыбкой протянула руку и коснулась его мягких волос. К этому ощущению легко было привыкнуть.
***
Син Сёюль привыкла вставать рано.
Особой причины не было, ей просто нравился предрассветный воздух. Свежий, прохладный, но не обжигающий — он словно очищал всё внутри. И мягкий, еще не палящий свет солнца ей тоже был по душе. Поэтому, если случалось проснуться на рассвете, она отправлялась на пробежку.
Удобная одежда, влажное спортивное полотенце на шее и недолгий забег. В такие моменты, когда ты несешься сквозь утреннюю прохладу в такт собственному дыханию, наступает удивительное чувство свободы. А после того как стресс улетучивался, наступал момент истинного счастья: сесть где-нибудь неподалеку и съесть прихваченные из общежития сладости.
Вкус холодного сладкого кофе, вливающегося в разогретое после бега тело, — это было блаженство, которое трудно описать словами.
— ...
Рука, сжимающая стакан кофе за восемь с половиной тысяч вон, мелко задрожала. Сёюль не страдала тремором, она была здоровой девушкой, не знающей болезней. Но рука дрожала. И лицо ее словно застыло. Отчасти виной тому был холодный утренний воздух, но в основном — внезапно похолодевшее на душе чувство.
Она забрела в парк, окутанный рассветным туманом. Прогулочные тропы среди зелени выглядели очень живописно, и Сёюль решила пройтись к озеру.
И там она увидела это.
Ли Ха Юль спал, свернувшись на траве у воды.
«Милашка», — была ее первая мысль. Его внешность и впрямь располагала к таким эпитетам. Тонкие, мягкие черты лица. Глядя на него, Сёюль порой чувствовала досаду, потому что он казался красивее ее самой, а в следующий миг — изумление, потому что он был чертовски хорош собой.
Наверняка эта внешность сыграла не последнюю роль в том, что неприязнь к нему как к «блатнику» и «льготнику» постепенно сходила на нет. Настоящий эльф, не иначе.
Как-то раз Хон Ёнхва вскользь сравнила его с феей. Видимо, ляпнула не подумав, потому что сразу после этого у нее стало такое каменное лицо, что это невозможно было забыть. Сёюль с подругами тогда еще долго подкалывали ее, спрашивая, не очаровала ли ее лесная фея, за что и получили по шее. Тогда они просто хохотали, но сейчас, глядя на него, Сёюль не могла не согласиться с тем сравнением.
Но! Однако!
Важно было совсем другое.
Рядом с Ли Ха Юлем, спящим у туманного озера, чинно сидела женщина. Даже Сёюль не могла не признать ее ослепительную красоту. Ее зеленые глаза притягивали взгляд даже здесь, среди буйства природной зелени.
Лиана Беллус.
Профессор класса Ипчхун.
Сёюль училась в классе Усу и не была лично знакома с профессором. Она лишь пару раз здоровалась с ней, когда заходила навестить Хон Ёнхву или Пэк Арин. Поэтому она не знала, что их связывает.
Почему они вдвоем в парке в такую рань в выходной день?
Почему Ли Ха Юль так безмятежно спит рядом с ней... и даже укрыт курткой? Очевидно, что куртка не его.
И почему, в конце концов, профессор Лиана гладит его по голове?
Может, на то есть причины? Одно Сёюль знала точно: ей эти причины неизвестны, как неизвестно и то, существуют ли они вообще.
В этот момент Лиана повернула голову. Их взгляды встретились. Глаза профессора на мгновение округлились, но затем она мягко улыбнулась и приложила указательный палец к губам.
«— Тсс».
От этого голоса, прозвучавшего прямо в ушах, Сёюль вздрогнула. Это была передача мысли — техника, позволяющая направлять голос напрямую собеседнику с помощью маны. Это не было уникальной способностью типа телепатии, которой владели некоторые маги поддержки, но опытные сверхлюди иногда использовали этот прием.
— ...
Сёюль помедлила, затем кивнула. Лиана удовлетворенно улыбнулась.
Сёюль развернулась и покинула парк. Она не останавливалась, пока не перестала чувствовать на себе чей-то взгляд. Оглядевшись, она поняла, что рассвет окончательно сменился утром. Людей на улице становилось всё больше.
Сёюль замерла и, нахмурившись, вспомнила о своей подруге. О той самой «красной» подруге со взрывным характером, которая при более близком знакомстве оказывалась неплохим человеком и забавно реагировала на подколки. Та самая девчонка, которая даже перед родителями не особо сдерживалась, перед Ли Ха Юлем вдруг превращалась в скромную барышню, наводя на всех оторопь. Та самая, что спрашивала, какие конфеты любят парни, когда хотела извиниться перед ним...
Взгляд, которым Хон Ёнхва смотрела на Ли Ха Юля...
И недавняя сцена. Спящий в парке Ха Юль и профессор Лиана, которая заботливо укрыла его и гладила по волосам...
Собрав воедино крупицы информации, накопленные за жизнь, Сёюль рискнула сделать вывод. В ее голове прокрутилась целая многосерийная драма.
— О-о...
От шокирующего заключения Сёюль невольно покачала головой.
— М-да... Соперница-то серьезная.
Какой бы крутой ни была ее подруга, в этот раз противник ей достался из высшей лиги.
Часть 22.1
Лиана устала слышать слово «талант» на протяжении всей своей жизни.
Когда она родилась.
Её врождённые способности к мане без особых усилий превосходили способности других людей в десятки раз. У неё было превосходное сродство к мане, что позволяло ей легко контролировать её.
Её способности к манипулированию естественным образом улучшились. Хотя она была ещё слишком молода, чтобы пробудить свои уникальные способности, никто не сомневался, что она станет выдающимся сверхчеловеком.
Пробуждение уникальных способностей.
Уникальная способность элементарного типа, настолько редкая, что она была поистине исключительной, как будто её можно было пересчитать по пальцам. Это был период, когда ожидания от неё взлетели до небес.
И вот так, подхваченная атмосферой, она каким-то образом стала Героем и, не успев опомниться, уже сражалась на африканском фронте.
Это был её собственный выбор. Мысли о том, что лучше спасать людей, чем ничего не делать, и позже, заработав много денег, она сможет спокойно уйти на пенсию...
Несмотря на это, прожив довольно долгое время жизнью Героя, она постоянно сталкивалась с похвалами в адрес своего таланта.
Те, кто хоть немного известен, неизменно талантливы.
Врождённые способности к мане, магии, боевым искусствам и уникальные способности...
Талант, талант, талант.
Она слышала это бесчисленное количество раз. Таланты появлялись во всех мыслимых областях, и вокруг неё талантливых людей было не больше, чем грязи.
На мгновение промелькнули воспоминания из, казалось бы, далёкого прошлого в не столь отдалённое.
Небо сегодня всё ещё было голубым. Это отличалось от того, что происходило на африканских фронтах.
Лиана отвернулась от бессмысленного созерцания неба.
В траве, но не так далеко, чтобы можно было определить разницу в шагах.
Мальчик, который сначала сидел прямо, а потом свернулся калачиком и теперь ровно дышал во сне, был уже в поле зрения.
— Пф-ф-ф.
С её губ сорвался смешок. Сцена была очаровательной. У него и так была привлекательная внешность, поэтому каждая мелочь, которую он делал, казалась восхитительной.
Было ли это следствием превосходства внешности? Или это было обаяние безмятежного характера Ли Ха?
В любом случае, наблюдая за ним, хотелось погладить его по голове.
Время от времени его тело подёргивалось. Теперь, когда она подумала об этом, Ли Ха показался ей особенно чувствительным к холоду.
Лиана на всякий случай достала верхнюю одежду, которую принесла с собой, и накрыла ею Ли Ха.
Как только пальто накрыло его, как одеяло, он, казалось, остался доволен и ещё больше свернулся калачиком, издавая мурлыкающие звуки.
Теперь он полностью зарылся в пальто.
Стараясь не рассмеяться при виде этой сцены, Лиана затаила дыхание. Она чуть не расхохоталась.
Некоторое время она сдерживала смех, но постепенно успокоилась. Сдерживая всё ещё колотящееся сердце, Лиана вспомнила сцену, произошедшую минуту назад.
Хрустальный шар, изготовленный из камня маны. Инструмент, часто используемый для развития базовых навыков манипулирования маной.
Процесс состоял из трёх этапов.
Первым этапом было установление контакта с маной в хрустальном шаре.
Вторым этапом было преодоление сопротивления указанной маны, чтобы проделать отверстие и извлечь её.
Третьим этапом было поглощение извлечённой маны.
Для Ли Ха, который находился на начальном этапе внедрения маны, этот процесс был ещё более сложным.
Перед этими тремя этапами нужно было осознать свою собственную ману и знать, как ею управлять.
Хрустальный шар служил для этого средством. Сами по себе они были едва заметны, но когда их поставили рядом, их характеристики стали более очевидными.
Таким образом...
Ли Ха должен был осознавать свою собственную ману, управлять ею, вытягивать её, чтобы связаться с маной в хрустальном шаре, пробивать её с помощью операции, а затем собирать и создавать свою собственную рассеивающуюся ману.
Лиана решила, что у Ли Ха должен быть талант, связанный с маной.
Он был студентом специальной приёмной комиссии. Не было прецедента, чтобы студент его статуса был принят.
Директор, который, за исключением сообщений, передаваемых через заместителя директора в течение десятилетий до этого, полностью прекратил внешнюю деятельность.
В связи с теориями заговора, утверждавшими, что она на самом деле может быть мертва, она скрывалась где-то в Башне Роста в течение многих лет.
В разгар этого разговора заместитель директора школы передала своё сообщение.
Они выбрали ученика с особыми потребностями.
Вспоминая тогдашнюю суматоху, она даже сейчас недоверчиво качала головой.
После различных событий человеком, который вошел в Башню Роста и теперь крепко спал на глазах у Лианы, был Ли Ха.
Она тоже была потрясена, когда узнала о сложившейся ситуации.
Оставляя в стороне процесс и причину, директор лично выбрала его, поэтому она считала, что у него должен быть талант.
Действительно, из того, что она слышала от Атры, он обладал тонким талантом.
— «Тонкий талант»? Не выдающийся и не незначительный, что именно это значит?
— Как и было сказано. Даже я не совсем поняла. Он быстро учится, но... что-то здесь не так.
— Ах?
По оценке Атры. Странный талант...
Хотя она не была уверена в его значении, поскольку говорили, что у него талант к боевым искусствам, возможно, у него был талант и в этой области.
Она планировала подтвердить это и лично направить его, если у него действительно был талант.
Поэтому Лиана намеревалась посмотреть, как Ли Ха борется с хрустальным шаром, только один раз. Ей нужно было знать, в чём проблема, если она хотела на что-то указать.
А затем Ли Ха сосредоточился на хрустальном шаре.
В одно мгновение он выжал хрустальный шар досуха, жадно поглощая всё до последней крошки. Это было похоже на то, как голодающий нищий поглощает пищу после нескольких дней голодания.
Это было замечательное событие. Первоначальные три этапа — в случае Ли Ха, почти пять, связанные с самосознанием и манипуляцией, — были пройдены одновременно.
Если бы это было всё, Лиана бы просто восхитилась талантом Ли Ха. Она бы вздохнула с облегчением, думая, что у него есть талант, и задумалась бы, как его научить.
Устанавливая контакт с маной, проникая сквозь неё, извлекая её и поглощая высвобождённую ману.
Удивительно, но не беспрецедентно. Лиана сама сделала это. Хотя Ли Ха был намного быстрее, это не было чем-то невероятным.
Однако между Лианой и Ли Ха была разница.
Количество поглощённой пищи. Лиана едва справилась с половиной? Ли Ха забрал почти всё. Он был невероятно быстр и забрал в два раза больше.
И это было ещё не всё. То, что произошло дальше, вызвало у Лианы не только восхищение, но и странность.
Лиана незаметно огляделась по сторонам. Трава на земле казалась слегка обессиленной.
Возможно, это всего лишь игра её воображения, но когда она внимательно сравнила её с травой, растущей дальше, то заметила заметную разницу.
Прежде всего, при ближайшем рассмотрении стало ясно, что концентрация маны поблизости значительно снизилась.
Часть 22.2
Зона воздействия была невелика. Максимум в радиусе двух метров.
Что было важно, так это то, что помимо маны хрустального шара, поглощалась и мана окружающего пространства.
И что ещё более важно...
В текущей ситуации это был самый серьёзный вопрос.
Лиана подняла правую руку. В том месте, где она положила ладонь на Ли Ха, когда он держал хрустальный шар, чтобы подать сигнал...
Поразительно, невероятно.
Ли Ха также поглотил ману Лианы.
Конечно, это было возможно, потому что её тело было окутано маной, и потому что она не сопротивлялась.
Если бы она захотела сопротивляться, Ли Ха вообще не смог бы пробить брешь в её мане.
...Неужели он действительно не смог бы?
Размышляя об этом, Лиана не могла избавиться от маленького, затаившегося сомнения.
Атра сказала это. Странный талант. Нечто, по сути, отличное от обычных талантов.
Лиана тоже это почувствовала. Хотя и в другой категории, она также оценила талант Ли Ха как странный.
Что с этим делать...
Взгляд Лианы скользнул по Ли Ха, бесцветному хрустальному шару, растительности вокруг и её собственной правой руке.
Может ли аналогия быть такой?
Как будто у него были другие права доступа. Что-то в его способности к мане казалось необычным.
Она понимала, почему Атре, несмотря на её настойчивость, потребовалось время, чтобы определить это. Это было действительно необычно.
Лиана усмехнулась и протянула руку. Она коснулась мягких прядей волос.
Это было захватывающее ощущение.
* * *
Шин Союль любила рано вставать по утрам.
Для этого не было особой причины. Ей просто нравилась необычность утреннего воздуха. Он был прохладным, но не слишком холодным, и это ощущение освежало её изнутри. Она наслаждалась мягким солнечным теплом, но не слишком жарким.
Поэтому время от времени, просыпаясь рано по утрам, она отправлялась на пробежку.
Одетая в удобную одежду и обмотав шею спортивным полотенцем, слегка смоченным водой, она с удовольствием пробегала короткие дистанции.
Бег, окутанный утренним воздухом, в подходящем темпе приносил ей ощущение освобождения, как будто в груди у неё стало легче.
После этого можно было перекусить, принесёнными из общежития закусками, сидя где-нибудь поблизости.
Только что после пробежки вкус прохладного сладкого кофе, налитого в тело, которое начинает разогреваться, доставляет неописуемое удовольствие.
— ...
Рука, державшая чашку с кофе стоимостью 8.500 вон (включая налог с продаж), слегка дрожала. Она не страдала болезнью Паркинсона. Она была здоровой девушкой, не склонной к лёгким недомоганиям.
И всё же её рука дрожала. Её лицо стало холодным. Это было не только из-за холодного рассветного воздуха, но и из-за того, что она чувствовала озноб.
Парк был пропитан атмосферой, которая резко выделялась среди зелени. Её взгляд был прикован к живописным дорожкам для прогулок среди деревьев, которые придавали парку невероятное очарование.
И тут она увидела это.
Ли Ха крепко спал, свернувшись калачиком на траве у озера.
Мило.
Таково было её первое впечатление. Разве его внешность не была создана для того, чтобы подчеркнуть привлекательность?
Черты лица были тонкими и плавными. Глядя на его лицо, каким бы нелепым оно ни было, временами он казался ей красивее, чем она, а при повторном взгляде — просто смешным.
Критика о том, что он был «золотым парашютом» или пристрастным «особым случаем», была отброшена, без сомнения, отчасти из-за его внешности.
На самом деле, не было необходимости в другой фее.
Однажды Ен Хва мимоходом сравнила Ли Ха с феей.
Была ли это оговорка или нет, но она сразу же осознала свою ошибку, и в какой-то момент выражение её лица стало каменным.
Впоследствии в памяти всплыл эпизод, в котором её и её друзей дразнили за то, что они были очарованы «феей», и в ответ они получили несколько ударов.
Тогда они все громко смеялись, но, увидев Ли Ха сейчас, согласилась с комментарием «фея».
Но! Однако!
Это было не самое главное.
Возле озера, покрытого рассветным туманом, лежит Ли Ха... и женщина, которая чопорно сидела рядом с ним.
Шин Союль не могла не восхититься красотой этой женщины даже в своих собственных глазах.
В этом оживлённом месте её зелёные глаза были исключительно притягательными.
Лиана Велус.
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...