За свою жизнь Лиана слышала слово «талант» столько раз, что оно набило ей оскомину.
С самого рождения всё было предопределено. Ее врожденный запас маны в десятки раз превышал показатели обычных людей. Блестящая предрасположенность позволяла ей играючи управлять энергией, что само собой вело к оттачиванию мастерства контроля. Даже в юном возрасте, еще до пробуждения уникальной способности, никто не сомневался: она станет выдающимся сверхчеловеком.
Затем последовало пробуждение. Уникальная способность типа «дух» — явление настолько редкое, что обладателей подобного дара во всем мире можно было пересчитать по пальцам. В то время ожидания, возлагаемые на нее, взлетели до небес.
Подхваченная этим вихрем, она как-то сама собой стала героем и сама собой оказалась на Африканском фронте. Конечно, это был и ее собственный выбор. Лиана считала, что лучше спасать людей, чем сидеть сложа руки. К тому же платили баснословные деньги — она думала о том, как выйдет на пенсию и будет жить в свое удовольствие...
Так или иначе, она довольно долго вела жизнь героя, и на этом пути слово «талант» преследовало ее неотступно. Стоило кому-то прославиться, как его тут же клеймили талантливым. Врожденный дар к мане, талант к магии, к боевым искусствам, уникальные способности...
Талант, талант, талант.
Она слышала это бесконечно. Одаренные личности всплывали в самых разных областях, и куда ни глянь, вокруг всегда возвышались горы из «гениев».
Лиана невольно погрузилась в воспоминания — от тех, что казались бесконечно далекими, до совсем недавних.
Небо сегодня было по-прежнему лазурным. Совсем не таким, как над Африканским фронтом. Лиана задумчиво смотрела ввысь, а затем перевела взгляд в сторону.
Буквально в паре шагов от нее, на траве, лежал юноша. От его первоначальной чинной позы не осталось и следа: теперь он свернулся калачиком, словно креветка, и мерно посапывал.
— Фых.
Тихий смешок сорвался с ее губ. Выглядел он донельзя мило. С такой внешностью любое его действие казалось очаровательным. Было ли это следствием предвзятости к красивым людям или же личным обаянием кроткого Ли Ха Юля? В любом случае, глядя на него, так и подмывало погладить его по голове.
Она заметила, как он время от времени вздрагивает. Похоже, Ли Ха Юль был особенно чувствителен к холоду. Лиана достала верхнюю одежду, которую прихватила на всякий случай, и накрыла его. Юноша, словно почувствовав уютное одеяло, довольно замурлыкал во сне и сжался еще сильнее, окончательно зарываясь в куртку.
При виде этой картины Лиана затаила дыхание, сдерживая смех. Еще секунда — и она бы расхохоталась в голос. Ей пришлось мысленно призывать себя к спокойствию, пока веселье не улеглось. Успокаивая всё еще трепещущее сердце, Лиана вернулась мыслями к тому, что произошло совсем недавно.
Магический кристалл, созданный из манового камня, — излюбленный инструмент для тренировки базовых навыков управления энергией. Процесс состоит из трех этапов.
Первый — войти в контакт с маной внутри кристалла.
Второй — преодолеть сопротивление, пробить брешь и высвободить энергию.
Третий — подчинить и поглотить извлеченную ману.
Для Ли Ха Юля, который только начинал свой путь, эта задача была в разы сложнее. Ведь прежде чем приступать к этапам, нужно осознать собственную ману и научиться ею управлять. Кристаллы служили лишь посредниками. По одному сложно понять особенности своей энергии, но если поставить два разных рядом, их характеристики проявляются отчетливее.
Иными словами, Ха Юль должен был осознать свою ману, направить ее вовне, войти в контакт с энергией кристалла, пробить «отверстие» и притянуть к себе рассеивающуюся ману, делая ее своей.
Лиана полагала, что у него есть способности к магии. Особый статус при зачислении, беспрецедентный случай в истории. Ректор, которая десятилетиями не показывалась на публике и общалась с миром исключительно через Вице-ректора. Ходили даже слухи, что она давно мертва — настолько надежно она скрылась в недрах Колыбели.
И вдруг Вице-ректор передает ее волю: выбран студент для специального зачисления. Лиана до сих пор качала головой, вспоминая, какой переполох это вызвало. И вот, пройдя через всё это, Ли Ха Юль оказался здесь и теперь мирно спал перед ней.
Узнав обстоятельства, она была крайне удивлена. Но раз уж сама Ректор выбрала его, талант просто обязан был быть. К тому же Атра упоминала о его «неоднозначном» даре.
«— Неоднозначный талант? Не выдающийся и не посредственный, что именно это значит?
— Именно то, что я сказала. Я и сама не могу до конца его прощупать. Скорость обучения высокая, но... есть в нем что-то странное.
— Э?»
По оценке Атры — какой-то странный талант... Лиана не совсем понимала, что это значит, но раз уж у него были способности к боевым искусствам, она надеялась найти их и здесь. Она хотела проверить это лично и, если талант подтвердится, взяться за его обучение.
Она собиралась понаблюдать, как Ли Ха Юль будет возиться с кристаллом. Чтобы наставлять, нужно сначала увидеть ошибки. Ха Юль взял кристалл, сосредоточился и...
В мгновение ока он выпил магический шар досуха, пока тот буквально не сморщился. Он поглотил энергию с такой жадностью, будто в него вселился нищий, не евший несколько дней.
Это было поразительно. Все этапы — а в его случае их было пять, включая осознание и контроль — он завершил одним махом. Будь это всё, Лиана бы просто восхитилась. Она бы с облегчением подумала: «У него есть дар!» — и начала бы планировать дальнейшие уроки.
Установить контакт, пробить брешь и поглотить ману за один раз — впечатляюще, но не беспрецедентно. Лиана и сама так когда-то сделала. Ха Юль был быстрее, но это не выходило за рамки возможного.
Однако между Лианой и Ли Ха Юлем была существенная разница.
Объем поглощения. Лиана в свое время собрала от силы половину. Ха Юль же забрал почти всё. Он действовал в разы быстрее и при этом вытянул вдвое больше энергии. Но и это не всё. То, что заставило Лиану перейти от восхищения к тревоге, случилось после.
Она окинула взглядом окрестности. Трава под ногами словно померкла, утратив жизненную силу. Можно было списать это на игру воображения, но при сравнении с зеленью чуть поодаль разница становилась очевидной. Более того, если присмотреться к потокам маны, ее концентрация в воздухе заметно снизилась.
Радиус воздействия был невелик — от силы пара метров. Но суть заключалась в том, что он поглотил не только ману кристалла, но и энергию окружающего пространства.
И был еще один, самый серьезный вопрос.
Лиана подняла правую руку. Ту самую, которую она положила на руку Ха Юля, когда тот держал кристалл, чтобы подать сигнал. Поразительно, невероятно, но... Ха Юль поглотил и ее ману тоже.
Конечно, это произошло потому, что она окутала руку энергией и не сопротивлялась. Захоти она выставить щит, Ли Ха Юль не смог бы коснуться ее маны и на йоту.
...Но так ли это на самом деле?
Лиана убеждала себя в этом, но в глубине души не могла избавиться от сомнения. Атра говорила: «странный талант». Нечто инородное, отличающееся от обычных способностей. Лиана почувствовала то же самое. Пусть их сферы различались, она тоже ощутила эту чужеродность в его даре.
Как бы это назвать...
Взгляд Лианы скользнул по Ха Юлю, затем по обесцвеченному кристаллу, по пожухлой траве и остановился на собственной руке.
Пожалуй, это можно сравнить с правами доступа. Словно его уровень допуска к мане в корне отличается от обычного. Теперь понятно, почему Атра, даже оказывая на него давление, не могла быстро во всём разобраться. Это действительно нечто из ряда вон выходящее.
Лиана с улыбкой протянула руку и коснулась его мягких волос. К этому ощущению легко было привыкнуть.
***
Син Сёюль привыкла вставать рано.
Особой причины не было, ей просто нравился предрассветный воздух. Свежий, прохладный, но не обжигающий — он словно очищал всё внутри. И мягкий, еще не палящий свет солнца ей тоже был по душе. Поэтому, если случалось проснуться на рассвете, она отправлялась на пробежку.
Удобная одежда, влажное спортивное полотенце на шее и недолгий забег. В такие моменты, когда ты несешься сквозь утреннюю прохладу в такт собственному дыханию, наступает удивительное чувство свободы. А после того как стресс улетучивался, наступал момент истинного счастья: сесть где-нибудь неподалеку и съесть прихваченные из общежития сладости.
Вкус холодного сладкого кофе, вливающегося в разогретое после бега тело, — это было блаженство, которое трудно описать словами.
— ...
Рука, сжимающая стакан кофе за восемь с половиной тысяч вон, мелко задрожала. Сёюль не страдала тремором, она была здоровой девушкой, не знающей болезней. Но рука дрожала. И лицо ее словно застыло. Отчасти виной тому был холодный утренний воздух, но в основном — внезапно похолодевшее на душе чувство.
Она забрела в парк, окутанный рассветным туманом. Прогулочные тропы среди зелени выглядели очень живописно, и Сёюль решила пройтись к озеру.
И там она увидела это.
Ли Ха Юль спал, свернувшись на траве у воды.
«Милашка», — была ее первая мысль. Его внешность и впрямь располагала к таким эпитетам. Тонкие, мягкие черты лица. Глядя на него, Сёюль порой чувствовала досаду, потому что он казался красивее ее самой, а в следующий миг — изумление, потому что он был чертовски хорош собой.
Наверняка эта внешность сыграла не последнюю роль в том, что неприязнь к нему как к «блатнику» и «льготнику» постепенно сходила на нет. Настоящий эльф, не иначе.
Как-то раз Хон Ёнхва вскользь сравнила его с феей. Видимо, ляпнула не подумав, потому что сразу после этого у нее стало такое каменное лицо, что это невозможно было забыть. Сёюль с подругами тогда еще долго подкалывали ее, спрашивая, не очаровала ли ее лесная фея, за что и получили по шее. Тогда они просто хохотали, но сейчас, глядя на него, Сёюль не могла не согласиться с тем сравнением.
Но! Однако!
Важно было совсем другое.
Рядом с Ли Ха Юлем, спящим у туманного озера, чинно сидела женщина. Даже Сёюль не могла не признать ее ослепительную красоту. Ее зеленые глаза притягивали взгляд даже здесь, среди буйства природной зелени.
Лиана Беллус.
Профессор класса Ипчхун.
Сёюль училась в классе Усу и не была лично знакома с профессором. Она лишь пару раз здоровалась с ней, когда заходила навестить Хон Ёнхву или Пэк Арин. Поэтому она не знала, что их связывает.
Почему они вдвоем в парке в такую рань в выходной день?
Почему Ли Ха Юль так безмятежно спит рядом с ней... и даже укрыт курткой? Очевидно, что куртка не его.
И почему, в конце концов, профессор Лиана гладит его по голове?
Может, на то есть причины? Одно Сёюль знала точно: ей эти причины неизвестны, как неизвестно и то, существуют ли они вообще.
В этот момент Лиана повернула голову. Их взгляды встретились. Глаза профессора на мгновение округлились, но затем она мягко улыбнулась и приложила указательный палец к губам.
«— Тсс».
От этого голоса, прозвучавшего прямо в ушах, Сёюль вздрогнула. Это была передача мысли — техника, позволяющая направлять голос напрямую собеседнику с помощью маны. Это не было уникальной способностью типа телепатии, которой владели некоторые маги поддержки, но опытные сверхлюди иногда использовали этот прием.
— ...
Сёюль помедлила, затем кивнула. Лиана удовлетворенно улыбнулась.
Сёюль развернулась и покинула парк. Она не останавливалась, пока не перестала чувствовать на себе чей-то взгляд. Оглядевшись, она поняла, что рассвет окончательно сменился утром. Людей на улице становилось всё больше.
Сёюль замерла и, нахмурившись, вспомнила о своей подруге. О той самой «красной» подруге со взрывным характером, которая при более близком знакомстве оказывалась неплохим человеком и забавно реагировала на подколки. Та самая девчонка, которая даже перед родителями не особо сдерживалась, перед Ли Ха Юлем вдруг превращалась в скромную барышню, наводя на всех оторопь. Та самая, что спрашивала, какие конфеты любят парни, когда хотела извиниться перед ним...
Взгляд, которым Хон Ёнхва смотрела на Ли Ха Юля...
И недавняя сцена. Спящий в парке Ха Юль и профессор Лиана, которая заботливо укрыла его и гладила по волосам...
Собрав воедино крупицы информации, накопленные за жизнь, Сёюль рискнула сделать вывод. В ее голове прокрутилась целая многосерийная драма.
— О-о...
От шокирующего заключения Сёюль невольно покачала головой.
— М-да... Соперница-то серьезная.
Какой бы крутой ни была ее подруга, в этот раз противник ей достался из высшей лиги.

Комментарии

Загрузка...