После разговора с виконтессой Мюллер Вильгельм прибыл к величественному особняку на окраине столицы, отличавшемуся старинным, но крепким фасадом.
Миновав железные главные ворота поместья, а вовсе не ворота Академии, он подошёл к парадному входу. Вышедший навстречу дворецкий средних лет низко поклонился и с почтением поприветствовал его:
— Вы прибыли, генерал.
Однако в этом приветствии сквозила странная неестественность. Слуге благородного дома полагалось двигаться мягко, но с отточенной выверенностью в каждом жесте. Стоявшему же перед ним дворецкому эта мягкость давалась с явным трудом: кончики его пальцев были намертво прижаты к швам брюк — выправка, типичная для солдата перед смотровым строем.
Заметив это, Вильгельм усмехнулся:
— Когда ты уже выбьешь из себя эту армейскую привычку? На тебе фрак, но за версту видно унтер-офицера.
На шутливый укор Вильгельма дворецкий неловко рассмеялся:
— Всю жизнь носил мундир и отдавал честь, так что переучиться не так-то просто, как хотелось бы. Ха-ха.
— Хо-хо, ну и шельмец.
С довольным видом Вильгельм пару раз похлопал крепкого дворецкого по плечу. Люди, которые даже спустя годы после отставки не могли избавиться от въевшейся до мозга костей военной дисциплины... Именно поэтому рядом с солдатской суровостью Вильгельм чувствовал себя гораздо уютнее, чем среди аристократического этикета.
— Веди.
— Есть! Прошу за мной! — бодро отозвался дворецкий и зашагал вперёд.
Спустя мгновение.
*Скрип.*
Дверь в гостиную в глубине особняка распахнулась. До носа донёсся густой аромат сигар и кофе. Вокруг большого круглого стола в центре комнаты собрались несколько пожилых джентльменов с белоснежными волосами, но со взглядами столь же острыми, как во времена их действительной службы.
— О, Вильгельм. Ты пришёл.
— Добро пожаловать.
Пожилые джентльмены привстали со своих мест, приветствуя Вильгельма. Все они были легендарными генералами, когда-то командовавшими передовыми рубежами Имперской армии и руководившими войсками со звёздами на плечах. Хоть они и вышли в отставку, сменив мундиры на гражданское платье, исходившая от них аура живо напоминала о годах расцвета.
— Смотрю, все собрались пораньше.
Вильгельм привычно занял свободное место и обменялся короткими взглядами-приветствиями с боевыми товарищами за круглым столом.
Опустившись на стул, Вильгельм невольно перевёл взгляд на одну из стен гостиной. Там, вместо витиеватых витрин или аристократических портретов, висела одинокая картина, написанная насыщенными красками: кроваво-красная луна, сияющая в полном одиночестве на фоне иссиня-чёрного ночного неба.
Мимолётный след ностальгии промелькнул в морщинистых глазах Вильгельма при взгляде на полотно.
◇ ◇ ◇
*Дзинь.*
Дворецкий поставил перед Вильгельмом чашку дымящегося кофе и бесшумно покинул комнату. Атмосфера за круглым столом приобрела куда более серьёзный характер.
Пожилой джентльмен во главе стола, носивший старинный монокль на правом глазу, подпёр сцепленными руками подбородок и заговорил:
— Итак.
Его острый взгляд из-под монокля устремился на Вильгельма.
— Как прошёл утренний разговор с виконтессой Мюллер?
Взгляды всех присутствующих стариков приковались к губам Вильгельма. В повисшей тишине, казалось, затихло даже дыхание. Вильгельм спокойно поднял чашку кофе и, мгновение понаслаждавшись горьковатым ароматом, опустил её с лёгкой улыбкой.
Ведь сегодня он мог порадовать этих старых тигров поистине добрыми вестями.
— Она согласилась.
— О-о-о!..
— Какое облегчение. Какое же облегчение!
Старые джентльмены за круглым столом возликовали, словно соревнуясь, кто обрадуется громче. Одни с облегчением шумно выдохнули, другие сжали плечи сидящих рядом товарищей, разделяя общую радость.
Каждый из собравшихся здесь считал предыдущего главу дома Роганна, незнатного южного рода, боевым братом, с которым они делили самую горячую кровь. Тот был истинным патриотом, молча поддерживавшим Имперскую армию: без единой жалобы он брался за опаснейшее военное снабжение и тайные проекты, от которых зависела судьба Империи.
Однако когда десять лет назад он погиб при сомнительных обстоятельствах, а дом Роганна затянуло в водоворот борьбы за власть, они не смогли так просто протянуть руку помощи. Для кадровых военных самовольное вмешательство в наследование чужого дворянского титула стало бы проявлением неуважения к Его Величеству Императору.
«Но не теперь».
Вильгельм уверенным взглядом обвёл соратников за круглым столом. Теперь каждый присутствующий стал гражданским, сбросившим с плеч тяжесть мундира.
— Ты совершил великое дело, Вильгельм, — искренне похвалил его пожилой джентльмен в монокле. — Подумать только, уломал саму главу Торговой гильдии Мюллер. Никогда бы не подумал, что ты так красноречив, ведь ты всю жизнь держал в руках лишь рукоять меча.
— Надеюсь, это дело выгорит, и пошатнувшийся дом Роганна удастся восстановить.
— Да. Тогда нам не стыдно будет предстать перед прежним главой на том свете и закрыть глаза со спокойной душой.
В ответ на похвалу товарищей Вильгельм от души рассмеялся и покачал головой:
— Попридержите похвалу. Настоящая заслуга здесь вовсе не в моём подвешенном языке.
— Хм?
— Разве не очевидно? Всё благодаря второму сыну придворного графа, который сам вызвался быть приманкой.
Хотя уговоры и обошлись в весьма кругленькую сумму.
Глубокие морщины вокруг глаз Вильгельма изогнулись в довольной улыбке.
◇ ◇ ◇
Заведение, куда мы пришли вместе с Люциусом, походило на атмосферный холл роскошного отеля с мраморными полами и стенами.
...Вот только прямо под люстрой, на шикарном мраморном столе с золотой каймой, стояла жаровня, и на ней вовсю шкворчал самгёпсаль.
*Пш-ш-ш-ш!..*
Масло брызгало во все стороны, и неистовый аромат жареного мяса заполнял всё вокруг.
— ...Ого, — подперев щёку ладонью, я ошеломлённо уставился на жаровню и пробормотал: — Дожили, своими глазами это вижу.
Это был один из тех самых побочных эпизодов, что всплывали в памяти наряду с хлопотным основным сюжетом о Фронте освобождения Красной Луны или как его там. Элитное заведение с самгёпсалем и роскошным интерьером под стать гостиничному холлу.
О чём вообще думал автор оригинала, выкатывая подобную дичь? Самгёпсаль в фэнтезийном мире?
Не то чтобы я против, раз уж мне суждено жить здесь до конца дней.
— Прямо сейчас это самое знаменитое и популярное место в столице, — сидевший напротив Люциус вытер руки салфеткой и ухмыльнулся. — Когда оно только открылось, я очень сомневался, пойдут ли благородные барышни туда, где во все стороны летит жир.
— Как бы не так, — я впился взглядом в скворчащее на решётке мясо и бросил: — Даже если это грозит испортить наряды, они из кожи вон лезть будут, лишь бы тут поесть.
Стоил ли самгёпсаль таких жертв с точки зрения местных, я не знал. Но я-то кореец до мозга костей, так что от этого шкворчания масла на глаза наворачивались слёзы тоски по родине.
— Всё готово. Можете приступать к трапезе.
Официант во фраке с щипцами и ножницами в руках вежливо поклонился и отступил назад.
«Жарить самгёпсаль в таком прикиде...»
Когнитивный диссонанс просто зашкаливал.
Я взял стоявший рядом хрустальный графин с виски, плеснул янтарный напиток в два рокса со льдом и придвинул один бокал Люциусу:
— Можешь не пить, если не хочешь.
— Выпью, — Люциус принял бокал и слегка кивнул. — Сегодня мне хочется выпить.
«В оригинале этот парень вроде не был любителем выпивки, нет?»
Что это с ним сегодня?
Как бы то ни было, я поднял свой бокал, сделал глоток, чтобы смочить горло, и тут же взялся за вилку.
«Самгёпсаль завезли, а палочки где?»
Впрочем, всё стало ясно ещё тогда, когда вместо соджу тут подали виски. Но это мелочи.
Я подцепил толстый, отлично прожаренный ломтик самгёпсаля, слегка обмакнул его в блюдечко с крупной солью и чёрным перцем, положил сверху острый кружочек халапеньо и отправил всё прямо в рот.
— ...Ха-а.
Невероятно.
Сочный свиной жир взрывается во рту, соль подчёркивает насыщенный мясной вкус, а острота халапеньо идеально сбивает излишнюю маслянистость. Едва проглотив мясо, я тут же сделал глоток виски.
А-а-а.
Крепкий алкоголь прокатился по пищеводу, смывая всякую жирность.
Недоделанный ресторан в недоделанном мире.
Но, чёрт возьми, тоску по родине он лечит на ура.
Люциус, до этого чинно и аккуратно евший мясо напротив меня, опустил вилку и произнёс:
— Похоже, мне не стоило ничего объяснять?
— О чём ты?
— О том, как есть это мясо. Культура питания весьма экзотическая — большинство новичков теряются, но вы, сэр Кассиан, выглядели так, будто делаете это далеко не в первый раз.
Я хмыкнул:
— В других вещах я, может, и не смыслю, но в этом? Твои объяснения мне точно ни к чему. Зуб даю. Руку на отсечение готов отдать.
Пока я подцеплял следующий кусок мяса, Люциус тихо усмехнулся:
— Неужели это стоит руки?
— Разумеется. К мясу нужно относиться с должным уважением.
Какое-то время мы молча сосредоточились на убывающем с жаровни мясе и опустошении бокалов.
Когда мы в меру насытились, а алкоголь приятно разогнал кровь по жилам...
Я перешёл к главному разговору.
— Итак.
*Дзинь.*
Я положил вилку на тарелку и спросил:
— Насчёт этой «репетиции»... что именно ты хочешь услышать?
Я уже попросил брата подготовить маршрут в Ботаническом саду Арген. Но поскольку Люциус хвастался, что сам выберет место и время для продолжения свидания, окончательный план ни с одной из сторон пока утверждён не был.
Главное, этот тип понятия не имел, что я составил собственный маршрут. А зная этого помешанного на сестре психа, любой предложенный им вариант довёл бы уровень стресса до предела — с пафосным размахом, будто они вот-вот зашагают по ковровой дорожке к алтарю. Вот почему я заранее попросил брата о запасном плане.
— А. По поводу маршрута для свидания на этих выходных, — Люциус, словно только этого и ждал, переменился в лице.
«А-а».
Это выражение. Эта улыбочка одними глазами.
Я решил нанести упреждающий удар ещё до того, как он раскроет рот:
— Знаешь, я даже слушать не хочу.
— Как-то это жестоко — сам ведь спросил. В чём дело?
— Будто я сам не понимаю, — я ткнул в него пальцем и отрезал: — К гадалке не ходи: ты спланировал нечто невероятно, запредельно и чертовски обременительное.
— О боже, — Люциус преувеличенно пожал плечами. — Я лишь намекнул на общую атмосферу и не назвал ни одной конкретной точки.
— Ещё бы. Да у тебя на роже всё написано, придурок.
— Но... — прищуренные глаза Люциуса слегка сузились: — Значит ли это, что вы намерены явиться к моей сестре без малейшей подготовки?
— С чего бы это?
Я что, с дуба рухнул?
Зачем мне навлекать на себя гнев помешанного на сестрёнке психа?
— У меня уже всё распланировано. Другая программа.
— О, — глаза Люциуса округлились. — Где именно?
— В оранжерее. В чайном домике внутри Ботанического сада Арген, — я допил оставшийся в бокале виски и добавил: — Солнечное, тёплое место. И для прогулки отлично подойдёт, и для чая.
Услышав это, Люциус медленно приоткрыл рот:
— ...Хорошо, — он кивнул с искренне удовлетворённым видом. — Очень хорошо. Для Софии это подходит куда больше, чем любое из подготовленных мною мест.
«Планировал не я, но отдадим должное вкусу моего брата».
— Так что завязывай с этой ерундой насчёт репетиции свидания.
— Хотите сказать что-то ещё?
Я слегка кивнул, глядя прямо в его голубые глаза.
На самом деле было кое-что, о чём мне хотелось поговорить куда больше, чем о маршруте свидания.
Ощущение диссонанса, не покидавшее меня с тех самых пор, как этот парень заявился во время дневной лекции. Он ни за что не стал бы искать со мной встречи без веской причины. И ведь сегодня он действительно пришёл под предлогом репетиции.
Вот только... эта репетиция казалась лишь ширмой.
— У тебя сегодня что-то стряслось?
— ...
*Дзинь.*
Люциус замер на полпути, поднимая бокал со льдом. Он ничего не ответил, лишь молча уставился на меня. Его вечно расслабленные улыбающиеся глаза приоткрылись, и затаившаяся в их глубине усталость внезапно вырвалась наружу.
— Что вы имеете в виду? — спустя мгновение уголки его губ снова поползли вверх, и он невозмутимо ответил: — Что со мной вообще могло случиться? Обычный мирный день: наслаждаюсь отличным мясом в компании сэра Кассиана и планирую выходные.
— Ты врёшь.
Взгляд Люциуса, до этого прикованный к пустому бокалу, метнулся ко мне:
— Вы правда хотите спросить?
Невозмутимость Люциуса дала трещину.
«Непроницаемая маска этого хитреца трещит по швам. А я хорош, провернул нечто впечатляющее».
***
Переводил и редактировал — Afmos

Комментарии

Загрузка...