◇ ◇ ◇
В агентстве «SS Энтертейнмент» утро выдалось беспокойным. Всему виной была скандальная статья об их подопечном, актёре Шин Джинсопе.
— Да-да. Мы пока выясняем обстоятельства. А, да. Да, тогда рассчитываем на вас.
Руководитель группы Пак опустил телефон, завершив разговор.
— Фух...
Тяжёлый вздох вырвался сам собой. Что вообще за переполох с самого утра?
— Что они говорят?
— Твердят одно и то же. Мол, они просто получили наводку от информатора.
— ... Ясно.
Никто иного от них с самого начала и не ждал.
Вот за это он и терпеть не мог журналистов. Вечно одна и та же песня: «право общественности знать» и всё в таком духе.
Правда это или нет, а оправдываться и всё объяснять в итоге приходится агентству.
— Как там Джинсоп-хён?
— Отдыхает пока в комнате отдыха.
— И что он говорит?
— Остывает. Сами знаете, какой у него крутой нрав, когда дело касается съёмок. А тут работе помешали, так что...
Раз уж грянул такой скандал, даже если всё уладится в кратчайшие сроки, заморозка рабочего графика на какое-то время казалась уже решённым вопросом.
Ведь это был не рядовой слух, а обвинение в самодурстве и давлении со стороны актёра на съёмочную группу.
— Наверное, ещё немного побудет в комнате отдыха и скоро поедет домой.
— Тогда проследи, чтобы его нормально довезли.
— Хорошо, — менеджер Ли кивнул.
— ... И всё-таки, что там произошло? — руководитель группы Пак понизил голос. Нужно было понимать суть дела, чтобы хоть как-то его разруливать.
— Сам он утверждает, что ничего такого не было... Но самодурство — штука довольно скользкая.
Руководитель группы Пак кивнул в ответ на слова менеджера Ли.
В этом он был прав.
В отличие от прочих скандалов, здесь трудно дать однозначное опровержение: слишком уж субъективны любые оценки.
— ... Джинсоп-хён действительно привык жёстко отстаивать свою точку зрения на площадке.
Он подходил к каждой роли со всей серьёзностью, но с другой стороны — был невероятно придирчивым и въедливым актёром.
— Они ведь и с режиссёром во время съёмок опять сцепились.
— Это тоже верно, но всё же.
Их взгляды на трактовку картины с творческой группой разошлись, из-за чего разгорелся спор.
Вот только можно ли считать это превышением полномочий и травлей?
— ... В любом случае, постараемся замять это как можно скорее.
Их работа заключалась в защите своего актёра.
Разве не в этом состоял весь смысл существования агентства?
Первостепенной задачей было урегулировать инцидент в кратчайшие сроки и свести ущерб к минимуму.
◇ ◇ ◇
[Эксклюзив] — «Обстановка накалена до предела»: актёр Шин Джинсоп оказался в центре скандала из-за подозрений в самодурстве на съёмочной площадке.
Подозрения в оскорблении достоинства съёмочной группы и требованиях остановить съёмки.
Агентство заявило: «Мы проверяем факты» и призвало воздержаться от поспешных выводов...
— ...
Шин Аён медленно вчитывалась в строки статьи.
Волна поднялась всего от одной публикации.
Слухи о его неподобающем поведении с поразительной скоростью разлетались по социальным сетям.
Стоило ей опустить взгляд к комментариям...
— Эй.
Ли Сынхо окликнул её. Его ладонь легла поверх экрана смартфона, безмолвно подсказывая, что дальше читать не стоит.
«Что вообще происходит...»
Из-за внезапности происходящего мысли путались. Голова гудела, будто от сильного удара.
В памяти всплыло прошлое. То, что случилось в первом классе средней школы.
Казалось, нынешняя ситуация ничем не отличалась от тех событий.
— ...
Бесчисленные взгляды, устремлённые прямо на неё. Миг, когда всё внимание приковано к твоей персоне. Воспоминание молнией пронеслось в сознании.
Затылок похолодел, лоб покрылся липким потом.
Она думала, что давно всё забыла, оставила то происшествие позади. Но, видимо, ошиблась.
— Эй, Шин Аён.
— А-ага?
Услышав оклик Ли Сынхо, она с трудом подняла голову.
Парень смотрел на неё с искренней тревогой.
— ... Если совсем плохо, отпросись сегодня домой. Я схожу с тобой в учительскую.
— ... Отпроситься.
Шин Аён покачала головой:
— Нет.
Ещё ничего не понятно.
В статье говорилось лишь о подозрениях, ничего не было доказано.
Если сбежать домой прямо сейчас, всё будет выглядеть так, словно она и правда виновата и трусливо прячется.
Горький опыт подсказывал ей, что подобные слухи разлетятся мгновенно.
— Всё в порядке...
Она перевела дыхание, и бешено колотящееся сердце немного успокоилось.
Потому что он был рядом.
— ... Да, я справлюсь.
◇ ◇ ◇
Утренняя суматоха постепенно улеглась.
Казалось, день протекает совершенно обычно.
По крайней мере, на первый взгляд.
Никто из ребят пока не осмеливался поднять эту тему вслух.
Всё-таки дело касалось её отца, а сама она не имела к этому никакого отношения.
Вот только шепотки за спиной никуда не исчезли. В школе всегда находились те, кому она не нравилась.
«Сперва я подумал, не дело ли это рук Ю Ханыль...»
Но потом решил, что вряд ли.
«Использовать прессу... У неё попросту нет таких связей».
Я не выудил это из мыслей её Мини-ми, но таков был мой собственный вывод.
«... Да и читать её мысли всё равно тяжело».
С Ю Ханыль всегда было именно так.
Стоило подойти чуть ближе, как весь её поток мыслей моментально отравлялся одержимостью моей персоной.
К тому же находиться рядом с ней подольше мне совершенно не хотелось, поэтому ни в чём нельзя было быть уверенным наверняка.
«Но осторожность не помешает».
Однако вероятность того, что она воспользуется сложившейся ситуацией, была крайне велика. Об этом следовало помнить.
— ... Пойдёмте и мы пообедаем.
— Ага.
Отозвавшись на призыв Ли Соль, я поднялся из-за парты.
Уже наступил обеденный перерыв.
— «... О. Это же Шин Аён».
Когда мы вчетвером зашагали по коридору, со всех сторон сразу же устремились скрытные взгляды.
Из-за присутствия Мини-ми это давление ощущалось вдвойне отчётливее.
— «Атмосфера прямо давит...»
Ли Соль Мини-ми, непривычная к всеобщему вниманию, вся взмокла от пота.
Хотя Джи Нури Мини-ми и держалась внешне невозмутимо.
— «... Как там Аён? Хоть бы она не переживала так сильно».
Она переживала за Шин Аён точно так же, как и остальные.
— «Эта онни — дочь Шин Джинсопа? И правда похожа».
— «Яблоко от яблони. А сама-то строила из себя святошу».
Косые взгляды исподтишка бросали не только одноклассники, но и ученики из других параллелей, и даже учителя.
— Фух...
Я слегка потёр лоб.
Мини-ми самых разных людей шумели наперебой.
Оттого что все эти голоса обрушились на меня одновременно, голова готова была расколоться.
— ...
Заметив это, Шин Аён широко распахнула глаза. На её лице на миг промелькнуло замешательство и тут же скрылось.
— «Ах, неужели... из-за меня...»
Её Мини-ми помрачнела.
— Эй, это вовсе не из-за тебя, — поспешил заверить её я.
В конце концов, её вины здесь не было ни на грош.
— Ась? Ты о чём?
Шин Аён легко улыбнулась и пожала плечами.
Но, в отличие от её беспечного вида, лицо Мини-ми так и оставалось грустным.
— «Может, надо было отпроситься домой... Только зря ребятам мешаю...»
◇ ◇ ◇
Пять часов вечера. Клубная деятельность подошла к концу, наступило время возвращаться домой.
Шин Аён отрешённо посмотрела на часы.
Этот день всё ещё не закончился.
— ...
Она пыталась взять себя в руки.
И думала, что у неё получится.
«... Нелегко это».
Оказалось совсем не просто: сердце упорно отказывалось подчиняться разуму.
Из-за неё друзья весь день были словно на иголках. Сплошная обуза.
— Пойдём. Я провожу тебя до дома, — Ли Сынхо, собрав сумку после окончания занятий в клубе, поднялся со стула.
— Не слишком ли ты обо мне печёшься? — Шин Аён попыталась улыбнуться, нарочно придав голосу бодрости.
Обычно люди успокаивались, когда она вела себя так.
— В такие моменты и нужно заботиться, — невозмутимо ответил он. Лицо Ли Сынхо не дрогнуло — он словно видел её насквозь.
Его беспокойство никуда не делось.
— Пошли.
— ...
С остальными двумя они разошлись на автобусной остановке.
Ли Соль и Джи Нури на удивление легко уступили им дорогу.
— До завтра, — Джи Нури слегка махнула рукой.
— ... Не принимай близко к сердцу, — Ли Соль ободряюще коснулась её спины.
— ...
Шин Аён молча кивнула.
Как ни крути, с подругами ей по-настоящему повезло.
— ...
— ...
Дорога домой.
Разговор между ними не клеился. Слышался лишь тихий шорох шагов.
В обычные дни она бы что-нибудь болтала без умолку, но мысли путались. Сегодня почему-то ни одна тема для разговора не шла на ум.
Казалось, Ли Сынхо тоже намеренно хранил молчание.
«Иногда и так неплохо».
Так действительно было спокойнее.
Вместо натужных попыток поддержать беседу ощущался тихий, умиротворяющий уют.
— Пойдём здесь.
Он указал не на широкий проспект, а в переулок, где редко ходили прохожие.
И в этом проявилась его чуткость?
— Хорошо.
Шин Аён кивнула и зашагала по переулку следом за ним.
До дома они добрались быстро.
По крайней мере, так показалось.
— Заходи. Если будешь плохо себя чувствовать, завтра в школу не приходи, отлежись.
Ли Сынхо, остановившись перед подъездом на первом этаже, махнул рукой на прощание.
— Завтра...
Она уже собиралась зайти внутрь...
Но развернулась.
— Сынхо.
Девушка ухватилась за край его рукава.
— ... Побудь со мной ещё немного. Пожалуйста.
Ей было невыносимо оставаться в пустом доме в такой день.
Дело было не в желании остаться наедине с парнем — просто мысль об одиночестве пугала сильнее всего.
— Хорошо.
Помедлив с ответом, он коротко кивнул.
— ...
Шин Аён слабо улыбнулась и первой пошла вперёд.
*Пик-пик-пик-пик.*
Поднявшись на лифте, они открыли дверь и переступили порог квартиры.
— Я дома...
Привычная фраза застряла у неё в горле.
Шин Аён увидела, что внизу стоит обувь, которой обычно здесь не бывало.
Из гостиной послышались приближающиеся шаги.
— ...
Ли Сынхо, заметив вышедшего мужчину, слегка округлил глаза, но тут же вежливо склонил голову:
— Здравствуйте.
=========
(! Внимание!)
(Ниже будет иллюстрация!)
=========

Комментарии

Загрузка...