От лица Наоки Айбы:
Я ещё раз прокрутил в голове слова Сахары-сан.
Две комнаты по три человека в каждой, а нас всего шестеро. Даже если мы с Кохару поселимся вместе, третьим человеком в комнате неизбежно окажется Серина-сан или кто-то ещё из девочек. Сколько ни пересчитывай, итог не менялся, и прежде чем я нашёлся с ответом, Сахара-сан повернулась к открытой двери машины.
— Давайте для начала сядем. Вещи уже погружены, так что первым делом решим, кто где поедет.
Судя по всему, вопрос с комнатами предстояло уладить позже.
Я заглянул внутрь салона. Во втором ряду располагалось по креслу с каждой стороны, а между ними шёл проход к задним местам. Третий ряд был рассчитан на троих. Когда Сахара-сан направилась к переднему пассажирскому сиденью, Кудзэ-сан легонько тронула Комияму-сан за руку.
— Мы с Котохой займём второй ряд. На заднем сиденье меня укачивает.
— Меня-то никогда не укачивало. ......Впрочем, мне без разницы, где ехать. Второй ряд так второй ряд.
Не успела Комияма-сан договорить, как Кудзэ-сан уже шагнула в салон. Мы с Кохару посторонились, пропуская их вперёд.
— Эй, Рио! Видно же, всё видно!
В этот момент я разговаривал с Кохару, поэтому лишь краем глаза уловил движение Комиямы-сан: она подняла свою сумку, загораживая Кудзэ-сан от прохожих. К счастью, я смотрел в другую сторону, отчего испытал искреннее облегчение.
— Ла-а-адно тебе. Айба-кун, сделай вид, что ничего не слышал, хорошо~?
......Вот бы она не втягивала меня в такие неловкие ситуации.
Пока я тщетно пытался подобрать ответ, Комияма-сан снова её отчитала:
— Хватит дурачиться, придержи подол.
А следом раздался слегка обеспокоенный голос Серины-сан:
— Рио...... не впутывай в это Наоки-куна.
— Да-да, прости, — отозвалась Кудзэ-сан. Когда мы с Кохару снова повернулись к машине, Кудзэ-сан уже устроилась во втором ряду и подобрала ноги, освобождая нам проход. Комияма-сан указала на третий ряд и спросила Кохару, с какой стороны та хочет сесть. Кохару заглянула в салон.
— Я бы хотела сесть у окна. Хочу смотреть по дороге на пейзажи.
— Значит, у окна сзади. А ты, Серина-сан?
Когда я повернулся к ней, Серина-сан заглянула в машину, а затем перевела взгляд на меня.
— Можно я тоже сяду у окна? Меня как-то раз укачало в машине...... Сегодня я выпила таблетку от укачивания, так что, думаю, всё будет в порядке.
— Конечно. Меня никогда не укачивает, поэтому я сяду посередине.
Кохару первой прошла назад, а Серина-сан отступила в сторону у двери, пропуская меня.
— Садись первым, Наоки-кун. Я зайду следом, так что будь осторожен, не задень плечо.
— Спасибо. Тогда я пройду.
Когда Кохару заняла место у правого окна, я опустился на сиденье посередине. Серина-сан забралась в салон следом за мной, и я пододвинул ноги, чтобы она могла пройти к левому окну.
Пробираясь передо мной, Серина-сан слегка наклонилась вперёд. Заметив, что вырез её блузки чуть сдвинулся, я торопливо отвёл взгляд. Мы и без того оказались в пугающей близости, отчего мне стало не по себе, а лицо обдало жаром.
Серина-сан опустилась на сиденье рядом со мной и украдкой взглянула в мою сторону. Когда я посмотрел на неё, её щёки порозовели; она быстро потупила взор и положила сумку себе на колени. Мне показалось, она хотела что-то сказать, но она так и промолчала.
Сидевшая справа от меня Кохару оценила расстояние между нашими плечами и тоже устроила сумку на коленях.
— Братик, нужно беречь твою правую руку. Хоть я и сижу рядом, я прослежу, чтобы случайно её не задеть.
— Ага, спасибо.
Кохару подвинулась чуть ближе к окну и потянулась за ремнём безопасности. Я застегнул свой левой рукой, а Серина-сан отвела в сторону ручки сумки и тоже пристегнулась.
Комияма-сан заняла своё место во втором ряду. Когда дверь машины закрылась, шум и голоса привокзальной площади притихли. Спереди тоже щёлкнули замки ремней безопасности, и Сахара-сан обернулась к нам с переднего сиденья.
— Сзади все пристегнулись?
Дождавшись наших ответов, Рэон-сан взглянула в зеркало заднего вида и произнесла:
— Что ж, тогда отправляемся. Примерно через полтора часа сделаем остановку в придорожной зоне отдыха. Если кому-то станет нехорошо раньше, пожалуйста, сразу говорите, не стесняйтесь.
Машина плавно тронулась с места. Фигуры прохожих за окном поплыли назад, и Кохару, прижимая к себе сумку, не отрываясь смотрела на здание станции, пока оно не скрылось из виду.
Когда мы повернули на перекрёстке, Серина-сан тоже обратила взгляд к окну. Возможно, из-за того, что из машины город виднелся на иной высоте, нежели из окна утренней электрички по пути в школу, даже знакомые улицы казались немного другими. Я смотрел по сторонам поверх плеч сидевших по бокам девочек, но стоило мне положить руку на сумку у себя на коленях, как в памяти тут же всплыл недавний разговор.
Мы ведь так и не решили, кто с кем будет жить в комнате.
Сверив маршрут с Рэон-сан, Сахара-сан достала свои заметки для поездки. Чуть позже, когда мы выехали на главную дорогу, она обратилась к нам, не оборачиваясь:
— Давайте заодно решим вопрос с комнатами? Айба-кун, Кохару, вы ведь не против поселиться вместе?
— Да!
Кохару ответила без малейших колебаний. Когда я повернулся к ней, она поймала мой взгляд и подарила мне такую счастливую улыбку, что я невольно улыбнулся в ответ, прежде чем отозваться:
— Я тоже не против.
— Тогда нужен ещё один человек. Комнаты трёхместные, так что кому-то из нас четверых придётся присоединиться к вам. Что скажете?
В салоне повисла тишина.
Даже Кудзэ-сан, ещё секунду назад оживлённо болтавшая, поначалу не проронила ни слова. Сам я тем более не мог никого предложить, поэтому просто смотрел вперёд и ждал. Сидевшая рядом Серина-сан крепче сжала ручки своей сумки.
Уловив это движение, я повернул голову. Продолжая смотреть прямо перед собой, она разжала пальцы одной руки и слегка приподняла ладонь, словно в нерешительности. Её губы едва приоткрылись, когда Сахара-сан снова заговорила:
— Ну, раз добровольцев нет...
— Я пойду. ......Я хочу поселиться в одной комнате с Наоки-куном и Кохару.
Серина-сан подняла руку на уровень плеча. Первые слова прозвучали достаточно громко, перекрыв голос Сахары-сан, но когда она произнесла моё имя, её голос стал заметно тише.
Договорив, она повернулась ко мне, и наши взгляды встретились. Я хотел было что-то сказать, но она первой опустила глаза, убрала руку и переплела пальцы поверх сумки. Её щёки густо покраснели. Спустя мгновение с переднего сиденья донёсся привычно-непринуждённый голос Сахары-сан:
— Поняла. Значит, решено - с вами будет Серина. А мы с Рио и Котохой займём вторую комнату.
Сидевшая справа Кохару радостно сказала, что очень рада соседству с Сериной-сан. Та ответила лёгким кивком, а я всё переводил растерянный взгляд с одной на другую.
В этой поездке мы с Сериной-сан будем жить в одной комнате.
Нам уже доводилось обедать вместе в школе и сидеть рядом над книгами дома. Но оставаться в одной комнате на ночь, когда придёт время ложиться спать, — это совсем другое дело. Я понятия не имел, как к этому относиться. Лишь осознав, что моё молчание затянулось, я наконец выговорил, что тоже очень этому рад.
Серина-сан отвернулась к окну, слегка склонив голову. Со своего места я почти не видел её лица за прядями волос — виднелся лишь край разрумянившейся щеки. Мне было приятно, что она сама вызвалась пожить в одной комнате со мной и Кохару, но я никак не мог перестать гадать, какое у неё сейчас выражение лица. Я чуть было не заговорил с ней, но понял, что даже не знаю, о чём спросить, и тоже уставился в окно.
Машина въехала в туннель. Дневной свет снаружи погас, и в оконном стекле проступило отражение салона.
В нём показалось и лицо Серины-сан.
Её глаза были опущены, но на губах играла едва заметная мягкая улыбка.
От этого зрелища моё собственное лицо мгновенно обдало жаром. Я поспешно отвёл взгляд от стекла и уставился на сумку у себя на коленях.
Если она тоже с радостью ждёт того, что будет в этой поездке, то, может, и мне можно просто позволить себе радоваться этому?
Мне хотелось ещё раз взглянуть на отражение в окне, но я сдержался: на этот раз в стекле могло отразиться и моё лицо. Я всё ещё не решался заговорить с сидевшей бок о бок Сериной-сан, а с моих губ никак не сходила невольная улыбка.
◇◇◇
К тому времени, как мы выехали на скоростное шоссе, ряды домов и магазинов поредели, а вдали показались очертания гор.
За машинами, обгонявшими нас по соседней полосе, раскинулись поля и узкие улочки, бегущие между невысокими домами. Кохару то и дело поднимала телефон, делая снимки и подбирая угол так, чтобы не захватить в кадр собственное отражение в стекле.
Серина-сан тоже смотрела в окно. Когда я повернулся в её сторону, она указала на вереницу ветряков вдалеке, и я подался чуть ближе к стеклу. Их белые лопасти неспешно вращались и долго оставались в поле зрения, даже когда растущие вдоль обочины деревья проносились мимо.
Едва Кохару открыла пакет со сладостями, Кудзэ-сан тут же обернулась со своего места, словно только этого и ждала. Оказалось, им хотелось сыграть в ту самую игру-угадайку, о которой они говорили в понедельник: один человек на ощупь выбирает сладость внутри пакета, а остальные должны угадать, что именно он взял, пока он не вытащил руку.
Первым тянул я. В ту же секунду, как мои пальцы нащупали нужную упаковку, Кохару безошибочно назвала вкус. Сделав совершенно невозмутимое лицо, будто я её не расслышал, я машинально и без лишнего шума потянулся к другой конфете.
Однако пристально следившая за мной Кудзэ-сан тут же наставила палец прямо на пакет:
— Эй! Ты ведь только что перехватил другую штуку, да?! Айба-кун, это жульничество!
— ......Да. Сжульничал.
Я чистосердечно сознался прежде, чем она успела закончить своё обвинение. Кохару, всё ещё державшая пакет, тут же подхватила:
— Братик сжульничал!
Не говоря ни слова, я повинившись склонил голову перед ними обеими. В тот же миг слева от меня щёлкнул затвор камеры. Подняв глаза, я увидел, что Серина-сан направила на меня телефон, изо всех сил стараясь не рассмеяться.
— ......Ты это сфотографировала?
— Прости, я не удержалась......
Даже извиняясь, Серина-сан всё-таки прыснула со смеху вслед за Кудзэ-сан и Кохару. Комияма-сан тоже рассмеялась, а с переднего сиденья подала голос Сахара-сан:
— Чтобы Айба-кун с таким непроницаемым лицом тайком перебирал сладости в пакете? Такое не каждый день увидишь. Как хорошо, что я засняла это на видео.
Когда я перевёл взгляд вперёд, из-за спинки пассажирского кресла выглядывал лишь объектив камеры телефона.
— Ты ведь удалишь это потом, правда?
— Не-а. Позже создам общую группу и выложу туда.
Сидевшая рядом Серина-сан, проверив сделанный снимок, подняла голову:
— А можно я тоже отправлю туда своё фото?
— Ага. Давай соберём там все наши снимки.
Услышав ответ Сахары-сан, Кохару оживилась:
— И я хочу! Хочу ещё раз посмотреть, как братик чудит!
— Ч-чудит......
Кудзэ-сан со смешком вставила своё слово:
— Ну правда, ведёте себя прямо как малые дети.
— Рио, вообще-то ты всегда в их числе.
Кудзэ-сан даже не стала спорить и лишь звонко рассмеялась, а Комияма-сан тихонько захихикала за компанию. С водительского места донёсся мягкий голос Рэон-сан:
— Хе-хе, как же весело вы проводите время.
Криво усмехнувшись, я достал ту сладость, которую выбрал с самого начала. Кохару тут же гордо заявила: "Вот видишь! Я же угадала!", после чего я передал пакет Кудзэ-сан, уступая очередь.
Спустя несколько кругов настала очередь Серины-сан опустить руку в пакет. Мне сразу вспомнилось, о чём я думал на скамейке в понедельник: смогу ли я угадать, что выберет она? Дождавшись, когда её рука внутри пакета замрёт, я высказал догадку:
— Серина-сан, это ведь со сливочным маслом?
— ......Да. Угадал.
Серина-сан достала сладость в обёртке, посмотрела на меня и улыбнулась.
— Мне почему-то так приятно, что Наоки-кун сразу угадал.
От этих слов я и сам немного засмущался. Радуясь про себя, что попал в точку с первой попытки, я наблюдал, как она разворачивает обёртку.
Пока мы болтали, пейзаж за окном продолжал меняться.
Когда дорога пошла в гору, за крышами домов показалась синяя полоска. Поначалу я не мог отличить её от неба, но затем заметил на сверкающей глади белый корабль, а Кохару оторвалась от своего окна.
— Море видно! Братик, смотри, вон там!
Когда я посмотрел в ту сторону, Рэон-сан сказала, что с места нашей следующей остановки тоже будет открываться вид на море. Кохару быстро доела сладость и наготове положила телефон на колени.
Проехав дорожный указатель, мы свернули с главной трассы и плавно вошли в поворот. За зданиями раскинулся морской простор. Когда мы въехали на парковку, вокруг виднелись прогуливающиеся туристы и семьи с пакетами покупок.
Едва машина остановилась, мы отстегнули ремни безопасности и выбрались наружу вслед за девочками со второго ряда.
Морской бриз коснулся щеки, неся приятную прохладу, несмотря на тёплое солнце. Кохару потянулась, посмотрела в сторону здания и указала на что-то Кудзэ-сан. У самого входа стоял большой стенд для фотографирования с прорезями для лиц, на котором были нарисованы море и корабль.
— Давайте сфоткаемся там! Кохару-тян, сюда, скорее сюда!
Кудзэ-сан первой нырнула за стенд. Кохару передала свою сумку Комияме-сан и просунула лицо в соседнее окошко. Вдвоём они выглядели как настоящие члены команды нарисованного судна, и Сахара-сан вскинула телефон. Кудзэ-сан пыталась сохранять серьёзное выражение лица, но стоило Кохару сказать: "Рио-семпай, вы прямо как настоящий капитан!", как она залилась смехом раньше, чем Сахара-сан успела нажать на кнопку.
Сделав несколько кадров, они уступили место нам. Я поставил сумку на землю, а Серина-сан подошла к стенду и заглянула во вторую прорезь.
— Можно мне тоже попробовать?
— Конечно. Только осторожнее, с этой стороны ступенька довольно высокая.
Мы бок о бок просунули лица в окошки, а Кудзэ-сан с широкой ухмылкой подняла телефон. Серине-сан, видимо, стало любопытно, как это выглядит со стороны, и она спросила, правда ли похоже, будто мы плывём на корабле.
— Ещё как похоже! Прямо судно "Серина-мару"1! Не двигайтесь вы двое. Айба-кун, мог бы и пошире улыбнуться, между прочим!
Но ведь тогда получается, что сама Серина-сан и есть корабль?
Мне казалось, я и так вполне нормально улыбаюсь, но услышав тихий смешок Серины-сан рядом с собой, я и сам не смог сдержать смеха.
Закончив сниматься, мы вышли из-за стенда, чтобы вместе посмотреть получившиеся кадры. Пока Серина-сан просила Кудзэ-сан переслать ей наше совместное фото, Комияма-сан приметила неподалёку клумбу и достала телефон.
Вокруг входа цвели белые и жёлтые цветы. Комияма-сан присела на корточки и сделала несколько снимков, меняя ракурс. Кудзэ-сан заглянула в экран её телефона через плечо, и они принялись обсуждать кадры.
Купив напитки, мы обогнули здание с той стороны, что выходила к морю, где дорожка вела к смотровой площадке. За перилами вода плавно меняла оттенок от бирюзового у самого берега до густо-синего вдали. Кохару и Кудзэ-сан тут же принялись фотографировать пейзаж, а Сахара-сан снимала всех нас, любующихся видом.
По предложению Рэон-сан мы вшестером выстроились для общего фото. Передав Рэон-сан свой телефон, я встал между Кохару и Сериной-сан, но поймал себя на том, что смотрю на Серину-сан, придерживающую растрепавшиеся на ветру волосы. Рэон-сан успела запечатлеть и этот миг, а следом сделала ещё один снимок, где все смотрели в камеру.
Затем я сам взял телефон, чтобы Рэон-сан тоже могла встать в общий ряд. Просмотрев отснятые фотографии, мы неспешно пили напитки, болтали и любовались морским простором.
Дорожка вдоль берега тянулась ещё немного дальше.
Когда я поднял взгляд, оказалось, что Серина-сан тоже смотрит в ту сторону. До конца привала оставалось ещё немного времени, поэтому я спросил, не хочет ли она пройтись чуть дальше. Убрав бутылку с напитком в сумку, она зашагала рядом со мной.
◇◇◇
От лица Серины Микагэ:
Голоса остальных мало-помалу растворялись в шуме ветра.
Шагая рядом с Наоки-куном, я вспоминала тот момент, когда мы садились в машину. Наклонившись, чтобы пройти на своё место рядом с ним, я заметила, как его взгляд на мгновение скользнул по вырезу моей блузки, который сегодня был глубже обычного. Он тут же отвернулся, но когда я села и посмотрела на него, его щёки тоже слегка алели.
Наверное, с моей стороны было не совсем правильно так намеренно пытаться привлечь его внимание. И всё же сознание того, что он посмотрел на меня и заметил это — пусть даже совсем чуть-чуть, — делало меня счастливой. Выбирая наряд дома, я только и думала о том, какое впечатление произведу на него. Но стоило мне увидеть его реакцию вживую, как я сама потеряла покой.
Мы ведь просто сидели рядом, однако всякий раз, когда мне хотелось взглянуть на его лицо, меня одолевало смущение. Даже отвернувшись к окну, я едва сдерживала рвавшуюся на губы улыбку.
Вспомнив об этом, я невольно задумалась, какое выражение лица сейчас у шагающего рядом Наоки-куна. Но после того, что произошло в машине, мне было слишком неловко повернуть голову и посмотреть на него.
Я снова устремила взгляд вперёд, подстраиваясь под его шаг и глядя на море.
По мере того как мы шли, из-за зданий открывалось всё больше морской глади. У самого берега вода отливала чистой бирюзой, а дальше в море переходила в глубокую синеву. Крошечные солнечные блики плясали на поверхности, рассыпаясь искрами по волнам.
По воде медленно скользил одинокий белый корабль. За его кормой тянулся длинный пенный след, а каждый порыв ветра поднимал лёгкую рябь, заставляя солнечные дорожки переливаться.
Я подошла к самым перилам, чтобы рассмотреть всё поближе. Наоки-кун остановился рядом, глядя в ту же сторону.
— Отсюда видно гораздо дальше. Там, у здания, обзор был закрыт.
Посмотрев туда, куда он указывал, я кивнула.
Мне и раньше доводилось бывать у моря, но я редко проводила время вот так — просто стоя рядом с кем-то и молча любуясь пейзажем. Наоки-кун тоже вглядывался в водную гладь. Заметив вдалеке мыс, врезающийся в море, он слегка прищурился.
Ветерок шевелил его короткие, аккуратно подстриженные волосы, а солнечный свет падал на его профиль, очерчивая линию ото лба к переносице. Стоя рядом с ним, я не могла отвести от него глаз.
Оторвав взгляд от сверкающей воды, Наоки-кун заметил, что я смотрю на него, и черты его лица смягчились.
— Я рад, что мы остановились здесь. Когда я нахожу красивый вид, мне хочется, чтобы и ты его увидела, Серина-сан. Я очень рад, что мы приехали сюда вместе.
Он сказал это с улыбкой, и на какое-то мгновение я лишилась дара речи.
Увидев что-то прекрасное, он хотел разделить эту радость со мной. Глядя на то, как открыто он улыбается, не пытаясь скрыть свои чувства или казаться неприступным, я ощутила такое переполняющее тепло в груди, что даже забыла кивнуть.
Когда моё молчание затянулось, Наоки-кун чуть склонил голову набок. Даже этот мимолётный жест очаровал меня. Наконец я тихо выдохнула:
— ......Да. Я тоже очень рада, что смогла приехать сюда. Вместе с тобой, Наоки-кун.
Когда я договорила, он снова перевёл взгляд на море. Я последовала его примеру, но его недавняя улыбка всё стояла перед глазами, и даже прохладный морской ветер почти не остужал пылающие щёки.
Сколько раз за сегодня я уже испытывала это чувство?
Мы были вместе с самого утра, и впереди у нас оставался ещё целый день бок о бок. Но каждый раз, когда он улыбался мне, у меня перехватывало дыхание, словно впервые. С остальными ребятами я могла разговаривать совершенно свободно, а сейчас разрывалась между желанием безотрывно смотреть на него и страхом, что он это заметит. Мне даже потребовалось слишком много времени, чтобы просто вернуть взгляд к морю.
Он сказал, что хочет показывать мне красивые места, которые находит. Эти слова сделали меня такой счастливой, что мне захотелось навсегда запечатлеть в памяти его профиль и голос вместе с солнечным светом, играющим на волнах.
Когда я достала из сумки телефон, Наоки-кун заметил это и чуть отступил в сторону. Я навела камеру на ещё видневшийся вдали корабль и сфотографировала искрящуюся воду.
Наоки-куна не было в кадре. И всё же я знала: сто́ит мне взглянуть на этот снимок, как в памяти тут же оживёт этот миг — его голос рядом, его улыбка, когда он повернулся ко мне, и то, как я растеряла все слова от переполнявших меня чувств.
Опустив телефон, я шагнула чуть ближе к Наоки-куну и спросила, можем ли мы сфотографироваться вдвоём. Он вернулся на место рядом со мной, встав спиной к морю, и посмотрел на экран.
Даже вытянув руку, я никак не могла уместить нас обоих в кадр. Пока я пыталась подобрать угол, Наоки-кун совершенно естественно наклонил голову ближе ко мне. От того, насколько близко оказалось его лицо, я замерла, но он ждал меня, глядя в объектив, поэтому я тоже посмотрела в камеру и нажала на кнопку.
На снимке запечатлелись наши лица, а между ними виднелась узкая полоска моря. Наоки-кун наклонился, чтобы тоже взглянуть на экран, и с улыбкой сказал, что фото вышло отличным. Кивнув, я пообещала переслать ему снимок позже и убрала телефон в сумку.
Прошлой ночью я долго не могла уснуть, без конца представляя, как пройдёт сегодняшний день. Но вживую Наоки-кун оказался ещё чудеснее, чем в моих мечтах перед домашним зеркалом, и все заранее заготовленные фразы вылетали из головы даже в самых простых разговорах. Я так надеялась, что ему понравится приготовленный мной подарок, но сейчас мне казалось, что одной лишь вещью невозможно передать всё то, что переполняет моё сердце.
Мне хотелось иметь право совершенно естественно стоять рядом с Наоки-куном, даже когда мы в компании друзей. Хотелось, чтобы о любой своей радости он первым делом спешил рассказать именно мне. И если бы мы могли проводить время вот так не только сегодня, но и впредь — ради этого я хотела открыться ему.
Придержав растрепавшиеся на ветру волосы, я подняла на него глаза. Наоки-кун тоже повернулся ко мне. Однако решиться на признание прямо сейчас я не смогла, поэтому лишь сказала, что хочу ещё немного полюбоваться морем. Он кивнул и остался стоять рядом со мной.
Белый корабль продолжал свой путь вдали, а перед нами одна за другой пробегали искрящиеся на солнце волны.
Сегодня вечером я расскажу Наоки-куну о своих чувствах.
Даже если я смущусь и растеряю все слова, я посмотрю ему в глаза и скажу всё до конца.
Примечания переводчика:

Комментарии

Загрузка...