Конец четырехсоттысячного года.
Приблизилось третье Мезозойское массовое вымирание!
Этот исторический период был самым богатым на виды и самым великолепным в истории мира-микро-песочницы No 01! В океанах, на континентах, на островах бесчисленные древние существа соперничали друг с другом... Если взять историю Земли в качестве ориентира...
... то эту эпоху следовало бы назвать меловым периодом!
Вершину пищевой цепи в этом мире прочно удерживали гигантские создания.
Стоит добавить: в мире-песочнице из-за эволюции, отбора и влияния окружающей среды размеры этих гигантов не превышали десяти-двадцати сантиметров. Однако в человеческом масштабе это равнялось десяткам метров высоты.
Лу Ли вновь пригласили в главную лабораторию.
Он стоял перед кристаллическим барьером мира-микро-песочницы No 01, созерцая запечатленный за стеклом древний, первозданный пейзаж.
В вышине песочницы проецировалось лазурное небо с плывущими по нему редкими перистыми облаками... Каждые 0,432 секунды лазурь тускнела вместе с угасанием источника света. Многочисленные сотрудники, следившие за миром-песочницей, не спускали глаз с Лу Ли, ловя каждое его движение.
Лу Ли легонько коснулся кристаллического барьера сектора 03 и негромко произнес:
— Остановись... — и с этими словами заставил область ускорения времени исчезнуть.
Тут же последовала перенастройка всего оборудования.
Внутри мира-песочницы внешне ничто не изменилось...
Однако для Лу Ли, Тан Чжаоруя, Хоу Гаомина и всех остальных исследователей этот мир, прежде несшийся со стотысячекратным ускорением, теперь словно застыл, остановив все эволюционные процессы.
Сотрудники лаборатории один за другим включились в работу.
В соседнем помещении светились тысячи LED-экранов, на которых велся поиск, отслеживание и детальная фиксация каждого живого существа в мире-микро-песочнице No 01.
Согласно сценарию профессора Хоу Гаомина, исследователям требовалось под конец Пангейской эры отыскать на просторах этого мира популяцию, обладавшую потенциалом развития в гуманоидов, а затем – подвергнуть ее генетическому модифицированию.
Сам процесс поиска оказался не слишком сложным.
Внимание ученых давно привлекли обитавшие в лесах существа, напоминавшие древних приматов, которых биологи института окрестили древесными обезьянами. Их научная классификация выглядела следующим образом: царство – Животные, тип – Хордовые, подтип – Позвоночные, класс – Млекопитающие, подкласс – Звери, отряд – Приматы, подотряд – Сухоносые обезьяны. Лу Ли и все ведущие исследователи собрались в диспетчерской мира-микро-песочницы No 01.
Взоры присутствующих были прикованы к главному экрану.
На нем отображался густо заросший лесом остров под номером 398, расположенный вдали от центрального континента. Именно там и обитали древесные обезьяны.
Этот остров лаборатория взяла под особую охрану сразу после обнаружения древесных обезьян, пресекая высадку любых хищников или видов, способных привести к их истреблению.
— Начнем, — глухим голосом скомандовал профессор Тан Чжаоруй.
Один из исследователей застучал по клавишам компьютера. На экранах было видно, как в кристаллическом барьере неподалеку от острова No 398 открылся шлюз, и внутрь мира-песочницы скользнул телескопический манипулятор.
Для обитателей острова No 398 этот день стал днем первородного ужаса. Неведомая исполинская тень заслонила небосвод... Она мертвой хваткой вцепилась в их клочок земли... Раздался оглушительный грохот! Остров задрожал, Небеса и Земля перевернулись!
Все живое на острове, включая древесных обезьян, затрепетало от страха.
Металлические когти манипулятора вырвали остров No 398 с корнем!
Он медленно поплыл вверх, к самому небу, пока не покинул пределы кристаллического барьера...
За первым барьером следовал второй...
Атмосфера, давление и температура в этом промежуточном слое полностью соответствовали условиям внутри песочницы.
С помощью автоматики остров No 398 накрыли стеклянным колпаком.
Затем этот стеклянный колпак вместе с островом бережно транспортировали в лабораторию генетического кодирования.
Лу Ли вместе с профессором Хоу Гаомином и остальными учеными направился вслед за ним.
Руководили исследованиями в этой лаборатории академик Ся Цюаньдэ, а также авторитетные специалисты по геномике – Роберт Уинтроп и Харрис Левин.
Внутри лаборатории царило напряжение.
Более сотни сотрудников сосредоточенно застыли на своих рабочих местах.
Остров No 398 доставили в зал.
Его вместе со стеклянным колпаком поместили в герметичную камеру, где искусственно поддерживалась среда мира-микро-песочницы No 01.
Камеру установили под объективы мощнейших микроскопов.
Стеклянный колпак убрали.
Обитатели острова постепенно начали приходить в себя после пережитого ужаса.
Благодаря высокому разрешению микроскопов каждое существо предстало перед глазами исследователей во всех деталях.
Движения крошечных созданий казались невероятно стремительными – примерно в десять раз быстрее, чем у обычного человека.
Лу Ли приблизился и мысленным усилием замедлил ход времени на острове в десять раз.
— На острове 398 обитает ровно двести шестьдесят восемь древесных обезьян, — глухо доложил молодой лаборант в очках.
Сверхточный миниатюрный зажим проник внутрь герметичной камеры... Он опустился сверху и аккуратно, но крепко схватил одну из древесных обезьян.
Крошечное существо поместили в стеклянную пробирку.
Одну за другой обезьян ловили и рассаживали по пробиркам, присваивая индивидуальные номера...
Всего поймали пятьдесят пять особей.
Пробирку под номером 01 протянули Лу Ли.
Он взял ее пальцами и всмотрелся в запертое внутри существо.
Оно было крошечным, длиной всего около двух-трех сантиметров – лишь немногим больше обычного муравья.
Тельце древесной обезьяны покрывала густая шерсть, под которой угадывались крепкие, развитые мускулы.
Коренастая, с широкой плоской грудной клеткой, она обладала передними конечностями той же длины, что и задние...
Оказавшись в руках Лу Ли, она яростно колотила в стеклянную стенку пробирки и без умолку верещала.
Лу Ли понаблюдал за ней еще немного и вернул пробирку лаборанту.
Вся лаборатория пришла в движение.
Множество исследователей приступили к своим прямым обязанностям.
Древесные обезьяны оказывались под объективами автоматизированных приборов...
Применив лазерное микропрепарирование, ученые начали анатомировать подопытных.
Все анатомические структуры этих существ – клетки, мышцы, головной мозг, скелет, внутренние органы – распределялись для детального анализа между группами специалистов.
— Судя по геному, — заговорил профессор Харрис Левин, глядя вместе с остальными руководителями проекта на монитор с ДНК-последовательностью древесной обезьяны, — этим существам потребуются долгие эпохи самостоятельной эволюции, чтобы развиться в разумных гуманоидов.
— Но потенциал у них есть... — академик Ся Цюаньдэ указал на экран. — ...Структура довольно примитивная, однако посмотрите сюда, сюда и вот сюда. Наблюдается определенное сходство с земными предками человека.
— Относительная масса мозга древесной обезьяны составляет одну пятисотую от общего веса тела, — добавил профессор Роберт Уинтроп. — ...Это дает им реальный шанс стать высокоинтеллектуальным видом.
Ся Цюаньдэ, Роберт Уинтроп и Харрис Левин оживленно обменивались мнениями.
Лу Ли стоял на втором ярусе лаборатории генетического кодирования, сквозь панорамное окно наблюдая за суетой внизу.
В его взгляде читалась скрытая тревога.
Он мысленно сосредоточился, проверяя запас оставшегося у него времени.
С момента запуска эксперимента в мире-микро-песочнице No 01 прошло уже около пяти месяцев.
За эти пять месяцев он предоставил определенную свободу семи своим доверенным лицам. Те приносили ему в среднем по сорок тысяч лет ежемесячно... Однако с учетом колоссальных трат на эксперимент сейчас у него оставалось менее ста тысяч лет.
К счастью, благодаря искусственному вмешательству в эволюцию проект наконец приблизился к своей завершающей стадии.
Глава 182: «Главные герои континента No 01!»
После того как подопытные древесные обезьяны были досконально изучены исследователями – от микроскопических клеток и структуры генов до макроскопического строения организма – наступил второй уровень эксперимента.
Первоочередной задачей стало размножение.
Лу Ли установил на острове No 398 и в герметичной камере десятитысячекратное ускорение времени.
Благодаря обилию пищи и полному отсутствию естественных врагов прошел всего один день, что при таком ускорении равнялось двадцати семи годам. А с учетом десятикратной скорости жизненных реакций для подопытных пролетело целых двести семьдесят лет.
За эти двести семьдесят лет популяция древесных обезьян разрослась со скромных двух сотен до внушительных 58 669 особей.
Как только популяция стабилизировалась, официально начался этап жестоких и хладнокровных масштабных научных испытаний.
Наука требует абсолютного рационализма, она безжалостна.
Для академика Ся Цюаньдэ, профессора Роберта Уинтропа, профессора Харриса Левина и их коллег пищащие в клетках древесные обезьяны были лишь подопытными образцами, ничем не отличающимися от обычных белых мышей.
Ученые принялись перекраивать генетическое кодирование древесных обезьян, стремясь спровоцировать колоссальный эволюционный скачок... Их совершенно не волновало, что подобная спешка неизбежно вызовет фатальные генетические дефекты.
Они преследовали лишь две цели:
Во-первых, развить у подопытных хотя бы зачаточный уровень человеческого интеллекта.
Во-вторых, довести продолжительность их жизни как минимум до двадцати лет.
Под руководством трех ведущих ученых сотрудники генеческой лаборатории попытались внедрить базовые фрагменты генома современного человечества в ДНК древесных обезьян.
Эксперименты, проводимые ради этого, отличались крайней жестокостью.
В руках многочисленных лаборантов древесные обезьяны гибли целыми стаями.
Однако для академика Ся Цюаньдэ и его коллег в этих смертях не было ничего страшного – они являлись неизбежностью.
Если бы среди десяти тысяч погибших древесных обезьян выжила хотя бы одна, чей организм справился бы с отторжением чужеродных генов, этого было бы более чем достаточно!
Временная область десяти тысяч крат заставляла древесных обезьян размножаться непрерывно. Каждый день на свет появлялись десятки тысяч новых особей...
Но ужас заключался в том, что численность популяции не росла ни на йоту. Если бы не колоссальное ускорение времени, этот вид давно прекратил бы свое существование, не успевая восполнять потери от бесконечных тестов.
За первую неделю исследований погибло четыреста тридцать тысяч подопытных древесных обезьян.
Академик Ся Цюаньдэ и его группа начали постепенно отказываться от кодирования по локусам человеческих генов...
Вместо этого академик Ся Цюаньдэ, профессор Роберт Уинтроп и профессор Харрис Левин параллельно запустили три независимых эксперимента.
Они начали кодировать ДНК подопытных на основе генов людей разумных, первобытных людей и питекантропов.
Спустя еще одну неделю наконец появились первые выжившие особи, в чьем геноме успешно прижились фрагменты ДНК первобытных людей и питекантропов.
Эксперимент вышел на новый этап!
Скрещенные с генами первобытных людей и питекантропов древесные обезьяны начали активно размножаться.
Интеллект древесных обезьян стремительно рос, разделив популяцию на две ветви...
У тех особей, которым достались гены первобытных людей, густая шерсть заметно поредела, а в облике отчетливо проступили человеческие черты. Они передвигались на двух ногах, умели общаться на самом простом уровне и пользовались примитивными орудиями труда. В них угадывались черты далеких предков европеоидной расы.
Этих гуманоидов Лу Ли назвал неандертальцами.
Исследователи препарировали несколько экземпляров.
Оказалось, что их физиология практически идентична древним людям, а относительная масса мозга сравнялась с показателями человечества Земли...
Разумеется, их умственное развитие имело свой предел, однако наиболее одаренные особи вполне могли сравниться по интеллекту с обычным человеком.
Вторая ветвь, унаследовавшая гены питекантропов, отличалась более массивным телосложением и густым шерстяным покровом. Они были физически сильнее, но заметно глупее...
Этих гуманоидов Лу Ли назвал флоресцами.
Прошла еще одна неделя испытаний.
Ученые убедились, что геном обеих гуманоидных ветвей временно стабилизировался.
Вместе с тем исследователи подтвердили, что как неандертальцы, так и флоресцы несут в себе тяжелые, смертоносные генетические дефекты.
Такова оказалась цена спешки и грубого вмешательства в естественный ход эволюции.
Впрочем, иного выхода у них не было.
Академик Ся Цюаньдэ и его коллеги просто зафиксировали эти сведения в отчетах и объявили о завершении текущего этапа.
Весь персонал вернулся в главную лабораторию.
Они вновь заняли свои места перед кристаллическим барьером мира-микро-песочницы No 01.
Там, за прозрачной преградой, кипела жизнь – мириады созданий вели жестокую борьбу за выживание под куполом первобытного неба.
Бесчисленные древние виды терзали друг друга, отстаивая свое право на существование...
— Какое великолепие... — восторженно выдохнул профессор Хоу Гаомин, эксперт по экологии.
Затем он подавил нахлынувшие чувства и перевел взгляд на Лу Ли.
— Начнем, — негромко произнес Лу Ли.
Он протянул руку и коснулся ладонью прохладной поверхности кристаллического барьера.
Достаточно было одного мысленного импульса...
Область ускорения времени в сто тысяч крат стремительно накрыла весь мир-песочницу.
Все лабораторные приборы мгновенно подстроились под новый режим.
Тысячи исследователей склонились над клавиатурами компьютеров, безостановочно вычисляя траектории и сверяя данные...
Начался бесстрастный десятисекундный отсчет.
— Десять...
— ...Девять...
— ...Восемь...
— ...Три...
— ...Два...
— ...Один...
Искусственно смоделированный метеоритный дождь начал заволакивать небеса песочницы...
Пылающие росчерки метеоритов распороли небосвод над крошечным миром!
Послышался непрекращающийся, оглушительный грохот сокрушительных ударов.
По воле операторов проснулись и начали извергать раскаленную лаву древние вулканы.
Исполинские тучи пепла и ядовитых газов хлынули в атмосферу. Температура в мире-песочнице начала стремительно падать, а солнце скрылось за непроницаемой пеленой угольно-черных облаков...
Весь этот мир погрузился в пучину истинного апокалипсиса!
Мириады живых существ испускали свои предсмертные стоны.
Каждую секунду гибли целые виды, стираясь из истории этого мира!
Лишенные солнечного света растения чахли и засыхали. Следом от голода вымирали гигантские травоядные. Лишившись добычи, крупные хищники медленно угасали в отчаянии и кровавых битвах друг с другом.
Эта катастрофа не пощадила практически ни одно крупное наземное животное.
Лишь мелкие обитатели суши – в основном примитивные млекопитающие – кое-как выживали, питаясь скудными остатками органики.
Кроме того, падение метеоритов насытило атмосферу высокими концентрациями иридия и других радиоактивных элементов, окончательно задушивших этот мир.
За пределами кристаллического барьера мира-микро-песочницы No 01...
Все исследователи поднялись со своих мест, приковав взгляды к происходящему за стеклом.
Лу Ли оставался абсолютно спокоен, на его лице не отразилось ни единой эмоции.
Стоящая рядом секретарша Шэнь Ючу не выдержала этого зрелища и жалостливо отвернулась...
В этом и заключалось величие силы Творца!
Это Мезозойское массовое вымирание должно было раз и навсегда покончить с эпохой гигантских созданий, безраздельно властвовавших здесь сотни тысяч лет.
Согласно сценарию профессора Хоу Гаомина, эта глобальная катастрофа должна была расчистить путь для млекопитающих и будущих гуманоидов, убрав с арены их главных соперников.
【Летопись зарождения цивилизации в Мире No 01:】
【Мезозойское массовое вымирание сокрушает эпоху гигантских созданий, правивших Миром No 01 сотни тысяч лет...】
【В отсутствие солнечного света растения вянут и гибнут; лишенные корма травоядные гиганты умирают от голода; крупные хищники, оставшись без добычи, обречены на медленное угасание в отчаянии и междоусобной бойне...】
【Млекопитающие и гуманоиды готовятся выйти на историческую сцену...】

Комментарии

Загрузка...