На следующий день, ровно в десять утра.
Лю Сяоли прижала к груди Лю Ичэня и толкнула дверь фотостудии, затерявшейся неподалеку от Третьего транспортного кольца.
─ Сяоли! А вот и вы!
Сестра Ван вышла им навстречу, а за ее спиной маячил очкастый мужчина средних лет с фотоаппаратом наперевес.
─ Знакомьтесь, это наш штатный фотограф, старик Чжоу.
Старик Чжоу кивнул, и его взгляд, упавший на Лю Ичэня, мгновенно посветлел.
─ Ого, а паренек-то породистый.
Он подошел поближе.
─ Кожа светлая, черты лица правильные, глаза большие – отличная база.
Лю Сяоли с улыбкой поблагодарила его, но в душе все же немного нервничала.
Как-никак они впервые тащили малыша в такое место: а вдруг Сяочэнь закапризничает, расплачется – что тогда делать?
─ Проходите, давайте сразу в павильон.
Сестра Ван провела их вглубь помещения.
Студия оказалась небольшой, но оборудованной по последнему слову техники.
Посередине был расстелен чисто-белый фон, по сторонам выстроились три или четыре профессиональных софтбокса, а рядом дежурили визажист со светотехником.
Вместе со стариком Чжоу и сестрой Ван набралось человек шесть.
Стоило Лю Ичэню оказаться внутри, как его цепкий взгляд мгновенно оценил обстановку.
Пять зрителей.
Профессиональные съемочные условия.
Это вам не дома очки с мамы с сестрой сшибать, тут КПД будет куда выше.
Внутри него все затрепетало от предвкушения, однако внешне он сохранял образ безупречно послушного и невинного младенца.
─ Сначала переоденем малыша.
Визажист, молоденькая девушка, с улыбкой приняла Лю Ичэня из рук матери и облачила его в нежно-голубой слипик с вышитым на груди медвежонком.
─ Ух ты, в нем он стал еще очаровательнее!
Девушка легонько ущипнула его за щечку.
Лю Ичэнь в ответ послушно растянул губы в улыбке.
─ Сестрица Сяоли, у вашего сына золотой характер, совсем людей не боится.
Лю Сяоли шумно выдохнула.
─ Ну и славно, я уж думала, реветь начнет.
─ Полноте, он же прирожденный ангелочек.
Старик Чжоу уже выставил свет и поманил Лю Сяоли:
─ Давайте, укладывайте паренька сюда.
Лю Сяоли опустила Лю Ичэня на мягкий мат посреди белого фона.
Малыш устроился на месте, опираясь ручками о подстилку, и с любопытством уставился на объектив.
Старик Чжоу вскинул камеру, собираясь щелкнуть затвором, и вдруг замер.
─ Этот ребенок... –
В тот момент, когда вспыхнул свет, Лю Ичэнь на уровне рефлексов чуть-чуть развернул голову.
Хоть в прошлой жизни он в университете не особо усердствовал, но под страхом вечных отметок за посещаемость всё же прослушал базовый курс фотографии.
Уж находить свет он точно умел.
Он повернул лицо навстречу основному источнику освещения, позволяя лучам ровно лечь на левую щеку, в то время как правая сторона улавливала мягкий контровой свет, отчего лицо моментально приобрело объем.
Старик Чжоу, глядя на это через видоискатель, озадаченно нахмурился.
─ Этот карапуз... сам ловит свет? –
Он опустил камеру и перевел взгляд на Лю Сяоли.
─ Он у вас часто позирует? талантом обладает? –
Лю Сяоли покачала головой.
─ Ничего подобного, дома только на телефон фоткали.
Старик Чжоу помолчал пару секунд, покачал головой и решил, что это просто совпадение.
Он снова вскинул аппарат, позвенел перед носом малыша маленьким колокольчиком.
─ Ну-ка, смотрим сюда, малыш. –
Глазки Лю Ичэня мгновенно метнулись на звук, заискрившись озорством, а уголки губ чуть приподнялись.
Щелк.
Раздался звук затвора.
─ Прекрасно! Держи это выражение!
Старик Чжоу сделал серию снимков.
─ Давайте сменим ракурс.
Ассистенты принялись двигать штатив.
Лю Ичэнь послушно скорректировал позу следом за камерой.
Он подался корпусом чуточку вперед, дабы объектив схватил его анфас во всей красе.
При этом обе ручки непринужденно легли на колени, а общая расслабленность позы поражала естественностью.
Старик Чжоу, наблюдая за этим через окуляр, даже руку придержал.
─ Ну и хватка... у него просто чутье на камеру. –
Стоявший рядом осветитель тоже заметил неладное.
─ Старик Чжоу, вы гляньте на его взгляд – он же неотрывно в объектив смотрит.
Чжоу нажал на кнопку, сделав еще с десяток кадров.
Затем попросил визажиста вынести новый реквизит – пушистого плюшевого зайца.
─ Держи друга, малыш. –
Девушка всунула игрушку в руки Лю Ичэню.
Тот принял зайца, опустил на него взгляд, а затем поднял голову и улыбнулся в объектив: уголки губ изогнулись, а глаза превратились в полумесяцы.
Невинно, чисто и чертовски обаятельно.
Щелк-щелк-щелк.
Старик Чжоу молотил по кнопке без остановки.
Серия завершилась, и фотограф рассыпался в похвалах.
Сестра Ван тоже подбежала взглянуть на экран.
На снимках Лю Ичэнь обнимал зайца, чуть склонив голову, с ясным взглядом и теплой улыбкой.
Освещение подчеркивало сияющую кожу, а черты лица напоминали фарфоровую куклу.
Но без малейшего намека на кукольную стеклянность – живую, излучающую энергию.
─ Это... не слишком ли фотогенично? –
Сестра Ван изумленно моргнула.
─ Я видела его разок, поняла, что хорошенький, но чтоб настолько на снимках раскрывался...
Старик Чжоу кивнул:
─ Бывает, ребенок живьем писаный красавец, а перед камерой сыпется. А здесь все наоборот: в реальности хорош, а в кадре просто сияет.
Он отснял еще несколько сетов.
Сидячие, лежачие, вполоборота, с запрокинутой головкой.
В любом ракурсе Лю Ичэнь отрабатывал на совесть.
Велели смотреть влево – смотрел влево.
Велели вправо – поворачивал голову вправо.
Просили улыбнуться – улыбался.
Приказывали замереть – тут же гасил улыбку, превращаясь в воплощение послушания.
За всю сессию – ни слез, ни капризов, ни малейшего намека на недовольство.
Спустя сорок пять минут старик Чжоу опустил камеру и шумно выдохнул.
─ Свобода.
Визажист опешила:
─ Уже всё?
─ Всё, родимая. –
Чжоу вытер пот со лба.
─ Малец потрясающе дисциплинирован, мы отсняли всё, что я планировал, причем по нескольку дублей на каждый ракурс.
Он повернулся к Лю Сяоли.
─ Сестрица Сяоли, ваш сын рожден для этой работы.
Лю Сяоли сидела в кресле, все еще пребывая в легком ступоре.
Она ведь собиралась просто сделать обложку, с какой стати ее сын вдруг превратился в профессионального модельера? Тьфу, модель?
─ Старик Чжоу, бросьте шутить...
─ И в мыслях не было. –
Серьезно произнес Чжоу.
─ Вы знаете, сколько обычно возятся с младенцами? Часа по два-три, да еще подстраивайся под их настроение. Чуть что – ор на полчаса, работа встала. А ваш? Как по нотам: куда палец укажешь, туда и смотрит, а мимика вообще за гранью.
Он выдержал паузу.
─ Если это не природный талант, то что тогда?
Лю Сяоли открыла рот, но подобрать слова не смогла.
Сестра Ван расхохоталась рядом:
─ Ну что, Сяоли, я была права насчет твоего паренька? Теперь веришь?
Лю Сяоли опустила взгляд на сына.
Лю Ичэнь тихонько сопел у нее на коленях, хлопая большими глазами и продолжая удерживать на губах легкую улыбку.
Чистый ангел, вреда никакого.
Она прижала его к себе покрепче.
─ Ладно, мой хороший, съемка окончена, едем домой.
Старик Чжоу, ковыряясь в отснятом материале на компьютере, неожиданно бросил через плечо:
─ Сестрица Сяоли, у меня тут пара знакомых из рекламных контор вечно ищут младенцев под детские бренды – смеси, подгузники и все такое. Если надумаете, могу замолвить словечко.
Лю Сяоли вздрогнула.
─ Реклама? –
─ Ага, продуктовые съемки. Платят больше, чем журналу, времени отнимает минимум, часа полтора на всё про всё. –
Чжоу окинул взглядом Лю Ичэня.
─ С данными вашего паренька картинка выйдет шикарной.
Лю Сяоли заколебалась.
Денег у них хватало, и превращать младенчество сына в заработок ей претило.
Ее старшая дочь Лю Ифэй вошла в шоу-бизнес в пятнадцать лет, и хотя сейчас купалась в лучах славы, мать прекрасно знала, сколько пота и нервов за этим стояло, совмещая материнскую гордость со жгучей жалостью.
Но слова старика Чжоу запали в душу: у мальчика действительно был дар, и закапывать его в землю казалось преступлением.
─ Я... я подумаю об этом.
─ Добро, спешки нет. –
Улыбнулся Чжоу.
─ Надумаете – дайте знать.
Лю Сяоли вынесла сына из студии, на выходе их провожала сестра Ван.
─ Сяоли, скажу по совести, ─
понизив голос, заговорщически произнесла та.
─ С такими данными, если ты займешься его раскруткой, парень далеко пойдет. Твоя Ифэй вон какая звезда, а Сяочэнь, глядишь, еще круче станет.
Лю Сяоли лишь улыбнулась в ответ, пропустив реплику мимо ушей.
Сын еще слишком мал, чтобы втягивать его во всю эту суету.
Всю дорогу домой Лю Сяоли прокручивала этот разговор в голове.
А Лю Ичэнь тем временем дремал у нее на груди, прикрыв глаза и изображая сонное царство.
Зато в его сознании системные оповещения трезвонили одно за другим:
[Дзынь! Засчитано успешное проявление актерского мастерства!]
[Количество зрителей: 5]
[Интенсивность эмоциональной реакции: старик Чжоу – 4 уровень, визажист – 3 уровень, осветитель – 2 уровень, сестра Ван – 3 уровень, Лю Сяоли – 3 уровень]
[Получено очков актерского мастерства ×20!]
[Итоговая сумма очков актерского мастерства: 46!]
[Поздравляем хозяина с получением фрагмента «Врожденного очарования» ×1!]
[Текущий прогресс: Врожденное очарование 2/3]
Лю Ичэнь довольно потерся о мамино плечо, радуясь циферкам.
Одна фотосессия – и сразу два десятка очков в кармане.
Такая эффективность дома со старшей сестрой и матерью и не снилась!

Комментарии

Загрузка...