В тот же день, во второй половине, кабинет начальника Разведки.
*Шурх, скрип.*
Глаза начальника Разведки Мелани проворно бегали по строкам документов. Чтобы обрабатывать горы рапортов от агентов, ежедневно поступавшие со всего континента, времени на передышку почти не оставалось. Когда она взялась уже за тридцать восьмой доклад...
*Вж-жик.*
Магический кристалл на краю стола засиял. Жёлтым. Сигнал немедленной аудиенции.
«Надо же, именно сейчас».
И без того дел невпроворот, кто ещё смеет отвлекать?
«Если это кто-то не слишком важный, просто помечу как «нет на месте»».
Не прекращая писать, она скосила глаза на имя вызывающего.
«Центральный Контроль Южной границы Натан Кель».
Ни секунды не колеблясь, Мелани коснулась кристалла. В нём тотчас возник Центральный Контроль.
— Кхм, кхм! А. А-а.
Она прочистила горло, бросила взгляд на своё отражение.
«Одежда в порядке, причёска не растрёпана, макияж свеж. Хорошо».
Мгновенно проверив себя, она с лёгкой улыбкой произнесла:
— Привет, милый.
— Здравствуйте, начальник Разведки.
Натан, как всегда выглядевший усталым, склонил голову.
— Что за дело? Не ожидала, что будешь связываться так часто.
В её словах сквозил прозрачный намёк: «Я бы не возражала, если бы так было и впредь». Но вместо ответа Центральный Контроль вытащил из ящика стола толстый том и показал ей.
— Запрошенная вами расшифровка. Всё готово.
Та самая годовая подшивка шифров, что она ему передала. И ещё один том — полностью переведённая на общий язык копия.
— Ни единого знака не упущено. Отправлю завтра же.
— ...
Мелани на мгновение замолчала.
— ...Ты ведь знаешь, что я дала тебе неделю? И ты управился за семь часов?
— Да.
Она невольно вздохнула. Ну что за дурак.
— Ладно. Что на этот раз?
Обычно, когда Центральный Контроль так выкладывается и с бешеной скоростью выполняет просьбу, на то есть особая причина.
— Я хочу попросить вас ещё об одном одолжении.
Ну конечно. Мелани горько усмехнулась.
— Хорошо. Говори. Раз ты всё сделал так быстро, и мы должны ответить тем же.
Центральный Контроль на мгновение пристально посмотрел на неё, а затем медленно произнёс:
— Сообщите мне способ связаться с «Чёрной Дланью».
*Тук.*
Перо, которое держала Мелани, упало на стол.
— Ты спятил?! — Её голос внезапно взвился. Хвост взметнулся и мелко задрожал. — Встретиться с «Чёрной Дланью»? Госслужащему?
Давно я не видел Мелани такой ошеломлённой. И было отчего.
«Глава границы, желающий встретиться с гильдией убийц, — это, мягко говоря, ненормально».
Я и сам понимаю — безумие. Всплыви это наружу — грянет грандиозный скандал. А внутри — игра со смертью. И всё же это было необходимо. Я спокойно заговорил:
— На то есть причины.
Я рассказал ей всё. Что больше не хочу ограничиваться лишь предотвращением и ликвидацией последствий. Пора наносить упреждающий удар. Особенно по такому противнику, как Культ Зла.
— Упреждающий удар... Да, действительно, нет никаких гарантий, что они не повторят подобного, — Мелани нахмурилась. — Но почему именно «Чёрная Длань»?
Прозвучал самый главный вопрос.
— Если хочешь действовать чужими руками, есть ведь и другие варианты.
На самом деле другие кандидаты были. Северная империя Скади. Северный филиал Священной Церкви.
«Империя Скади испокон веков сражалась с монстрами на суровом севере и выросла в могучую державу».
Они бы без труда смели остатки Культа Зла. Но сотрудничество с другим государством требует сложнейших дипломатических процедур. Одно лишь торговое соглашение дипломаты согласовывают неделями, а тут — военная операция по сдерживанию Культа Зла. Минимум полгода ожидания.
«К тому же пришлось бы делиться с ними всеми разведданными по Культу».
А что до Священной Церкви — даже говорить тошно. Дать им повод для священной войны — чистое безумие.
«Ни за что, только не Священная Церковь».
Но «Чёрная Длань» — другое дело.
— Они подходят лучше всех.
Как бы то ни было, их вице-мастер мертва. И убила её Святая Культа Зла, Хатенсила. Смогут ли они это проглотить?
— Между ними установилась кровная вражда. Если мы используем «Чёрную Длань» вместо того, чтобы действовать самим, то сможем нанести Культу Зла, который находится за рубежом, сокрушительный удар.
Показать им правду. И одновременно направить их ярость прямиком на Культ Зла.
— Скажите, как с ними встретиться. Всё остальное я улажу сам.
Вражда и столкновение двух террористических группировок. А в итоге — взаимное уничтожение. Таков мой метод.
Но Мелани покачала головой.
— Нельзя.
Снова отказ.
— Начальник Разведки! Это действительно необходимо...
— Я понимаю, что ты хочешь сказать, — резко оборвала она, отметая мой план. — Ты хочешь «использовать врага против врага». Так?
— Да.
— Стратегия, при которой врага, с которым трудно справиться, стравливают с ему подобными и уничтожают. Как ты и сказал — сокрушить противника чужими руками. Мысль хорошая.
Она мгновенно ухватила суть.
— Но для этого на твоих руках не должно остаться ни пылинки. Если хоть что-то просочится, обе силы это заметят и мгновенно сменят цель. И этой целью станешь ты — зачинщик.
Она указала на меня пальцем.
— А ты что собираешься? Лично идти на встречу с «Чёрной Дланью» и выкладывать им всё? Да это всё равно что самому на всех углах выкрикивать своё имя.
— ...
— Понимаешь, что это значит?
Я тихо ответил:
— Они узнают о моём существовании.
— Именно.
Если я явлюсь перед ними лично, «Чёрная Длань» тут же пробьёт по мне всё. Риск — совершенно иного порядка, чем всё, что было до сих пор.
— Но я к этому готов.
— Одной готовности мало, — она вновь качнула головой. — До сих пор ты был всего лишь главой Южной границы. Но стоит тебе хоть раз так активно вмешаться, и твоё имя — «Натан Кель» — навсегда отпечатается в их памяти.
Хвост её ходил ходуном.
— Что будет, если ты лично предъявишь им труп вице-мастера и скажешь: «Это не наших рук дело, это Культ Зла»? Думаешь, они так просто поверят? Как, по-твоему, они тебя расценят?
— Увидят во мне «главу границы, который знает их секреты».
— Вот именно. Ты мгновенно станешь для них угрозой.
— И эта информация может просочиться не только в «Чёрную Длань», но и в Культ Зла.
— Быть узнанным в теневом мире — не самая хорошая примета.
Слова той, что как никто познала изнанку мира.
— А когда такое случается с госслужащим целого королевства — жди беды.
Мне нечего было возразить. Всё, что она сказала, — чистая правда. Если я раскроюсь перед «Чёрной Дланью», опасности подвергнусь не только я, но и все, кто рядом. Но если не раскроюсь — они никогда не поверят. Патовая ситуация.
— Чёрт...
Я застыл, загнанный в тупик противоречий. Мелани заговорила вновь:
— Я же сказала: не пытайся тащить всё в одиночку. Ты инспектор иммиграционной службы, а не универсальный решатель проблем.
— ...
Прямо в точку.
— Ты ведь хочешь остановить Культ Зла при помощи «Чёрной Длани»?
— Да.
— Хм... У меня есть один хороший способ. — Её жёлтые зрачки пробежали из стороны в сторону.
— Порой именно шоковая терапия становится самым верным переломным моментом. Но бить надо в самый неожиданный миг.
Многозначительные слова.
— От тебя требуется только одно.
Мелани указала на часы.
— Казнь скинволкера. Она назначена на сегодняшний вечер.
Я тоже перевёл взгляд на циферблат. 18:00. Точно, сегодня в восемь — казнь скинволкера. Хотя она уже мертва из-за проклятия, маркграф Рейес до сих пор не обнародовал этот факт.
«То есть маркграф считает, что даже мёртвое тело имеет символическое значение, и проведёт церемонию».
От него, с его-то заботой о публичном имидже, этого вполне можно ожидать.
— Ты должен любой ценой помешать этому.
Помешать? Зачем? Ведь доказательства вмешательства Культа Зла — та самая тёмно-красная аура — и так налицо. Я на мгновение задумался и вдруг прозрел.
— Мелани. Вы что же, собираетесь передать тело им?
— О, какой догадливый.
Она кивнула.
— План таков: ты срываешь казнь. Это — как предварительное условие. Всё остальное мы сделаем сами.
— ...Стало быть, я должен лишь запустить механизм.
— Не беспокойся. Ни Культ Зла, ни «Чёрная Длань» даже не узнают о твоём существовании. Правда, придётся ненадолго одолжить у тебя госпожу Эржену.
Вертикальные зрачки в упор посмотрели на меня.
— Начнёшь ты, а точку поставит Эржена.
Континентальный север, забытая башня в глубине Великого леса.
В безмолвной комнате на самой вершине, прислонившись к стене, с закрытыми глазами застыла женщина.
— ...
Словно ожидая чего-то, она обратилась в слух. И в этот миг...
*Хлоп-хлоп.*
В небе захлопали крылья, и ворон, скользнув в окно, плавно влетел на верхний этаж башни.
— Кар! — резкий птичий крик разорвал тишину.
Услышав его, женщина медленно открыла глаза. Верхушка забытой башни была владением птиц. Птица мягко опустилась на шест прямо перед ней.
*Шелест.*
Взгляд упал на неё. И тотчас из клюва что-то выпало. Маленькая, туго сложенная записка упала перед женщиной. Она прочла:
«Поиски на севере безрезультатны».
Увидев тот же ответ, что и прежде, женщина нахмурилась.
— Сестра... Где же ты.
Скоро неделя. Прошла почти неделя с тех пор, как исчезли вести от её названной младшей сестры. Та всегда отличалась крайним индивидуализмом, но неизменно раз в три дня присылала с вороном весточку.
— Не беспокойся, я буду время от времени сообщать о себе.
Женщина с тихим вздохом вытащила из кармана горсть семян и рассыпала по полу.
— Ещё немного потрудись. Чувствую... дурное предзнаменование.
Ворон — вестник беды. Само его существование несёт зловещий знак. Птица, окружённая суевериями: увидел — жди неудачи, весь день не заладится. И всё же именно ворона она избрала своим символом и всегда обучала этих птиц. Потому что, вопреки облику, они были невероятно умны и выносливы. И она не видела причин презирать их только за мрачную репутацию.
И вдруг...
*Скрип.*
— Госпожа Илайза.
Дверь отворилась, и в комнату вошёл мужчина с грубой внешностью. Яркий дневной свет потоком хлынул внутрь. Зрачки цвета ночи мгновенно сжались, и обнажилась кожа — бледнее платины. Женщина, слегка отвернувшись от света, спросила:
— Нашёл?
Можно было даже не уточнять, о ком речь. Сейчас ей досаждал лишь один-единственный человек.
— ...Простите. Нам не удалось выяснить, где сейчас госпожа Шахал.
Шахал. Вице-мастер «Чёрной Длани» и её названная сестра. И не только вороны приносят дурные вести. Илайза недовольно перевела взгляд обратно на птицу.
— Вот... как. Ступай. Ты хорошо поработал.
Но у мужчины было что добавить.
— Однако мы выяснили, куда она направилась.
Женщина вновь подняла голову.
— Куда?
— Она заключила частный контракт и отбыла в Королевство Перепутья.
— Королевство Перепутья...
Она помнила. Это название было ей знакомо. Помешанные на границах типы. Чудаки, засевшие в самом сердце континента и записывающие всех, кто пересекает их рубежи.
«Зачем Шахал туда понесло?»
Рождается вопрос. Тем, у кого всё на счету, лишние записи ни к чему.
«К тому же — частный контракт».
Она невольно нахмурилась. Сколько раз было сказано — не браться за заказы самовольно. Но досада досадой, а причину она примерно понимала.
«Наверняка опять ухватилась за обещание раздобыть сведения о других соплеменниках».
Скинволкеры всегда алчут встречи с сородичами. Это почти расовый инстинкт. Сколько раз такое уже случалось — и, скорее всего, сейчас она не раздумывая бросилась в это, позабыв обо всём. Беда лишь в том, что при частном контракте гильдия не может ни защитить её, ни проверить личность нанимателя. Пока исполнительница сама не доложит, никто не узнает, провалилась она или преуспела, и какие это возымело последствия. Даже жива ли она — неясно.
Хотя, с мастерством Шахал, убить её непросто. И удрать она умеет отменно.
«И если речь о Королевстве Перепутья...»
Можно немного расслабиться. Раз там записывают всё — значит, и следы названной сестры где-то да найдутся. Илайза знает все псевдонимы, которыми та пользуется. Даже если та скрыла настоящее имя, она узнает. Слишком долгое молчание — дурная привычка. Особенно если за тебя переживают.
«В этот раз я это ей крепко вдолблю».
Она медленно поднялась на ноги.
— Мне нужно кое-что проверить. Я отлучусь.
И тогда распахнулись два огромных крыла. Чёрные, как ночное небо, глянцевые вороновы крылья росли из плеч вместо рук.
— Будет сделано. Сколько вы планируете отсутствовать?
— Сутки.
Гарпия-ворон. Раса, которую среди всех гарпий считают самой проклятой. И одновременно — самой свирепой и жестокой, причисляемой едва ли не к чудовищам.
Когда она распрямилась во весь рост, мужчина поднял голову вслед за ней.
— Счастливого пути, мастер. Я буду ждать.
Мастер «Чёрной Длани» Илайза Корбус повернулась к окну.
— Кар! — разнёсся вороний крик.
И означал он в этом мире лишь одно: беду.
Чёрная гарпия взмыла в небеса. Ещё не зная, какие чёрные вести ждут её впереди.

Комментарии

Загрузка...