Переступив порог, Цзи Линьчуань прежде всего уставился на панорамные окна.
Шторы были раздвинуты, и хлынувший снаружи свет наполнял комнату чистым сиянием.
Он подошел к окну и выглянул наружу: перед ним расстилался поросший густой зеленью склон, виднелись несколько наклоненных деревьев и полоска поля вдалеке, а сама земля полого уходила вверх.
Самый обычный загородный пейзаж, но отчего-то на душе сразу становилось легко и спокойно.
Сюй Чживань вошла следом, встала рядом, тоже выглянула и кивнула: ─ Как хорошо...─
Цзи Линьчуань осмотрел остальное убранство, проверил жесткость матраса, заглянул в ванную на огромную кадку и, вернувшись, подмигнул жене: ─ Какая бадья знатная, в такой лежать – одно удовольствие.
Сюй Чживань молча улыбнулась уголками губ, но по ее лицу было и так всё понятно.
В соседней комнате Вэнь Цзиншу тоже завершила осмотр вида на склон за окном и принялась изучать кнопки на сушильной машине. Вэй Чэнцзэ присел на краешек кровати, проверяя пружины, и довольно кивнул.
Планировка у комнат была одинаковой, отделка – сдержанной и лаконичной, без лишней мишуры, зато к чему ни прикоснись – всё казалось добротным, жить здесь явно будет удобно.
Осмотревшись минут десять и обследовав каждый угол, все четверо словно по команде вышли наружу.
Цзи Линьчуань только вышел в коридор, перевел взгляд на перила...
И шаги его разом оборвались.
Он замер на месте, словно вросший в землю.
Сюй Чживань шла следом и, заметив, что он остановился, с любопытством заглянула вперед.
И тоже замерла.
Вэй Чэнцзэ с Вэнь Цзиншу, выйдя из соседней комнаты и увидев, что те стоят столбом посреди прохода, присоединились к ним. Четверо выстроились в ряд у ограды, не произнося ни слова.
Развернувшаяся перед ними картина не нуждалась ни в каких пояснениях.
Ближняя гладь Эрхая под вечерним светом казалась отлитой из мягкого оранжевого золота, мелкая рябь дрожала и накатывала волна за волной вдаль.
На противоположном берегу девятнадцать пиков Цаншаня тянулись вдоль линии горизонта; очертания их вершин казались резкими и четкими, а склоны укутывали тонкие полосы облаков, отчего небесная синева казалась еще более глубокой.
Всё выглядело как тщательно оформленное живописное полотно: горы, вода, небо и облака – каждый элемент находился на своем месте, застыв в безмолвном ожидании.
Цзи Линьчуань сглотнул подступивший к горлу ком, в груди словно что-то перехватило, и лишь спустя несколько секунд он выдавил: ─ Вот это кайф...─
Голос звучал негромко, но восторг в нем был почти осязаемым.
Сюй Чживань стояла рядом, чуть приоткрыв рот от вздоха, и не сводила глаз с далеких гребней Цаншаня.
Вэнь Цзиншу оперлась руками о перила, подавшись вперед, долго вглядывалась в золотистую россыпь света на воде, а после повернулась и встретилась взглядом с Вэй Чэнцзэ.
Тот ничего не сказал, лишь бережно обнял ее за плечи, глядя в ту же даль с улыбкой человека, которого до глубины души тронуло увиденное.
Они так и стояли у перил, обдуваемые вечерним ветерком, молча любуясь пейзажем.
Солнце продолжало опускаться, очертания гор в сумерках становились всё четче. Окраска воды менялась: от оранжевого золота к медно-красному, переходя в густо-лиловые сумерки, и каждая минута приносила новые краски.
Вэнь Цзиншу заговорила первой – тихо, словно боясь потревожить окружавшую их тишину: ─ Дикие гуси и осенние тучи летят вместе, вода сливается с длинным небом в единый цвет. ─
Лишь в этот момент они по-настоящему постигли смысл этих строк.
То были не холодные книжные знаки, а живая, величественная, исцеляющая красота вечерних гор и вод, та подлинная поэзия и мощь, которую можно прочувствовать, лишь оказавшись здесь.
Любопытство к этому талантливому, мягкому и безупречно одаренному хозяину вспыхнуло в их сердцах с новой силой.
Четверо продолжали растворяться в закатных красках и поэзии момента. Ветер с Эрхая доносил влажную прохладу, лаская лица так нежно, что шевелиться не хотелось вовсе.
Спустя еще пару минут Цзи Линьчуань первым оторвал взгляд от пейзажа и потер живот: ─ Ладно-ладно, виды никуда не денутся, мы же на полмесяца приехали, еще успеем налюбоваться. Пойдемте-ка вниз, поедим чего-нибудь. ─
Они повернулись и поспешили обратно вниз по лестнице.
Стоило им войти в холл первого этажа, как нос уловил аппетитный запах еды.
На каменном столе во дворе уже дымилось несколько тарелок. А у плиты в кухне Сюй Чжичжоу шуровал вовсю: масло раскалилось до предела, он качнул запястьем, ссыпая заготовку в посуду, и от нового взрыва шипения аромат стал еще гуще.
На соседней конфорке попыхивала скороварка, стравливая белый пар через клапан – судя по всему, там что-то тушилось.
Все четверо остановились у кухонного окошка, не говоря ни слова.
Сюй Чжичжоу, не прекращая движений, поднял глаза и увидел четыре головы, выстроившиеся у проема и вперившиеся в сковородку.
Он усмехнулся, продолжая мешать еду: ─ Проголодались?─
Цзи Линьчуань тут же закивал: ─ Жуть как. Мы в дороге с самого утра, только парой бутербродов и перебивались. ─
─ Сейчас готово, последнее блюдо, ─ Сюй Чжичжоу прибавил огня, быстро перевернул всё пару раз, выключил плитку и смахнул готовку на блюдо.
Он поставил тарелку на край окошка, сбросил фартук на стул: ─ Всё, ужинаем. Помогите донести, посуда уже на столе. ─
Цзи Линьчуань с Вэй Чэнцзэ тут же бросились вперед, подхватили по две тарелки и понесли во двор. Сюй Чживань с Вэнь Цзиншу тоже принесли миски и супницу, и в два приема всё оказалось на столе.
Сюй Чжичжоу снял скороварку с огня и вышел вслед за ними, неся наваристый суп.
Стол ломился от еды; пусть блюд было немного, но порции оказались щедрыми, а пар от них так и манил.
Цзи Линьчуань первым ухватился за палочки, отправил кусок в рот, пожевал пару секунд, и глаза у него засияли.
Не переставая жевать, он вовсю замахал свободной рукой перед Сюй Чжичжоу: ─ Хозяин Сюй, ну до чего же у вас золотые руки! ─
Вэй Чэнцзэ следом тоже отправил в рот кусок, кивнул без слов, но на лице было написано полное одобрение.
Сюй Чживань и Вэнь Цзиншу, держа в руках пиалы, не спешили с едой: сначала они зачерпнули по ложке супа, подули на пар, отпили глоток и переглянулись, после чего Сюй Чживань первой произнесла: ─ Как же вкусно...─
Сюй Чжичжоу сидел напротив, держа пиалу и улыбаясь: ─ Самая обычная домашняя еда. Когда живешь один, не научишься стряпать – пропадешь. Главное, чтобы вам по вкусу пришлось. ─
Бушоу пристроился у ножки стола, задрав морду и наблюдая за ними, помахивая хвостом и изредка поскуливая.
Вэнь Цзиншу опустила взгляд на пса, улыбаясь: ─ Хозяин Сюй, это ваша собака? Как его зовут?...
─ Его зовут Бушоу, ─ Сюй Чжичжоу бросил ему кусок мяса, который пес ловко поймал и принялся усердно хрустеть. ─ Подобрал на дороге в прошлом году. Когда взял, он был тощ как скелет, вот я и решил дать ему кличку на удачу. ─
─ Бушоу... ─ Сюй Чживань повторила прозвище и не сдержала улыбки. ─ Отличное имя, со смыслом. ─
Цзи Линьчуань тоже рассмеялся, глядя на пса: ─ И не скажешь. Сейчас такой ладный, шерсть лоснится, знатно вы его выходили. ─
Бушоу, казалось, понял похвалу, замахал хвостом еще яростнее и даже поднялся, чтобы сделать круг вокруг стола, приветствуя каждого по очереди.

Комментарии

Загрузка...