— Брат Чэнь! Ты... — воскликнула Чжоу Мэй, оказавшись рядом с И Чэнем вместе с остальными, но лишилась дар речи в тот момент, когда их взгляды встретились.
«Если бы не я, брату Чэню вовсе не пришлось бы связываться с Хо Сюнем. Во всем виновата я...»
Думала она, чувствуя, как внутри нее поднимается волна вины, из-за чего ей было трудно утешить И Чэня, ведь причиной его нынешнего бедствия была она сама.
Именно тогда она вспомнила обрывки слов из перепалки И Чэня с Хо Сюнем, которые ей послышалось уловить по дороге, и продолжила:
— Б-брат Чэнь, будь спокоен! Тебе не о чем беспокоиться насчет своих очков вклада. В этот период я буду выполнять как можно больше заданий и отдам тебе половину своих очков вклада!
Глаза Чжоу Мэй сияли решимостью, когда она говорила эти слова.
— Это... — И Чэнь уже собирался сказать, что ей не стоит так сильно себя утруждать, поскольку он более чем способен сам со всем разобраться.
Однако прежде чем он успел вымолвить это, его перебили Дун Юнь, Цинь Яо и остальные, которые в следующее же мгновение тоже принялись горячно обещать помощь.
— И меня запишите! Я тоже отдам брату Чэню половину своих очков вклада!
— И я, брат Чэнь! Вместо половины я даже готов отдать все свои очки вклада, если понадобится, так что вообще не переживай!
— Помогать тебе — это само собой разумеющееся, брат Чэнь. Так что будь спокоен!
Услышав, как Цинь Яо, Чжоу Мэй, Фэн Мин и остальные наперебой засыпают его обещаниями с такими пламенными глазами, И Чэню ничего не оставалось, как проглотить то, что он собирался сказать.
— Тогда... Спасибо всем, — с благодарной улыбкой сказал И Чэнь и хотел добавить еще кое-что, но сотрудники Зала Наказаний, отвечавшие за то, чтобы отвести его в камеру заключения, не позволили ему этого.
— Хватит болтать. Идем дальше.
Один из них подтолкнул И Чэня вперед, одновременно не позволяя Чжоу Мэй и остальным подойти ближе.
В результате И Чэню пришлось подчиниться и двинуться в путь.
— Увидимся через неделю. — Он с легкой улыбкой помахал рукой и продолжил шагать вперед под конвоем стражей Зала Наказаний.
— Береги себя, брат Чэнь!
— Это всего лишь неделя, брат Чэнь. Ты обязательно через это пройдешь!
Эти полные добрых намерений слова, донесшиеся сзади, вызвали улыбку на лице И Чэня, которого вели вглубь здания.
«Похоже, эта камера заключения находится прямо внутри здания Зала Наказаний», — подумал он, продолжая идти вперед.
Немного погодя его заставили преодолеть несколько лестничных пролетов, прежде чем наконец привести в просторное подземелье.
«Значит, она здесь...» — подумал И Чэнь, вскоре достигнув приемной, где дежурили еще несколько учеников Внутренней секты.
— Значит, вот он, новенький. Обыщите его как следует, проверьте, нет ли при нем чего спрятанного, и заберите пространственный перстень, когда закончите, — распорядился ученик Внутренней секты, по-видимому, старший среди них, обращаясь к подчиненному, после чего перевел взгляд на И Чэня.
— Твой пространственный перстень вернут тебе, когда выйдешь. Насчет вещей внутри можешь не переживать: это место находится под круглосуточным наблюдением, так что ничего не пропадет.
С этими словами он уже собирался подать знак подчиненному начинать обыск, как вдруг с лежавшего на соседнем столе камня послышалось гудение.
— Слушаю?
Подняв камень голосовой передачи, он тотчас отозвался.
— Это я. — Из камня раздался знакомый голос, заставивший старшего ученика мигом вытянуться в струнку: — Да, старейшина Чжао Тянь! Ученик Чу Фэн на связи!
— Да, Чу Фэн, — кивнул старейшина Чжао Тянь на том конце, услышав имя, и продолжил: — Тот ученик, которому только что вынесли приговор, уже прибыл к вам? Его зовут И Чэнь.
— Да, старейшина Чжао! Он только что прибыл. Как только закончится обыск, мы по правилам изымем его пространственный перстень и поместим его в одну из камер заключения согласно вашему решению, — дисциплинированно отрапортовал ученик Чу Фэн.
— Понятно. Тут появились некоторые изменения, которые я не внес в приговорный лист. Конфисковывать его пространственный перстень не нужно, и обыскивать его тоже не требуется.
Просто отправьте его в одну из камер заключения как есть и проследите, чтобы он пробыл там следующие семь дней. Тебе понятно?
— строго распорядился старейшина Чжао Тянь.
— Это... — Услышав подобный приказ, столь несвойственный старейшине Чжао Тяню, Чу Фэн невольно заколебался, совсем сбитый с толку.
«С чего бы старейшине Чжао Тяню внезапно отдавать такое распоряжение? Разве он не тот, кто всегда свято чтил правила? Тогда почему... Неужели у этого ученика есть какой-то особый статус, о котором мы не знаем?» — нахмурившись, подумал Чу Фэн, глядя на И Чэня.
— Я спросил: тебе понятно?!
Не дождавшись ответа, старейшина Чжао Тянь тут же повысил голос от раздражения.
— Д-да, старейшина Чжао! Я выполню все в точности! — в панике выпалил Чу Фэн, осознав, что заставил старейшину Чжао Тяня ждать, и подумал: «Раз уж это приказ самого старейшины Чжао, значит, на то есть причина. Как его подчиненный, я обязан подчиниться».
— Вот и славно.
С этими словами старейшина Чжао Тянь убрал камень, и сияние камня голосовой передачи угасло.
Увидев это, Чу Фэн тяжело вздохнул и перевел взгляд на подчиненного, который уже приготовился обыскивать И Чэня.
— Приказ сверху. Обыск отменяется, вещи не изымать. Просто отведи его в камеру заключения в таком виде, как он есть. Понял? — к всеобщему изумлению объявил Чу Фэн.
— Что уставились?! Делайте, что велено! — раздраженно прикрикнул он, видя их озадаченные лица, поскольку и сам толком не понимал сути происходящего, и поторопил их увести И Чэня.
«Что здесь вообще за чертовщина творится?» — с недоумением думал И Чэнь, наблюдая за бессмысленными действиями учеников Внутренней секты, пока его вели в отведенную камеру заключения.
Тем временем в личном кабинете старейшины Чжао Тяня.
Убрав камень голосовой передачи, он посмотрел на фигуру, стоявшую у окна и кончиками пальцев осторожно касавшуюся мелких цветов в горшке.
— Доволен? — хмыкнул старейшина Чжао Тянь, с недовольством глядя на собеседника.
— Да, отныне я буду должен старейшине Чжао Тяню одолжение. Чего бы ты ни пожелал, я помогу тебе с этим. Идет? — в следующий же момент старейшина Юй Сюн повернулся к нему и ослепительно улыбнулся.
Как только старейшина Чжао Тянь увидел это, его лицо на миг покраснело, заставив его смутиться.
— Т-ты, грязный ублюдок! Хватит устраивать передо мной свои бабские штучки и валяй отсюда, раз закончил!
Я даже понять не могу, с какого перепугу ты идешь на такие жертвы, чтобы помочь новому ученику.
То, что у него духовный корень высшего качества, вовсе не значит, что мы должны превозносить этого сопляка до небес. Мы — величайшая секта во всем Королевстве, и подобные поступки лишь пагубно скажутся на нашей репутации!
Не выдержав наглых насмешек старейшины Юй Сюна, старейшина Чжао Тянь сорвался и вместе с гневом выплеснул все свои сомнения.
— Хо-хо, — усмехнувшись в ответ на его слова, старейшина Юй Сюн заметил: — Старейшина Чжао Тянь, тебе не стоит быть таким буквоедом. Порой правила нужно и гнуть... В любом случае, благодарю тебя.
Старейшина Юй Сюн махнул ему рукой и зашагал к двери.
Увидев это, старейшина Чжао Тянь закатил глаза и бросил: — Знаешь, ты так и не ответил на мой вопрос. С какой стати тебе заходить так далеко? Если бы не твоя просьба, я бы влепил ему целый месяц заключения за неуважительное обращение к старейшине.
Услышав этот вопрос вновь, старейшина Юй Сюн улыбнулся еще шире, проходя мимо двери, и его затихающий голос долетел до ушей старейшины Чжао Тяня.
— Скажем так, человек, на которого я равняюсь, заинтересовался к этому мальчишке.
— Человек, на которого ты равняешься? — услышав это, старейшина Чжао Тянь невольно заинтересовался, но фигура старейшины Юй Сюна давно скрылась из виду, прежде чем он успел задать вопросы.
БЗЫНЬ!
Металлическая дверь сдвинулась в сторону, и в следующий миг И Чэня затолкали внутрь.
— Ты просидишь здесь следующие семь дней. Еду будут приносить только раз. На этом все.
С этими словами ученик захлопнул дверь, оставив И Чэня в кромешной тьме.
— Здесь... Просто смердит дерьмом.
Пробормотал И Чэнь, зажав нос рукой.

Комментарии

Загрузка...