Ван Цин в замешательстве обернулся и увидел Цинь Юйгуаня, который приветливо ему улыбался. А рядом сидела та самая девчонка из торгового центра.
От этой «дружелюбной» улыбки Ван Цина бросило в дрожь – в прошлый раз этот парень устроил ему настоящую головомойку. Пытаясь выслужиться перед молодым господином Каном, он спустил больше миллиона, но в итоге потерпел фиаско, подставил Кана и выставил себя и Ян Сяомина полными идиотами.
К тому же он собственноручно отдал в чужие руки «прекрасный цветок», и результат оказался... классическим примером того, как можно остаться и без денег, и без чести.
Вернувшись тогда домой и во всем повинившись отцу, он не только выслушал отборную брань, но и лишился карманных денег на полгода вперед. Ван Цин не был таким недалеким, как Кан Фэнъюэ. Он понимал: человек, ради которого друзья готовы не глядя выкинуть несколько миллионов, сам по себе простым быть не может. Поэтому сегодня, даже увидев Юйгуаня, он и не помышлял о мести.
Они с Ян Сяомином пришли в «Фэнбо» вовсе не за реваншем, встреча с Юйгуанем была чистой случайностью. Их главной целью была сделка с Е Мусюэ. Поэтому на провокационную улыбку Цинь Юйгуаня Ван Цин ответил вежливым кивком, будто они были старыми добрыми приятелями.
«Надо же, а парень-то не совсем безнадежен, есть в нем какая-то выдержка», – отметил про себя Юйгуань и шепнул Цзинхун Сюэ:
— Угадай, зачем они приперлись?
— Пф, — фыркнула та. — Наверняка пронюхали, что четыре крупнейших финансовых конгломерата Шанхая ищут в Циндо партнеров в энергетическом секторе, вот и пришли ставить условия госпоже Е. Шанхайцы ведь хотят работать именно с частным капиталом. Во-первых, у частников нет этой раздутой бюрократии, как у госкомпаний, а во-вторых, они больше нацелены на максимизацию прибыли... Проще говоря, с частниками работать удобнее. А в Циндо, кроме «Фэнбо», на роль партнера могут претендовать разве что они.
— О? — Цинь Юйгуань удивился. Он только утром увидел новость о визите делегации из Шанхая, а конкуренты уже засуетились. — И что, наша «Фэнбо» уже как-то проявила инициативу?
Цзинхун Сюэ закатила глаза:
— Ты думаешь, «Фэнбо» настолько велика, что шанхайские воротилы сами прибегут знакомиться?
Она поворошила палочками в миске и как бы невзначай добавила:
— Если бы кое-кто предусмотрительный не подал Е Мусюэ готовый план еще несколько дней назад, до официальных новостей, «Фэнбо» вряд ли бы уже вела переписку с Шанхаем. И уж точно эти «мухи» не слетелись бы сейчас к жене этого «кое-кого» качать права.
Цинь Юйгуань на мгновение опешил, соображая, о ком речь. Под «предусмотрительным кое-кем» Цзинхун Сюэ явно имела в виду себя, а под «мужем» – его самого.
Главой шанхайского конгломерата был отец Цзинхун Сюэ – Цзинхун Таотянь. Вряд ли в мире найдется отец, которому плевать на дела дочери. Раз уж она работает в «Фэнбо», Таотянь наверняка сообщил ей о своих планах заранее. А раз знала она, то и Е Мусюэ получила возможность подготовиться раньше остальных.
— Ну, тогда я должен поблагодарить тебя от лица всей компании. А я-то думал, чего ты там целыми днями строчишь, оказывается, вот оно что. Обязательно замолвлю за тебя словечко перед стариком, пусть присвоит тебе звание почетного сотрудника «Фэнбо» пожизненно... — Заметив, как скепсис во взгляде девушки нарастает, Юйгуань решился на главный козырь:
— И если всё выгорит, я, так и быть, приоткрою завесу тайны над одной новостью, которой так интересуется некий человек.
Перспектива стать «почетным сотрудником» для наследницы крупнейшей корпорации Шанхая имела нулевую ценность – коробка хороших конфет на день рождения и то приятнее. Но последняя фраза заставила ее глаза округлиться:
— Ты серьезно?
— Всё зависит от твоих стараний, — Юйгуань с невозмутимым видом закурил.
Цзинхун Сюэ протянула свою белоснежную ладонь:
— По рукам.
Юйгуань лениво хлопнул по ее ладони, про себя усмехаясь: «Мне, старине Циню, нарушить обещание – что капусту съесть. Думаешь, раз мы хлопнули по рукам, я сразу всё выложу? Наивная девчонка, хе-хе...»
— Но больше всего я боюсь вмешательства властей, — продолжала Цзинхун Сюэ. — Готова спорить, среди тех, кто пришел с Ван Цином, есть официальные лица. Они могут начать вставлять палки в колеса через политику или проверки. Если они создадут в «Фэнбо» хаос на глазах у шанхайцев, это будет катастрофа. Сам понимаешь, даже если мой папа всей душой за «Фэнбо», он представляет интересы четырех гигантов. И если компания не решит свои внутренние проблемы, он может... ну, скажем так, потерять право решающего голоса.
От её бесконечных «может», «скажем так» и «вдруг» у Юйгуаня голова пошла кругом. Но он не мог не признать её проницательность: она верно угадала наличие «крыши» у пришедших.
Он перевел взгляд на третьего человека. Тот тоже оставил в его памяти след – это был Хань Фэн, сын Хань Шигана, того самого, чье предложение Е Мусюэ так холодно отвергла в «Раю на земле». А еще он был племянником Чжан Цинфэна, начальника полиции района Цзиньчэн, который как раз ушел в отставку по болезни. И хотя какой-то глава района по весу не сравнится с мэром, старая истина гласила: «Далекий бог не поможет, когда ближний чиновник под боком».
— Не волнуйся, я со всем разберусь. Ты просто помогай Е Мусюэ готовить дела компании, — бросил Юйгуань, не сводя глаз с последнего человека, который шел вслед за Е Мусюэ к выходу.
Хань Фэн почувствовал, как по спине пробежал холодок. Он невольно обернулся и увидел того самого парня, который в «Раю на земле» был заодно с той зрелой красоткой, отправившей Ли Мо в нокаут. И сейчас этот парень смотрел на него с очень странной, многообещающей улыбкой...

Комментарии

Загрузка...