В кабинете арендодателя на втором этаже было прохладно. Цзян Хуэй с хмурым видом разглядывал стоявшего перед ним сухопарого мужчину средних лет.
В кабинете арендодателя на втором этаже было прохладно. Цзян Хуэй с хмурым видом разглядывал стоявшего перед ним сухопарого мужчину средних лет.
— Ах, молодой человек, ну так всегда бывает, — с добродушной улыбкой заговорил тот. — Квартира ведь изнашивается. К тому же ты не предупредил заранее, что съезжаешь. За то время, пока жилье будет пустовать, тебе тоже стоит понести хоть какую-то ответственность, а?
— Ах, молодой человек, ну так всегда бывает, — с добродушной улыбкой заговорил тот. — Квартира ведь изнашивается. К тому же ты не предупредил заранее, что съезжаешь. За то время, пока жилье будет пустовать, тебе тоже стоит понести хоть какую-то ответственность, а?
На губах Цзян Хуэя заиграла странная усмешка.
На губах Цзян Хуэя заиграла странная усмешка.
— В комнате всего-то четыре стены да кондиционер с самым низким классом энергоэффективности, и вы требуете плату за износ? — Спросил он. — А что до простоя... Я прожил здесь не один год и прекрасно знаю местный рынок. Вчера я освободил комнату, а сегодня ее уже вовсю показывают клиентам. Какое еще пустующее жилье? К тому же новым арендаторам вы наверняка сдадите ее дороже, чем мне.
— В комнате всего-то четыре стены да кондиционер с самым низким классом энергоэффективности, и вы требуете плату за износ? — Спросил он. — А что до простоя... Я прожил здесь не один год и прекрасно знаю местный рынок. Вчера я освободил комнату, а сегодня ее уже вовсю показывают клиентам. Какое еще пустующее жилье? К тому же новым арендаторам вы наверняка сдадите ее дороже, чем мне.
— Ты прожил тут несколько лет, стены все в пятнах! — Возразил мужчина, поспешно забыв о простое. — Разве мне не придется нанимать людей, чтобы все перекрасить?
— Ты прожил тут несколько лет, стены все в пятнах! — Возразил мужчина, поспешно забыв о простое. — Разве мне не придется нанимать людей, чтобы все перекрасить?
— Вещи изнашиваются в процессе использования, это естественно, — холодно отрезал Цзян Хуэй. — Если следовать вашей логике, то случись в доме обвал из-за ветхости, мне тоже пришлось бы за него платить?
— Вещи изнашиваются в процессе использования, это естественно, — холодно отрезал Цзян Хуэй. — Если следовать вашей логике, то случись в доме обвал из-за ветхости, мне тоже пришлось бы за него платить?
— Что за чушь ты несешь? Накликать беду на мой дом вздумал? — Разозлился тот. — Я тебе так скажу: если продолжишь в том же духе, я вообще не верну залог. Ни единого юаня не получишь!
— Что за чушь ты несешь? Накликать беду на мой дом вздумал? — Разозлился тот. — Я тебе так скажу: если продолжишь в том же духе, я вообще не верну залог. Ни единого юаня не получишь!
Мелочное упрямство хозяина жилья вызвало у Цзян Хуэя лишь усмешку. Дело было вовсе не в тысяче юаней, которой он лишался, а в нежелании потакать чужой наглости.
Мелочное упрямство хозяина жилья вызвало у Цзян Хуэя лишь усмешку. Дело было вовсе не в тысяче юаней, которой он лишался, а в нежелании потакать чужой наглости.
— В таком случае выпишите мне квитанции об оплате, — спокойно произнес Цзян Хуэй. — Предоставьте мне официальные налоговые чеки за все годы, что я снимал у вас жилье.
— В таком случае выпишите мне квитанции об оплате, — спокойно произнес Цзян Хуэй. — Предоставьте мне официальные налоговые чеки за все годы, что я снимал у вас жилье.
Мужчина смерил его презрительным взглядом и грубо бросил:
Мужчина смерил его презрительным взглядом и грубо бросил:
— Никаких чеков. Жалуйся хоть в полицию.
— Никаких чеков. Жалуйся хоть в полицию.
Не желая тратить время на пустые препирательства, Цзян Хуэй набрал номер горячей линии налоговой службы, положил телефон на стол и включил громкую связь.
Не желая тратить время на пустые препирательства, Цзян Хуэй набрал номер горячей линии налоговой службы, положил телефон на стол и включил громкую связь.
— Здравствуйте, вас приветствует горячая линия Государственной налоговой службы, — раздался из динамика вежливый голос оператора номер 2603. — Чем я могу вам помочь?
— Здравствуйте, вас приветствует горячая линия Государственной налоговой службы, — раздался из динамика вежливый голос оператора номер 2603. — Чем я могу вам помочь?
— Я хочу заявить об уклонении от уплаты налогов, — без лишних предисловий ответил Цзян Хуэй. — Местный арендодатель принимает плату за жилье и отказывается выдавать чеки.
— Я хочу заявить об уклонении от уплаты налогов, — без лишних предисловий ответил Цзян Хуэй. — Местный арендодатель принимает плату за жилье и отказывается выдавать чеки.
— Хорошо, господин, назовите, пожалуйста... — начала было девушка, но звонок резко оборвался.
— Хорошо, господин, назовите, пожалуйста... — начала было девушка, но звонок резко оборвался.
— Ладно, ладно! — Сердито проворчал хозяин квартиры, убирая палец от экрана телефона. Его лицо так и перекосило от досады. — Вычту всего двести юаней, идет?
— Ладно, ладно! — Сердито проворчал хозяин квартиры, убирая палец от экрана телефона. Его лицо так и перекосило от досады. — Вычту всего двести юаней, идет?
— Попробуй удержать хоть мао, — твердо ответил Цзян Хуэй. — Я не только сообщу о сокрытии доходов, но и подам жалобу на завышение тарифов за воду и электричество. Здесь ведь действуют государственные расценки, верно?
— Попробуй удержать хоть мао, — твердо ответил Цзян Хуэй. — Я не только сообщу о сокрытии доходов, но и подам жалобу на завышение тарифов за воду и электричество. Здесь ведь действуют государственные расценки, верно?
Он заранее продумал, как вести себя с подобными типами. Почти все хозяева жилья в «городских деревнях» вели дела в обход закона, и Цзян Хуэй сильно сомневался, что этот скупердяй решится рискнуть крупным штрафом ради чужого залога. Подобные арендодатели часто действовали по одной схеме: стоило жильцу заговорить о переезде, как они начинали придираться по мелочам. Если жилец пасовал, они наживались на его уступчивости. Стоило проявить твердость – и они без лишних слов возвращали деньги. Для хозяина это была игра без риска: в худшем случае он просто тратил пару лишних слов, ничего не теряя.
Он заранее продумал, как вести себя с подобными типами. Почти все хозяева жилья в «городских деревнях» вели дела в обход закона, и Цзян Хуэй сильно сомневался, что этот скупердяй решится рискнуть крупным штрафом ради чужого залога. Подобные арендодатели часто действовали по одной схеме: стоило жильцу заговорить о переезде, как они начинали придираться по мелочам. Если жилец пасовал, они наживались на его уступчивости. Стоило проявить твердость – и они без лишних слов возвращали деньги. Для хозяина это была игра без риска: в худшем случае он просто тратил пару лишних слов, ничего не теряя.
Забрав залог, Цзян Хуэй сел в машину и поехал за Нин Юю, чтобы вместе вернуться в Лоху. Через полчаса он припарковался у клиники традиционной китайской медицины, принадлежавшей семье Гэ Ваньцин. Нин Юю уже давно поджидала его у входа, то и дело поглядывая на дорогу. Заметив знакомый автомобиль, она тут же поспешила навстречу.
Забрав залог, Цзян Хуэй сел в машину и поехал за Нин Юю, чтобы вместе вернуться в Лоху. Через полчаса он припарковался у клиники традиционной китайской медицины, принадлежавшей семье Гэ Ваньцин. Нин Юю уже давно поджидала его у входа, то и дело поглядывая на дорогу. Заметив знакомый автомобиль, она тут же поспешила навстречу.
— Брат Цзян! — Радостно воскликнула она. — Наконец-то ты приехал.
— Брат Цзян! — Радостно воскликнула она. — Наконец-то ты приехал.
Цзян Хуэй вышел из машины и перевел взгляд на стоявшую рядом с Юю Гэ Ваньцин. «Надо же быть такой невезучей... – ...пронеслось в его голове. – ...Впрочем, так даже лучше».
Цзян Хуэй вышел из машины и перевел взгляд на стоявшую рядом с Юю Гэ Ваньцин. «Надо же быть такой невезучей... – ...пронеслось в его голове. – ...Впрочем, так даже лучше».
— Врач Гэ, можно задать вам один вопрос? — Неожиданно спросил Цзян Хуэй.
— Врач Гэ, можно задать вам один вопрос? — Неожиданно спросил Цзян Хуэй.
Ваньцин слегка растерялась от его внезапного обращения, но, чуть нахмурившись, спросила:
Ваньцин слегка растерялась от его внезапного обращения, но, чуть нахмурившись, спросила:
— Какой вопрос?
— Какой вопрос?
— Можно ли по пульсу определить, принадлежит ли человек к нетрадиционной сексуальной ориентации? — Уточнил Цзян Хуэй.
— Можно ли по пульсу определить, принадлежит ли человек к нетрадиционной сексуальной ориентации? — Уточнил Цзян Хуэй.
— Конечно нет, — изумленно покачала головой Гэ Ваньцин. — Сексуальная ориентация определяется психологическими факторами, а не физиологическими изменениями организма.
— Конечно нет, — изумленно покачала головой Гэ Ваньцин. — Сексуальная ориентация определяется психологическими факторами, а не физиологическими изменениями организма.
Цзян Хуэй понимающе кивнул:
Цзян Хуэй понимающе кивнул:
— А, понятно. Спасибо, что прояснили, — он повернулся к Нин Юю. — Садись за руль, а я немного вздремну на пассажирском сиденье.
— А, понятно. Спасибо, что прояснили, — он повернулся к Нин Юю. — Садись за руль, а я немного вздремну на пассажирском сиденье.
— Угу! — Послушно согласилась Юю.
— Угу! — Послушно согласилась Юю.
Она устроилась на водительском месте, а затем высунулась из окна машины, чтобы попрощаться с подругой:
Она устроилась на водительском месте, а затем высунулась из окна машины, чтобы попрощаться с подругой:
— Ваньцин, я поехала! В следующий раз обязательно заскочу к тебе снова.
— Ваньцин, я поехала! В следующий раз обязательно заскочу к тебе снова.
— Ну уж нет! — Притворно надулась Гэ Ваньцин. — В следующий раз ты должна приехать специально ко мне, а не проездом!
— Ну уж нет! — Притворно надулась Гэ Ваньцин. — В следующий раз ты должна приехать специально ко мне, а не проездом!
— Хорошо-хорошо, договорились! Пока! — Весело отмахнулась Юю и завела мотор.
— Хорошо-хорошо, договорились! Пока! — Весело отмахнулась Юю и завела мотор.
Гэ Ваньцин еще какое-то время смотрела вслед удаляющемуся автомобилю. На ее лице отразилось искреннее недоумение. «И зачем он только спросил меня об этом?» – растерянно подумала она.
Гэ Ваньцин еще какое-то время смотрела вслед удаляющемуся автомобилю. На ее лице отразилось искреннее недоумение. «И зачем он только спросил меня об этом?» – растерянно подумала она.
В салоне машины царила тишина. Цзян Хуэй сидел с закрытыми глазами, лениво размышляя: «А не сболтнул ли я лишнего? Что, если она обо всем догадается? Эх... все-таки я слишком добрый...»
В салоне машины царила тишина. Цзян Хуэй сидел с закрытыми глазами, лениво размышляя: «А не сболтнул ли я лишнего? Что, если она обо всем догадается? Эх... все-таки я слишком добрый...»
Когда они въехали в Лоху, Нин Юю не стала будить спутника расспросами, а сразу направилась к ресторану. К тому моменту, когда Цзян Хуэй открыл глаза, машина уже стояла на парковке.
Когда они въехали в Лоху, Нин Юю не стала будить спутника расспросами, а сразу направилась к ресторану. К тому моменту, когда Цзян Хуэй открыл глаза, машина уже стояла на парковке.
— М-м-м... Приехали? — Сонно пробормотал он.
— М-м-м... Приехали? — Сонно пробормотал он.
— Мы у ресторана, брат Цзян, — отозвалась Юю. — Хочешь подняться в комнату отдыха и еще немного поспать?
— Мы у ресторана, брат Цзян, — отозвалась Юю. — Хочешь подняться в комнату отдыха и еще немного поспать?
— Нет, у меня еще есть дела, — Цзян Хуэй тряхнул головой, прогоняя остатки сна. Он отстегнул ремень безопасности и вышел из машины.
— Нет, у меня еще есть дела, — Цзян Хуэй тряхнул головой, прогоняя остатки сна. Он отстегнул ремень безопасности и вышел из машины.
— Брат Цзян, если тебе нужно по делам, возьми машину! — Крикнула ему вслед Нин Юю.
— Брат Цзян, если тебе нужно по делам, возьми машину! — Крикнула ему вслед Нин Юю.
Услышав это, он не удержался и закатил глаза:
Услышав это, он не удержался и закатил глаза:
— Зачем мне самому садиться за руль, если я могу дойти пешком? Мне что, заняться больше нечем?
— Зачем мне самому садиться за руль, если я могу дойти пешком? Мне что, заняться больше нечем?
Оставив девушку без дальнейших объяснений, Цзян Хуэй направился в сторону Международного торгового центра, до которого от ресторана было всего несколько сотен метров.
Оставив девушку без дальнейших объяснений, Цзян Хуэй направился в сторону Международного торгового центра, до которого от ресторана было всего несколько сотен метров.
Оказавшись возле Башни Международного торгового центра, Цзян Хуэй окинул взглядом ряды высотных офисных зданий и достал телефон, чтобы изучить карту недвижимости. «Поблизости почти нет жилых домов, а те, что есть, стоят сущие копейки», – подумал он.
Оказавшись возле Башни Международного торгового центра, Цзян Хуэй окинул взглядом ряды высотных офисных зданий и достал телефон, чтобы изучить карту недвижимости. «Поблизости почти нет жилых домов, а те, что есть, стоят сущие копейки», – подумал он.
Полистав объявления более внимательно, он обнаружил в двух километрах от себя жилой комплекс «Свет и гармония». «А вот это неплохо, – отметил Цзян Хуэй, изучая характеристики. – ...Сто восемьдесят квадратных метров за двадцать миллионов. Даже дороже, чем квартира Исюань в Небесном городе».
Полистав объявления более внимательно, он обнаружил в двух километрах от себя жилой комплекс «Свет и гармония». «А вот это неплохо, – отметил Цзян Хуэй, изучая характеристики. – ...Сто восемьдесят квадратных метров за двадцать миллионов. Даже дороже, чем квартира Исюань в Небесном городе».
Связавшись с агентством недвижимости, он не прождал и нескольких минут, как за ним подъехала машина. Сев в салон, он узнал от риелтора, что тот по счастливой случайности как раз находился неподалеку.
Связавшись с агентством недвижимости, он не прождал и нескольких минут, как за ним подъехала машина. Сев в салон, он узнал от риелтора, что тот по счастливой случайности как раз находился неподалеку.
Жилой комплекс «Свет и гармония», седьмой корпус, тридцать пятый этаж. Выйдя на балкон, Цзян Хуэй посмотрел вниз: перед ним раскинулся типичный урбанистический пейзаж – сплошные дороги да высотки. «В таком густонаселенном районе ей точно нечего бояться», – с облегчением подумал он.
Жилой комплекс «Свет и гармония», седьмой корпус, тридцать пятый этаж. Выйдя на балкон, Цзян Хуэй посмотрел вниз: перед ним раскинулся типичный урбанистический пейзаж – сплошные дороги да высотки. «В таком густонаселенном районе ей точно нечего бояться», – с облегчением подумал он.
Цзян Хуэй снова достал телефон и набрал номер Чэнь Синь.
Цзян Хуэй снова достал телефон и набрал номер Чэнь Синь.
— Ты где сейчас? — Спросил он, как только пошли гудки.
— Ты где сейчас? — Спросил он, как только пошли гудки.
— Уже подъезжаю! — Весело отозвалась она.
— Уже подъезжаю! — Весело отозвалась она.
— Хорошо, внизу тебя встретят, — кивнул он и заботливо добавил:
— Хорошо, внизу тебя встретят, — кивнул он и заботливо добавил:
— Паспорт с собой взяла?
— Паспорт с собой взяла?
— Да-да, взяла. Ты... ты правда собираешься купить мне квартиру? — В ее голосе послышалось сомнение.
— Да-да, взяла. Ты... ты правда собираешься купить мне квартиру? — В ее голосе послышалось сомнение.
— Поднимешься – поговорим, — поспешил успокоить ее Цзян Хуэй.
— Поднимешься – поговорим, — поспешил успокоить ее Цзян Хуэй.
— Ох... Ну ладно.
— Ох... Ну ладно.
Минут через десять риелтор поднялся в квартиру вместе с Чэнь Синь. Они не виделись всего пару дней, но девушка успела безумно соскучиться. Едва переступив порог и завидев Цзян Хуэя, она тут же бросилась в его объятия. Что поделать – влюбленные женщины всегда ведут себя так.
Минут через десять риелтор поднялся в квартиру вместе с Чэнь Синь. Они не виделись всего пару дней, но девушка успела безумно соскучиться. Едва переступив порог и завидев Цзян Хуэя, она тут же бросилась в его объятия. Что поделать – влюбленные женщины всегда ведут себя так.
Цзян Хуэй ласково шлепнул ее по упругой попке и мягко произнес:
Цзян Хуэй ласково шлепнул ее по упругой попке и мягко произнес:
— Ну всё, всё, потише. Давай сначала осмотрим квартиру.
— Ну всё, всё, потише. Давай сначала осмотрим квартиру.
— Угу... — Чэнь Синь нехотя отстранилась от него и принялась оглядываться по сторонам.
— Угу... — Чэнь Синь нехотя отстранилась от него и принялась оглядываться по сторонам.
Это была просторная четырехкомнатная квартира с двумя гостиными. Планировка во многом напоминала жилье Сунь Исюань, да и мебель была полностью на своих местах. Обойдя комнаты, Чэнь Синь осталась очень довольна. Конечно, квартира в сто восемьдесят квадратных метров казалась великоватой для нее одной, но это жилье выглядело куда безопаснее, чем уединенная вилла на окраине. Когда Цзян Хуэй впервые заговорил о покупке недвижимости, она внутренне сопротивлялась этой идее, но теперь, воочию осмотрев новые владения, в корне изменила свое мнение.
Это была просторная четырехкомнатная квартира с двумя гостиными. Планировка во многом напоминала жилье Сунь Исюань, да и мебель была полностью на своих местах. Обойдя комнаты, Чэнь Синь осталась очень довольна. Конечно, квартира в сто восемьдесят квадратных метров казалась великоватой для нее одной, но это жилье выглядело куда безопаснее, чем уединенная вилла на окраине. Когда Цзян Хуэй впервые заговорил о покупке недвижимости, она внутренне сопротивлялась этой идее, но теперь, воочию осмотрев новые владения, в корне изменила свое мнение.
Заметив, как Чэнь Синь засмотрелась на большую ванну, Цзян Хуэй двусмысленно улыбнулся:
Заметив, как Чэнь Синь засмотрелась на большую ванну, Цзян Хуэй двусмысленно улыбнулся:
— О чем задумалась? Переживаешь, поместимся ли мы туда вдвоем?
— О чем задумалась? Переживаешь, поместимся ли мы туда вдвоем?
— Ой, ну тебя! — Вспыхнула она, явно размышлявшая именно об этом.
— Ой, ну тебя! — Вспыхнула она, явно размышлявшая именно об этом.
— Ха-ха, мне тоже кажется, что она маловата, — Цзян Хуэй обнял ее за талию. — Как только оформим сделку, сразу заменим ее на просторную джакузи.
— Ха-ха, мне тоже кажется, что она маловата, — Цзян Хуэй обнял ее за талию. — Как только оформим сделку, сразу заменим ее на просторную джакузи.
Чэнь Синь уже собиралась согласно кивнуть, но вдруг вспомнила об одном немаловажном вопросе:
Чэнь Синь уже собиралась согласно кивнуть, но вдруг вспомнила об одном немаловажном вопросе:
— А сколько стоит эта квартира?
— А сколько стоит эта квартира?
— Двадцать миллионов, — честно ответил он.
— Двадцать миллионов, — честно ответил он.
— О боже... Это же безумно дорого! — Испуганно замахала руками девушка. — Нет-нет, не нужно!
— О боже... Это же безумно дорого! — Испуганно замахала руками девушка. — Нет-нет, не нужно!
— Ну вот, опять ты за свое, — недовольно цыкнул Цзян Хуэй.
— Ну вот, опять ты за свое, — недовольно цыкнул Цзян Хуэй.
— Но ведь это целых двадцать миллионов! Слишком дорого. Давай присмотрим что-нибудь попроще, а?
— Но ведь это целых двадцать миллионов! Слишком дорого. Давай присмотрим что-нибудь попроще, а?
— Глупышка, — ласково улыбнулся он. — В округе больше нет достойных вариантов. Не хочешь же ты, чтобы я купил квартиру с картонными стенами? А то ведь соседи будут слышать каждый наш шорох, когда мы решим уединиться.
— Глупышка, — ласково улыбнулся он. — В округе больше нет достойных вариантов. Не хочешь же ты, чтобы я купил квартиру с картонными стенами? А то ведь соседи будут слышать каждый наш шорох, когда мы решим уединиться.
Эти слова заставили Чэнь Синь окончательно сдаться. Смущенно опустив голову, она едва слышно спросила:
Эти слова заставили Чэнь Синь окончательно сдаться. Смущенно опустив голову, она едва слышно спросила:
— А сегодня... мы... мы можем остаться здесь на ночь?
— А сегодня... мы... мы можем остаться здесь на ночь?
— Ха-ха, — рассмеялся Цзян Хуэй и нежно приподнял ее лицо за подбородок. — Пока нет, моя хорошая. Квартира долго пустовала, здесь нужно хорошенько прибраться.
— Ха-ха, — рассмеялся Цзян Хуэй и нежно приподнял ее лицо за подбородок. — Пока нет, моя хорошая. Квартира долго пустовала, здесь нужно хорошенько прибраться.
— Угу... Как скажешь... — прошептала она, прижимаясь к его плечу с абсолютно счастливым видом.
— Угу... Как скажешь... — прошептала она, прижимаясь к его плечу с абсолютно счастливым видом.

Комментарии

Загрузка...