На площадке воцарился хаос.
Братья Черного Дракона дрались с невероятным азартом, в то время как люди из семьи У лишь визжали и выли, разбегаясь в панике. Впрочем, бойцы Цинь Цзяна строго соблюдали правило: если противник бросал оружие, его тут же переставали бить.
Тем временем Сунь Юань, забравшись на одну из крупных строительных машин, командовал группой подручных. Парни держали видеокамеры, фиксируя происходящее с выгодных ракурсов без слепых зон.
— Снимайте как следует, ни одного момента не упустите, но и лишнего в кадр не берите, — наставлял Сунь Юань. — Помните, вы – главные герои этой операции. Когда всё закончится, я лично попрошу Цзян-гэ наградить вас, и премия будет солидной.
— Будет сделано!
— Не волнуйся, Брат Хоу!
Операторы согласно закивали. Хоть они и завидовали тем братьям, кто сейчас разминал кулаки в драке, но понимали расклад: желающих помахать кулаками много, а «мяса» мало. Внизу в такой толчее и ударить толком не успеешь, а здесь, наверху, они фиксируют доказательства. И когда придет время раздавать награды, их точно не обделят.
Очень скоро сопротивление было подавлено. Люди из семьи У, окончательно сломленные, больше не смели поднимать руку. Над площадкой стояли лишь стоны и жалобные вопли.
— Сынок... Сынок, что с тобой?.. Не пугай маму... — какая-то женщина бросилась к лежащему на земле молодому человеку с фамилией У. Рядом валялся его меч. Видя на теле сына синяки и ссадины, она впадала во всё большее отчаяние, которое быстро сменилось яростью. Женщина подняла полный ненависти взгляд на Ван Тао:
— Ах ты... Ты посмел ударить моего сына... Да я тебя, гада, прикончу!..
С этими словами она рванулась вперед.
Ван Тао даже не подумал уклоняться. Наоборот, он сжал кулаки, и на его лице появилось нетерпеливое выражение.
— Женщина... — тихо прорычал он. — Тоже получит...
Вжих!
Побитый парень, словно восставший мертвец, резко подскочил и схватил мать за руку, удерживая её на месте. Он по глазам Ван Тао понял: этому типу плевать на приличия, он не из тех, кто щадит женщин.
Мать, остановленная рывком сына, не стала вырываться. Очевидно, и до неё дошло, чем это грозит. Эти люди, привыкшие всю жизнь занимать мелким мошенничеством и травлей честных людей, прекрасно чувствовали настоящую угрозу.
Ситуация на поле боя кардинально изменилась. Те самые члены клана У, что еще недавно кричали «бей–убивай» и грозились уничтожить Цинь Цзяна, теперь и не помышляли об атаке. Большинство валялись на земле, катаясь от мнимой или реальной боли, или же сидели в пыли, колотя ладонями по земле и надрывая глотки:
— Ой, мамочки, посмотрите, что творится!.. Люди добрые, убивают!.. Богатеи простых людей ни за что калечат!..
— Где справедливость?! Средь бела дня избивают вдов и сирот! О небо... Как жить дальше?!
— Нет на вас закона... Нет управы... Убили!..
Наблюдая за этим цирком, У-лаосань заметил, что братья Черного Дракона остаются совершенно равнодушными к их стенаниям. Цинь Цзян, сидя в машине, смотрел на происходящее, как зритель на плохую комедию. Старик не знал, что предпринять, но, видя множество избитых родственников, он почувствовал не жалость, а злорадное удовлетворение.
«Посмели распустить руки, да еще так жестоко, – подумал он, и его глаза хитро забегали. — Отлично... Изначально правда была не на нашей стороне, но теперь... теперь всё изменилось».
У-лаосань прекрасно понимал, что их требования были незаконными и наглыми. Но теперь, когда их побили, они могли взобраться на моральный пьедестал и атаковать с позиции жертвы.
— На этот раз, — пробормотал У-лаосань, — мы не ограничимся парой копеек отступных. Мы пустим вам кровь по-крупному, иначе никто не будет уважать У-лаосаня.
В глубине души ему было страшно. Цинь Цзян и его люди выглядели как отпетые бандиты, но их молодость вселяла в старика ложную надежду. К тому же времена изменились: у семьи У теперь тоже была серьезная «крыша», с которой даже бандитам придется считаться.
И главное: теперь он пострадавший. Кого ему бояться?
— Звоните в отряд охраны безопасности, зовите Чжоу Хуа! — заорал он. — Быстрее!
У-лаолю тут же выхватил телефон:
— Зятек, срочно бери своих и дуй сюда! Нас тут убивают, всю родню перекалечили!..
...
На противоположной стороне, у ворот профессионального училища, Сюй Дун и остальные охранники наблюдали за сценой с нескрываемым изумлением.
— Похоже, драка и правда серьезная... — протянул охранник Лао Ван.
— Судя по звукам, бьют жестко, — добавил старина Ли, щурясь. — Глаза меня подводят, или там действительно кровь хлещет?
— Я тоже вижу кровь...
Фэн Чжао нахмурился:
— Хоть семья У – те еще негодяи, но Цинь Цзян слишком импульсивен.
Он покачал головой и продолжил:
— Рукоприкладство и насильственный разгон – это уголовщина. Он думает, что это студенческие разборки? Люди из семьи У точно вызовут полицию, и тогда, даже если он был прав, он станет виноватым.
Сюй Дун тоже нахмурился. Он был согласен с Фэн Чжао в том, что Цинь Цзян перегнул палку, но, зная законы улицы, понимал логику силы. К тому же он был осведомлен, что за спиной Цинь Цзяна стоят серьезные люди, и какой-то клан У им не указ.
«Однако, если эта компания привыкла решать все проблемы голым насилием, мне нужно быть осторожнее», – подумал Сюй Дун.
— Нельзя с ними слишком сближаться, — пробормотал он себе под нос. — Иначе рано или поздно затянет следом. У бандитов нет будущего...
...
Вскоре послышался вой сирен.
К месту событий на большой скорости подлетели несколько полицейских машин. Из них высыпало более десятка сотрудников. Возглавлял отряд молодой офицер, который, едва ступив на землю, увидел жуткую картину: люди из семьи У валялись вповалку, кто-то рыдал, кто-то матерился, кто-то выл от боли, и многие действительно были в крови и ссадинах.
Лицо офицера исказилось от ужаса:
— Жена! Папа!.. Вы живы?.. Дядя Сань... Дядя... Тетушка Лю... Двенадцатый брат... Что здесь произошло? Кто вас так отделал?.. Звоните в 120!
Он обернулся к своим подчиненным и в панике закричал:
— Срочно вызывайте скорую помощь! Быстрее! Вы что, не видите? Мой брат, моя родня кровью харкает! Шевелитесь!
— Есть!
Сотрудники бросили сложный взгляд на людей Цинь Цзяна и принялись вызывать врачей.
— Чжоу Хуа, наконец-то ты приехал... — простонал У-лаосань. Увидев, что отряд возглавляет именно Чжоу Хуа, старик испытал прилив дикого восторга, но внешне изобразил предсмертную муку. — Если бы ты задержался... нас бы тут всех забили до смерти...
— Что случилось? — дрожащим от гнева голосом спросил Чжоу Хуа.
— Эта земля всегда пустовала, — запричитал У-лаосань, — вот мы и посадили тут немного овощей да фруктов. Сегодня услышали, что её ровнять собираются, ну и пришли. Говорят, мол, земля в аренде. Ну, в аренде так в аренде, мы же не преступники какие. Подумали просто урожай собрать, чтоб хоть как-то зиму пережить.
Он перевел дух и продолжил, брызгая слюной:
— А эти изверги не то что собрать не дали – они даже слушать не стали! Налетели скопом и давай бить без разбора! Ох... насмерть били...
— Посмотри... твоих двоюродных братьев чуть на тот свет не отправили... Это же преступление, ты обязан вмешаться!..
Старик виртуозно мешал правду с ложью, выставляя себя невинной жертвой. Остальные члены клана У, услышав складную легенду, тут же подхватили хор:
— Сяо Хуа, твоему дедушке зубы выбили... Он говорить не может, только свистит...
— Полиция должна нас защитить! Это бандиты, настоящие беспредельщики!
Выслушав этот поток жалоб, Чжоу Хуа с почерневшим от ярости лицом поднял голову. Он вперил взгляд в братьев Черного Дракона и рявкнул:
— Групповое избиение граждан, отягчающие обстоятельства! Всем оставаться на местах! Всех задержать! Пока не разберемся, никто отсюда не уйдет!

Комментарии

Загрузка...