— А девчушка и впрямь прелесть, даже называла меня дядюшкой, — с невозмутимой улыбкой произнёс Линь И, готовый в любой момент прервать отсчёт.
— Три, два, один. Ладно, А-Вэй, кончай с ним!
— Стой! Подожди! Дай мне ещё немного времени подумать! — взмолился Фэн Ган.
Даже сейчас он не мог принять окончательное решение. Если бы выбор стоял между его собственной жизнью и жизнью брата, он без колебаний пожертвовал бы собой. Но этот дьявол во плоти, Линь И, поставил на кон жизнь его дочери. Бросить собственное дитя на растерзание, чтобы спасти брата? На такое он пойти не мог.
У каждого человека есть слабое место, и дочь была главной уязвимостью Фэн Гана.
Линь И подал знак Гун Вэю, и тот, не оборачиваясь, направился к выходу из комнаты.
Едва он переступил порог, как Фэн Ган безвольно обмяк, едва не сползая на пол вместе со стулом.
— Умоляю, не трогайте мою дочь... Я скажу, где прячется Сяо Чжуан...
Захлёбываясь слезами, Фэн Ган выдал тайну, которую, как он клялся самому себе, не выдаст никогда. В конце концов, между дочерью и названым братом он выбрал дочь.
Раз уж внутренний барьер рухнул, скрывать что-либо больше не имело смысла. Он в подробностях выложил Линь И адрес убежища Сяо Чжуана и все известные ему детали.
— Умоляю, не причиняйте ей зла. Я рассказал вам всё, что знал. Она ещё ребёнок, она ни в чём не виновата! — продолжал рыдать Фэн Ган.
Говорят, мужчины не плачут, пока горе не коснётся их сердца по-настоящему. Сейчас этот суровый мужчина средних лет заливался слезами, словно ребёнок, находясь на грани нервного срыва. Скажи Линь И ещё хоть полслова угрозы в адрес его дочери, Фэн Ган, вероятно, бросился бы на него, не заботясь о последствиях.
Получив все необходимые ответы, Линь И примирительно похлопал его по плечу.
— Извини, Четвёртый Брат. Я просто пошутил. Никто твою дочь не похищал. Та фотография — обычная подделка. Мы просто взяли старый снимок твоего ребёнка и обработали его. Занимаясь такими тёмными делами, держу пари, ты уже давно её не видел. Вот мы и попросили умельцев немного состарить фото, чтобы девочке на вид было лет семь-восемь. Кто ж знал, что ты поверишь. По правде говоря, я очень добрый человек и регулярно совершаю хорошие поступки. Например, буквально недавно перевёл двух бабушек через дорогу...
Услышав, что дочь в безопасности, измученный Фэн Ган словно вновь обрёл опору в жизни. Но уже в следующее мгновение его лицо омрачилось.
Накатила жгучая вина перед Сяо Чжуаном. Дочь была в порядке, но вот убежище брата он сдал. А ведь там его ждала слепая девушка, которой нужна операция на глаза...
Лицо Фэн Гана стало мертвенно-бледным.
Заметив его терзания, Линь И усмехнулся:
— Не переживай, Четвёртый Брат. Раз Сяо Чжуан не нанёс мне реального ущерба, убивать я его не собираюсь. Талантливые люди — редкость. Я лишь хочу, чтобы он поработал на меня пару лет. У него ведь слепая подружка? Ей нужна операция за границей? Этот вопрос я тоже решу.
Но Фэн Ган не поверил ни единому слову. Люди его профессии порой даже себе не доверяют, что уж говорить о пустых обещаниях врага?
— Господин Линь, Сяо Чжуан не станет на вас работать. Он человек с твёрдыми принципами, — чеканя каждое слово, произнёс Фэн Ган.
— Кто знает, может, при встрече со мной он передумает? — всё так же улыбался Линь И. — Вот ты, Четвёртый Брат... Буквально недавно тоже кричал, что никогда его не предашь. Разве не так?
Эта фраза ударила Фэн Гана под дых. Он попытался неловко оправдаться:
— Это... это было совсем другое, потому что...
Но Линь И махнул рукой, прерывая его.
— Четвёртый Брат, для начала нам нужно забрать Сяо Чжуана. А вот уговаривать его придётся тебе.
Фэн Ган хотел было возмутиться: «Когда это я соглашался на вас работать?» Но его губы лишь беззвучно шевельнулись. Раз Линь И однажды использовал его дочь для шантажа, ничто не помешает ему сделать это во второй раз. В этот раз всё оказалось обманом, но кто поручится за будущее?
Фэн Ган не мог рисковать. Он даже не был уверен, знает ли Линь И её настоящий адрес.
• • •

Комментарии

Загрузка...