Спустя полчаса Лун Санкуй наконец подробно объяснила всё, как она встретила Цинь Цзы, и теперь с замиранием сердца ждала ответа Линь Шияня.
Линь Шиянь потёр подбородок и перевёл взгляд на девушку, которая неподвижно сидела на диване, словно изваяние.
Она была слишком тихой, до жути тихой, походя на куклу с пустой оболочкой. Линь Шиянь был уверен: если на неё никто не станет обращать внимания, она сможет просидеть так хоть целую вечность.
— И ты притащила её сюда, надеясь, что мы приютим её, я правильно понимаю? — с досадой произнес Линь Шиянь.
— Хе-хе, мне кажется, это лучший выход, до которого я смогла додуматься, — неловко улыбнулась Лун Санкуй. — Разве ты сам не говорил: чем больше сила, тем больше ответственность?.. Считай, что этот случай — живое воплощение твоих идей, ты должен меня похвалить.
— Ладно, хватит нести чушь, — Линь Шиянь сделал останавливающий жест, обрывая её. — Это сказал дядя Человека-паука, к тому же я отказываюсь.
— Твоего отказа никто не спрашивал, — неожиданно вмешалась Юй Чжицю, то ли из мести, то ли вполне осознанно бросив: — Я хочу приютить её.
От такого поворота даже Лун Санкуй растерялась.
— Зачем оставлять человека с сомнительным прошлым, к тому же вызывающего подозрения в связи с другими организациями?
Юй Чжицю махнула рукой в сторону Гу Цинхань и произнесла:
— Потому что эта девчонка вовсе не какая-то темная лошадка, мы обе с Гу Цинхань знаем её.
— О? — Линь Шиянь повысил голос, переводя взгляд с Цинь Цзы на Гу Цинхань. — И такое бывает?
— Ого, неужто и впрямь знакомы? — передразнила интонацию Линь Шияня Су Пэй.
— Сплетница, с каких это пор здесь тебе дают слово? — выражение лица Юй Чжицю сейчас так и говорило: «Скажешь ещё хоть слово — и я порублю тебя на фарш и скормлю свиньям».
— Тц... Дохлая тигрица, ума не приложу, с чего это тот идиот Ли Аньчжи за тобой увязался.
Стоило ей это произнести, как во всём мире словно замерло дыхание...
Секунды через три из её тела внезапно вырвался сгусток сине-зелёной энергии, в одно мгновение заставляя всё вокруг увядать.
Смерть, словно бесконечно увеличиваясь в размерах, сжала горло каждого присутствующего, и на какое-то мгновение все живые существа перестали дышать. Прямо сейчас они все почувствовали появление некоего инородного существа, источающего жуткую, пугающую ауру.
Однако эта невероятно давящая атмосфера продержалась всего несколько мгновений и исчезла. Юй Чжицю вдруг легко усмехнулась и, словно ничего и не произошло, произнесла:
— Так или иначе, я оставлю её у себя. Даже если придется задействовать особые привилегии, эту девочку я не отпущу.
Под привилегиями она, разумеется, имела в виду статус носителя имени «Цветы по ту сторону».
Линь Шиянь молча посмотрел на неё и наконец бросил:
— Это твой человек, сама с ней и возись. Только смотри, если потом что-то случится, не подохни здесь — разгребать потом замучаешься.
Сказав это, Линь Шиянь направился к сохранявшей полное спокойствие Цинь Цзы и сурово произнес:
— И всё же я должен проверить, нет ли на ней чужих клановых меток. Если она — засланный казачок из другой организации, советую тебе хорошенько подумать, что ты натворила.
Лун Санкуй с чувством вины покосилась на Линь Шияня. Хотя она и умела отличать духов обиды от обычных людей, порой случалось и ей ошибиться. Если на Цинь Цзы и впрямь обнаружится какая-то бяка, ей самой мало не покажется.
Подойдя к Цинь Цзы, Линь Шиянь склонился над ней и в упор всмотрелся в её лицо.
— Дай мне руку.
Цинь Цзы подняла на него взгляд, но в её глазах не было ни капли страха или сопротивления — лишь капелька любопытства и удивления.
Не дождавшись ответа, Линь Шиянь нахмурился и грубо перехватил её запястье, сплошь покрытое шрамами.
Цинь Цзы попыталась отдернуть руку, но куда ей было тягаться с силой Линь Шияня — испуганная девушка оказалась полностью в его власти.
— Смотри мне в глаза.
Линь Шиянь говорил очень тихо, в его голосе почти не слышно было эмоций, но воздух вокруг них от медленно сочащейся энергии пошел рябью.
Цинь Цзы испуганно смотрела на Линь Шияня и вдруг почувствовала, как её взгляд словно пригвоздили на месте: сколько бы она ни пыталась совладать с собой, отвести глаза было невозможно. Зрачки Линь Шияня превратились в две темные воронки, которые неотвратимо притягивали всё её внимание, всё глубже и глубже погружая во мрак.
В каком-то полузабытьи она расслышала смутный шепот, будто кто-то нашептывал ей прямо на ухо:
— Суд начинается.
А затем она почувствовала, как внутри неё что-то с треском разорвалось.
Это были все её воспоминания.
Прямо посреди просторного зала, под звуки протяжного шёпота, из глаз Линь Шияня выплеснулась удушающая волна силы и обрушилась на окаменевшую девушку.
Воздух вокруг мгновенно взбесился, закружив вокруг неё раскалёнными языками лавы и пламени.
В этот миг тело Цинь Цзы содрогнулось от тяжелого удара, она невольно свернулась калачиком, судорожно обхватив голову руками и издавая жалобный стон.
— Кто ты?
Голос Линь Шияня грохотал в её ушах подобно грому, от боли в перепонках зазвенело.
Но в ответ — тишина.
В глазах Линь Шияня мелькнуло презрение:
— И правда, за душой у тебя наверняка скрывается какая-то грязная тайна.
Она сопротивлялась. Сопротивлялась этому суду с безумным упорством.
— Так какая же грязная цель заставила тебя использовать Лун Санкуй, чтобы проникнуть сюда?
Распластавшаяся на полу Цинь Цзы, вся мокрая от холодного пота, тяжело отдувалась. Лун Санкуй впервые в жизни видела, как человеческое лицо может так исказиться — черты словно смяли в один комок, выглядело это жутковато.
— Лин... — она попыталась остановить Линь Шияня, но Чжэн Цзе перехватил её за руку.
— Не надо лезть. Разве не видишь, что Линь-гэ на взводе? Эти выходки Юй Чжицю и Су Пэй его уже до ручки довели, а тут ты заявляешься невесть с кем — он просто не сдержится.
— Говори! Выкладывай всё, зачем ты здесь?
Давление этой жуткой силы стало ещё острее и безжалостнее, отчего у всех остальных мороз пошел по коже.
Прижав руку к её голове, Линь Шиянь силой разжал дрожащие пальцы девушки, заставляя её смотреть прямо на него.
— Говори же!
Бах!
Цинь Цзы приоткрыла рот, её глаза были сплошь залиты кровью, застывшее лицо исказилось нелепой гримасой, а тело пронзило судорогой, словно от удара током.
В конце концов, застигнутая врасплох девушка не выдержала столь страшного допроса. Прерывисто и с трудом она выдавила из себя:
— Не... не надо...
Её взгляд скользнул мимо Линь Шияня, зацепился за делающую вид, будто её это не касается, Су Пэй и наконец остановился на Гу Цинхань, чьё лицо помрачнело до предела.
— Не... не покидай меня... я просто... просто хотела обнять тебя.
В этот момент все замерли — все, кроме Юй Чжицю и Гу Цинхань.
И тут же из-под кожи Цинь Цзы проступили руны, предвещающие приговор, вычерчивая на израненной плоти ровно десять иероглифов:
Прошедший скромную скорлупу, обретший новую жизнь — безгрешен.
Линь Шиянь с полным неверием вглядывался в результат суда и только бормотал:
— Почему она безгрешна?
Однако ещё более странное, если не сказать пугающее, зрелище ждало его впереди.
В наступившей мёртвой тишине кто-то похлопал его по спине. Линь Шиянь от неожиданности замер и обернулся.
— Отпусти её. Она пришла за мной.
Линь Шиянь уставился на Гу Цинхань. Его взгляд надолго замер на её лице, а затем опустился на её ладонь.
Как такое возможно? Она коснулась его, применившего силу проклятий, и осталась цела и невредима — обычного человека от одной такой руки уже бы винтовым штопором скрутило.
И пока Линь Шиянь ломал голову над этой загадкой, он вдруг заметил, что вся эта неистовая, дикая энергия послушно втягивается обратно в его тело.
Словно... столкнувшись со своим заклятым врагом.
Его лицо стало предельно серьёзным. Это было ненормально: новичок, прошедший всего один сценарий, оказался способен полностью игнорировать окружающую его ауру.
Это всё равно что тренироваться в боксе семь лет упорного труда, а потом быть нокаутированным с одного удара парнем, который боксёрские перчатки впервые в жизни в руках держал.
Как ни крути, здесь явно крылся какой-то подвох.
— Как тебе это удалось?

Комментарии

Загрузка...