Акции «Соевого молока WW» снова рухнули!!!
Они падали на глазах, а после этого торги и вовсе были приостановлены...
Группа людей была застигнута врасплох! В чате стоял сплошной вой.
Те, кто десять часов назад так яростно сомневался, теперь чувствовали, как жестоко их «били по лицу» реальностью.
Все жалели, что не последовали за ним вовремя: теперь они думали, что могли бы хоть немного заработать, а теперь — всё, деньги улетели в трубу.
Линь Ян смотрел на несколько десятков тысяч, которые уже были у него в руках. Сегодня был как раз день его выписки, и вечером он планировал заглянуть в торговый клуб.
У него, по сути, почти ничего не было. После того как Ван Сюлань помогла ему собрать вещи, она отвела его в только что снятую квартиру — старый дом с простой планировкой: две спальни, гостиная, кухня и санузел.
Чу Юйсяо тоже пришла, чтобы осмотреть дорогу. Она хотела помочь с переездом, но матушка Ван ни за что не позволила ей утрудиться, так что девушке оставалось лишь наблюдать со стороны.
В доме Линь, узнав, что Линь Ян уже выписался, но до сих пор не вернулся, Ван Лисянь сидела в гостиной, мрачно нахмурившись. Она никак не могла взять в толк, что происходит.
Прошло столько дней, а он всё ещё не пришёл, и даже поговаривали, что он связался с дочерью семьи Чу...
Спустившийся с верхнего этажа Линь Яо посмотрел на обеспокоенную Ван Лисянь, сидящую на диване. В его глазах промелькнуло раздражение, но он притворился понимающим и сел рядом с ней.
— Мама, ты переживаешь за брата? Может, мне пойти и поговорить с ним? Наверное, брат злится, что мама так добра ко мне. Когда он вернётся, маме просто нужно будет уделять мне меньше внимания, и тогда всё будет хорошо. Главное, чтобы вы были счастливы, а я не против...
Услышав это, Ван Лисянь тут же возразила:
— Глупый ребёнок, что ты такое говоришь? Ты тоже мой ребёнок! Даже если он вернётся, мама будет относиться ко всем одинаково.
Смысл этих слов был в том, что она всё ещё хочет, чтобы Линь Ян вернулся?
Линь Яо опустил взгляд, скрывая за ним жажду убийства.
«Эти люди просто ужасно раздражают, почему они такие непослушные? Так и хочется прикончить их всех!»
«А, точно. Та идиотка-сестрица — вполне хорошая, всему верит, что говорят».
В этот момент вошла Линь Юэяо. Увидев Линь Яо, она радостно подошла и села рядом, достав из сумки папку с документами и положив её перед ним.
— Братик, у меня есть для тебя отличная новость! Старшая сестра инвестировала в одну съёмочную группу. Шоу называется «Сладкая любовь». Раз уж вы с Юйжоу объявили дату свадьбы, и отклик был недурным, старшая предлагает вам двоим поучаствовать. Это как раз поможет поднять известность нашей Корпорации Линь.
Он пролистал документы с мягкой улыбкой на губах. Для него это был отличный шанс утвердить статус единственного наследника семьи Линь. А что касается старшей сестры Линь Синжоу? Всего лишь женщина, которая рано или поздно уйдет в тень.
— М-м, вторая сестрица, я обязательно оправдаю твои и старшей сестры ожидания!
В то же время в доме Чу: Чу Юйсяо чувствовала, что её старший брат совершенно свихнулся, раз предложил ей участвовать в каком-то там романтическом шоу.
— Брат, я не поеду! — сердито надувшись, она уселась на диван, обнимая подушку. Он твердил, что ей будет скучно на каникулах и надо бы куда-нибудь съездить перед началом учёбы... Но разве это развлечение?!
Она ни за что не пойдёт! Если поедет — не останется времени на развитие отношений с Линь Яном.
Чу Аньчэнь отложил газету, поправил золотистую оправу очков на переносице и с нежностью посмотрел на свою раздувшуюся от злости сестру:
— Слышал, ты в последнее время довольно близко общаешься с бастардом из семьи Линь — Линь Яном.
Чу Юйсяо не удивилась тому, что он знает об этом; в конце концов, она и не собиралась это скрывать.
— И что? Неужели у брата такие же предрассудки, как у членов семьи Линь? — Она игриво посмотрела на него, обнимая подушку.
Чу Аньчэнь покачал головой:
— Дело не в предрассудках. Исходя из моего понимания характера Линь Синжоу, она обязательно заставит участвовать Линь Яо. А тот непременно потащит с собой Су Юйжоу. Так что...
«Всего лишь бастард, никакого шума не поднимет. Пусть развлекается, если ей хочется. Даже если небо рухнет, у неё есть я, брат, который прикроет её спину».
Она мгновенно поняла, что это значит. «Нет, так не пойдёт! Я тоже поеду! И не просто поеду, а возьму с собой Линь Яна — мы вместе наденем на эту парочку подлогого парня и дрянной девицы маски!»
***
В тот же вечер Линь Ян отправился в торговый центр, где приобрел синюю карту доступа. Взяв у входа маску, он прошел внутрь.
Это место действительно стало намного больше по сравнению с тем, каким оно было четыре года назад. Здесь находилось всё что угодно: на первом этаже располагался развлекательный зал с танцами и песнями. Пройдя чуть дальше, можно было увидеть скрытую дверь. Стоило открыть её и войти — и ты оказывался в том месте, которое было его целью на сегодня.
Внутри царил полумрак. Группы женщин в вызывающе открытых нарядах то и дело прижимались к мужчинам. Заметив, что Линь Ян одет в дешёвку с уличных лотков, они лишь насмешливо фыркнули и обошли его стороной.
— Больше! Больше! Больше!
— Меньше! Меньше! Меньше!
Стоило только толкнуть дверь, как со всех сторон обрушились оглушительные крики. Вокруг каждого стола для азартных игр толпились люди. Мужчины с обнаженными торсами, раскрасневшиеся от возбуждения, не мигая, сверлили взглядом карты на столе.
Здесь были и те, кто горько плакал из-за проигрыша, и те, кто заливался слезами радости от выигрыша. Это место было одновременно и раем, и адом: либо ты разбогатеешь за одну ночь, либо останешься ни с чем, погрязнув в долгах.
Он подошел к ближайшему столу и взглянул на игру — «Блэкджек». Как следует из названия, нельзя было превышать число 21.
— Ох, молодой господин Ян, хватит уже, иначе эта игра тебя погубит!
— Нет! Я не верю! Одну ставку! Всего одну ставку!!
Костюм мужчины лет двадцати давно превратился в грязное тряпье и покрылся складками. Лицо его было бледным, на лбу выступил пот, а всё тело дрожало от страха, но он всё равно упорно продолжал играть.
Рядом с ним стоял, должно быть, его друг, который с беспокойством наблюдал за происходящим.
— А этот Ян Вэньчжао и правда достоин жалости. Несколько дней назад семья разорилась, отец спрыгнул с крыши, а мать и сестра в больнице — то ли живы, то ли нет... Похоже, ему просто некуда деваться.
— Эх, почему бы ему тогда не занять денег?
— Да что тут занимать? Даже подставить плечо никто не захочет. Если бы не крайность, кто бы стал добровольно приходить в это место, пожирающее людей?
— И то верно... Бедняга.
Слушая пересуды двух мужчин, он снова перевел взгляд на Ян Вэньчжао.
Дилер уже раздавал карты. Ян Вэньчжао мертвой хваткой вцепился в свои руки. Он не мог больше проиграть! Мать и сестра ждут его в больнице, он обязан принести деньги!
— Скажите, сколько стоит одна ставка? — спросил он мужчину, который, как и он, стоял рядом, ожидая зрелища.
Мужчина пожал плечами:
— Ничего не стоит, всего лишь несколько десятков тысяч.
Взгляд снова вернулся к игре. У Ян Вэньчжао на руках уже было две карты. Он глубоко вздохнул, крупные капли пота скатывались с его лба. Стиснув зубы, он перевернул карту... Но, как и в прошлые два раза, выпала пятерка — число не большое, но вполне достаточное, чтобы стать фатальным.
В прошлые два раза он брал еще одну карту: либо снова выпадала пятерка, либо валет.
«В этот раз, пожалуй, не буду...»
— Нет...
Только он собрался сказать, что больше не берет, как чья-то рука легла на тыльную сторону его ладони:
— Еще одну карту. Если проиграю — отрубите мне руку!
#

Комментарии

Загрузка...