Упакованный в масложировую бумагу пакет, брошенный на землю, порвался, и наружу хлынуло немало тунгового масла. Пламя разгорелось еще сильнее, заставив отступить Черную лису, которая пыталась прорваться силой. Несколько высохших трупов охватило огнем, а в несколько других Чэнь Чу прицельными выстрелами всадил стрелы. Видя, что прорваться не удается, Черная лиса вместе с оставшимися четырьмя высохшими трупами отступила обратно в пещеру.
Глядя на отступившую Черную лису, все снаружи преисполнились боевого духа: поскольку противником оказался демон, остатки страха перед ним полностью рассеялись.
— Капитан, подбросьте-ка еще орпимента!
— Капитан, я пойду принесу сырых дров!
— Капитан, я в детстве прятался от дождя в этой пещере, внутри там не так уж просторно, я возьму двух братьев и сгорожу мехи для раздувания воздуха!
...
Общими усилиями пещеру заволокло густым дымом. У входа в нее воткнули в землю два дерева толщиной с человеческую руку, горизонтально закрепив на них увеличенную копию ручного вентилятора, какие деревенские жители используют в зерноочистительных веялках. Крепкий парень принялся крутить ручку, и деревянные лопасти, приводимые в движение центральным валом, заходили ходуном, быстро нагнетая воздух.
Двуокись серы, выделяющаяся при сгорании орпимента, смешалась с едким дымом соединений мышьяка и всякой всячиной с резким удушливым запахом, которую натащили крестьяне. Эта смесь поплыла вглубь пещеры, и Чэнь Чу даже стало немного жалко Черную лису.
— Капитан, а что делать, если этот демон-лиса не выйдет? — спросил один из бойцов.
Капитан помрачнел. Если тварь действительно выдержит их дымовую завесу и жар, останется только идти на штурм. А штурм неизбежно обернется потерями. Все собравшиеся здесь были опорой своих семей, и гибель или увечье любого из них стались бы невыносимым ударом. Но и отступать нельзя: если демон-лиса выберется на свободу, для деревни это станет неминуемой гибели катастрофой.
— Думайте все, предлагайте что-нибудь! Если эта лиса сбежит, в нашей деревне живым не останется никто, — произнес капитан и перевел взгляд на Чэнь Чу.
Чэнь Чу призадумался. Черная лиса бросилась на них всего один раз, а теперь, как бы они ни старались, наружу не выходит — должно быть, решила переждать напасть.
— У меня есть один способ, — заговорил он, вспомнив рецепт ядовитого дымового шара из эпохи Сун. — Смешать волчьий хвост, полынь, мышьяк, орпимент, аурипигмент, гледичию, имбирный порошок, спорынью, перец, сальное масло и другие травы, скатать шары, поджечь и бросить в пещеру. Такой ядовитый дым, если и не уморит лисодемона, то по меньшей мере лишит его половины сил.
Делать было нечего, и Чэнь Чу выложил то, что когда-то вычитал. Эффективности он гарантировать не мог, но пространство пещеры было относительно замкнутым, так что вряд ли результат окажется слабым.
Выслушав его, капитан тут же велел своему двоюродному брату заняться подготовкой. У входа в пещеру костер не гас ни на минуту, температура внутри неуклонно росла, и Черная лиса забилась в самый дальний и низкий угол.
Нарастающий жар заставлял ее пускать в ход звериную энергию, чтобы защититься. На новый прорыв она уже не решалась. И дело было даже не в том, что выход перекрыло пламя — сама мысль об аучнике, стрелявшем снаружи, вызывала у нее смутную тревогу: инстинкт подсказывал, что этот парень смертельно опасен для нее.
Черная лиса яростно проклинала деревенских снаружи, клянясь, что если ей удастся спастись, она непременно вернется. Она сотрет деревню с лица земли, а души этих крестьян заставит веками гореть под безжалостными лучами солнца.
Стоявшие перед ней четыре высохших трупа уже начали выделять трупный жир от жара, и еслипечь их дальше, они рисковали обуглиться. Черная лиса немного пожалела, что прошлой ночью, потеряв двойника, не убралась сразу же, чтобы вернуться с подкреплением. Она никак не могла взять в толк, почему убежище обнаружили так быстро. Она попыталась связаться со Старым чертом Цяо через статую божества, но сколько ни слала духовный позывной, отклика не было.
— Проклятый старый черт Цяо! Клянусь, я пожалуюсь Госпоже, и она тебя живьем спустит с шкуры!
Пока лиса размышляла, как бы ей выбраться и отомстить, перед ней, совсем близко, покатился горящий шар. Из него повалили клубы ядовитого дыма. Стоило сделать лишь один вдох, как в голове зашумело, а грудь сдавило от нехватки воздуха. Черная лиса немедленно задержала дыхание.
Один за другим шары падали рядом с ней. И без того затянутая дымом пещера теперь погрузилась в непроглядную пелену, ядовитый смрад заполонил каждый угол.
— Надо прорываться! Я не могу погибнуть здесь. Восемьдесят лет назад я обрела золотое ядро, и будь эти презренные людишки чуть честнее, я бы в одиночку вырезала их всех! Я хочу отомстить, нельзя больше ждать, иначе трупы-слуги сгорят дотла. Но до темноты еще чуть-чуть, а с наступлением ночи появится надежда!
Черная лиса разрывалась между желанием броситься вперед или продолжать тянуть время. В конце концов она решила дождаться темноты.
Сумерки сгущались. Снаружи деревенские все еще таскали хворост, как вдруг из пещеры прямо на поленницу выкатились четыре высохших трупа. Едва коснувшись дров, они вспыхнули, но все же успели разворотить край кучи. Следом за ними выметал черный лис размером с крупного теленка. Тело зверя окутывало черное пламя, и он одним прыжком перемахнул через развалившиеся дрова.
Жар опалял зверя: несмотря на окружавшую его демоническую ци, хвост все-таки занялся огнем.
Едва выскочив наружу, черная лиса разинула пасть, и сгусток черной ци угодил в трех стоявших впереди парней, хотя видимого вреда им это не причинило. Сделав это, лиса бросилась наутек, больше не пытаясь никого атаковать. Поначалу толпа испуганно замялась, из-за чего зверю удалось прорвать кольцо окружения, однако несколько стрел Чэнь Чу нанесли демону тяжелые раны.
Вырвавшись из оцепления отряда охраны деревни, лиса понеслась прочь. Заметив, как остальные бросились в погоню, Чэнь Чу уже собирался последовать за ними, как вдруг в его голове промелькнула странная мысль: эта лиса получила от него по меньшей мере три стрелы, и хотя ни одна не попала в жизненно важные точки, ранения были серьезными. Но почему-то он совершенно не заметил крови.
— Плохо дело! Это всего лишь двойник лисодемона, настоящее тело все еще в пещере! Возвращайтесь! — закричал он, напряженно всматриваясь в темноту в полной боевой готовности, чувствуя, что истинный хозяин вот-вот выскочит наружу.
В этот момент у входа вспыхнула женская фигура с человеческим телом и лисьей головой.
— Наконец-то я выбралась! — думала Черная лиса.
Урон сегодня оказался чудовищным. С таким трудом взлелеянное золотое ядро почти раскололось.
А жемчужина духовной сущности, нужная для создания двойника, была утеряна вчера, когда та оболочка погибла. Пришлось силой вызывать тяжело раненного вчерашнего двойника, и если бы он сгинул окончательно, ее культивация откатилась бы до состояния до принятия человеческого облика. Но пока жива — остается надежда.
Чтобы снова не привлекать к себе внимания, она заставила двойника уводить преследователей в зверином облике, а сама бежала в образе полуженщины-полулисы.
Свист! Стрела со свистом рассекла воздух, целясь прямо ей в голову. Однако произошло то, чего Чэнь Чу никак не ожидал: трое мужчин, стоявших ближе всех к входу в пещеру, внезапно бросились вперед. Один из них оттолкнул демоницу, приняв удар стрелы в руку, но, казалось, вовсе не почувствовал боли. Вместе с двумя другими они ринулись на Чэнь Чу.
— Твою мать! Этих троих одурманила черная ци двойника! Вот почему они стояли столбом, когда все остальные побежали за лисой! А я-то думал, они, как и я, раскусили лисий фокус с отвлечением внимания. Опять перемудрил!
Уворачиваясь от атак троицы, Чэнь Чу одновременно пытался перекрыть дорогу беглянке.
Несколько раз лисодемон пыталась проскочить, но каждый раз ее отгоняли меткие выстрелы, ведь она чувствовала: ее уязвимые места открыты для вражеского лука. В ее нынешнем состоянии она не ручалась, что сможет увернуться. Чтобы продлить жизнь двойнику, она отдала ему большую часть своей магической силы, и теперь ее собственные боевые возможности уступали даже силе порождения.
Из пасти Черной лисы брызнула кровь — судя по всему, ее двойник был уничтожен, что добавило тяжести ее ранам.
Это окончательно разъярило тварь. Полуженщина-полулиса сбросила личину, обратившись в истинное чудовище — лису ростом почти в два метра, куда более крупную, чем сгоревший в костре двойник. Зверь излучал невыносимое давление.
Раздраженный Чэнь Чу, которому уже надоело церемониться со своими же односельчанами, увернулся от занесенного мачете, со всего маху врезал одному из мужиков ногой в живот, и тот отлетел на метр, сразу потеряв сознание.
— Ррр! — взревела Черная лиса и бросилась на Чэнь Чу, заметив, что этот парень даже в схватке с тремя деревенскими умудряется следить за ней краем глаза.
Она понимала: если не покончить с этим надоедливым лучником, ей вряд ли уйти.
Получив полную свободу действий, Чэнь Чу ударом локтя вырубил второго мужика (будет у того сотрясение мозга или нет, его волновало в последнюю очередь). Увидев несущегося зверя, он вскинул лук и пустил стрелу прямо в поясницу чудовищу. Черная лиса резко припала к земле и перекатилась, уходя от удара — стрела мешала ей именно там.
— Падаль, я порву тебя на куски! — взвыла обезумевшая лиса, ее глаза налились кровью.
Последнего мужика Чэнь Чу тоже уложил спать ударом руки, наконец-то оставшись с врагом один на один. Впрочем, неподалеку уже забрезчили огни факелов — судя по всему, отряд охраны деревни понял, что их обвели вокруг пальца, и возвращался.
Лиса прыгнула на Чэнь Чу, но тот перекатился по земле, уходя от атаки, и с разворота выпустил стрелу. Зверь отбил ее ударом лапы, совершил новый прыжок, и в воздухе ее когти полоснули воздух, оставив белые следы. Чэнь Чу с трудом, неуклюже перекатился в сторону, избегая смерти, и тут же перешел в контратаку. На этот раз лиса не стала уклоняться от стрелы или отбивать ее лапой — она просто мчалась вперед, лишь хлестнув по летящему снаряду хвостом. Стрела лишь слегка изменила траекторию, но все же вонзилась ей в заднюю лапу.
Не обращая внимания на рану, Черная лиса продолжала нестись вперед, стремительно увеличивая дистанцию между собой и Чэнь Чу. Тот выпустил еще две стрелы, но зверь даже не думал уворачиваться, лишь сбивая их траекторию хвостом, чтобы избежать смертельных ранений. Видя, что цель ускользает из зоны прицельного огня, Чэнь Чу досадно цыкнул прочь:
— Черт, упустил эту тварь! Теперь житья в деревне не будет.
Но стоило лисе подумать, что она вырвалась из лап смерти, как из-под земли взметнулась широкая сеть, мгновенно оплетая ее целиком.
Она увидела бегущих к ней людей с мотыгами, тесаками, серпами и дубинами, и тут вспомнила слова своей подруги из клана белых лис: Хэй Лин, моя бабушка говорит, что культивация на живой плоти и крови дает быстрый рост, но навлекает страшные бедствия. Праведный путь медленнее, зато крепок и надежен. Тогда она лишь посмеялась над этими словами, считая подругу глупой: мол, пока сила растет быстро, никакие беды не страшны. Неужели она пострадала лишь потому, что сунулась в эту проклятую деревню Чэнь? Или все дело в том, что вчера не стоило соглашаться на сделку со Старым чертом Цяо? Не согласись она тогда, ее двойник не погиб бы, она не получила бы столь тяжких ран, и этих людишек не хватило бы даже на один ее укус.
— Братец Чу, сегодня всё держится на тебе! Если бы эта лиса сбежала, нашей деревне пришел бы конец, — подбежал капитан отряда охраны.
Как выяснилось, преследуя фальшивого зверя, он бежал в самомпереди. Когда двойник был разрублен и рассыпался струйкой черного дыма, капитан сразу понял, что их провели. На обратном пути он прихватил сеть, разделил людей: часть пустила в обход по другой тропе, а сам с несколькими бойцами шел с факелами по следам. Черная лиса действительно запаниковала при виде огней и сама угодила в заранее расставленные сети.
Капитан привычно снял шкуру и извлек ядро. С такой демонической жемчужиной порча на Камне подавления уже не казалась катастрофой. Когда они передадут ее прибывшим из уездного города чиновникам, это не только искупит их вину, но и принесет заслуженную награду — глядишь, удастся избавиться от повинности по уплате налогов трудом на этот год.
Вернувшись в деревню, капитан разыскал Чэнь Чу и пригласил его в отряд охраны. От него не требовалось патрулировать окрестности изо дня в день — лишь вступать в бой, когда деревне грозит опасность. Взамен ему полагалось жалованье в полши хунсы риса ежемесячно — ровно столько же, сколько получал сам капитан. Не зная, ждут ли деревню новые напасти, Чэнь Чу рассудил, что статус официального защитника всяко лучше доли безродного бродяги, и согласился.
Наступил девятый день. Старший сын старости вернулся в деревню вместе с мужчиной средних лет в даосском халате. Изначально осквернение Камня подавления грозило карой всей деревне, однако получив демоническую жемчужину, даос сменил гнев на милость. Забрав шкуру Черной лисы, он полностью освободил деревню от годовых трудовых повинностей и вдобавок выделил одну квоту на должность уездного стражника.
Получение этой квоты всколыхнуло всю деревню. Теперь у них появилась хоть какая-то связь с уездным центром, и пусть речь шла всего лишь о должности простого стражника, при сборе зерна и отмерке пайков их теперь не посмеют обирать с прежним бесстыдством.
Шел десятый день. Даос из уезда все еще оставался в деревне: статуя Божества Земли в храме была разбита, и священник пообещал помочь собрать осколки воедино, а заодно исходатайствовать в уездном управлении официальную грамоту, признающую того законным Божеством Земли.
Поскольку именно Чэнь Чу внес решающий вклад в уничтожение лисодемона, даос Чу Юнь держался с ним весьма учтиво. Благодаря мягким попыткам сблизиться они быстро сошлись, и Чэнь Чу удалось узнать от гостя немало интересного.
Например, в начале основания династии все божества были обязаны принимать императорское пожалование. Те же, кто не получил титула или отказывался подчиниться, считались злыми духами, а их почитание в народе преследовалось. Поскольку принятие титула связывало божество с династической удачей, многие гордецы предпочитали скрываться в диких землях, не показываясь смертным, либо подвергались жестокому подавлению и истреблению — в те времена гремели грандиозные битвы. Утвержденные же божества заносились в государственные списки, принимали людские молитвы и наслаждались ароматом жертвенных благовоний, а Камень подавления на них не действовал.
Позже, после кровопролитных войн с иноземцами и ослабления страны, двор стал смотреть на непризнанных духов сквозь пальцы, пока те не творили явного зла. А когда несколько пожалованных божеств втайне переметнулись на сторону зла, власти и вовсе стали относиться к вопросу наделения титулами с чрезмерной осторожностью. Так, если раньше для статуса Божества Земли в деревне Чэнь требовалось лишь уездное предписание, то теперь уезд сначала отправлял дело в управу, получал одобрение оттуда, и лишь затем уезд издавал указ. На уровне же волости требовалось докладывать напрямую в провинцию.
В дальнейшем, чтобы обуздать диких богов без официального статуса, правительство издало закон: любой непризнанный дух, принимающий людские жертвенные благовония, не смел являть лик смертным. В противном случае его ждала немедленная расправа, а Камень подавления начинал подавлять и таких сущностей. Впрочем, это в какой-то мере защищало интересы законных божеств.
Что касается профессий, даос тоже кое-что поведал, но распространяться явно не горел желанием, упомянув лишь главные категории: праведные, побочные, диковинные, злые, порочные и благородные. Профессия охотника, к слову, относилась к вспомогательным ремеслам праведного пути и насчитывала столь долгую историю, что считалась одной из древнейших.
В чем же польза профессионального статуса? Обладание им сродни получению личного удостоверения личности: такого человека признавали сами небеса и земля, он мог постигать навыки, свойственные его ремеслу, причем у каждого эти озарения различались.
Те же, кто не имел никакой профессии, считались обычными бродягами, и за их убийство чиновники даже не стали бы искать виновных. В деревне Чэнь насчитывалось всего два профессионала — сам деревенский староста и капитан охраны, а теперь к ним добавился и он. И если деревня просуществовала так долго, то лишь потому, что предки старосты были профессиональными земледельцами и некогда испросили Камень подавления, чтобы основать здесь селение. Однако именно наличие профессионала в селении и привлекло внимание дяди Цяо.
Дядя Цяо искал носителя профессии для проведения Вселения. Староста и капитан казались слишком приметными, и с его дряхлыми остатками души провести насильственное Вселение в них шансов было мало. Вот он и ждал, пока в новом поколении кто-нибудь не получит профессиональный статус. Но годы шли, а подходящего кандидата всё не было. Тогда он объединился с кланом Черной лисы, решив воспользоваться суматохой, чтобы сперва продлить себе жизнь путем Вселения, а потом уже строить другие планы. Кто же знал, что на этот раз ему попадется Чэнь Чу, да еще и с тем самым ремеслом охотника, о котором он так мечтал! Ради этого старик пустил в ход материалы, которые готовил без малого три воплощения. Но расчеты человека разбились о волю небес — в итоге всё досталось Чэнь Чу!
В полночь система выдала оповещение о завершении задания.

Комментарии

Загрузка...