Написав имя на доске, Абель Ли развернулся к аудитории.
Написав имя на доске, Абель Ли развернулся к аудитории.
Он окинул взглядом растерянных студентов и сразу заприметил в первом ряду нескольких крепких, развалившихся на скамьях парней с наглыми лицами. Сомнений не было: именно эти лоботрясы и отобрали чужие места.
Он окинул взглядом растерянных студентов и сразу заприметил в первом ряду нескольких крепких, развалившихся на скамьях парней с наглыми лицами. Сомнений не было: именно эти лоботрясы и отобрали чужие места.
Закончив осмотр, Абель ровным, уверенным тоном заговорил:
Закончив осмотр, Абель ровным, уверенным тоном заговорил:
— Приветствую всех. Меня зовут Абель Ли, и сегодня это занятие проведу у вас я.
— Приветствую всех. Меня зовут Абель Ли, и сегодня это занятие проведу у вас я.
— Если у кого-то есть вопросы, можете задать их прямо сейчас. Те, кто не желает здесь находиться, вольны покинуть аудиторию.
— Если у кого-то есть вопросы, можете задать их прямо сейчас. Те, кто не желает здесь находиться, вольны покинуть аудиторию.
Он выдержал паузу. В классе царила гробовая тишина. Тогда Абель самым дружелюбным тоном подбодрил их:
Он выдержал паузу. В классе царила гробовая тишина. Тогда Абель самым дружелюбным тоном подбодрил их:
— Смелее, не стесняйтесь. Я человек мягкий, кусаться не стану. Если что-то гложет — спрашивайте.
— Смелее, не стесняйтесь. Я человек мягкий, кусаться не стану. Если что-то гложет — спрашивайте.
Вопросы? Да кто в здравом уме посмеет сейчас подать голос! А уж те, кто минуту назад подумывал сбежать, теперь и вовсе приросли к своим местам. Дураков нет. Кому охота на глазах у всех прогуливать лекцию самого ректора?
Вопросы? Да кто в здравом уме посмеет сейчас подать голос! А уж те, кто минуту назад подумывал сбежать, теперь и вовсе приросли к своим местам. Дураков нет. Кому охота на глазах у всех прогуливать лекцию самого ректора?
И все же, ободренный его мягким тоном, один из студентов набрался храбрости, поднялся и озвучил вопрос, который вертелся на языке у каждого:
И все же, ободренный его мягким тоном, один из студентов набрался храбрости, поднялся и озвучил вопрос, который вертелся на языке у каждого:
— Господин ректор, простите, а где профессор Лавуазье? Почему она не пришла на лекцию?
— Господин ректор, простите, а где профессор Лавуазье? Почему она не пришла на лекцию?
— Профессор Лавуазье временно отсутствует по личным обстоятельствам, — лаконично ответил Абель и добавил: — Есть еще вопросы?
— Профессор Лавуазье временно отсутствует по личным обстоятельствам, — лаконично ответил Абель и добавил: — Есть еще вопросы?
— Нет-нет, что вы! — «храбрец» поспешно замотал головой и сел, больше всего на свете боясь, как бы ректор не подумал, будто он недоволен заменой.
— Нет-нет, что вы! — «храбрец» поспешно замотал головой и сел, больше всего на свете боясь, как бы ректор не подумал, будто он недоволен заменой.
— Кто-нибудь еще? — Абель вновь окинул взглядом притихшую аудиторию. Желающих не нашлось. — Отлично. Раз возражений нет, начнем.
— Кто-нибудь еще? — Абель вновь окинул взглядом притихшую аудиторию. Желающих не нашлось. — Отлично. Раз возражений нет, начнем.
Тут он на секунду осекся — в щели приоткрытой задней двери мелькнули две макушки, серебристая и зеленая.
Тут он на секунду осекся — в щели приоткрытой задней двери мелькнули две макушки, серебристая и зеленая.
«Только бы они не вздумали подойти ближе, — мысленно взмолился Абель. — Если их кто-нибудь заметит, позора не оберешься»
«Только бы они не вздумали подойти ближе, — мысленно взмолился Абель. — Если их кто-нибудь заметит, позора не оберешься»
Уголок его губ нервно дернулся, но он быстро взял себя в руки и продолжил:
Уголок его губ нервно дернулся, но он быстро взял себя в руки и продолжил:
— Но прежде чем перейти к теме, поскольку мы видимся впервые и я не знаю, насколько глубоко вы усвоили пройденный материал... Проверим ваши знания. Я буду вызывать некоторых из вас наугад.
— Но прежде чем перейти к теме, поскольку мы видимся впервые и я не знаю, насколько глубоко вы усвоили пройденный материал... Проверим ваши знания. Я буду вызывать некоторых из вас наугад.
«Вызывать наугад» — от этих слов у студентов по спине пробежал холодок. Опозориться перед всей аудиторией, не сумев ответить на простейший вопрос, не хотелось никому.
«Вызывать наугад» — от этих слов у студентов по спине пробежал холодок. Опозориться перед всей аудиторией, не сумев ответить на простейший вопрос, не хотелось никому.
— Не переживайте, вопросы совсем легкие, — успокоил их Абель. И чтобы подкрепить свои слова делом, указал пальцем на недавнего смельчака: — Начнем с вас, молодой человек. Прошу, поднимитесь.
— Не переживайте, вопросы совсем легкие, — успокоил их Абель. И чтобы подкрепить свои слова делом, указал пальцем на недавнего смельчака: — Начнем с вас, молодой человек. Прошу, поднимитесь.
«И дернул же меня черт за язык!»
«И дернул же меня черт за язык!»
Студент мысленно проклял свою инициативность и с обреченным видом встал.
Студент мысленно проклял свою инициативность и с обреченным видом встал.
Абель окинул его ленивым взглядом.
Абель окинул его ленивым взглядом.
— Скажите, согласно атомной гипотезе, какова мельчайшая, неделимая частица, из которой состоит любое вещество?
— Скажите, согласно атомной гипотезе, какова мельчайшая, неделимая частица, из которой состоит любое вещество?
И это все?
И это все?
Студенты облегченно выдохнули. Парень тоже приободрился и бойко отчеканил:
Студенты облегченно выдохнули. Парень тоже приободрился и бойко отчеканил:
— Атом!
— Атом!
Абель удовлетворенно кивнул, разрешая ему сесть, и перевел взгляд на девушку в коричневой шляпке.
Абель удовлетворенно кивнул, разрешая ему сесть, и перевел взгляд на девушку в коричневой шляпке.
— А из чего состоит сам атом?
— А из чего состоит сам атом?
— Из атомного ядра и электронов.
— Из атомного ядра и электронов.
— Прекрасно, присаживайтесь.
— Прекрасно, присаживайтесь.
После серии столь же элементарных вопросов напряжение в аудитории окончательно спало. По рядам пополз шепоток: некоторые особо самоуверенные умы даже начали ворчать, что вопросы слишком детские, и тихо требовать чего-нибудь посложнее. Абель, краем уха ловя эти разговоры, лишь диву давался их юношеской спеси.
После серии столь же элементарных вопросов напряжение в аудитории окончательно спало. По рядам пополз шепоток: некоторые особо самоуверенные умы даже начали ворчать, что вопросы слишком детские, и тихо требовать чего-нибудь посложнее. Абель, краем уха ловя эти разговоры, лишь диву давался их юношеской спеси.
Впрочем, легкая разминка подошла к концу. Настало время для главного блюда.
Впрочем, легкая разминка подошла к концу. Настало время для главного блюда.
Взор Абеля обратился к первому ряду — туда, где вальяжно развалились наглецы, отобравшие места у зеленоволосой студентки и ее подруги. Своими разбойничьими физиономиями они явно не вписывались в академическую атмосферу и откровенно портили весь вид.
Взор Абеля обратился к первому ряду — туда, где вальяжно развалились наглецы, отобравшие места у зеленоволосой студентки и ее подруги. Своими разбойничьими физиономиями они явно не вписывались в академическую атмосферу и откровенно портили весь вид.
Он указал пальцем на сидевшего ровно посередине желтоволосого парня. Тот выделялся среди своих дюжих приятелей более хрупким телосложением и бледным лицом.
Он указал пальцем на сидевшего ровно посередине желтоволосого парня. Тот выделялся среди своих дюжих приятелей более хрупким телосложением и бледным лицом.
«Такой дохляк среди этих громил... Наверняка их вожак»
«Такой дохляк среди этих громил... Наверняка их вожак»
— Молодой человек, будьте добры, встаньте.
— Молодой человек, будьте добры, встаньте.
Фицджеральд Скотт поднялся, ничуть не растерявшись. На его лице блуждала ленивая ухмылка. Завали он сложный вопрос, было бы неловко, но к базовым темам он подготовился на отлично — ведь ради того, чтобы подкатить к прекрасной мадемуазель Лавуазье, он прилежно зубрил учебники несколько ночей напролет.
Фицджеральд Скотт поднялся, ничуть не растерявшись. На его лице блуждала ленивая ухмылка. Завали он сложный вопрос, было бы неловко, но к базовым темам он подготовился на отлично — ведь ради того, чтобы подкатить к прекрасной мадемуазель Лавуазье, он прилежно зубрил учебники несколько ночей напролет.
«Жаль только, что самой Лавуазье сегодня нет, — с досадой подумал он. — Зря только лучшее место отбивал»
«Жаль только, что самой Лавуазье сегодня нет, — с досадой подумал он. — Зря только лучшее место отбивал»
— Итак, мистер Скотт, — Абель смерил его оценивающим взглядом. — Не подскажете ли нам, что такое силы межатомного взаимодействия? Извольте изложить физический принцип как можно подробнее.
— Итак, мистер Скотт, — Абель смерил его оценивающим взглядом. — Не подскажете ли нам, что такое силы межатомного взаимодействия? Извольте изложить физический принцип как можно подробнее.
Скотт застыл на месте, а его наглое выражение лица мгновенно сменилось глупой гримасой.
Скотт застыл на месте, а его наглое выражение лица мгновенно сменилось глупой гримасой.
«Что за чертовщина? — опешил он. — С какого перепугу вопросы вдруг стали такими зубодробительными? Это же нечестно!»
«Что за чертовщина? — опешил он. — С какого перепугу вопросы вдруг стали такими зубодробительными? Это же нечестно!»
Поняв, что увиливать бесполезно, он буркнул напрямик:
Поняв, что увиливать бесполезно, он буркнул напрямик:
— Не знаю.
— Не знаю.
— Совсем не знаете? — вкрадчиво переспросил ректор.
— Совсем не знаете? — вкрадчиво переспросил ректор.
— Совсем.
— Совсем.
— Вот как? — Абель изогнул бровь, и дружелюбная маска окончательно сползла с его лица. — И при таком уровне знаний у вас хватает наглости занимать первый ряд?
— Вот как? — Абель изогнул бровь, и дружелюбная маска окончательно сползла с его лица. — И при таком уровне знаний у вас хватает наглости занимать первый ряд?
— А какая связь между первым рядом и этим дурацким вопросом? — огрызнулся Скотт, искренне недоумевая.
— А какая связь между первым рядом и этим дурацким вопросом? — огрызнулся Скотт, искренне недоумевая.
— Самая прямая, — Абель перестал разыгрывать доброго наставника. Его голос так и обдал холодом. — Скажите-ка мне, любезный, вы это место с самого утра честно занимали? Своими силами?
— Самая прямая, — Абель перестал разыгрывать доброго наставника. Его голос так и обдал холодом. — Скажите-ка мне, любезный, вы это место с самого утра честно занимали? Своими силами?
У Скотта внутри все екнуло.
У Скотта внутри все екнуло.
«Откуда он узнал?!»
«Откуда он узнал?!»
Пойманный за руку наглец на секунду растерялся, но быстро вернул себе прежний независимый вид. Он молча уставился на Абеля. Подумаешь, согнал девчонок с мест. Что ему за это сделают? Отчислят? Не посмеют.
Пойманный за руку наглец на секунду растерялся, но быстро вернул себе прежний независимый вид. Он молча уставился на Абеля. Подумаешь, согнал девчонок с мест. Что ему за это сделают? Отчислят? Не посмеют.
Абель, видя это упрямство, не стал тратить слова попусту.
Абель, видя это упрямство, не стал тратить слова попусту.
— Твое имя.
— Твое имя.
Парень поколебался, соображая, стоит ли врать ректору, но решил, что выйдет только хуже.
Парень поколебался, соображая, стоит ли врать ректору, но решил, что выйдет только хуже.
— Фицджеральд Скотт, — нехотя выдавил он.
— Фицджеральд Скотт, — нехотя выдавил он.
— Не расслышал. Повтори.
— Не расслышал. Повтори.
— Фицджеральд Скотт, — послушно повторил тот.
— Фицджеральд Скотт, — послушно повторил тот.
Абель подошел к нему вплотную и навис над парнем.
Абель подошел к нему вплотную и навис над парнем.
— Что ты лопочешь? — повысил он голос. — Громче! Ничего не слышно!
— Что ты лопочешь? — повысил он голос. — Громче! Ничего не слышно!
Скотт закипал от глупости происходящего, но все же заговорил на тон выше:
Скотт закипал от глупости происходящего, но все же заговорил на тон выше:
— Фицджеральд Скотт!
— Фицджеральд Скотт!
— Глухо, как в танке! — рявкнул Абель. — Я сказал: громче! У тебя что, язык отсох?!
— Глухо, как в танке! — рявкнул Абель. — Я сказал: громче! У тебя что, язык отсох?!
Парню пришлось напрячь связки:
Парню пришлось напрячь связки:
— Фицджеральд Скотт!
— Фицджеральд Скотт!
— Да как тут можно не услышать?! — не выдержал наконец Скотт, багровея от злости. — Вы что, издеваетесь надо мной, твою мать?!
— Да как тут можно не услышать?! — не выдержал наконец Скотт, багровея от злости. — Вы что, издеваетесь надо мной, твою мать?!
— Я сказал «не слышу», значит, не слышу! — Абель без малейших колебаний заглянул ему прямо в глаза. — С таким жалким писком ты надеешься учиться в Кембридже?! Подай голос, живо!!!
— Я сказал «не слышу», значит, не слышу! — Абель без малейших колебаний заглянул ему прямо в глаза. — С таким жалким писком ты надеешься учиться в Кембридже?! Подай голос, живо!!!
«Да это же откровенный шантаж...»
«Да это же откровенный шантаж...»
В ужасе подумали притихшие студенты. Переглядываясь друг с другом, они мысленно признавали: ректор спуску никому не даст. Сила на его стороне.
В ужасе подумали притихшие студенты. Переглядываясь друг с другом, они мысленно признавали: ректор спуску никому не даст. Сила на его стороне.
Фицджеральд тоже почуял нависшую над ним угрозу отчисления, но упрямый характер взял верх. Страх уступил место уязвленной гордости.
Фицджеральд тоже почуял нависшую над ним угрозу отчисления, но упрямый характер взял верх. Страх уступил место уязвленной гордости.
«Ах так? Хочешь погромче? Будет тебе погромче!»
«Ах так? Хочешь погромче? Будет тебе погромче!»
Набрав полную грудь воздуха, он заорал что есть мочи:
Набрав полную грудь воздуха, он заорал что есть мочи:
— ФИЦДЖЕРАЛЬД СКОТТ — именно так.
— ФИЦДЖЕРАЛЬД СКОТТ — именно так.
Но не успело эхо затихнуть, как Абель, даже не поморщившись, легко перекрыл его крик своим зычным голосом:
Но не успело эхо затихнуть, как Абель, даже не поморщившись, легко перекрыл его крик своим зычным голосом:
— СЛАБО! НЕ СЛЫШУ!!!
— СЛАБО! НЕ СЛЫШУ!!!
Его зычный бас без труда заглушил потуги несчастного студента.
Его зычный бас без труда заглушил потуги несчастного студента.
«Ах ты гад!»
«Ах ты гад!»
Окончательно озверев, Скотт побагровел, на его шее вздулись вены. Собрав последние силы, он выдал поистине звериный рык:
Окончательно озверев, Скотт побагровел, на его шее вздулись вены. Собрав последние силы, он выдал поистине звериный рык:
— ФИЦДЖЕРАЛЬД!!! СКОТТ — именно так — именно так.
— ФИЦДЖЕРАЛЬД!!! СКОТТ — именно так — именно так.
— ВСЕ! ЕЩЕ! НЕ! СЛЫШУ!
— ВСЕ! ЕЩЕ! НЕ! СЛЫШУ!
Крик ректора прогремел подобно грому среди ясного неба. Лицо Абеля исказилось в такой яростной гримасе, что испуганным студентам он показался выходцем из преисподней.
Крик ректора прогремел подобно грому среди ясного неба. Лицо Абеля исказилось в такой яростной гримасе, что испуганным студентам он показался выходцем из преисподней.
— А НУ ГРОМЧЕ!!! ЕЩЕ ГРОМЧЕ!!!
— А НУ ГРОМЧЕ!!! ЕЩЕ ГРОМЧЕ!!!
Этот голос, когда-то сотрясавший стены огромного актового зала, теперь бушевал в тесной аудитории. Стены задрожали, а у студентов заложило уши.
Этот голос, когда-то сотрясавший стены огромного актового зала, теперь бушевал в тесной аудитории. Стены задрожали, а у студентов заложило уши.
Находящийся под этим ураганным обстрелом Скотт подвергся жесточайшему давлению — как физическому, так и моральному. Смесь жгучего стыда, бессильной злобы, запоздалого раскаяния и сокрушительного поражения чуть не сбила его с ног. Стиснув зубы, он хватал ртом воздух, словно выброшенная на берег рыба. Губы его беззвучно шевелились, безуспешно пытаясь выдавить хоть звук.
Находящийся под этим ураганным обстрелом Скотт подвергся жесточайшему давлению — как физическому, так и моральному. Смесь жгучего стыда, бессильной злобы, запоздалого раскаяния и сокрушительного поражения чуть не сбила его с ног. Стиснув зубы, он хватал ртом воздух, словно выброшенная на берег рыба. Губы его беззвучно шевелились, безуспешно пытаясь выдавить хоть звук.
— ФИЦДЖЕРАЛЬД СКОТТ — именно так.
— ФИЦДЖЕРАЛЬД СКОТТ — именно так.
На пределе своих возможностей, сорвав связки до хрипа, парень выдал такой надрывный, истошный вопль, который почти сравнялся по мощи с ревом ректора.
На пределе своих возможностей, сорвав связки до хрипа, парень выдал такой надрывный, истошный вопль, который почти сравнялся по мощи с ревом ректора.
Что и говорить, человеческие возможности воистину безграничны, если как следует прижать к стене. В стрессовой ситуации человек способен на любое чудо. Ну, кроме решения задач по высшей математике, разумеется.
Что и говорить, человеческие возможности воистину безграничны, если как следует прижать к стене. В стрессовой ситуации человек способен на любое чудо. Ну, кроме решения задач по высшей математике, разумеется.
— Вот теперь хорошо, — Абель мгновенно сменил гнев на милость. Его лицо разгладилось, а голос вернулся к прежнему спокойному тону. — Присаживайтесь. И пусть это будет последним разом, когда я слышу о том, что вы задираете сокурсников.
— Вот теперь хорошо, — Абель мгновенно сменил гнев на милость. Его лицо разгладилось, а голос вернулся к прежнему спокойному тону. — Присаживайтесь. И пусть это будет последним разом, когда я слышу о том, что вы задираете сокурсников.
— Да... — прохрипел вконец обессиленный Скотт и без сил рухнул на стул.
— Да... — прохрипел вконец обессиленный Скотт и без сил рухнул на стул.
Вся спесь с него сошла без остатка. Спорить с этим сумасшедшим не хотелось совершенно. В голове крутилась лишь одна мысль: как вообще такого безумца пустили на должность ректора?
Вся спесь с него сошла без остатка. Спорить с этим сумасшедшим не хотелось совершенно. В голове крутилась лишь одна мысль: как вообще такого безумца пустили на должность ректора?
Но стоило аудитории вздохнуть с облегчением, решив, что экзекуция окончена, как Абель ласково улыбнулся и перевел взгляд на сидевших рядом со Скоттом сообщников.
Но стоило аудитории вздохнуть с облегчением, решив, что экзекуция окончена, как Абель ласково улыбнулся и перевел взгляд на сидевших рядом со Скоттом сообщников.
— Ну а вы, господа? Не хотите представиться своим товарищам?
— Ну а вы, господа? Не хотите представиться своим товарищам?
Упомянутые господа похолодели.
Упомянутые господа похолодели.
— ГАРРИК РОДРИГЕС!!! — парень, сидевший с самого края слева, сориентировался мгновенно. Он вскочил как ошпаренный и заорал во всю глотку, опережая грозный окрик ректора.
— ГАРРИК РОДРИГЕС!!! — парень, сидевший с самого края слева, сориентировался мгновенно. Он вскочил как ошпаренный и заорал во всю глотку, опережая грозный окрик ректора.
— ГРЕГОРИ РАМИРЕС!!!
— ГРЕГОРИ РАМИРЕС!!!
— КАЛВЕРТ УИЛЬЯМС!!!
— КАЛВЕРТ УИЛЬЯМС!!!
— СЕДРИК ЛЬЮИС!!!
— СЕДРИК ЛЬЮИС!!!
Остальные лоботрясы тоже оказались не дураками. Смекнув правила игры, они один за другим вскакивали с мест и кричали свои имена. Каждый старался переорать предыдущего, отчего перекличка стремительно превратилась в подобие армейского смотра.
Остальные лоботрясы тоже оказались не дураками. Смекнув правила игры, они один за другим вскакивали с мест и кричали свои имена. Каждый старался переорать предыдущего, отчего перекличка стремительно превратилась в подобие армейского смотра.

Комментарии

Загрузка...