На трибунах раздались тихие смешки. Некоторые зрители даже понимающе кивнули: а ведь парень дело говорит! Проверка первой ночи — это всегда тычок наугад, и для настоящего Провидца абсолютно нормально не иметь под этим глубокой подоплёки. А вот те, кто выплетает из причин целые кружева, как раз и занимаются сочинительством.
На трибунах раздались тихие смешки. Некоторые зрители даже понимающе кивнули: а ведь парень дело говорит! Проверка первой ночи — это всегда тычок наугад, и для настоящего Провидца абсолютно нормально не иметь под этим глубокой подоплёки. А вот те, кто выплетает из причин целые кружева, как раз и занимаются сочинительством.
Су Мо невольно взглянул на него с новым уважением. В каком-то смысле эта речь Чэнь Дашэна была чертовски умна. Он не стал выдумывать историю своего выбора, прекрасно понимая: чем больше деталей соврёшь, тем проще обжечься. На турнире такого уровня честные игроки не станут клеймить тебя оборотнем только за отсутствие глубоких причин для проверки — напротив, слишком идеальная история вызовет у них подозрения. Признав с порога «у меня не было причин, я просто проверил», Чэнь Дашэн выглядел искренним и прямолинейным — ровно таким, каким и должен быть настоящий Провидец.
Су Мо невольно взглянул на него с новым уважением. В каком-то смысле эта речь Чэнь Дашэна была чертовски умна. Он не стал выдумывать историю своего выбора, прекрасно понимая: чем больше деталей соврёшь, тем проще обжечься. На турнире такого уровня честные игроки не станут клеймить тебя оборотнем только за отсутствие глубоких причин для проверки — напротив, слишком идеальная история вызовет у них подозрения. Признав с порога «у меня не было причин, я просто проверил», Чэнь Дашэн выглядел искренним и прямолинейным — ровно таким, каким и должен быть настоящий Провидец.
А Чэнь Дашэн тем временем продолжал:
А Чэнь Дашэн тем временем продолжал:
— Порядок проверок... Сначала третий, потом седьмой. Почему именно три и семь? Объясню расклад со своей колокольни. Сейчас за значок борются шестеро: первый, четвёртый, шестая, восьмой, я — девятый, и одиннадцатый. Одиннадцатый получил от меня чёрную проверку, так что Провидцем он уже точно не вскроется. А если и дерзнёт, то это будет судорожная попытка спастись прямо на месте. Вы ему поверите? Конечно же нет! Так что одиннадцатый номер теперь может заявить разве что какую-то иную роль, но только не Провидца.
— Порядок проверок... Сначала третий, потом седьмой. Почему именно три и семь? Объясню расклад со своей колокольни. Сейчас за значок борются шестеро: первый, четвёртый, шестая, восьмой, я — девятый, и одиннадцатый. Одиннадцатый получил от меня чёрную проверку, так что Провидцем он уже точно не вскроется. А если и дерзнёт, то это будет судорожная попытка спастись прямо на месте. Вы ему поверите? Конечно же нет! Так что одиннадцатый номер теперь может заявить разве что какую-то иную роль, но только не Провидца.
— А если одиннадцатый не вскрывается, то где же тогда лже-Провидец оборотней? — Он бросил взгляд на тех, кто остался вне борьбы за значок. — Правильно, среди остальных претендентов на значок. Первый и четвёртый ещё не выступали, а шестая и восьмой уже сказали своё слово. Одиннадцатый — оборотень, и, глядя на общий расклад этой партии, я уверен: стая не могла отправить на выборы всего одного волка. В числе претендентов, выступающих после меня — то есть среди первого и четвёртого, — точно скрывается второй оборотень для страховочного вскрытия. Поэтому проверять первого или четвёртого для меня бессмысленно: кто-то из них с огромной вероятностью всё равно поднимется и начнёт оспаривать мою роль.
— А если одиннадцатый не вскрывается, то где же тогда лже-Провидец оборотней? — Он бросил взгляд на тех, кто остался вне борьбы за значок. — Правильно, среди остальных претендентов на значок. Первый и четвёртый ещё не выступали, а шестая и восьмой уже сказали своё слово. Одиннадцатый — оборотень, и, глядя на общий расклад этой партии, я уверен: стая не могла отправить на выборы всего одного волка. В числе претендентов, выступающих после меня — то есть среди первого и четвёртого, — точно скрывается второй оборотень для страховочного вскрытия. Поэтому проверять первого или четвёртого для меня бессмысленно: кто-то из них с огромной вероятностью всё равно поднимется и начнёт оспаривать мою роль.
С этими словами он указал на игрока под номером три:
С этими словами он указал на игрока под номером три:
— Вот почему я решил направить проверку на тех, кто остался вне борьбы за значок. Третий номер, Гу Бэйчэнь! Шестая чуть ранее атаковала его своей статистикой, заявив, будто третий в ста процентах прошлых игр боролся за значок, а сегодня отсиживается в тени — мол, это нетипично и смахивает на поведение волка. Я принял эту логику к сведению, но не могу сходу заклеймить третьего оборотнем только из-за слов шестой. В конце концов, я пока понятия не имею, кем является сама шестая. Поэтому третий номер отправляется в мою первую очередь проверок: если он окажется оборотнем, шансы шестой быть мирной вырастут; если же он окажется честным, то подозрения к шестой усилятся. А вот к словам восьмого я действительно прислушался: кем бы ни была шестая, даже если она Горгулья, она ни при каких обстоятельствах не может быть в сговоре с третьим.
— Вот почему я решил направить проверку на тех, кто остался вне борьбы за значок. Третий номер, Гу Бэйчэнь! Шестая чуть ранее атаковала его своей статистикой, заявив, будто третий в ста процентах прошлых игр боролся за значок, а сегодня отсиживается в тени — мол, это нетипично и смахивает на поведение волка. Я принял эту логику к сведению, но не могу сходу заклеймить третьего оборотнем только из-за слов шестой. В конце концов, я пока понятия не имею, кем является сама шестая. Поэтому третий номер отправляется в мою первую очередь проверок: если он окажется оборотнем, шансы шестой быть мирной вырастут; если же он окажется честным, то подозрения к шестой усилятся. А вот к словам восьмого я действительно прислушался: кем бы ни была шестая, даже если она Горгулья, она ни при каких обстоятельствах не может быть в сговоре с третьим.
Окончив мысль, он перевёл взгляд на седьмой слот:
Окончив мысль, он перевёл взгляд на седьмой слот:
— Седьмой номер тоже остался вне борьбы за значок. На него я ставлю вторую очередь проверки. Может, по раскладу это выглядит и не идеально, но мне ведь нужно проверить кого-то из засады? Вот я и выбрал седьмого! Что же касается шестой и восьмого... Если сравнивать их речи, то восьмой выглядит куда более мирным, чем шестая.
— Седьмой номер тоже остался вне борьбы за значок. На него я ставлю вторую очередь проверки. Может, по раскладу это выглядит и не идеально, но мне ведь нужно проверить кого-то из засады? Вот я и выбрал седьмого! Что же касается шестой и восьмого... Если сравнивать их речи, то восьмой выглядит куда более мирным, чем шестая.
Чэнь Дашэн сделал паузу и пояснил:
Чэнь Дашэн сделал паузу и пояснил:
— Речь шестой была очень резкой и агрессивной: она сразу пошла в атаку на третьего и задавила его напором. Но агрессивный стиль сам по себе никак не доказательство честности. Оборотни тоже умеют нападать. Особенно в раскладе с Горгульей и Могильщиком, где агрессивный старт для волков — стандартный приём. Так что я не стану определяться с ролью шестой только по её поведению. Я пойму, кто она, когда проверю третьего.
— Речь шестой была очень резкой и агрессивной: она сразу пошла в атаку на третьего и задавила его напором. Но агрессивный стиль сам по себе никак не доказательство честности. Оборотни тоже умеют нападать. Особенно в раскладе с Горгульей и Могильщиком, где агрессивный старт для волков — стандартный приём. Так что я не стану определяться с ролью шестой только по её поведению. Я пойму, кто она, когда проверю третьего.
— А вот восьмой — совсем другое дело. — Взгляд Чэнь Дашэна задержался на Су Мо. В глазах всё ещё проскальзывало недовольство, но тон звучал вполне сдержанно. — Восьмой в своём выступлении не принял ничью сторону, никого не защищал и никого не топил. Как назвать такую речь с точки зрения мирных игроков? Объективной. А с точки зрения оборотней? Попыткой отсидеться в сторонке. Первые не дают выводов из-за нехватки данных, вторые — провели анализ, но сознательно ушли от чёткого вердикта. Как по мне, это вполне неплохо. Так что восьмой для меня выглядит чуточку более мирным, чем шестая.
— А вот восьмой — совсем другое дело. — Взгляд Чэнь Дашэна задержался на Су Мо. В глазах всё ещё проскальзывало недовольство, но тон звучал вполне сдержанно. — Восьмой в своём выступлении не принял ничью сторону, никого не защищал и никого не топил. Как назвать такую речь с точки зрения мирных игроков? Объективной. А с точки зрения оборотней? Попыткой отсидеться в сторонке. Первые не дают выводов из-за нехватки данных, вторые — провели анализ, но сознательно ушли от чёткого вердикта. Как по мне, это вполне неплохо. Так что восьмой для меня выглядит чуточку более мирным, чем шестая.
Он обернулся к шестому слоту:
Он обернулся к шестому слоту:
— Впрочем... Уже по той дерзости, с какой выступала шестая, ясно, что у неё есть какая-то роль. Она либо оборотень, либо особый персонаж — обычный мирный житель не стал бы выдавать подобную экспрессию. Так что проверять шестую мне незачем, она раскроется сама. Если она волк — ей не укрыться. Если особый игрок — сама вскроется.
— Впрочем... Уже по той дерзости, с какой выступала шестая, ясно, что у неё есть какая-то роль. Она либо оборотень, либо особый персонаж — обычный мирный житель не стал бы выдавать подобную экспрессию. Так что проверять шестую мне незачем, она раскроется сама. Если она волк — ей не укрыться. Если особый игрок — сама вскроется.
Чэнь Дашэн звонко хлопнул ладонью по столу:
Чэнь Дашэн звонко хлопнул ладонью по столу:
— Что ж, я — Провидец! Одиннадцатый — оборотень! В очереди проверок — сперва третий, затем седьмой. Мне нужен значок шерифа, так что отдайте свои голоса за меня! На этом всё!
— Что ж, я — Провидец! Одиннадцатый — оборотень! В очереди проверок — сперва третий, затем седьмой. Мне нужен значок шерифа, так что отдайте свои голоса за меня! На этом всё!
Как только его голос утих, в студии ненадолго воцарилась тишина, а затем зрительский зал взорвался ещё более бурной волной оваций, чем во время речи Е Ланьсинь. И дело было не в том, что Чэнь Дашэн выступил ярче. Просто наконец-то кто-то объявил себя Провидцем. Наконец-то появился лагерь, к которому можно примкнуть. Для зрителей самое увлекательное в «Мафии» — это не сухой анализ логики, а лобовое столкновение двух противоборствующих фракций: смотреть, как волки плетут интриги, как мирные пытаются их распутать, и как партия шаг за шагом приближается к кульминации.
Как только его голос утих, в студии ненадолго воцарилась тишина, а затем зрительский зал взорвался ещё более бурной волной оваций, чем во время речи Е Ланьсинь. И дело было не в том, что Чэнь Дашэн выступил ярче. Просто наконец-то кто-то объявил себя Провидцем. Наконец-то появился лагерь, к которому можно примкнуть. Для зрителей самое увлекательное в «Мафии» — это не сухой анализ логики, а лобовое столкновение двух противоборствующих фракций: смотреть, как волки плетут интриги, как мирные пытаются их распутать, и как партия шаг за шагом приближается к кульминации.
Вновь раздался голос Старины К:
Вновь раздался голос Старины К:
— Игрок номер девять, Чэнь Дашэн! Заявляет роль Провидца! Чёрная проверка на одиннадцатого! В очереди проверок — третий и седьмой! Первый Провидец в этой партии наконец укомплектован и рвётся в бой! Причём влепил чёрную проверку претенденту после себя! Такой напор — неважно, настоящий он Провидец или агрессивный лжец, — выглядит невероятно мощно!
— Игрок номер девять, Чэнь Дашэн! Заявляет роль Провидца! Чёрная проверка на одиннадцатого! В очереди проверок — третий и седьмой! Первый Провидец в этой партии наконец укомплектован и рвётся в бой! Причём влепил чёрную проверку претенденту после себя! Такой напор — неважно, настоящий он Провидец или агрессивный лжец, — выглядит невероятно мощно!
Комментатор перевёл дыхание и продолжил выдавать аналитику:
Комментатор перевёл дыхание и продолжил выдавать аналитику:
— Более того, его план проверок весьма продуман! Он не стал трогать претендентов под номерами один и четыре, рассудив, что у волков обязан быть страховочный лже-Провидец, а с соперником можно разобраться и по речи, без траты проверок! Для данного расклада такая логика вполне обоснована... А сместив внимание на третью и седьмую карты вне борьбы за значок, он пытается вскрыть истинное положение дел в тени! Если третий, Гу Бэйчэнь, и вправду окажется оборотнем, то стартовая атака шестой, Е Ланьсинь, заиграет совершенно новыми красками! Эта партия с самого первого круга выступлений за значок уже раскалилась до предела!
— Более того, его план проверок весьма продуман! Он не стал трогать претендентов под номерами один и четыре, рассудив, что у волков обязан быть страховочный лже-Провидец, а с соперником можно разобраться и по речи, без траты проверок! Для данного расклада такая логика вполне обоснована... А сместив внимание на третью и седьмую карты вне борьбы за значок, он пытается вскрыть истинное положение дел в тени! Если третий, Гу Бэйчэнь, и вправду окажется оборотнем, то стартовая атака шестой, Е Ланьсинь, заиграет совершенно новыми красками! Эта партия с самого первого круга выступлений за значок уже раскалилась до предела!
Су Мо молча откинулся на спинку кресла. Выступление Чэнь Дашэна подошло к концу.
Су Мо молча откинулся на спинку кресла. Выступление Чэнь Дашэна подошло к концу.
С точки зрения Провидца к этой речи трудно было придраться. Весомая чёрная проверка, логично обоснованная очередь проверок, вполне адекватная оценка предыдущих ораторов... И даже фраза о том, что восьмой выглядит более мирным, чем шестая — пусть и отдавала личной неприязнью, но на поверхности получила вполне разумное объяснение.
С точки зрения Провидца к этой речи трудно было придраться. Весомая чёрная проверка, логично обоснованная очередь проверок, вполне адекватная оценка предыдущих ораторов... И даже фраза о том, что восьмой выглядит более мирным, чем шестая — пусть и отдавала личной неприязнью, но на поверхности получила вполне разумное объяснение.
Речь действительно хороша.
Речь действительно хороша.
Вот только...
Вот только...
В одном логическом звене Чэнь Дашэн совершил фундаментальную ошибку.
В одном логическом звене Чэнь Дашэн совершил фундаментальную ошибку.
Роль третьего игрока вообще никак не связана с шестой!
Роль третьего игрока вообще никак не связана с шестой!
Если третий окажется честным, делает ли это шестую оборотнем? Разве мирный игрок не может просто ошибиться в рассуждениях?
Если третий окажется честным, делает ли это шестую оборотнем? Разве мирный игрок не может просто ошибиться в рассуждениях?
И наоборот: если третий — действительно оборотень, гарантирует ли это честность Е Ланьсинь? Разве волки не способны атаковать своих же ради алиби?!
И наоборот: если третий — действительно оборотень, гарантирует ли это честность Е Ланьсинь? Разве волки не способны атаковать своих же ради алиби?!

Комментарии

Загрузка...