Не прошло и полминуты, как обыкновенный носовой платок в его руках чудесным образом превратился в голубую розу.
Эта роза была чарующего синего цвета, очень напоминающего приближающиеся сумерки или грозовые тучи перед ливнем.
В этот момент раздался стук в дверь, и тут же послышался голос Чжао Юэ.
Янь Лоци не спешил отвечать: он покрутил цветок на кончиках пальцев и поднёс к самому носу, втягивая аромат.
К сожалению, у цветка не было запаха — только остаточный химический аромат стирального порошка.
Довольно разочаровывающе.
— Что такое, маленькая принцесса?
— Я... кое о чём хотела с тобой поговорить.
Её голос звучал приглушенно из-за закрытой двери.
Янь Лоци небрежно воткнул розу в пустую вазу на подоконнике, подошёл к выходу и распахнул дверь.
Прислонившись к деревянному косяку, он лениво опёрся о него рукой и сверху вниз посмотрел на неё.
— О чём же?
Чжао Юэ помялась и произнесла:
— Скажи... ты умеешь танцевать?
— Танцевать?
— Ну... вальс или что-то в этом роде.
— Зачем?
— Я хочу, чтобы ты сегодня был моим партнёром по танцам.
Янь Лоци замер:
— Партнёром?
— Ты же знаешь, на днях во дворце пройдет вечерний прием, и перед самым его началом я должна исполнить танец.
— Обычно со мной занимался брат Си Янь, но сегодня у него неотложные дела, и он не сможет прийти. А до приёма осталось совсем немного, мне нужно усиленно тренироваться, поэтому...
— Хорошо.
— ...Разве тебе не нужно подумать?
Янь Лоци покачал головой.
— Ты так быстро согласился, что я теперь и не знаю, куда девать слова, которые приготовила...
Янь Лоци усмехнулся, приподняв бровь:
— Как же так, мне стоило для вида отказаться?
Чжао Юэ торопливо замахала руками:
— Нет-нет, этого не нужно. Тогда скажи, ты раньше учился этому?
— Пусть меня в Денисе и не жаловали, но я всё-таки бывший принц, и кое-кто меня этому учил.
— Правда, мастерство у меня так себе, до твоего брата Си Яня мне далеко.
Услышав это, Чжао Юэ успокоилась и с лёгкой улыбкой произнесла:
— Ничего страшного, я ведь и сама танцую не ахти как.
— Только я могу случайно наступить тебе на ногу или запутаться в шагах, ты не боишься?
— Если бы боялся, не согласился бы.
Он легко улыбнулся, и в глубине его глаз застыла туманная дымка.
Чжао Юэ шутливо сморщила носик и показала ему язык, отчего уголки губ Янь Лоци изогнулись ещё сильнее.
Оторвав от него взгляд, она случайно заметила синюю розу в прозрачной вазе на подоконнике.
Чжао Юэ на мгновение замерла, а затем в восторге дёрнула его за рукав.
— Синяя роза?!
Заметив её интерес, Янь Лоци подошёл к окну, взял цветок и помахал им перед её лицом.
— Красиво?
— Очень! Я никогда в жизни не видела синих роз, где ты её достал?!
Янь Лоци рассмеялся так, что у него задрожали плечи, а затем взял её за руку и позволил коснуться кончиками пальцев лепестков.
— Присмотрись, она ненастоящая.
На ощупь синяя роза оказалась гораздо груще настоящего цветка. Чжао Юэ приоткрыла рот, только теперь сообразив, что цветок фальшивый.
— Э... это тот самый мой платок?
— Ага.
— Не думала, что ты такой мастер на все руки.
— Нравится?
— Ты хочешь подарить её мне?
— Конечно...
Чжао Юэ с надеждой посмотрела на него, её глаза ярко сияли.
— Не отдам.
— Тц, жадина.
— Ты ведь уже подарила мне этот платок, с какой стати забирать его обратно? Теперь я его хозяин.
Янь Лоци вытянул синюю розу из её руки:
— К тому же это мой военный трофей.
— ...Тоже верно.
— В твоих словах есть смысл, раз так, я не буду отнимать то, что тебе дорого.
Чжао Юэ хлопнула Янь Лоци по плечу и с улыбкой посмотрела на цветок в его руке.
— Тогда пусть он расцветает рядом с тобой.
Юноша склонил голову, пряча глаза под упавшими прядями волос, и не сводил взгляда с её руки, лежавшей у него на плече.
Её ладонь была маленькой и тёплой, сквозь тонкую летнюю ткань ощущалось тепло её кожи.
Красивые, чистые кончики пальцев легонько розовели, от этого зрелища кровь закипала, и невольно хотелось сжать её руку и изучить линии на ладони.
— Кстати, слуги говорят, что у Сяо Хуа в последнее время пропал аппетит.
Её голос прервал вихрь бурных фантазий в голове Янь Лоци.
— На улице слишком жарко, это нормально.
Его взгляд по-прежнему был прикован к её нежной ручке, и лишь когда она её отняла, он медленно перевёл глаза.
— Может, стоит сводить его куда-нибудь прогуляться? Наверное, он привык к свободе, а теперь целыми днями сидит в четырёх стенах, вот аппетит и пропал.
— Мы?
Высокие нотки в голосе Янь Лоци заставили Чжао Юэ осознать, что выбранное ею местоимение прозвучало двусмысленно. Её лицо вспыхнуло, и она поспешно исправилась:
— Не пойми меня неправильно, я имела в виду себя.
Её неуклюжая попытка оправдаться выглядела одновременно испуганной и милой. Янь Лоци прислонился к дверному косяку и лениво отстукивал пальцами ритм.
От этого взгляда Чжао Юэ стало не по себе:
— ...Перестань смотреть на меня так.
Янь Лоци небрежно усмехнулся, и в уголках его рта заиграла дерзкая улыбка.
— Никогда не слышала фразу: обладатель врождённых влюбчивых глаз — что мне поделать?
...
Заметив её растерянное выражение лица, Янь Лоци слегка кашлянул:
— Эй, мы собираемся танцевать или нет?
Чжао Юэ тут же закивала, чуть было не забыв о главной цели из-за пустых разговоров.
— Собираемся.
— Подожди меня, я переодусь.
*
Это был второй раз, когда Янь Лоци покидал дворец после той охоты.
Слуги во дворце Чжао Юэ уже привыкли видеть их всегда вместе, но это не значит, что остальные привыкли к этому.
Поэтому спустя короткое время, поймав на себе чужие странные взгляды, Янь Лоци вспомнил о субординации и шагнул назад, оказавшись позади неё.
Шагая с опущенной головой, он каждым шагом наступал на её тень.
Длинные волосы девушки покачивались в такт ходьбе, напоминая жизнерадостные, полные сил морские водоросли.
Он молча наблюдал за ними, а затем поддавшись какому-то необъяснимому порыву поднял руку и попытался поймать на залитой солнцем земле тень её струящихся волос.
Пряди напоминали извивающихся водных змей; они совершенно не хотели слушаться и затеяли с ним скучную игру в догонялки: когда он поднимал руку, они ускользали по ветру, а когда опускал — вновь взмывали в воздух.
Даже со спины она выглядела прекрасно.
Мысленно отметил он.
Дорога была такой тихой и длинной. Он послушно следовал за ней шаг за шагом, то сжимая, то разжимая пустую ладонь, и казалось, что вся эта завораживающая красота вращается лишь у него в руке.
Тень позади тянулась далеко вдаль, и Чжао Юэ ничего не знала о его маленьких шалостях, пока не обернулась и не застала его за попыткой опустить зависшую в воздухе руку.
— Что ты делаешь?
— Ничего.
— Мы пришли.
— Хорошо.
Войдя в танцевальный зал, они увидели женщину в длинном золотом платье, которая сидела на диване у окна, держа в руке бокал на тонкой ножке, где покачивалось ярко-красное вино.
Однако ещё более ослепительным, чем роскошное платье, было её чарующее, выразительное лицо: черные волосы, алые губы, стройные ноги, едва прикрытые подолом платья — сама жизнь и чувственность во плоти.
— Учительница Сирна, доброе утро.
Услышав голос, женщина лениво взмахнула рукой в сторону Чжао Юэ. В колыхании вина её природное, всепоглощающее очарование струилось наружу, подобно густому выдержанному напитку.
— Доброе утро, маленькая принцесса, вы, кажется, опоздали.
— Простите, у стражника Си сегодня дела, поэтому я нашла себе нового партнера.
— О?
Сирна перевела взгляд на Янь Лоци, стоявшего рядом с Чжао Юэ, чуть приподняла уголки глаз и беззастенчиво принялась его разглядывать.
— Если я не ошибаюсь, это тот самый маленький принц, что издалека прибыл из Дениса? — с полуулыбкой произнесла она.
Пока Сирна говорила, Янь Лоци тоже разглядывал женщину. По сравнению с юношеской незрелостью стоявшей рядом девушки, в каждом движении этой женщины сквозило присущее зрелости соблазнительное очарование.
Даже в присутствии мужчины она ничуть не скрывала обнажённые участки кожи, демонстрируя ленивую грацию так непринужденно, будто ей было абсолютно всё равно.
— Да, его зовут Янь Лоци.
— Янь Лоци, это учительница Сирна.
Янь Лоци едва заметно кивнул.
— Не хотите ли выпить по бокалу вина, молодые люди?
С этими словами Сирна подошла к подставке для бутылок, взяла два бокала и сама налила вина.
Она повернулась, поднимая бокал:
— Выпейте немного, и танцевать станет куда веселее.
Чжао Юэ напомнила:
— Сирна, нам заниматься целый день, если мы опьянеем, это помешает делу.
Сирна предсказуемо пожала плечами на отказ:
— А что насчет маленького принца?
— Простите, неуместно с вашей стороны так меня называть?
Однако Янь Лоци с бесстрастным лицом лишь покачал головой:
— Благодарю, не нужно.
На лице Сирна не появилось и тени разочарования — она лишь улыбнулась, опустила бокал и, приподняв подол длинного платья, подошла к ним и остановилась.
— Раз так, давайте начнем.

Комментарии

Загрузка...