Жизнь — это бесконечная книга покаяний, и до тех пор, пока не перевернута последняя страница, никто не знает окончательного приговора. — «И ты, и я — люди крепкого покроя»
Янь Лоци: — Как видишь, я безумна, мир приговорил меня к смертной казни, но ты ведь помилуешь меня, правда?
Чжао Юэ: — Любовь — это не утешение, а гвоздь, вбитый в череп.
— Все грехи берут начало во мне —
В Сердора, на заснеженных горах, покоятся два белых скелета.
Никаких надгробий, лишь одинокий холмик могилы.
Когда налетал ветер, он поднимал горсть крошечной снежной пыли, а когда падал снег, могила становилась чуть выше, в точности напоминая холм, вглядывающийся вдаль.
Перед этой могилой сидела пожилая женщина. Очищая её от снега, она неизменно сгибала и без того сгорбленную спину, изо дня в день, из года в год выполняя одну и ту же работу.
Стоило кому-нибудь спросить её, зачем оставаться в столь безлюдном месте, как она принималась рассказывать свою историю.
И чаще всего те, кто выслушивал её рассказ, издавали лишь вздох сожаления, после чего добавляли: между Сердора и Денисом больше не будет войн.
Тогда старуха поднималась на ноги и поворачивалась к вопрошавшему своей старой, сгорбленной спиной.
— Но маленькая принцесса уже не вернётся.
— Ему не стоило быть похороненным с ней рядом.
Старуха не знала, сколько ей еще отведено прожить, поэтому со временем задумала записать эту историю в дневник, где строка за строкой оживало давно канувшее в лету прошлое.
Это была история маленькой принцессы, её короткая жизнь.
Давайте встанем в конце этой истории и посмотрим, как всё происходило.
Много лет назад. Королевский город Сердора.
— Маленькая принцесса, бегите медленнее, смотрите не упадите! Страж Си Янь снимет с меня шкуру!
На зелёном лугу девушка в коротком белом платьице с хмурым видом неслась во весь опор, пытаясь оторваться от неотступно преследовавшей её служанки.
— Не будешь догонять — я перестану бежать!
— Если вы не побежите, я не буду догонять!
Видя, что служанка вот-вот настигнет её, девушка заметила впереди мрачный проём.
Было отчетливо видно, что на него повешен замок, но у самого края зарослей зияла щель, образовавшаяся из-за ветхости — в неё вполне мог пролезть человек.
Определившись с направлением, девушка на ходу подобрала подолы юбки, собирая их в руке, а затем обернулась и лукаво улыбнулась служанке, задорно сверкнув глазами.
— Я пойду первой!
Служанка в ужасе побледнела:
— Маленькая принцесса, туда нельзя заходить!
Чжао Юэ не послушала предостережений служанки и одним прыжком нырнула в узкую дверь, после чего перед её глазами предстала мрачная, кромешная тьма.
— Это... темница?
Она ступила вперед, и по длинному глубокому кирпичному коридору раздался эхом стук шагов. Чжао Юэ миновала одну за другой изолированные камеры, и от этого гулкого пространства невольно становилось жутко.
К счастью, возле каждой тюремной камеры горела лампада: свет был тусклым, но по крайней мере позволял кое-как разобрать дорогу.
В темнице царила зловещая тишина, временами из-за окна доносилось птичье чврканье, но из-за царившей обстановки оно казалось вовсе не мелодичным, а лишь добавляло жуткой тоскливости.
Чжао Юэ медленно шла вперед в поисках выхода, как вдруг позади раздался низкий мужской голос:
— Что ты здесь делаешь?
Чжао Юэ резко обернулась и увидела, что к ней направляется Си Янь.
— Брат Ланланг!
Услышав это, Си Янь широким шагом подошел к ней, но, уже собираясь взять её за запястье, молча опустил руку.
Лишь нахмурился, сжав тонкие губы в нить.
Он уже говорил ей не называть его так.
— Маленькой принцессе не следует здесь находиться. Это темница, неужели за тобой никто не ходил?
— Это я оторвалась от служанки.
Си Янь посмотрел на неё пару секунд и мысленно вздохнул:
— Я провожу тебя наружу.
— Не хочу! Мне было до смерти скучно, вот я и выбежала погулять.
— Тебе здесь не место. Тебе следовало заглянуть в небольшой сад, сейчас там распустилось много цветов.
Заметив, что она опустила голову и молчит, Си Янь понял, что возвращаться она не намерена, и беспомощно вздохнул.
— Если не хочешь возвращаться, побудь пока со мной, а я позже отправлю тебя назад.
— Что ты собираешься делать? — спросила Чжао Юэ, слегка повернувшись к нему.
— В темнице заперт пленник из Дениса, мне приказано допросить его.
Услышав такой ответ, Чжао Юэ удивилась:
— Разве простой пленник стоит того, чтобы ты допрашивал его лично?
Си Янь шагнул вперед, и Чжао Юэ послушно зашагала рядом в ногу с ним.
— Он не простой пленник. Он второй принц Дениса.
— Этот пленник — самый настоящий принц?!
Си Янь кивнул:
— В этот раз Сердора вела боевые действия против Дениса, и разведчики изначально докладывали, будто в одиночку отстал старший принц Дениса, однако по неизвестной причине наши люди захватили именно второго принца.
Чжао Юэ пробежала пару шагов, поравнялась с Си Янем и наклонила голову, заглядывая ему в лицо.
— Значит, мы сможем использовать второго принца, чтобы шантажировать Денис?
Си Янь покачал головой:
— Трудно сказать. Второй принц не пользуется любовью правителя, нрава он замкнутого и мрачного, говорят, в императорском дворе Дениса его никто не любит.
То, что его захватили в плен именно в этот раз, возможно, произошло потому, что старший принц намеренно подставил его, сделав козлом отпущения.
Чжао Юэ с видом знатока кивнула:
— Звучит так жалко.
Услышав это, Си Янь на мгновение остановился, его брови и глаза смягчились, и он коснулся ладонью её макушки.
— Маленькая принцесса, не стоит раздавать жалость врагам.
Они шли плечом к плечу. Кто бы мог подумать, что эта темница окажется настолько огромной: они шли добрых десять минут, прежде чем добрались до камеры, где держали второго принца Дениса.
— Маленькая принцесса останется здесь.
Си Янь велел ей подождать снаружи, явно не желая, чтобы она видела то, что происходит внутри.
— Я хочу пойти с тобой. — Взгляд Чжао Юэ с любопытством скользнул по плотно закрытой тюремной двери.
Си Янь без колебаний отклонил её просьбу:
— Нельзя.
— Почему?
— Подобное зрелище тебя испугает.
Не став объяснять дальше, Си Янь передал Чжао Юэ стоявшему рядом солдату:
— Присмотри за маленькой принцессой.
— Есть!
У входа в темницу несли вахту несколько солдат, которые при приближении Си Яня отдали честь.
Окинув взглядом окрестности с того места, где стояла, Чжао Юэ увидела толстые железные решетки в человеческую руку толщиной, образовывавшие неприступную клетку.
В воздухе висел невыносимый запах сырости, перемешанный со смрадом крови, напоминавшим разложение сотен крыс.
Время от времени до слуха доносились пронзительные, полные отчаяния и муки крики из других камер неподалеку.
Чжао Юэ втянула голову в плечи, но неведомый голос в глубине души почему-то подгонял её непременно подойти к той самой камере, поэтому она с улыбкой посмотрела на вытянувшегося по струнке солдата:
— Наверное, стоять на карауле очень тяжело?
Неожиданная забота заставила солдата замереть. Его лицо мгновенно вспыхнуло, а шею будто намертво залило густым клеем.
Он что, расслышал правильно?! Сама благородная маленькая принцесса проявляет о нём заботу?!
Солдат поскрёб в затылке:
— Ни капли! Совсем не тяжело!
— А внутри заперт второй принц? — Чжао Юэ протянула палец и указала в сторону камеры.
— Точно. Его притащили со вчерашнего штурма, и поскольку он до сих пор не выдал карту оборонительных рубежей, допрашивают с прошлого вечера без передышки.
— Эх, ну и язык у этого парня крепкий! Каких только орудий пыток не перепробовали, а выбить хоть что-то полезное силой не получается!
Чжао Юэ задумчиво протянула:
— Вот как... До чего же стойкий.
— А я могу заглянуть внутрь?
— Ни в коем случае!
Словно испугавшись, что его окрик мог напугать её, солдат поспешно смягчил тон:
— Страж Си Янь только что велел вам не приближаться, если подчинённый позволит вам войти, меня непременно накажут.
Чжао Юэ подняла три пальца:
— Обещаю, что не буду мешать допросу, взгляну всего одним гладком издалека!
— Ну... — Солдат по-прежнему в нерешительности хмурился, колеблясь перед просьбой маленькой принцессы.
— Одну минуту! Ну минуту-то можно, я ведь за всю жизнь в глаза не видела, как выглядят пленники!
Глядя на неё, солдат дрогнул:
— Вы точно всего на одну минуту?
— Как пройдет минута — я сразу выйду, ты никому не скажешь, я никому не скажу, и страж Си Янь ничего не узнает!
— Т-тогда ладно... Маленькая принцесса, только умоляю вас, побыстрее!
Шагая на цыпочках, Чжао Юэ прижалась к стене, используя её как укрытие, и тихонько подошла к дверям той самой камеры.
Только теперь Чжао Юэ поняла, почему Си Янь запрещал ей входить: открывшееся зрелище оказалось слишком шокирующим.
Она медленно перевела взгляд вглубь камеры: окон здесь не было, и лишь лампады у входа кое-как разгоняли мрак.
А на самом же прицеле этого взгляда висел привязанный к распятию юноша.
В полумраке его тело было подвешено в крайне неестественной позе.
Руки и ноги из-за сковавших их цепей были широко раскинуты, а на черном столе перед ним лежали самые разнообразные орудия допроса.
Солдат открыл дверь, и внутрь шагнул Си Янь. Пройдя чуть ближе, Чжао Юэ различила багровые пятна крови на орудиях пыток и всего покрытого кровавыми нечистотами юношу.
Голова юноши была судорожно закинута назад, а его полуживой вид создавал впечатление, будто в следующую секунду он испустит дух.
Смутно разглядев его черты, Чжао Юэ почувствовала, как её сердце зашлось в бешеном ритме.

Комментарии

Загрузка...