Зрачки Сун Шия резко сузились.
Тело инстинктивно подалось назад.
Запястье отчаянно забилось в ладони Шэнь Е, ноги уперлись в педали в попытке оттолкнуться, а свободная рука шарила по обшивке в поисках ручки двери.
Пока она отчаянно сопротивлялась, вторая рука Шэнь Е неизвестно когда успела лечь на рукоять Головы Демона.
Его пальцы подрагивали, то ослабляя, то усиливая хватку, будто он вел борьбу с невидимой силой.
В то же время Сун Шия заметила шевеление его губ.
Звука не было, но по форме рта она прочитала приказ.
─ Убирайся.
Очевидно, приказ предназначался не ей.
А его собственному разуму.
Затем его страшное лицо снова начало меняться.
Не возвращаясь к норме, оно искривилось от новой, невыносимой боли.
Словно кто-то невидимый рвал на части каждый мускул на его лице, но он продолжал отчаянно бороться.
На лбу Шэнь Е вздулись вены, по щекам покатились крупные капли пота.
Его дыхание стало тяжелым и частым, грудная клетка ходила ходуном, а каждый выдох сопровождался глухим рычанием.
И в тот самый миг, когда лезвие Головы Демона почти коснулось нежной шеи Сун Шия...
Жажда убийства внезапно испарилась.
Рука Шэнь Е соскользнула с рукояти, зрачки начали принимать нормальный форму, а краснота в глазах поблекла.
На смену им пришла глубокая усталость и еле уловимое смущение.
Он выпустил запястье Сун Шия.
Движение вышло легким, но отмеченным печатью жесткого самоконтроля.
Словно он боялся, что если задержится хоть на секунду дольше, подавленный импульс вспыхнет с новой силой.
Сун Шия отдернула руку, растирая покрасневшее запястье.
Ее дыхание тоже оставалось частым, но в круглых миндалевидных глазах больше не было страха – его сменила сложная, трудноописуемая гамма чувств.
Она смотрела на него.
Он не смотрел на нее.
В салоне долго стояла тишина.
─ Ты в порядке? – нарушив молчание, потерпевшая первой проявила заботу о мучителе.
─ Пока жив, ─ голос Шэнь Е звучал хрипло и устало, но на душе отчего-то стало теплее.
─ Выходит, один лишь голод эту проблему не решает.
Произнеся это, он уставился на собственную правую руку.
Ту самую, что против воли тянулась к рукояти клинка.
Волдыри от масляного ожога на тыльной стороне ладони все еще саднили, но сейчас он ощущал совсем иной, куда более глубокий жар.
Желание никуда не исчезло, оно все еще пряталось в глубинах его тела.
Оно не пропало.
Он просто задавил его.
Но он прекрасно понимал: то, что удалось усмирить сейчас, вернется вновь. И в следующий раз приступ начнется еще быстрее.
«Неужели единственный способ избавиться от этого побочного эффекта – и впрямь убивать людей?» – мелькнула у него мрачная мысль.
─ Так ты что же, и вправду собираешься кого-то убить? – лицо Сун Шия исказилось от сложнейшей смеси эмоций.
Столкнувшись с этим вопросом, Шэнь Е покачал головой почти без секундного колебания.
Пусть святошей он не был, но и бессмысленной резней заниматься не собирался.
Если бы он обагрил руки кровью ни в чем не повинных людей из отряда «Рассвет», чем бы он тогда отличался от такого отребья, как Чжао Бяо?
Удастся ли избавиться от побочного эффекта – вопрос десятый, но подобный поступок гарантированно превратился бы в его внутреншего демона.
В этот момент в оконное стекло кто-то постучал.
За стеклом обнаружился сияющий всеми зубами Хэ Юйминь.
Сперва он заглянул в салон на сидевшую за рулем Сун Шия, а затем перевел взгляд на Шэнь Е: ─ Капитан Сун, капитан Шэнь, почему мы вдруг остановились?
Сун Шия подняла руку, взглянув на наручные часы, оставленные ей Сун Леем перед смертью: стрелки показывали чуть больше пяти утра, значит, до рассвета оставалось совсем немного.
К тому же состояние Шэнь Е делало дальнейшее продвижение небезопасным.
В текущем виде он напоминал бомбу с часовым механизмом, готовую рвануть в любой момент.
Это несло угрозу как ему самому, так и всем окружающим.
Поэтому, пока Шэнь Е не придумал правдоподобную отговорку, она опередила его: ─ Скоро рассвет, а преследователей сзади нет. Распорядись, пусть все устраиваются на временный привал.
Хэ Юйминь хоть и удивился, но спорить не стал, угодливо закивал: ─ Слуслушаюсь, сейчас все организую! — и поспешил удалиться.
Проводив его взглядом, Сун Шия вновь повернулась к Шэнь Е: ─ Так неужели у этого дела и правда нет другого выхода?
Шэнь Е потер запущенную за несколько дней щетину, изображая глубокую задумчивость.
Внезапно в его глазах блеснула догадка, и уголки губ поползли вверх: ─ Кажется, кое-какой выход все же есть.
─ Какой?
─ Судя по описанию побочного эффекта в моем подсознании, для его снятия достаточно удовлетворить любую первобытную страсть, но конкретный её вид в формулировке не уточняется.
─ Значит, помимо голода, инстинкт размножения тоже должен подойти, верно?
Фраза звучала как риторический вопрос, но в ней явно сквозил намек.
Пусть Сун Шия еще не имела опыта в подобных делах, но по ночам в студенческом общежитии соседки охотно судачили на подобные темы, да и медицинское образование давало о себе знать – она мгновенно уловила суть.
В отличие от наивных барышень, она не залилась краской и не смутилась, а прямо спросила: ─ Прямо как тогда с Линь Ваньцю?
Этот вопрос застал Шэнь Е врасплох.
Перед тем как сойтись с Линь Ваньцю, он специально поинтересовался, не проснется ли та, на что она заверила его, будто Сун Шия спала крепко и об их сделке узнать никак не могла.
Но он все-таки недооценил Сун Шия.
Оказалось, еще когда она забиралась в машину, ее ноздри уловили слабый шлейф духов, принадлежавший исключительно Линь Ваньцю.
Вдобавок к этому – оставшееся на сиденье черное кружевное белье, служившее «боевым облачением».
Плюс внезапно доставшийся Линь Ваньцю «Вольво».
Тут и догадываться не приходилось – она моментально сообразила, что именно произошло между Шэнь Е и Линь Ваньцю.
Правда, говоря слово «как», она явно в чем-то заблуждалась.
Она думала, что Шэнь Е занимался этим с Линь Ваньцю исключительно ради купирования побочного эффекта последовательности.
Она не знала главного: Шэнь Е проглотил Кровавый кристалл и пробудил последовательность Мясника уже *после* той связи.
Снимает ли подобное занятие симптомы на самом деле, он и сам толком не знал.
Встретившись взглядом с ее сверкающими глазами, он все же решительно кивнул.
Получив утвердительный кивок, Сун Шия неожиданно выглядела так, будто с ее плеч свалился тяжкий груз.
Не дожидаясь, пока он задаст вопрос, она сама произнесла с удивительной готовностью: ─ Тогда я тебе помогу!
─ Что?
Шэнь Е опешил от столь серьезного заявления.
Они смотрели друг другу в глаза, и он никак не мог взять в толк, шутит она или говорит всерьез.
А Сун Шия лишь небрежно отмахнулась: ─ Подумаешь! Не забывай, я врач.
─ Для меня подобное сродни лечению пациента. Чего ты, здоровый мужик, так мнешься?
Слова вернули Шэнь Е дар речи, и он переспросил, проверяя себя: ─ Ты ведь шутишь, да?
Сун Шия приняла свой привычный профессиональный вид и, глядя ему прямо в глаза, ответила:
─ С этой минуты ты пациент, а я твой лечащий врач. И так будет, пока мы не избавимся от твоего побочного эффекта.

Комментарии

Загрузка...