— Старший брат, как ты мог обмануть меня?!
Наследная принцесса сорвалась на крик:
— Если бы вы с невесткой с самого начала не скрывали от нас правду, разве всё дошло бы до такого?!
Восточный дворец держали в неведении — и он сам подливал масла в огонь, раздувая скандал всё сильнее.
Чан Цин лишь глухо усмехнулся. Если бы Восточный дворец сразу протянул семье Чан руку помощи... разве пришлось бы ему идти на такой отчаянный шаг?
— Теперь, когда всё зашло так далеко, нам остаётся только думать вместе, как выбраться.
Эти слова взбесили наследного принца. Он не сдержался и с размаху ударил Чан Цина по лицу — так, что у того зазвенело в ушах.
— Запомни этот удар, — голос принца дрожал от ярости. — Я бью тебя от имени своих двух детей. Их втянули в твои расчёты. Они твои родные племянники.
Чан Цин медленно провёл языком по внутренней стороне щеки.
Второй и третий императорские внуки тоже не были невинными овечками.
Никто здесь не был невиновен.
— Люди! Немедленно отправьте отряд в Пинчжоу. Что бы ни случилось — задавить всё на месте. — Лицо принца стало каменным. — И передайте сановникам: завтра на утреннем дворе не нужно более обвинять Сунь Юя.
— Благодарю, Ваше Высочество, — ровно ответил Чан Цин.
Принц злобно прищурился:
— Не радуйся раньше времени. Рядом с Гу Чжэном наверняка есть кто-то очень сильный. Ни один из посланных мной людей не вернулся.
Собирай вещи. Будь готов бежать.
Чан Цин вышел из Восточного дворца словно в тумане. Вернувшись домой, он едва удержался на ногах.
— Господин... что случилось?
Госпожа Чан рыдала так, что её глаза распухли.
— Наследный принц уже отправил людей в Пинчжоу разобраться с Гу Чжэном.
Она облегчённо выдохнула — но вдруг заметила, как сильно распухла щека мужа. Закрыв рот рукой, прошептала:
— Восточный дворец... посмел ударить вас?
— Ты была права. Восточный дворец никогда не станет опорой для семьи Чан. Особенно если мы не можем дать ему очевидной выгоды. — В глазах Чан Цина сгущалась тьма. — Бежать — значит подписать себе смертный приговор. Мы останемся в столице и будем ждать их вестей.
Стоит им попытаться скрыться — и первым, кто пошлёт убийц, будет сам наследный принц.
Но пока они остаются в столице, ради двух императорских внуков принц вынужден будет защищать семью Чан.
Только вот Чан Цин недооценил гнев императора.
Император Юанью окинул взглядом необычно тихих сановников. Его глаза потемнели.
— Что же сегодня никто не обвиняет князя Цинь? — с насмешкой произнёс он. — Двор едва начал оживать, а тут снова тишина. Мне даже непривычно.
— Господин Чан, ответьте.
Чан Цин вздрогнул и вышел вперёд:
— Докладываю Вашему Величеству: княжна Фуань проявляет искренность сердца — ежедневно раздаёт кашу у ворот дворца. Народ уже склоняется к мысли, что князь Цинь оклеветан.
Император холодно усмехнулся и краем глаза посмотрел на молчавшего наследного принца.
Этот случай многое показал ему о том, какую власть имеет его сын при дворе.
Гу Чжэн и Шэнь Цинпин, разобрав все доказательства, вместе с Цюй Шэнем отправились обратно в столицу.
У Шэнь Сяо дела шли хуже: нападавшие были смертниками, по стрелам невозможно было определить заказчика.
И как раз в момент, когда он зашёл в тупик, новая партия убийц, посланная Восточным дворцом, явилась сама.
На этот раз это были не безмолвные смертники, а высококлассные бойцы.
Но даже они продержались против Шэнь Сяо недолго.
Всё сражение заняло меньше времени, чем горит одна палочка благовоний.
Даже Гу Чжэн посмотрел на него иначе:
— Командующий Шэнь снова стал сильнее.
— Когда на плечах безопасность императора, нельзя не совершенствоваться.
Шэнь Сяо начал осматривать тела. На поясе одного из них обнаружилась нефритовая подвеска.
Таких в столице тысячи — по ней никого не найдёшь.
Шэнь Цинпин пробормотал:
— Столько людей... Тут и гадать нечего — либо Восточный дворец, либо семья Чан.
Шэнь Сяо продолжил поиски.
В кошельке другого обнаружилась особая серебряная монета из дворца.
— О-хо... вот это уже серьёзно, — усмехнулся Шэнь Цинпин. — Командующий Шэнь, теперь у императорской стражи будет работы невпроворот.
Шэнь Сяо молча убрал подвеску и монету.
— В путь.
К столице они вернулись на шестой день из семи отведённых.
— Времени мало. Сразу во дворец, к императору, — сказал Гу Чжэн.
Но у ворот их уже ждал наследный принц.
— Генерал Гу, не желаете ли зайти во Восточный дворец? — улыбка его выглядела натянутой. — Я слышал о вашем возвращении и приготовил чай.
Гу Чжэн помрачнел. Но, видя, что принц не собирается уступать, кивнул:
— Раз Ваше Высочество приглашает, я не смею отказаться.
Принц удовлетворённо перевёл взгляд на Шэнь Цинпина:
— Господин Шэнь может идти.
Тот едва не задохнулся от возмущения.
Гу Чжэн спокойно произнёс:
— Господин Шэнь, подождите меня дома.
Шэнь Цинпин проводил их сердитым взглядом.
Теперь-то засуетились... Да поздно.
Гу Чжэн сидел прямо, едва пригубив чай.
— Итак, генерал Гу, поездка в Пинчжоу была плодотворной? — спросил наследный принц.
— Ваше Высочество, дело касается князя Цинь. Простите, но я не могу раскрывать подробности.
Принц прищурился.
Крепкий орешек.
— Вы человек умный, потому скажу прямо. Семья Чан — родня моей супруги. Я не желаю, чтобы с ними что-либо случилось. Если вы согласитесь помочь мне... я гарантирую, что вы станете первым среди военачальников.
Он сделал паузу.
— И даже будет воздвигнут храм заслуг в вашу честь.
Мечта каждого воина.
Но Гу Чжэн резко поднялся:
— Военные заслуги добываются мечом и кровью, а не пустыми словами. Если я стану искать славу таким способом — мой покойный дед в могиле перевернётся.
Лицо принца исказилось.
— Гу Чжэн, не будь неблагодарным!
— Мне нечего добавить. Прошу позволения удалиться.
Он поклонился и направился к выходу.
Но у самой двери путь ему преградили.
За спиной раздался холодный голос наследного принца:
— Гу Чжэн... ты думаешь, сегодня сможешь так просто выйти из этой комнаты?

Комментарии

Загрузка...