Голос Ян Цзе на том конце провода стал серьёзным.
─ Да что ты несёшь! Я про одну женщину – она только что подмигнула мне...
─ Ты сейчас где?
─ У подъезда твоего дома.
─ Хорошо, мы сейчас спустимся.
...
Внизу, у жилого квартала, Ян Цзе сидел на корточках у газона, не упуская из виду ни одной женщины, проходившей мимо.
Увидев, как Цзян Ся и Ли Сытун выходят из подъезда, он поднялся и шагнул навстречу.
─ Мы собираемся съездить в уезд Яньбэй. Хочешь с нами? ─ сказал Цзян Ся.
─ Зачем тебе туда? Сестру искать?
─ Вроде того.
─ Поеду, конечно, поеду. Вдруг вы попадёте в опасность, а без моей защиты у вас будут неприятности? ─ Ян Цзе выпятил грудь и гордо поднял голову.
─ Пусть тоже идёт, это неплохо.
Ли Сытун подумала, что если этот скрытый демон Ян Цзе пойдёт с ними, возможно, он сможет чем-то помочь.
Ещё находясь наверху, Ли Сытун вызвала такси; через две минуты оно подъехало.
Всю дорогу Ян Цзе, сидевший на переднем пассажирском сиденье, без умолку болтал с водителем.
Цзян Ся сидел на заднем сиденье, в маске, скрывавшей раны на лице, закрыв глаза и спокойно ожидая, пока заживут раны на теле.
За окном, как в слайд-шоу, мелькали одна за другой картины.
В четыре часа дня – уезд Яньбэй, в двухстах километрах от города Синхэ.
Хотя Яньбэй всего лишь уездный город, это знаменитое на всю страну туристическое место. Каждый год сюда приезжает бесчисленное множество иногородних.
Здесь нет стремительного ритма шумных городов. Городок из тёмно-серого кирпича и чёрной черепицы дышит стариной, жизнь среди мостиков и ручьёв манит к себе, а искусство плетения из бамбука, передающееся тысячу лет, славится на всю страну.
Разумеется, всё это находится в городках за пределами уездного центра; сам же город выглядит примерно так же, как обычный небольшой город.
─ Какое же расслабляющее место, ─ невольно вырвалось у Ли Сытун, стоило ей выйти из машины.
─ Что и говорить, мне это место тоже нравится.
Ян Цзе ощущал здесь ту особую, свойственную только маленьким городам лёгкость: каждый вокруг был нетороплив и делал своё дело размеренно.
Не то что в городе Синхэ, где мельтешащие толпы рябят в глазах и кажется, будто у каждого вокруг есть срочное дело.
─ Сначала в отель.
Цзян Ся ещё в машине забронировал отель.
Но когда он достал телефон, чтобы свериться с местом расположения отеля, экран, разбитый вдребезги, окончательно перестал работать – пользоваться им было нельзя.
Делать нечего – пришлось одолжить у Ян Цзе денег и купить новый телефон в ближайшем магазине. Теперь его телефон должен быть включён двадцать четыре часа в сутки.
В отель прибыли уже в пять часов вечера.
Отель назывался отелем, но на самом деле это была гостиница, хоть и отделанная несколько лучше обычных.
На ресепшене дежурил молодой человек с выкрашенными в жёлтый цвет волосами. На вид ему было не больше девятнадцати, точно не старше двадцати.
Услышав, что кто-то вошёл, он даже головы не поднял, продолжая быстро играть в игру обеими руками.
И только когда все трое подошли вплотную, желтоволосый поднял голову, и его взгляд тут же притянула внешность Ли Сытун.
─ Я забронировал у вас два номера. ─ Цзян Ся достал телефон и открыл приложение.
─ 401, 402. ─ Сверив данные, желтоволосый протянул две карточки, не отводя глаз от Ли Сытун.
У двер номера 401 на четвёртом этаже Ян Цзе прислонился к дверному косяку, сжимая в пальцах сигарету, с видом человека, повидавшего на своём веку всякое.
─ Ся, послушай отца. Женщина – это румяный скелет, отрава, разъедающая кишки. Стоит хоть немного оступиться – и ты разлетишься на мелкие куски. Сегодня ночью спи со мной, я расскажу тебе, чему я научился за эти годы!
Цзян Ся окинул взглядом сохранявшего серьёзное выражение Ян Цзе.
─ Тебе самому не кажется, что такие слова из твоих уст звучат странно?
─ Разве неуместно? ─ Ян Цзе моргнул и затянулся.
Цзян Ся положил руку на плечо Ян Цзе и похлопал.
─ Вот когда мимо тебя будет проходить красивая девушка, а ты не будешь жадно хватать воздух ртом, тогда и поговорим об этом.
─ Да нет же, Ся. Неужели тебя совесть не мучит оставлять меня одного в комнате – одинокого, тоскующегого, замёрзщегого?
─ Что, теперь тебя интересуют не только женщины, но и мужчины? ─ Ли Сытун вышла из комнаты, впившисъ взглядом в Ян Цзе.
─ Не понимай неправильно, я не собираюсъ уводить его у тебя. Я просто не хочу, чтобы он в таком молодом возрасте совсем сдал. ─ Ян Цзе затянулсъ и выпустил дым.
─ Пойдём, поговорим на крыше. ─ Ли Сытун слабо улыбнулась.
С крыши было видно кварталы внизу. Как раз было время ужина, и одна закусочная была забита людьми.
─ Знаешь, где твоя сестра? ─ спросила Ли Сытун.
─ Они сейчас в старом городке за городом и уже собираются возвращаться. Встретимся с ними вечером, ─ сказал Цзян Ся.
─ Ты собираешься рассказать им правду?
─ Рассказать отцу.
Цзян Ся думал об этом: об этом нужно обязательно рассказать отцу, тогда он будет настороже и точно сможет избежать многих опасностей.
─ Возможно, он уже знает. ─ Ли Сытун оперласъ руками о край крыши; лёгкий ветерок коснулсъ еЁ лица, развевая чёрные пряди.
─ Я тоже так думаю.
Ещё по дороге в Яньбэй Цзян Ся размышлял: раз мама – пробуждённая, значит, она должна была рассказать отцу правду об этом мире, чтобы он с младшей сестрой был осторожее.
Мама не из тех, кто думает только о себе, особенно когда дело касается его и сестры. Зная, насколько опасен этот мир, она не могла утаить хоть что-то.
Но если отец знает правду об этом мире, знает, насколько он опасен, откуда у него взяласъ охота везти сестрёнку развлекаться?
─ Вообше-то правда об этом мире – уже не такая уж большая тайна, её скоро не скрыть. Я только что в телефоне наткнуласъ на пост: кто-то раскрыл правду об этом мире, но не успело пройти и нескольких секунд, как пост уже удалили.
─ Разве директор школи не говорил, что в безопасную зону уже начали заходить люди? До дня великого хаоса уже недалеко, ─ продолжила Ли Сытун.
─ Какой директор школы? ─ Ян Цзе был в полном недоумении.
По дороге сюда Цзян Ся не говорил Ян Цзе, зачем они едут, и не сказал, кто такой директор школы.
Причина была в том, что в машине сидел ещё и водитель.
Выслушав от Цзян Ся всю подоплёку дела, Ян Цзе наконец всё понял.
─ Клёво! Выходит, мы втроём теперь киллеры?
Ян Цзе казалосъ, что эта затея на самом деле оченъ крутая: приехать издалека из города Синхэ, чтобы убить знаменитую звезду, – это как в кино.
А он, Ян Цзе, несомненно, главный герой этого фильма!
─ Сегодня уже поздно, скоро стемнеет. Хорошенько отдохнём, а завтра начнём действовать, ─ снова сказала Ли Сытун.
...
Вечером небо и землю окутали густые сумерки. Когда стрелки часов в часовой мастерской дружно показали 22:11, издалека донёсъ гул поезда, мчащегосъ по релсам.
Ночь в маленком уездном городе не так ярка и роскошна, как в болшом городе, но в ней есть тот особы уличный дух, которого болшим городам не хватает.
На улице барбекю в восточной части города угли потрескивали под железными решётками; чёрный дым вместе с запахом жареного мяса пробивался сквозь сетчатые решётки, растекаясъ от начала улицы до конца.
В этот час отец и сестрёнка ещё не спали: вместе с тремя мужчинами, приехавшими с ними, они ели ночной перекус в одной из закусочных.
Выяснив, где они находятся, Цзян Ся подошёл.
Стоя снаружи у заведения, Цзян Ся позвонил отцу.
В закусочной Цзян Гохай сразу же ответил на звонок и, услышав голос в трубке, перевёл взгляд в сторону улцы.
Отец Цзян Ся бы л довольно ухоженным мужчиной, любил носить голубой шерстяной свитер и выглядел как университетский преподавателъ.
На самом деле по профессии он бы л поваром; ремеслу он училсъ у деда Цзян Ся, а раньше работал шеф-поваром в отеле.
Сойдясъ с той лю бовницей, Цзян Гохай ушёл из семь и без единой копейки и на денги, вложенные лю бовницей, открыл ресторан на довольно оживлённом участке в городе Синхэ. Обычно дела у него шли неплохо.
Он приехал издалека в уезд Яньбэй осматривать товар не для своего ресторана, а для компании той лю бовницы, и заодно чтобы дать Цзян Лин хорошенько развлечьсъ.
Когда Цзян Гохай вышел из закусочной, Цзян Ся привёл его к безлюдному переулку.
Здесь их никто не услышит, и при этом отсюда видно сестру, оставшуюся в закусочной.
При встрече Цзян Гохай, как ни странно, не заговорил первым. Взгляд, с которым он смотрел на Цзян Ся, был тревожным и тяжёлым.
Цзян Ся почувствовал неладное и с тревогой перешёл к делу – снял маску, обнажая жуткие раны на лице.
Увидев раны на лице сына, Цзян Гохай на мгновение опешил, нахмурился и глубоко затянулся.
─ Похоже, недавно тебе пришлось пережить жестокую схватку. ─ глухо проговорил он.

Комментарии

Загрузка...