Пока Ким Чхан Ук и Луина Белл сдерживали остальных, я без особого труда методично собирал флажки.
«Отлично. Ещё один флажок — и команда гостей победит».
Именно эта мысль крутилась в голове, пока я нёсся к последнему флажку.
«Почему вдруг похолодало?»
На меня пала огромная тень — широкая, непроглядная полоса.
Да ладно.
— И куда же это наш актёр собрался?
Кан Джэ Дон?!
Значит, Ким Чхан Ук, который должен был опекать Кан Джэ Дона...
За гигантской фигурой Кан Джэ Дона я разглядел Ким Чхан Ука: тот распластался прямо на иле и судорожно хватал ртом воздух.
— Чтобы меня остановить, нужно как минимум двое!!
Справедливо. Если подумать, этот человек в прошлом был профессиональным спортсменом.
Я мысленно выругал продюсера Кан Мин Джу.
«Силы слишком неравны».
Но я взял себя в руки и улыбнулся:
— Эй, здоровяк. Мне сегодня кровь из носу надо поесть. С самого утра маковой росинки во рту не было.
— Вот как? У меня то же самое.
— Значит, мы друг друга понимаем.
Я скривил губы в усмешке и прокричал:
— Голодный дух!!
— Голодный ду-у-ух!!
Погнали! Я прорвусь сквозь Кан Джэ Дона на одной лишь силе воли!
И стоило мне сорваться с места...
— Я... не пущу!..
Ким Чхан Ук, каким-то чудом подползший сзади, отчаянно вцепился в поясницу Кан Джэ Дона.
— Беги, Ким До Юн!.. Беги и сорви флажок за меня тоже! — выкрикнул Ким Чхан Ук с выражением торжественной решимости на лице.
Погоди, ты ведь в первом раунде ни единого флажка не вытащил. Тебе доля вообще не полагается.
Мне безумно хотелось осадить его, но...
— Т-ты правда айдол?! У тебя же глаза совсем безумные стали!
— Айдол я... или актёр!.. Беги, Ким До Юн!
Он всё ещё пытался произносить свои реплики с драматическим пафосом, но с грязью, стекающей из уголка рта, и мёртвой хваткой за штанину Кан Джэ Дона вся эта картина выглядела до боли, до слёз умилительно.
И всё же... Отличная работа, Ким Чхан Ук!
Я одарил его широкой улыбкой и рванул к последнему флажку.
«Так».
Почти у цели! Желудок вопил, словно изголодавшийся нищий.
Покормите меня!..
Я на глаз прикинул оставшееся расстояние до флажка: дистанция между мной и целью составляла примерно десять Ли Сэ Рин.
Сзади раздался крик:
— Я-я остановлю его, хён!
Неуклюжий Ли Сын У.
«Где ты прятался всё это время!..»
Несмотря на прозвище «неуклюжий», Ли Сын У в играх порой выдавал удивительно ловкие приёмы. Терять бдительность было нельзя.
«Нельзя попасться у самого финиша!»
Почти на месте. Ещё чуть-чуть!
И в этот самый миг позади раздался панический возглас Ли Сын У:
— О-ой-ой!.. Скольжу-у-у!!
Внизу поля зрения всплыла строка субтитров:
[Неуклюжий наносит ответный удар! Попытка подсечки!]
«Какого...!»
Едва прочитав субтитр, я заметил, как Ли Сын У скользит ко мне ногами вперёд со спины. Это с самого начала было спланировано?
«Надо уклониться!..»
Благодаря субтитру у меня появилось мгновение, чтобы точно рассчитать время. Я тут же приготовился к прыжку на месте, развернулся в воздухе и ушёл в сторону от подката Ли Сын У. И одновременно перехватил его сзади за воротник, не позволив со всего маху впечататься лицом в ил — его собственная хитрость едва не обернулась против него самого.
«Даже самому приятно, до чего же эффектно вышло».
Не стоит недооценивать человека с многолетним опытом съёмок в исторических дорамах!
Ли Сын У ошарашенно уставился на меня, выглядя совершенно растерянным.
Вот он, момент. Шанс блеснуть.
С перемазанным грязью лицом я взглянул куда-то между камерой и Ли Сын У и выдал безупречную, непринуждённую улыбку:
— Смотрите под ноги, сонбэ. В иле прячется немало камней — так и пораниться можно.
И с этими словами я завёл свободную руку ему за спину и плавно выдернул последний флажок.
[Этот мужчина. Он опасно очарователен!]
[Виновен!..]
Какая несусветная чушь.
Впрочем, если благодаря этому в сети разойдутся нарезки с неотразимым актёром Ким До Юном... я точно не стану возражать. Будь у меня фан-клуб, фанаты непременно растащили бы этот кадр по всем углам.
«Жаль, что у меня его нет».
Оставалось надеяться, что эта сцена надолго врежется в память зрителям «Дикой ночёвки».
Я победно поднял руку и взмахнул флажком, взглянув вдаль на продюсера Кан Мин Джу — та восхищённо качала головой и аплодировала, улыбаясь.
◇ ◇ ◇
Напевая себе под нос, я подошёл к очагу. Там уже стояли дровяная печь и чугунный котёл.
«А в этом... определённо есть своё очарование».
Мы собрали четыре флажка в первом раунде и семь во втором — всего одиннадцать. Некоторые оказались пустышками, так что реальными продуктами, которые нам достались, были...
Продюсер Кан Мин Джу протянула плетёную корзину и объявила:
— Прошу. Вот продукты, которые выиграла ваша команда гостей.
Команда постоянных участников издали окликнула нас, заглядывая в корзину:
— Осьминог, морские ушки, рис, моллюски, морской окунь, домашняя курица! Боже мой, да это же королевская добыча!
— Завидую белой завистью!
— Поделитесь хоть немного...
Кан Джэ Дон залился своим фирменным громогласным хохотом и подошёл к корзине. Сейчас главный ведущий должен был взять инициативу в свои руки и громовым голосом представить каждый из этих местных деликатесов.
Продюсер Кан Мин Джу продолжила:
— Все продукты, подготовленные нашей съёмочной группой, выращены и добыты исключительно здесь, в уезде Буан.
В этом тоже заключалась изюминка «Дикой ночёвки» — продвигать фирменные товары каждого региона, который они посещали.
Пока я мысленно соглашался, перед глазами поплыли субтитры:
[Набор местных деликатесов Буана!]
[Начиная со свежевыловленного в море Буана морского окуня......]
Понятно. Значит, продюсер Кан Мин Джу планировала заполнить паузы между репликами Кан Джэ Дона субтитрами.
Я улыбнулся.
«Вот мой шанс урвать экранное время».
Кан Джэ Дон шумно сглотнул слюну и ткнул пальцем в осьминога:
— Вы только поглядите на это. Здесь ведь не просто ил. Земля, море и небо — всё сошлось воедино!
В паузе между фразами Кан Джэ Дона возник субтитр:
[Гордость Буана. Сокровищница вкусов, где сошлись земля, море и небо]
Сейчас. Не упускай момент — заполни звуковую пустоту.
Я естественно вклинился в разговор, подхватив подачу Кан Джэ Дона:
— Вы совершенно правы. В конце концов, Буан — разве не это называют настоящей сокровищницей вкусов!
◇ ◇ ◇
Ким До Юн органично влился в темп Кан Джэ Дона.
Заметив это, продюсер Кан Мин Джу подалась вперёд.
«Он только что перебил монолог национального ведущего».
Любопытно. Посмотрим, на что ты способен. Даже просто приличных реакций на реплики Кан Джэ Дона было бы вполне достаточно. Если не справится, она просто вырежет этот момент на монтаже и заполнит пустоту субтитрами. Проще простого.
Но стоило этой мысли промелькнуть в голове Кан Мин Джу, как её глаза, неотрывно следившие за монитором, расширились от изумления.
«Постойте».
Едва Ким До Юн заговорил, выражение лица Кан Джэ Дона изменилось.
— Верно подмечено, До Юн! Ты только взгляни на этого осьминога!
Кан Джэ Дон, который обычно вёл весь этот сегмент в одиночку, сам непринуждённо передал инициативу Ким До Юну.
Ким До Юн с лёгкой уверенностью подыграл ему, плавно выдвигая продукт ближе к объективу камеры:
— Посмотрите на эти присоски — до сих пор пульсируют жизнью! Этого осьминога выкопали прямо из прибрежного ила Буана. Даже по одному взгляду ясно, насколько здесь неповторимая текстура!
— В точку! Абсолютно в точку!
Продюсер Кан Мин Джу улыбнулась. Она давно не видела Кан Джэ Дона настолько воодушевлённым.
Раззадоренный меткими репликами Ким До Юна, Кан Джэ Дон перевёл взгляд на моллюсков. В тот же миг руки Ким До Юна привлекли внимание Кан Мин Джу.
«Вы только посмотрите».
Не сбивая ритма Кан Джэ Дона, Ким До Юн незаметно наклонил корзину под нужным углом, чтобы камера смогла взять моллюсков чётким крупным планом.
От этого жеста уголки губ Кан Джэ Дона слегка приподнялись, и он продолжил:
— Ну и ну. Гляньте-ка на эти ракушки. Они что, всё ещё живые?
— Это ведь гордость побережья Гомсо — моллюски! А вот это морской окунь, визитная карточка среди сашими Жёлтого моря.
Кан Джэ Дон от души рассмеялся в ответ на слова Ким До Юна и спросил:
— Послушай, До Юн. Буан случайно не твой родной край? Откуда ты всё это знаешь?
— Нет, не родной, но стоит мне увидеть столь великолепные ингредиенты, как идеи сами начинают бить ключом!
Стремительный диалог между Кан Джэ Доном и Ким До Юном тёк без единой запинки — живо, легко и непринуждённо.
Главный сценарист, наблюдавшая за съёмкой, наклонилась к режиссёру и прошептала:
— Продюсер... эти реплики, которые он выдаёт.
— Да. Я вижу.
Ни одно из этих слов не было брошено просто так. Если бы сама продюсер Кан Мин Джу кропотливо вычитывала черновик главного сценариста и шлифовала его... там оказались бы ровно те самые фразы.
«Именно так написала бы я сама».
Субтитры являлись ключевым элементом, раскрывающим вкус любого развлекательного шоу. В мире телепередач никто до конца не понимал, чьей именно обязанностью были субтитры, но главный сценарист и продюсер Кан Мин Джу не раз проводили бессонные ночи, наперегонки оттачивая текст для каждого монтажного кадра. И это было возможно лишь благодаря тому, насколько сильно они дорожили «Дикой ночёвкой».
«Но он выдал всё это сходу, едва взглянув на корзину».
Что это за потустороннее чутьё?
Стоящий перед ней актёр-новичок уже досконально просчитал шаблон развлекательного шоу, темп монтажа — абсолютно всё. Он что, тайный гений телешоу? Или продумывал эти фразы ещё во время дневной погони за флажками на илистой отмели, заранее выстроив и спланировав всю сцену?
«В любом случае, от этого становится не по себе».
Телевизионное чутьё, от остроты которого мороз драл по коже.
«Боже правый».
Не подозревая о душевной буре продюсера Кан Мин Джу, Ким До Юн с яркой, жизнерадостной улыбкой направился к котлу:
— Что ж, хватит разговоров. После кувырков в грязи я умираю с голоду. Давайте начнём готовить и покажем нашим зрителям кое-что аппетитное.
Даже тайминг для смены кадра — вовремя остановиться, пока объяснения не наскучили — оказался идеальным.
У продюсера Кан Мин Джу пересохло в горле.
«С ума сойти. Он меня сведёт с ума».
Ей захотелось немедленно запереть его в основном составе «Дикой ночёвки». Ким До Юн был первым гостем, вызвавшим у неё подобные чувства.
◇ ◇ ◇
Когда я принёс корзину, Ким Чхан Ук и Луина Белл стояли как громом поражённые.
— Чего застыли? Нам готовить пора.
Услышав мои слова, Ким Чхан Ук обернулся:
— Оно... оно живое.
— А костёр как разводить? Тут же целые брёвна!
...Оба наглядно демонстрировали, что выросли в тепличных условиях и ни в чём не знали нужды.
С другой стороны — дрова и правда лежали в виде цельных поленьев, рыба всё ещё дышала, а рис предстояло варить в чугунном котле на открытом огне.
«Сложность тут и правда запредельная».
Едва я пробормотал это себе под нос, как раздались голоса:
— Если слишком тяжело, не хотите поменяться?
— Да-да! Лапша быстрого приготовления тоже очень вкусная!
— Мы поменяемся. Подходите, не мучайтесь.
Команда постоянных участников, выигравшая рамён быстрого приготовления в параллельной мини-игре за продукты, теперь с невыносимо самодовольным видом нагоняла на нас соблазнительный запах.
— У нас здесь лучшие деликатесы Буана — осьминог, морские ушки, рис, моллюски, морской окунь и курица!
После моих слов местный шут Ким Гын Сок вальяжно подошёл ближе:
— Но вы хоть справитесь с ними? Они же живые, сами понимаете?
Ким Гын Сок схватил осьминога и взмахнул рукой, отчего Ким Чхан Ук в ужасе шарахнулся назад, едва не упав.
— Видишь? Меняйтесь с нами. Это ваш последний шанс.
От этих слов взгляд Ким Чхан Ука дрогнул:
— ...Лапша быстрого приготовления, возможно, не такой уж плохой выбор. Ким До Юн.
Что этот парень вообще несёт? Ким Чхан Ук смотрел на меня и молол чепуху.
— Возьми себя в руки. После всего, через что мы прошли, ты хочешь есть обычный рамён?
— Но...
Я улыбнулся и слегка потянулся:
— Ладно. За работу.
Сказав это, я перевёл взгляд на корзину.
— Привет. Я Луина Белл. Как тебя зовут?
[Позитивная девушка находит общий язык с рыбой]
А я-то думал, чем она там занята. Похоже, морской окунь пленил её сердце — она сидела на корточках и искренне пыталась вести с ним беседу.
— О! Тебя зовут Элизабет?! Какое красивое имя. Ты русалочка?!
[Элизабет (Живая рыба, 1 год)]
Рыба... нет, Элизабет — прониклась симпатией к Луине Белл.
Что ж. Рад за них. Значит, она умеет разговаривать и с рыбами тоже.
...Эта девушка действительно уникум.
Я подошёл к Луине Белл, сиявшей от восторга:
— Я одолжу Элизабет на минутку.
— В смысле? Элизабет сейчас занята, она играет со мной...
Не колеблясь ни секунды, я с выверенным, отточенным стуком опустил обух ножа прямо на голову рыбы — то есть Элизабет.
*Хрясь!*
— КЬЯ-А-А-А-А-А! ЭЛИЗАБЕ-Е-ЕТ!!!!!!!!
[Элизабет (Живая рыба, 1 год) погибла.]
***
Переводил и редактировал — Afmos

Комментарии

Загрузка...