Несколько дней Чин Чхонхи был по уши занят последними делами в Ханчжоу.
Учитель показывал прибывшему из дворца инспектору все материалы по профилактике натуральной оспы и сообщил, что затем должен отправиться вместе с ним в столицу.
— Я съезжу во дворец. А ты пока возвращайся в главный Павильон.
— Во дворец?
Чегаль Лин спокойно ответил:
— Предотвращение натуральной оспы означает, что из Поднебесной убрали одно из великих бедствий. Не зря её называют небесным наказанием. И это сделал ты. Разумеется, дворец захочет проверить всё лично.
— М-м. Одного инспектора недостаточно.
— Ха-ха. Заодно расставлю несколько фигур, которые пригодятся нам позже.
Будто плотина, которую учитель уже построил вокруг ученика, была недостаточно огромной.
Он всё равно продолжал думать о том, как его защитить.
Увидев тревогу Чин Чхонхи, Чегаль Лин вздохнул.
— Не знаю другого человека, который переживал бы за меня так, как ты. Впрочем, прежде чем беспокоиться обо мне, лучше объясни, как ты умудрился превратить поручение «разобраться с головорезами Чёрного Пути» в войну с натуральной оспой.
— Кх... Учитель.
Попал прямо в цель.
Чин Чхонхи спросил:
— Управляющий Ю поедет с вами?
— Ты удивительно сильно доверяешь Юхо.
— Да. Сейчас зима. Если я не могу быть рядом, пусть хотя бы управляющий Ю сопровождает вас.
За спиной Чегаль Лина Юхо посмотрел на него с кислым выражением.
— ...
Аспирант, которому опять не дали уйти домой, явно мечтал придушить виновника.
Чин Чхонхи посмотрел на него чистыми глазами человека с безупречно добрыми намерениями.
— Юхо, люблю тебя.
Когда профессор говорил аспиранту, что любит его, это обычно означало приближение катастрофы.
— ...Закройте уже этот рот.
— Я серьёзно. Юхо, позаботься об учителе.
— Ха-а... Чёрт с вами.
Ругаясь, Юхо всё равно ответил: даже без просьбы молодого господина он защитит хозяина.
Это было надёжнее любых красивых слов.
Так Чегаль Лин вместе с дворцовым инспектором отправился в столицу.
Кроме дворцовой охраны с ними ушла часть Отряда Белого Цилиня.
Когда учитель и Юхо покинули город, ханчжоуский филиал внезапно показался пустым.
«Ну, теперь и мне пора двигаться».
Сама Хе пока звать не станут.
Сначала нужно самому вернуться в главный Павильон, привести бумаги в порядок, а затем уже вызвать её на полноценное административное обучение.
Чин Чхонхи начал собирать вещи, когда к нему подошёл Сама Хён.
— Брат. Занят?
— Сейчас уже нет. С делами в Ханчжоу почти закончил.
— О~ Тогда хорошо. Поможешь мне кое с чем?
Чтобы Хён сам попросил помощи — редкость.
Чин Чхонхи сразу посерьёзнел.
— С чем?
— Учитель сейчас проводит испытание.
— Золотой Король?
Сама Хён кивнул.
С движением головы звякнули роскошные серьги.
Иногда Чин Чхонхи думал: может, даже эта показная любовь к роскоши — часть какой-то стратегии.
В оригинальном «Высшем Небесном Демоне» Сама Хён так не выглядел.
Тот жил чужими жизнями.
После убийства он присваивал внешность жертвы, носил её одежду и украшения, перенимал любимую еду и привычки.
Он будто надевал чужую судьбу целиком — а затем с наслаждением разрушал жизни всех вокруг.
Так что же представляет собой нынешний Сама Хён?
— Брат, о чём задумался?
— О том, что серьги у тебя слишком броские.
— Одну дать?
— Не надо. Мешаться будет.
Хён хихикнул.
И перешёл к делу.
— Не знаю, что на учителя нашло, но она решила наконец окончательно выбрать наследника~ Вот нас и испытывают.
Золотой Король сама выбирает преемника?
В оригинале такого не было.
— Конечно, убивать друг друга, как в Демоническом культе, не обязательно. У нас важнее всего деньги. Эм... Правда, в итоге всё равно может дойти и до убийств. Но суть испытания не в этом.
— Тогда в чём?
— Заработать деньги. Неважно каким способом.
А-а.
Теперь понятно, почему убивать друг друга не обязательно, но в конце такое возможно.
Если кто-то зарабатывает лучше тебя, никто не запрещал убить его и забрать имущество.
«Безумие какое».
И всё же это иная форма холодности, чем у Небесного Демона.
Золотой Король властвует над золотом.
Она наверняка знает: лучший материал для золота — человеческая кровь.
Поэтому и сказала «любым способом».
— Очень в её духе.
— Правда~?
Золотой Король.
В оригинале она сумела нажиться даже на войне Сама Хёна и Ё Харюна.
И её окончательная судьба так и не была показана.
Если судить как читатель... скорее всего, выжила.
Только наследника там не выбирала.
Палата Золотой Крови оставалась её владением до конца, а особой заинтересованности в преемнике она не проявляла.
Даже не объяснила, ради чего собирала такие богатства и куда собиралась их тратить.
— И как именно вы должны зарабатывать?
— Учитель дала каждому по пять тысяч золотых нянов. Кто за год сильнее всех увеличит сумму и вернёт деньги — победит.
— О-о.
— Это, кстати, старое испытание Палаты Золотой Крови. В своё время учитель увеличила исходный капитал в шесть раз.
— За год превратила пять тысяч золотых нянов в тридцать тысяч?!
В мире без фондового рынка это вообще возможно?
Сама Хён рассмеялся и раскрыл секрет.
— Подожгла тутовые плантации конкурентов и получила монополию на шёлковых червей~ Говорит, могла заработать в десять раз больше, но вмешались власти и не дали дальше задирать цену.
Ни крови, ни слёз.
Не вмешайся чиновники, выжала бы рынок насухо.
— А ты что собираешься делать?
— М-м~ Идей у меня много. Но решил спросить, не придёт ли в голову чего-нибудь брату. Ты постоянно придумываешь удивительные вещи.
— Да откуда врачу знать, как так зарабатывать? Вот лекарство придумать — другое дело. Только новое лекарство не появляется по щелчку. Год уйдёт или десять — никто не знает. В науке постоянно бьёшься головой о стену.
— Эй~ Но Голубой Нефрит и Красный Нефрит сделал брат. И ондоль тоже.
Чин Чхонхи ощутил неприятное предчувствие.
Такое бывает только у человека, который живёт вторую жизнь.
«Почему мне кажется, что сейчас решается что-то очень важное для судьбы Сама Хёна?»
Интуиция ударила по затылку, и уже вслед за ней включилась логика.
Первое. Хён явно пришёл не потому, что совсем не умеет зарабатывать.
Второе. Золотой Король разрешила любые средства.
Третье. Если понадобится, Сама Хён умеет после убийства присваивать чужую внешность. В оригинале он делал это великолепно.
Четвёртое. Золотой Король сама когда-то сожгла тутовые поля и разрушила рынок ради прибыли.
Пятое. Если Хён применит хотя бы один из двух последних методов, и брат, и Сама Хе будут в ужасе.
Вот оно.
Логика сложилась.
«Значит, он пришёл ко мне как к последнему тормозу?»
Если сейчас не найти другой идеи, Хён вполне может провести год, убивая людей и присваивая их личности, как в оригинале.
Или разрушить целый рынок и похоронить простых людей экономически.
«Но оба варианта — буквально история из оригинала!»
Выходит, даже изменённая история пытается вернуться в прежнее русло, стоит только ослабить внимание.
«Если хотим решить мирно, придётся выжать мозг досуха».
Сама Хён добавил:
— И сразу предупрежу: занимать у брата тридцать тысяч золотых нянов не буду. Это бессмысленно.
...Чит-код «show me the money» заблокирован.
Сейчас, кажется, молодёжь использует «motherlode»? Или и это уже устарело?
— Мне нужно подумать.
— Конечно~ Времени много~ Спасибо уже за то, что думаешь вместе со мной. Давай ещё немного побудем в моём родном городе и не спеша что-нибудь придумаем~
— Ладно. Тогда возвращение немного отложим.
Чин Чхонхи написал в главный Павильон, что возникло дело и он задержится.
Почему-то казалось, что лабораторные ребята там устроят праздник.
***
Как заработать деньги?
[Один уже достиг шестикратного увеличения.]
[Как?]
[Его родители распродали весь торговый дом и перевели всё в золото.]
[...Ого. Опасные люди.]
[Поставили всё. Место Золотого Короля того стоит.]
Ученики Золотого Короля жили в самых разных слоях общества.
[Есть и человек из Чёрного Пути. Он на все деньги нанимает странников.]
[М-м... Зато ясно, что он собирается делать.]
[Если всё равно хочешь применить меч, незачем тратить столько. Глупость.]
Даже посреди такой мрачной Тайной Передачи Голоса Сама Хён внешне мягко улыбался и протягивал сестре украшение.
— Как тебе это?
— Брат всё ещё считает меня ребёнком?
— Тогда что сейчас модно?
Сама Хён прекрасно знал моду.
Его скорее интересовало, что нравится самой Сама Хе.
Та подняла с прилавка другое украшение.
Хотя украшением его можно было назвать с натяжкой.
— Метательная звёздочка... в виде шпильки?
— Ага. Сейчас такие очень популярны. И в опасной ситуации не бесполезны.
На сюрикене красовалась красная надпись: «Король Кровавого Хлыста рода Тан из Сычуани».
Вот этого даже Чин Чхонхи не знал.
Лицензию в эту эпоху явно никто не покупал, так что Тан А в далёкой Сычуани, скорее всего, понятия не имела, как продают её имя.
Рядом лежали скрытые орудия и украшения, стилизованные под её маску и оружие.
Сама Хён спросил:
— Обращаться с такой умеешь?
— Ты за кого меня принимаешь? Основам обращения с метательным оружием в Фонде Белого Дракона учили.
Чин Чхонхи добавил:
— В Цзянху даже лекарю нужно уметь защитить себя. Разумеется, учили.
Сама Хён криво улыбнулся.
— Это хорошо.
[Хе сильнее, чем ты думаешь. Намного.]
[И всё равно не хочу, чтобы она узнала об испытании Золотого Короля. Кто знает, во что оно выльется~ Все глаза кровью налились.]
И с этим Чин Чхонхи был согласен.
Уметь постоять за себя — не значит быть воином Цзянху.
До окончания испытания намеренно подставлять Сама Хе под удар было бы глупостью.
«Сестру он и правда любит до безумия».
Но одно преимущество у них есть.
Ханчжоу — родина Сама Хёна.
И теперь ещё территория Павильона Белого Цилиня.
[Но женское переодевание — всё-таки перебор, нет?]
[Гага~ Хе нравится. Говорит, будто у неё появилась старшая сестра~]
Как раз в этот момент Сама Хе примеряла к Сама Хёну сюрикен-шпильку Тан А.
— Ого, брат, тебе идёт.
— Правда? Тогда тоже возьму. Два одинаковых! Нет, три!
«Третий мне, что ли?»

Комментарии

Загрузка...