Стоило направить внутреннюю силу по меридианам, как пилюля растаяла в горле и начала впитываться.
Чин Чхонхи глубоко вдохнул.
И вскоре почувствовал, как пятистихийное искусство в даньтяне бешено рванулось вперёд, словно вот-вот сорвётся с цепи.
Это не было отклонением ци.
Просто состояние, бесконечно близкое к неуправляемому разгону, но всё ещё не перешедшее грань.
Мышцы задрожали.
Даже левое запястье, которое весь бой болело так, что хотелось потерять сознание, внезапно стало двигаться свободно.
Чин Чхонхи быстро сорвал бинты.
Искалеченное запястье распухло до размера кулака.
И всё же оно двигалось куда быстрее, чем прежде.
Когда боль исчезла, стало легче дышать.
— ...
Перед ним была спина Чхону.
Самый молодой и наименее опытный из всех присутствующих неожиданно держался лучше остальных.
«Неужели Чхону уже владеет мастерством уровня старейшины?»
Нет.
Чин Чхонхи тут же понял, что дело не в этом.
Ради старшего брата, ради ещё одного мгновения времени Чхону без колебаний лез в самые опасные мёртвые зоны и атаковал оттуда.
А выживал посреди безумного натиска Чонгвана лишь благодаря невероятно острому зрению.
Боевой путь начинается с умения видеть.
Если способен увидеть — способен и уклониться.
Теперь Чин Чхонхи, кажется, начинал понимать, почему Император Кулака Удана выбрал именно Чхону.
Он стал вливать всю оставшуюся внутреннюю силу в Меч Ледяного Кристалла.
Возможность промаха Чин Чхонхи даже не рассматривал.
Следующей попытки всё равно не будет.
Если не хочет превратиться в пригоршню кровавой каши, придётся сделать хоть что-нибудь.
Направление Божественного Искусства Совершенного Эликсира Хёнуона.
Инстинкт выживания.
Боевые искусства, отточенные под руководством Божественного Врача Белого Цилиня.
И знания современного мира.
Всё это слой за слоем складывало мечевую ци на клинке Меча Ледяного Кристалла.
Не просто покрывало меч энергией.
Чин Чхонхи пытался сложить увиденную структуру в точности так, как запомнил её.
Словно собирал конструкцию из деталей лего.
«Нет. Мечевой ци мало. Нужна сгущённая мечевая ци».
Он перебрал в памяти те виды сгущённой мечевой ци, структуру которых мог понять прямо сейчас.
Сила учителя была слишком сложной.
Чтобы создать собственный комментарий к технике, требовались три шага:
разобрать принцип,
разложить его на части,
и собрать заново.
В случае искусства учителя даже первый шаг давался с трудом, а на разборе структура окончательно ускользала.
Значит, нужно брать не далёкое и недостижимое, а то, что было совсем рядом.
И желательно то, чью мощь он только что ощутил на себе.
Вскоре на лезвии Меча Ледяного Кристалла собралась вязкая сгущённая мечевая ци, похожая на густую кровь.
Та самая, которой пользовался Кымчхонгун.
Глаза Чонгвана едва не вылезли из орбит.
На этот раз даже он не мог заорать, что у него украли искусство Удана.
Когда сгущённая мечевая ци завершилась, остаточный образ Чин Чхонхи скользнул вперёд.
Благодаря своему зрению Чхону сразу понял: брат готов.
Он мгновенно пригнулся.
Чин Чхонхи наступил ему на плечо и оттолкнулся, словно акробат от гимнастического снаряда.
— Давайте, брат!
Кровавая сгущённая мечевая ци вытянулась почти на один чжан.
Чонгван взревел и ударил навстречу кулаком.
Но стойка Чин Чхонхи принадлежала Искусству Меча Малой Чистоты.
С такой сгущённой ци.
С таким пониманием боевого пути.
И снова — самое низшее искусство меча Удана.
От одной мысли об этом Чонгван едва не обезумел от зависти.
— ЧЕМ ТЫ ОТЛИЧАЕШЬСЯ ОТ МЕНЯ-А-А?!
— ...
Сил ответить не было.
Кровавая пена уже поднималась к горлу Чин Чхонхи.
Ревущий удар ладонью Чонгвана он мягко увёл в сторону Мечом Мудрости Тайцзи.
А затем настал последний шаг.
Комментарий Чин Чхонхи.
Изменённая форма Искусства Меча Малой Чистоты.
Меч Мудрости Тайцзи Пяти Стихий!
В алой сгущённой мечевой ци раскрылся Тайцзи.
Совсем не тот, которым Кымчхонгун прежде пользовался почти играючи.
И всё же внутри исправно обращалась пятистихийная ци, отчего техника выглядела ещё страннее.
Сгущённая мечевая ци, прошедшая через разбор принципа, разложение и новую сборку, откликнулась воле владельца.
И отсекла Чонгвану руку.
ШРАК!
Глаза старейшины расширились.
Но лишь на миг.
Прорвавшаяся дальше сгущённая мечевая ци уже достигла шеи.
«А-а... вот как это делается».
Чин Чхонхи увидел самый край Боевого Сердца.
После бесконечной боли боевого пути.
После издевательства над собой на границе жизни и смерти, почти похожего на нирвану, ему наконец показалось Боевое Сердце.
Схватить его он пока не мог.
Но то, что только что почувствовал, этот крошечный осколок — его уже можно было разобрать и собрать заново.
Первый этап завершён.
И в ту же секунду клинок Чин Чхонхи резко изменил угол.
БА-А-АХ!
Это был не режущий удар.
Это был удар силой.
Прогремел точно такой же звук, какой раздавался при попадании Десяти Отрезов Парчи.
От неожиданности глаза старейшин едва не вылезли из орбит.
— КХА-А-А-А-А!
Чонгвана вбило в землю больше чем на один чжан.
Воронка, оставленная ударом Чин Чхонхи, походила на кратер от метеорита.
Вверх взметнулась земляная пыль.
Глядя на меч, похожий на стихийное бедствие, старейшины невольно вспомнили Императора Кулака Удана.
Это не был кулак Удана.
И не был меч Удана.
Но если бы их спросили, действительно ли это совсем не Удан, уверенно ответить «да» они бы тоже не смогли.
«Неужели род Чегаль возрождается?..»
Когда пыль рассеялась, стали видны двое.
Чонгван без сознания.
И Чин Чхонхи, изо рта которого непрерывно текла кровь.
Раздутое тело Чонгвана уже вернулось к обычным размерам.
Чин Чхонхи уселся на него сверху, дрожащей рукой надавил на точки и уничтожил даньтянь.
Уже одно то, что он не падал замертво, выглядело невероятно.
Затем Чин Чхонхи разорвал сухожилия на четырёх конечностях Чонгвана.
И только после этого силы окончательно оставили его.
Чхону успел подхватить старшего брата.
— Брат, вы в порядке?
— ...
Чин Чхонхи по-прежнему не мог ответить.
В этот миг в небо взлетела сигнальная ракета.
«Сигнал?..»
Не Удана.
Значит, чужой.
Чин Чхонхи перевёл взгляд на Кымчхонгуна.
Так и есть.
Огромный меч Кымчхонгуна отступил назад.
— Ой, время вышло. Вот ведь...
От Кымчхонгуна донеслось раздражённое цоканье.
Император Кулака не упустил мгновения и нанёс удар.
Огромный меч Кымчхонгуна взметнулся навстречу удару, но полной защиты это не дало.
СКРЕЖЕТ!
Кулак врезался в маску.
ХРУСТ!
— Ай-ай-ай! Старик, больно же!
Часть маски раскрошилась.
Открылось всего пол-лица.
И Чин Чхонхи, увидев его, широко распахнул глаза.
Лицо было знакомым.
— Ребята! Уходим!
ФЬЮ-Ю-Ю!
Высокий свист заставил и цзянши, и уцелевших культистов одновременно замереть.
А затем они начали стремительно отступать.
Глава Удана громко приказал:
— НЕ ПРЕСЛЕДОВАТЬ! ДЕРЖАТЬ ПОЗИЦИИ!
Школа и так понесла огромные потери.
Если сейчас бездумно погнаться за врагом и выйти за пределы великой формации, там вполне могла ждать ловушка.
Мудрое решение.
В ответ Чин Чхонхи получил от Кымчхонгуна игривое подмигивание.
— До встречи, милашка~
Но Чин Чхонхи лишь застыл, не в силах отвести взгляд от открывшейся половины лица.
— Ха... ха-а...
К горлу снова поднялась кровавая пена.
Даже просто продолжать дышать требовало огромных усилий.
***
Едва Культ Кровавых Бессмертных отступил, глава школы подошёл к Чонгвану.
— Сможешь снять с него блокировку точек? Даньтянь уничтожен, сухожилия четырёх конечностей перерезаны. Думаю, теперь он безопасен.
— Он может снова сорваться с помощью демонического искусства.
— Ничего. С таким я как-нибудь справлюсь.
Чонхён смотрел на Чонгвана с болью.
Можно ли было назвать теплом то, что связывало их все эти годы?
Связь братьев по школе в цзянху бывает крепче кровного родства.
До сих пор Чонхён думал, что Чонгван просто потерял путь после того, как лишился возможности пользоваться рукой.
Это оказалось не блуждание.
Это было падение.
Увидев глубоко запавшие глаза главы школы, Чин Чхонхи тихо вздохнул.
«Да и если бы он захотел снова сорваться, сразу после Пилюли Демонической Крови Кровавый Бессмертный его вряд ли примет».
Когда Кровавый Бессмертный ниспосылал силу и заставлял последователя войти в неистовство, это напоминало своего рода договор.
Человек временно получал огромную мощь, но вскоре непременно умирал.
А после смерти его душа навеки становилась рабом Кровавого Бессмертного.
Иными словами, мошеннический договор, до смешного выгодный лишь одной стороне.
Но даже Кровавый Бессмертный не соглашался брать в слуги кого попало.
«Крещение» получали только те, кого он считал достойными стать его прислужниками.
Чонгвана с детства не промывал мозги Культ Кровавых Бессмертных.
Он лишь недавно проглотил Пилюлю Демонической Крови.
Вряд ли сам Чонгван согласился бы на такой договор.
А даже если бы согласился, вероятность, что Кровавый Бессмертный сделает своим прислужником человека без чудовищного боевого таланта и без настоящей преданности культу, была практически нулевой.
«...»
Горько, но такова реальность.
Опираясь на Чхону, Чин Чхонхи подошёл к Чонгвану и разблокировал точки.
— Кх... кха... КХА-А-А!
Побочные эффекты Пилюли Демонической Крови тут же скрутили его от боли.
Он извивался, словно личинка.
Глава школы подошёл к младшему брату и присел рядом.
— Почему?
В одном слове заключалось слишком многое.
Чонхён спрашивал обо всех годах, проведённых вместе.
Чонгван посмотрел на него.
Что бы он ни ответил, смерть уже была решена.
Вопрос был лишь в том, умрёт ли он безболезненно или в мучениях.
Каким бы даосским ни был Удан, предательство родной школы, поджог её зданий и гибель братьев по школе, младших учеников и детей, с которыми он ел из одного котла, нельзя было смыть никаким раскаянием.
— Кх... кхе-хе-хе... Вы правда не знаете?
В этот момент Чонгван отбросил всё.
Чонхён ответил:
— Не знаю. Я всегда любил тебя как младшего брата. До того, как ты повредил руку, и после — мои чувства не изменились.
— Ненавижу. Я так ненавижу вас, старший брат.
— Ненавидишь меня?
— Ненавидел с первой встречи. Я годами отрабатывал Саньшоу Великой Чистоты, а вы завершили её всего за месяц — ненавидел и за это. Старшие дяди по школе, прежние старейшины — все любили только вас. У вас было всё, чего я никогда не мог получить. Я ненавижу вас.
— И всё же мы столько лет ходили рядом.
— Тогда я был ребёнком. Не понимал, что это зависть. Не знал, что однажды она сожжёт меня изнутри.
— Значит, всякий раз, когда ты смотрел на меня, тебе было больно.
— Знаете что? Ни разу... ни единого раза... я не смотрел на вас без желания убить. Но убить так и не смог. Даже сегодня в конце концов не смог вас пронзить.
— ...Жаль.
В этот момент изо рта Чонгвана хлынула чёрная кровь.
Он сам начал разгонять ци и кровь до разрушения.
С уничтоженным даньтянем и разорванными сухожилиями конечностей такой разгон мог привести лишь к одному — смерти.
Именно этого Чонгван и хотел.
Он решил покончить с собой.
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...