В голосе Го Шэна не было эмоций. Он прозвучал буднично, словно вопрос о том, какой напиток выбрать к обеду.
Новые грани его дара, свежие методы подчинения Интернета и колоссальный масштаб будущих планов придали его словам леденящую уверенность.
Когда Пророк подписывал смертный приговор Хуану, ему приходилось прощупывать почву. Требовалось выстраивать сложнейшие комбинации, чтобы завуалировать убийство под случайность.
Теперь все изменилось. Статус истинного Жнеца и развитие сверхъестественной силы позволяли ему вершить суд одним лишь коротким речевым импульсом.
В XXI веке человечество больше не способно существовать без Всемирной Паутины. А Го Шэн являлся ее абсолютным сувереном.
Главари уличных группировок выживали в гетто вовсе не из-за своей мифической неуязвимости. Они просто умели глубоко зарываться в норы.
Без наводки внедренного агента полиция годами не могла установить их точные координаты. Но если Пророк знал локацию цели, ликвидация становилась делом техники. Для этого даже не требовался наемный киллер. «Цифровое Иайдо» Го Шэна работало безупречно.
Ни одно ведомство в мире не смогло бы найти улики. Как доказать причастность призрака к автокатастрофе, вызванной секундным сбоем в навигаторе или фантомным звонком на бортовой компьютер грузовика?
Любая экспертиза спишет это на банальный несчастный случай.
— Владыка... Это... — Франклин на секунду опешил от масштаба ледяной воли Кукловода. — Вы лично сотрете их? Позвольте... позвольте нам сделать это!
Го Шэн перевел взгляд на молодого темнокожего парня:— Вот как? Ты хочешь запятнать руки сам?
— Если старая птица не выпустит птенца из-под крыла, тот никогда не научится летать! — твердо, срываясь на крик, произнес Франклин. — Под вашей защитой мы в безопасности. Но так мы останемся слабаками!
— Владыка, доверьте эту битву мне. Мы должны пройти через это сами...
Молодой лидер гетто не боялся крови. Он не боялся смерти.
— Вы подарили нам веру, Пророк. Теперь наш долг — защитить ее. Мы костьми ляжем, но отстоим свой дом!
— Раз ты так непреклонен, да будет так, — мгновенно отозвался Го Шэн. — Вы получили мое позволение на войну. Идите и возьмите то, что сбережет ваши жизни.
Франклин решительно кивнул и направился вглубь подземного комплекса. Там, за гермодверями заброшенного сорок лет назад бункера, располагался арсенал времен Холодной войны.
В ту эпоху сверхдержавы штамповали оружие в астрономических масштабах. И даже с учетом последующего разграбления военных складов, запасы в «Августе» оставались внушительными.
Франклин выкатил тележки, доверху забитые автоматическими винтовками, пистолетами-пулеметами, цинками с патронами, осколочными гранатами и армейскими гранатометами. В Южном Лос-Анджелесе, граничащем с Мексикой, оружие не было редкостью — контрабандный поток с юга не иссякал никогда.
Но такой плотности тяжелого армейского снаряжения не имел ни один уличный альянс.
Если Crips и Bloods рискнут сунуться на их территорию, их ждет крайне неприятный сюрприз.
Вскоре боевики Второго округа перетаскали ящики в машины и рванули к замаскированному выезду на востоке города.
— Пророк, если эти стволы заговорят на улицах, полиция Лос-Анджелеса мгновенно объявит оцепление, — не выдержал Антоний, когда Франклин уехал.
В отличие от фанатичного парня, бывший реаниматолог трезво оценивал реальность.
Перестрелки в гетто никого не удивляли — это были серые будни мегаполиса. В США, где пушек больше, чем граждан, свист свинца считался нормой.
Но взрывы боевых гранат и залпы из РПГ — это принципиально иной уровень. Стоит Франклину применить этот арсенал, и текущая проверка полиции Лос-Анджелеса перерастет в полномасштабную войну на уничтожение.
Мэр и губернатор поднимут на ноги все спецслужбы. В город могут войти части Национальной гвардии.
И ладно бы на улицах рвалась самодельная взрывчатка или старое мексиканское барахло. Но американское штатное вооружение? Антоний с ужасом представлял последствия.
— Армейское снаряжение и грохот взрывов заставят полицию вмешаться? — Го Шэн цинично усмехнулся. — Значит, мы сделаем так, что они просто не смогут доехать.
— Антоний, запомни раз и навсегда: этот город принадлежит не им. Он принадлежит нам.
Глядя на парализованного человека, чья уверенность граничила с абсолютным высокомерием, доктор не нашел слов для ответа.
Он вспомнил крах своих высокопоставленных мучителей. Вспомнил те безумные нейронные картины, что видел во время «благословения».
У Антония не было материальных доказательств. Но когда он смотрел в холодные глаза Пророка, его рацио пасовало перед иррациональной уверенностью Кукловода. Он понимал: этот паралитик сделает все, что озвучил.
Врач молча развернулся и ушел в свою медицинскую лабораторию, погружаясь в тяжелую рефлексию.
«Я что, окончательно сошел с ума? Почему я безоговорочно верю каждому его слову?»
«Неужели Бог действительно существует? Неужели мы все находимся под его прямым надзором, а этот калека — его аватар? Или... он и есть сам Бог?»
Антоний начал ловить себя на мысли, что терминальная стадия БАС, приковавшая Го Шэна к креслу — это лишь необходимая, страшная цена за право транслировать в наш мир высшую космическую волю.
Врач, мнивший себя убежденным материалистом, шаг за шагом терял почву под ногами. Чудеса происходили слишком близко, взламывая законы физики.
Он даже не замечал, что его сознание и вектор мышления плавно переформатируются по лекалам, которые Го Шэн заложил в его разум.
«Превратить прожженного материалиста в истинного, верного пса Церкви — весьма любопытный биологический эксперимент», — думал Пророк, наблюдая за метаниями врача.
Антоний нужен был ему живым и абсолютно лояльным на долгие годы. Этот человек станет руками Кукловода в вопросах регенерации тканей и терапии. А лучшей гарантией верности в этом циничном мире всегда был слепой религиозный фанатизм.
«Времени у нас достаточно, спешить некуда...» — тихо резюмировал Го Шэн, переключая фокус внимания со сломленного доктора на карту Лос-Анджелеса.
— Предстоящее столкновение станет для организации решающим экзаменом. Пройдем его — и официальный статус религиозной зоны закрепится за нами навечно.
Вывод был очевиден.
На этой жесткой, пропитанной кровью земле никто не дает власть просто так. Ее берут силой. Раз они создали Церковь, им придется пройти через горнило войны с устоявшимися хищниками.
На свету их попытаются задушить законами, политическим давлением, черным пиаром и экономическими санкциями.
В тени против них выставят наемных убийц, уличные банды и тяжелое вооружение.
Изучая историю американских сект и историю становления местных элит, Го Шэн видел одну и ту же закономерность: все они рождались в огне.
Взять хотя бы Юту. Это не просто штат в составе США, это суверенное теократическое государство мормонов.
Их структура возникла раньше, чем официальные институты власти на этой территории. Они построили там свои законы, создали собственное правительство и заставили Вашингтон считаться с собой. А все потому, что в свое время они с оружием в руках отбились от регулярной армии США.
В этой псевдоцивилизованной империи с момента ее основания правил исключительно закон джунглей. Твое только то, что ты смог защитить с позиции силы.
— Мало просто победить. Нужно посеять в их душах первобытный ужас. После этой ночи ни один гангстер не посмеет даже посмотреть в сторону Второго округа. А паству этих трех протестантских деноминаций я заберу себе.
— Когда дым рассеется, все игроки — и в ратуше, и в трущобах — поймут: у Южного Лос-Анджелеса сменился хозяин.
— Вся низовая власть в Южном округе переходит к Nemo.

Комментарии

Загрузка...