Глава 16: Ложные показания
Услышав это, Байли Цяншэн лихорадочно принялся просчитывать варианты.
[Двое часов на стене действительно соответствуют эффекту наложения времени.]
[Часы с неопределенным временем смотрят вниз, часы с определенным — вверх. Это символ зеркала.]
[Логика Чен Рана верна.]
[По принципу зеркальности, все происходящее здесь — инверсия полицейского рапорта.]
[Тогда ответ таков:]
[Восемь пар, потерявших детей, в ходе поисков вышли на след подозреваемого.]
[Им оказался школьный учитель. Они похитили его, притащили в класс и, вооружившись принесенными с собой инструментами, убили его.]
[А затем подожгли школу, чтобы скрыть следы.]
Задумавшись об этом, Байли Цяншэн нахмурился: он нашел в этой логике серьезную брешь.
В самом начале из глаз Человека в маске вырывалось пламя. По принципу зеркала, это была сцена, которую он видел перед смертью.
Поджигатели — те самые семь с половиной пар, но ведь они тоже сгорели заживо.
Это не имело смысла.
Внезапно Байли Цяншэна осенило. Он резко обернулся к Человеку в маске, застывшему в конце класса.
[У него был сообщник! Именно сообщник устроил поджог, заперев в классе и супругов, и учителя.]
[Следовательно, итог: все пятнадцать мстителей и учитель сгорели заживо в этом кабинете.]
Размышления были окончены.
Однако Байли Цяншэн не спешил браться за ручку. Оглядевшись, он понял, что все, кого можно было использовать как пушечное мясо, мертвы. Остались лишь Чен Ран, Чжан Юань и Чэн Сы.
Все трое — мастера дедукции, их так просто не проведешь.
К тому же Чен Рану не нужно было отвечать на вопрос.
Использовать он мог только Чэн Сы и Чжан Юаня.
Огонь продолжал пожирать класс.
Атмосфера же накалилась до предела: каждый вел свою игру.
Чжан Юань, связанный будущей ложью с Байли Цяншэном, ни за что бы не пошел сдавать работу первым, проверяя теорию на себе.
Чэн Сы предпочла затаиться: она больше не доверяла никому, ведь любая оплошность могла стать фатальной.
Лицо Байли Цяншэна потемнело.
[Проклятье! Черт побери!]
[Знал бы — оставил бы пару нубов, чтобы проверить ответ!]
[Стоп.]
[Помню, в инстансе первого ранга один ветеран сказал: «Если ты сомневаешься в правильности выведенного ответа, значит...»]
[«... он гарантированно неверный!»]
[Секретная комната безупречна. Если связать все улики, ответ будет единственным и очевидным.]
[Мои сомнения значат, что я ошибся. А ошибка значит, что я нашел не все зацепки.]
Байли Цяншэн снова окинул взглядом кабинет.
Наконец его взор остановился на Чен Ране и на фигуре в маске в конце класса.
[А если взглянуть на ситуацию их глазами?]
Мгновение — и глаза Байли Цяншэна вспыхнули.
[Не то!]
[Все не то!]
[Мать твою, Чен Ран чуть не утащил меня на дно!]
Он быстро зашептал что-то на ухо Ли Аннань и Ма Вэньцзе.
В следующую секунду Байли Цяншэн с бланком и ручкой в руках пересел за последнюю парту и без малейших колебаний начал писать.
Ли Аннань и Ма Вэньцзе встали перед ним живой стеной, не давая остальным подсмотреть.
Закончив, Байли Цяншэн передал эстафету Ма Вэньцзе, чтобы тот просто переписал готовое, пока двое других прикрывали обзор.
Вскоре все трое заполнили бланки, свернули их в трубочки и направились к учительскому столу. Проходя мимо Чен Рана, Байли Цяншэн на миг задержался и холодно сказал:
— В следующей комнате померимся силами по-настоящему!
Они сдали работы Человеку в маске. Тот мельком глянул в листы, и внезапно запертая до этого внутренняя дверь с грохотом распахнулась.
Троица, не оборачиваясь, шагнула вон из пылающего кабинета.
Чен Ран тихо вздохнул: Байли Цяншэн не зря считался опытным игроком. Несмотря на то что Чен Ран намеренно запутал следствие, тот все же сумел вычислить истину.
Чен Ран тоже направился к выходу.
— Стой! — Окликнула его Чэн Сы. Чжан Юань тоже занервничал.
Он попытался рвануть к двери, но стоило ему приблизиться к порогу, как невидимая сила отбросила его назад.
— Какой ответ? — Спросила Чэн Сы.
Чен Ран посмотрел на нее с недоумением. В прошлой комнате ей хватило одного взгляда на стол, чтобы все понять. В этой же она весь путь вела себя из рук вон плохо, но при этом раскусила его игру с рябой женщиной.
[Она притворяется!]
Чен Ран перевел взгляд на Чжан Юаня, который как раз поднимался с пола.
[Так вот оно что.]
Он тщательно подобрал слова:
— Главная сложность этой комнаты в том, почему вообще возникло это зеркальное отражение?
— По логике, мы находимся в сцене, воссозданной в уме полицейского. События, происходящие с нами, должны если не полностью совпадать с реальностью, то быть очень близкими к ней.
— Но они диаметрально противоположны.
— Это значит, что источник информации полицейского был в корне неверным.
— Ответ один: тот, кто давал показания, лгал!
— Следовательно, нам нужно лишь понять, кто выжил в том классе. Кто единственный свидетель — тот и лжец.
Чэн Сы кивнула.
Она выглядела задумчивой, зато у подслушивающего Чжан Юаня загорелись глаза.
— Муж из первой комнаты! — Чжан Юань пришел в крайнее возбуждение. Муж был единственным, чье выживание было подтверждено!
Он бросился к парте, схватил ручку и начал соображать: раз полиция получила ложные сведения, значит, ответом должна быть...
Та самая ложь!
То есть — показания!
Он начал писать:
«Восемь пар потеряли детей и в ходе поисков заподозрили учителя школы».
«Но учитель понял, что его раскрыли».
«Тогда он решил действовать на опережение, заманил семь с половиной пар в класс и жестоко расправился с ними».
«А после поджег здание...»
...
На этом моменте Чжан Юань почувствовал неладное. Он поднял голову и увидел, что Чен Ран и Чэн Сы смотрят на него, как на актера в цирке.
Сердце его екнуло.
В ту же секунду Человек в маске у стола пришел в движение. Он подошел, одной рукой вцепился в горло Чжан Юаня и вскинул его над полом.
Другой рукой он схватил со стола ножницы и воткнул их в живот Чжан Юаню.
Класс огласил истошный вопль!
Но это было только начало.
Мужчина взял молоток и с хрустом обрушил его на левое предплечье Чжан Юаня. Звук ломающейся кости заставил бы любого содрогнуться от ужаса.
Дальше в ход пошли все орудия со стола. Чжан Юань уже едва дышал.
Бам!
Бейсбольная бита врезалась в окровавленную голову Чжан Юаня. Но он...
Он все еще цеплялся за жизнь!
Его глаза, налитые кровью, в упор смотрели на Чен Рана и Чэн Сы, словно моля о правильном ответе.
Чен Ран вытянул указательный палец в сторону второго Человека в маске в конце класса и негромко произнес:
— Он не умер. Его поймала полиция, и на допросе он скормил им фальшивку.
С этими словами Чжан Юань испустил дух.
Чэн Сы, видя, что цель достигнута, больше не обращала внимания на Чен Рана. Она вернулась на место и начала писать.
Показания заявителя:
«У восьми пар пропали дети. В ходе поисков они выбрали целью школьного учителя».
«Я был свидетелем всего этого».
«Я видел, как семь с половиной пар похитили того учителя, притащили его в класс и начали пытать его всем, что принесли с собой: ножницами, молотками, битами. Они выплескивали на него всю свою скорбь и ярость».
«Учитель умер».
«Они замучили его до смерти, а потом разлили бензин, чтобы сжечь улики».
«Но в этот момент...»
«Они заметили меня. Я подглядывал через заднюю дверь».
«Мне было очень страшно».
«Я испугался, что они убьют меня, поэтому запер обе двери снаружи и убежал».
«Но я не учел, что когда они меня увидели, они уже разожгли огонь».
«Двери были заперты мной, они не смогли выйти и все сгорели заживо».
...
Чен Ран посмотрел в лист Чэн Сы и одобрительно кивнул:
— Это и есть та ложь здравого смысла, которую второй сообщник в маске скормил копам. Есть шероховатости, но для прохождения сойдет.
Чэн Сы промолчала.
— Да, правда в том, — продолжал он, — что второй в маске действительно подсматривал. Узнав, что учитель его сдал, он испугался мести, запер переднюю дверь, поджег школу с черного хода и тоже его запер. Все внутри сгорели.
— Первым делом, выбравшись, он заявил в полицию, «покаявшись» в своей ошибке. Так появился рапорт, на основе которого полиция воссоздала неверную картину событий.
— В его версии поджигатели превратились в жертв самосуда, маньяк-учитель — в невинного агнца, а мстители — в тягчайших преступников. Это и есть зеркало второго в маске. А то, что мы видели в классе — это зеркало полицейского, воспринявшего его слова за правду.
Теперь все стало намного проще. Почему Чен Ран в роли мужа был здесь чужаком? Ответ на поверхности: семь с половиной пар погибли, полиция нашла того единственного мужа, который не пошел в школу. И он узнал всю историю.
И муж тоже, опираясь на ложные выводы полиции, прокручивал в голове события в классе.
Сюжет третьей комнаты уже отчетливо проступил.
По закону второй в маске действовал в условиях крайней необходимости, и его оправдают.
При этом тот факт, что супруги решили убить учителя, а не пытать его на предмет местонахождения детей, говорил об одном: дети уже мертвы.
Муж потерял ребенка. Пусть с бывшей женой его ничего не связывало, она погибла, пытаясь найти убийцу. Он обязан что-то предпринять.
Значит, третья Секретная комната — это схватка между мужем и вторым сообщником в маске.

Комментарии

Загрузка...