— Братец, давай выйдем наружу!
Цинь Хао с надеждой смотрел на старшего брата, умоляя его взять с собой.
— Наружу?!
Цинь Фэн закатил глаза — ну и фантазия у брата.
Они были будущей надеждой клана, и за ними велось круглосуточное наблюдение со всех сторон. За восемь лет Цинь Фэн ни разу не покидал пределы клана.
Впрочем, ему это и не требовалось.
Не то чтобы патриархи запрещали, просто клан Цинь был огромен.
Клан Цинь называли Первым кланом Древнего Хуангу не только из-за покровительства предков, но и потому, что его население насчитывало более десяти миллионов человек, и все они жили в одном огромном городе.
К тому же в этом клане, основанном на воинских традициях, каждый член семьи имел хотя бы начальный уровень культивации. Именно это и сделало клан Цинь Первым кланом Древнего Хуангу.
Если не было особой необходимости, покидать клан было не за чем.
Именно из-за их невероятной боевой мощи настоящим хозяином восточных земель империи Ся был клан Цинь. Люди, жившие здесь, могли не знать императорскую семью, но не знать клан Цинь было невозможно. В этом и заключалась проблема совместного правления императорского дома и аристократических родов.
— Братец!
Цинь Хао жалобно тряс руку старшего, надеясь добиться своего через жалость.
Но Цинь Фэна этим не пронять. Если бы это была младшая сестрёнка, он бы, возможно, заколебался.
Однако, чтобы у младшего было полноценное детство, он согласился — но пусть сначала идёт к городским воротам, а он пока скажет матери.
— Ура!
Цинь Хао, ещё не познавший коварства мира, радостно запрыгал прочь.
— Мама, младший брат сбежал из дома!
Цинь Фэн из доброго старшего брата в мгновение ока превратился в хитрого интригана и стремглав побежал к матери с доносом.
— Динь-дон! Зафиксировано, что хост оклеветал избранного. Начислено 200 очков злодейства.
Стражи вокруг не дрогнули. Они уже привыкли к этому.
За пять лет Цинь Фэн столько раз подставлял брата, что если бы они угадывали, то наверняка сказали бы, что сейчас старший братец подаст матери хворостину.
Вскоре Юнь Сиюэ, как цыплёнка, втащила разгневанного Цинь Хао за шиворот.
Цинь Фэн снова стал добрым братом и с притворным сочувствием сказал:
— Мама, не сердись. Это я обещал взять его с собой, а не он сбежал!
— Да-да! — закивал Цинь Хао, с благодарностью глядя на брата.
Но чем больше Цинь Фэн защищал его, тем меньше мать верила.
Она считала, что старший просто жалеет младшего и берёт вину на себя.
Она никак не могла понять: как у близнецов, рождённых от одних родителей, может быть такая разница в характере? Старший с детства был послушным и понимающим, а младший — озорным непоседой, из тех, кто «три дня не надерёшь уши — уже на крышу лезет».
— Неужели ты не можешь брать пример с брата? Вечно балуешься!
Юнь Сиюэ включила режим строгой матери и принялась отчитывать младшего.
Но она не заметила, как Цинь Фэн, стоявший у неё за спиной, скорчил младшему рожицу. Пятилетнему Цинь Хао было так смешно, что он не выдержал.
Ха-ха!
Он расхохотался, и гнев матери, который уже почти остыл, вспыхнул с новой силой. Юнь Сиюэ принялась внушать себе:
«Это мой сын, я его мать, я не могу на него злиться, не могу его бить. Если заплачет — мне же его успокаивать, если поранится — мне же лечить. Я столько сил в него вложила, он у меня чуть не погиб при родах!»
«Если он ошибается — значит, я плохо его воспитала, у меня не хватило терпения, я не нашла правильного подхода. Говорят, что под палкой вырастают почтительные сыновья, а за столом — непослушные. Стерплю — будет море, отступлю — поле шире, но чем больше я думаю, тем больше злюсь. Терпеть больше нет сил, и если не взорвусь сейчас, то взорвусь потом. Я уже не могу сдерживать эту силу внутри себя...»
Но Цинь Хао продолжал глупо улыбаться, и самовнушение Юнь Сиюэ провалилось.
— Мамочка, мамочка, братец же ещё ребёнок!
Цинь Фэн поспешил изобразить благодетеля и встал между ними, причём в руках у него вдруг оказалась ивовая веточка.
— Отойди, я сегодня проучу этого сорванца!
Юнь Сиюэ в гневе выхватила ветку — без пары ударов по этому негоднику она не могла успокоиться.
— Ветка?!
Стражи переглянулись — их ожидания не совпали с реальностью.
И когда Цинь Фэн уже ждал своих очков злодейства, в небе внезапно раздались звуки музыки.
Вдали показалась процессия: девять огромных диковинных зверей тянули роскошную колесницу, а за ней следовала свита, верхом на летающих зверях.
Если бы в игре усиление +10 давало свечение, то эта процессия выглядела как минимум на +20.
— Клан Линь из Города Сердца Небес!
Цинь Фэн сразу узнал их — это был абсолютный властитель западных земель империи.
В отличие от клана Цинь, который правил через кровные узы, клан Линь был подобен феодальному владению: они нанимали множество талантливых мастеров и содержали армию в миллион человек, твёрдо контролируя запад.
— С тобой я разберусь позже!
Юнь Сиюэ сердито взглянула на младшего и отвела обоих братьев в дом.
В городе зазвучали приветственные колокола и барабаны. Десятки тысяч сильнейших учеников клана вышли за городские ворота, чтобы встретить дорогих гостей и заодно продемонстрировать мощь клана Цинь.
Братьев переодели в парадные одежды, и они вместе с отцом, Цинь Тянем, вышли навстречу высоким гостям. В отличие от своего обычного дурашливого вида, сегодня Цинь Тянь излучал невероятную мощь — казался непобедимым божеством войны.
— Брат Цинь Тянь! Сколько лет, сколько зим! Я так скучал по тебе!
Из колесницы вышел дородный мужчина в богатых одеждах и с распростёртыми объятиями бросился к Цинь Тяню. По виду — хитрый старый лис.
— Брат Линь Хао! Я тоже очень скучал!
Цинь Тянь громко рассмеялся, но было непонятно, насколько искренним был этот смех.
— Это и есть те знаменитые близнецы, между которыми разница в три года?
После обмена любезностями Линь Хао перевёл взгляд на Цинь Фэна и Цинь Хао.
Он приехал в клан Цинь за тысячи миль именно ради них. А точнее — клан Цинь хотел заключить союз с Городом Сердца Небес и собирался выдать одного из братьев за его дочь.
С тех пор как в клане Цинь появились сразу два гения, которые один за другим побивали рекорды Древнего Хуангу, императорский дом запаниковал. Чтобы сохранить свою власть, император начал связываться с другими кланами, готовясь выступить против клана Цинь.
Клан Цинь, защищая свои интересы, также был вынужден искать союзников.
— Да, это старший, Цинь Фэн — у него качества Великого Императора. А это младший, Цинь Хао — у него Кость Верховного Владыки, которая встречается один раз на десять тысяч лет!
Цинь Тянь с гордостью представил своих сыновей.
В других семьях рождение одного гения уже было удачей, а у него родились сразу два!
— Кость Верховного Владыки — о ней есть записи в древних книгах. А вот что такое «качества Великого Императора» — неизвестно, правда это или нет.
Из-за спины Линь Хао вышла капризная маленькая девочка. Это была принцесса Города Сердца Небес, Линь Синьэр.
Хотя ей было всего шесть-семь лет, её брови были подобны перьям ласточки, кожа — белее снега, талия — тонкая, как стебель, а зубы — белые, как раковины. Было видно, что она вырастет настоящей красавицей.
— Синьэр, нельзя быть такой дерзкой!
Линь Хао прикрикнул на дочь, призывая её соблюдать приличия.
Но капризная девочка не обращала внимания на обстановку. Она с вызовом и презрением посмотрела на Цинь Фэна и щёлкнула пальцами, подзывая юношу лет четырнадцати-пятнадцати с тонкими чертами лица.
— Это мой новый слуга, Линь Сань. Посмеешь ли ты сразиться с ним, чтобы доказать свою силу?
Линь Синьэр бросила Цинь Фэну вызывающий взгляд.
— Линь Сань?!
Цинь Фэн с любопытством разглядывал юношу. У него была выдающаяся голова и рога — явно не простой слуга.

Комментарии

Загрузка...