— Он целыми днями думает не о нашей семье, а о том, как бы спустить деньги, чтобы угодить Е Ниншуан!
— Компания, которую отец с таким трудом создал с нуля, скоро окончательно погибнет по его вине! Разве можно назвать его человеком после этого?!
Гневные крики доносились сквозь массивную дверь и били прямо по ушам Чэнь Тянью.
Его сердце болезненно сжалось.
По сюжету оригинального романа, Е Ниншуан была именно той, за кем ухлестывал Чэнь Тянью, и тоже являлась одной из главных героинь.
Она была на несколько лет старше него. Пару лет назад он случайно увидел ее на улице, когда они прошли мимо друг друга, и влюбился с первого взгляда.
С того самого момента Чэнь Тянью пускал в ход любые средства, чтобы ей угодить.
На день рождения Е Ниншуан он заказывал за баснословные деньги торты и украшения из–за границы.
Когда после окончания университета она захотела открыть свой бизнес, Чэнь Тянью просто перевел ей на счет сто миллионов юаней.
Когда компания Е Ниншуан переживала кризис, Чэнь Тянью заставил свою собственную компанию заключить с ней заведомо убыточные контракты для поддержки.
...
Ради одного слова Е Ниншуан он был готов отдать все.
Он был самым настоящим, безмозглым симпом.
Затем последовал типичный для таких историй поворот: Е Ниншуан познакомилась с Линь Мо и влюбилась в него с первого взгляда.
Успешно высосав из семьи Чэнь все соки, она просто вышвырнула Чэнь Тянью на улицу, а затем сбежала со своей же свадьбы, взяв Линь Мо за руку.
Чэнь Тянью возвел глаза к небу и тяжело вздохнул.
Ох, автор... И как только тебе пришло в голову создать такого злодея! Слов нет!
Голос Чэнь Чжилэй вырвал его из раздумий.
— Мам, ты знаешь, что о нашей семье говорят за спиной? Говорят, что в семье Чэнь одни идиоты! Говорят, что мой брат — придурок!
— Мам, скажи, как бы было хорошо, если бы у меня вообще не было такого брата, как Чэнь Тянью...
Глаза Чэнь Чжилэй покраснели, по щекам непроизвольно покатились слезы.
Чэнь Тянью стоял, опустив голову. Он уже хотел было толкнуть дверь и войти, но теперь замер.
Даже ему самому образ этого Чэнь Тянью казался полным абсурдом.
Как один человек мог натворить столько несусветных глупостей?!
В книге Чэнь Чжилэй была очень несчастной.
Несмотря на то, что она была сестрой злодея, она не сделала ни одной плохой вещи. Напротив, из–за того, что Чэнь Тянью ничем не занимался, ей пришлось бросить школу, даже не доучившись в старших классах, и пойти работать в компанию, чтобы хоть как–то спасти дело, оставленное отцом.
Но Чэнь Тянью не считал ее за человека: при каждой встрече либо бил, либо оскорблял, а однажды даже избил так, что она попала в больницу.
Неудивительно, что Чэнь Чжилэй больше не хотела считать его своим братом.
Кому вообще под силу вынести такую катастрофу?
Но домой зайти все же было нужно, не ночевать же на улице.
Простояв в нерешительности у двери еще долгое время, Чэнь Тянью наконец медленно открыл ее.
— Мам... сестренка, я дома...
Увидев его, Чэнь Чжилэй с нескрываемым отвращением отвернулась и вытерла слезы.
— Тянью... ты только пришел? — нервно спросила мать, Ян Хуэйлань.
Она испугалась, что сын мог услышать слова Чэнь Чжилэй.
— Да, только что, — ответил Чэнь Тянью, через силу выдавив улыбку.
— А, ну давай, садись скорее за стол, поешь!
Чэнь Тянью кивнул и подошел к обеденному столу.
В следующее мгновение Чэнь Чжилэй пододвинула все тарелки с едой к матери.
— Я сама это готовила. Ты не заслуживаешь это есть.
— Ты же спустил столько денег на свою Е Ниншуан? Так почему бы тебе не попросить ее приготовить для тебя ужин?
— Сяолэй, ты чего? Твой брат только что из школы пришел, наверняка голодный! — не поняла Ян Хуэйлань.
— Нет! Хочет есть — пусть готовит сам, чай не безрукий. А это я приготовила для тебя!
Услышав это, Чэнь Тянью горько усмехнулся, встал и подошел к сестре.
— Постой! Тянью, съешь мою порцию, я все равно не голодна. Только умоляю, не бей сестру! Ты в прошлый раз так ее избил, что Сяолэй больше двух недель в больнице пролежала!
Запаниковав, Ян Хуэйлань поспешно вскочила, подошла к дочери и заслонила ее собой.
— Мам, мы его не боимся! Он просто зверь! Давай, бей! Если я хоть пискну, значит, я не из семьи Чэнь!
Чэнь Чжилэй упрямо задрала подбородок и уставилась на брата. В ее взгляде не было ни капли страха, а на бледных щеках проступил румянец гнева.
Из–за сильного переутомления в последнее время под глазами у нее залегли глубокие тени, а белки глаз были испещрены красными сосудами.
Глядя на нее, Чэнь Тянью почувствовал боль в сердце.
До своего перемещения он был сиротой и отчаянно мечтал о настоящей семье.
Но такие вещи не даются просто так, сколько бы ты ни старался.
Он часто фантазировал: как было бы здорово, если бы у него были родители, братья и сестры!
Он бы изо всех сил берег их и заботился о них!
И вот теперь он оказался здесь. Разве это не то, о чем он просил?
Только вот мать и сестра по–прежнему видели в нем того, прежнего Чэнь Тянью.
Чэнь Тянью горько улыбнулся:
— Мам, сестра права. Нынешний я не достоин сидеть с вами за одним столом. Ешьте сами.
С этими словами он развернулся и один побрел на кухню.
Зрачки Чэнь Чжилэй слегка сузились. Она наговорила ему таких дерзостей, а он даже не поднял руку?
Обычно после таких слов он бы уже давно влепил ей пощечину.
Неужели он снова что–то задумал?
— Стой, Чэнь Тянью! — окликнула его сестра.
— Что такое?
— Чэнь Тянью, больше не смей называть меня сестрой! С этого дня между нами все кончено! Впредь обращайся ко мне только по полному имени! — холодно отрезала она.
Чэнь Тянью вздрогнул всем телом. Ничего не сказав, он молча ушел на кухню и плотно прикрыл за собой дверь.
Как только он скрылся из виду, Ян Хуэйлань торопливо схватила дочь за руку.
— Сяолэй, что ты делаешь?! Как ни крути, вы же родные брат и сестра!
По лицу Чэнь Чжилэй уже градом катились слезы.
— Мам... Он не заслуживает быть моим братом! Вспомни, как отец хотел увидеть его перед смертью! А он? Он прохлаждался со своими дружками–бездельниками и даже не успел попрощаться с отцом!
— Ладно... Сяолэй, не надо об этом, — глаза Ян Хуэйлань тоже увлажнились.
— Ешь, мам, а то все остынет.
Вытерев слезы, Чэнь Чжилэй и Ян Хуэйлань принялись за еду.
Чэнь Тянью тем временем заварил на кухне лапшу быстрого приготовления, ушел с ней к себе в комнату и плотно закрыл дверь.
— Сяолэй... может, все–таки позовем Тянью к столу? Он весь день на ногах, разве можно питаться одной лапшой?
— Мам, ты что, его не знаешь? Он никогда себя не обделит, не обращай на него внимания!
Сидя у себя в комнате и жуя заваренную лапшу, Чэнь Тянью чувствовал, как на душе скребут кошки.
Похоже, путь к примирению с семьей будет долгим и трудным.
И винить в этом можно только автора, который придумал весь этот идиотский сюжет!
Пока Чэнь Тянью мысленно крыл автора и всю его родню отборным матом, на его телефон внезапно пришло сообщение.

Комментарии

Загрузка...